Читалка - Вопрос времени

!

Улыбка застыла на лице Катрин. В желудке что-то перевернулось, и на мгновение ей показалось, что чашка кофе, выпитая полчаса тому назад за завтраком, была лишней.

— В самом деле? — Быстро обретя контроль над собой, она безразлично пожала плечами. — Я думала, что он возвращается только на следующей неделе.

— Я столкнулась с ним вчера после обеда. Я как раз рассказывала Саре и Аманде, что после работы, должна была поехать в аэропорт встретить сестру. И вдруг на стоянке вижу самого любимчика «Кларион» Рекса Пантера!

— О! — Катрин посмотрела на часы. — О Боже! Уже поздно! Извините, я…

— Рекс сказал мне, что он измучен и собирается отдохнуть несколько дней, — не обращая на нее внимания, тараторила Триш. — Он собирается заглянуть сегодня на работу попозже.

Сегодня попозже.

Услышав эти слова, Катрин облегченно вздохнула.

— Ну, значит, я его не увижу. — Ее голос звучал совершенно спокойно. — Я уже одной ногой в аэропорту.

— Куда это ты отправляешься? — Выражение лица Триш напоминало обиженного ребенка, у которого отняли обещанную награду. Катрин знала, что в данном случае наградой было бы присутствие на ее встрече с Рексом Пантером, первой с того январского утра два месяца тому назад, когда ей была вручена престижная премия Макджилливрэ за лучшую фотографию года.

День, когда она сваляла такого дурака!

— Мы с Чарли отправляемся на Лилль де Коквилльс.

— Лилль де Коквилльс?

— Да, это остров в Карибском море.

— Никогда о таком не слышала.

— Наверное, потому что он очень маленький. У Флейм Кантрелл там вилла, и она хочет дать нам интервью для нашего субботнего выпуска.

— Флейм Кантрелл! — Аманда, младшая из группы, с завистью посмотрела на Катрин. — Ты будешь ее снимать для «Великолепного уик-энда»?

Катрин кивнула.

— Но она никогда не дает интервью! — Раздраженным жестом Триш бросила свой стаканчик в корзинку для мусора. — По сравнению с ней Грета Гарбо могла бы получить приз Мисс Дружелюбие, Она же никогда не общается с прессой

!

— Тихо, тихо. — Катрин осуждающе покачала головой. — Разве ты не знаешь, Триш, что нельзя говорить «никогда»; а я-то думала, что ты поклонница Джеймса Бонда!

Сара и Аманда захихикали, и Катрин пошла дальше, стук ее каблучков громко разносился по коридору. Уходя, она бросила через плечо намеренно сладким тоном:

— Передай, пожалуйста, Рексу, что я очень сожалею, что не могу с ним встретиться!

Направляясь к офису главного редактора, она подумала, что это ложь чистой воды. Она отнюдь не сожалела, что не встретится с Рексом Пантером. Он был самым невозможным, невыносимым и в то же время пугающе сексуальным, а потому опасным.

Воспоминания о нем вызывали раздражение, и она заставила себя успокоиться и идти медленнее. Ужасно, как она могла позволить одному поцелую, одному глупому незначительному поцелую так размагнитить ее.

А почему? И что ее так расстроило?

Прошло два месяца после того случая, но ей потребовалось тогда всего несколько часов, чтобы ответить себе на этот вопрос. Сейчас, направляясь в офис Кена, она нахмурилась, вспоминая в тысячный раз тот злосчастный эпизод.

В тот день, когда она завоевала премию Макджилливрэ, Кен позвал ее в свой офис, чтобы сообщить новость. По-видимому, никто еще об этом не знал, а если и знал, то не показывал виду. Она же и не догадывалась ни о чем даже тогда, когда Кен позвонил и попросил ее зайти к нему в офис около трех. Открывая дверь, Катрин услышала громкие голоса и крики:

— Сюрприз! Сюрприз!

Все сотрудники столпились в маленькой комнате. Еда была заранее заказана в китайском ресторанчике, и на столе Кена стояли пластиковые стаканы и несколько бутылок белого вина. Отсутствовал только Рекс Пантер. Он был в отпуске, и его ждали лишь на следующий день. Катрин радовалась, что его нет, — по какой-то ей самой не ясной причине она чувствовала себя не в своей тарелке в его присутствии. Он работал в «Кларион» около года в качестве международного корреспондента, приехав сюда из Нью-Йорка. По словам Чарли Берка,

его партнера, знавшего его лучше других, он был человеком, тщательно оберегавшим свою личную жизнь от посторонних.

Но после вечеринки, когда все, кроме нее, Кена и Триш, убиравшей в офисе, уже ушли домой, дверь распахнулась, и, к ее удивлению, вошел Рекс. Совершенно неотразимый! У Катрин задрожали колени при виде его растрепанных ветром темных волос, облегающих черных джинсов и старой поношенной кожаной куртки. Он прямо в дверях объявил, что только сейчас узнал о событии и зашел ее поздравить. Ее как будто приковали к месту. Рекс пересек комнату, легонько обхватил ее плечи и…

И затем поцеловал.

Она была уверена, что поцелуй был задуман как короткий, безличный, поздравительный, но почему-то, когда их губы встретились, получилось по-другому. Их вдруг охватило совершенно неуправляемое сексуальное возбуждение, и Катрин почувствовала, что вся горит от желания. Его рот был властным и твердым, дыхание теплым и интимным, от волос шел какой-то чисто мужской терпкий запах. В нем чувствовалась неотразимая мужская сила, разбудившая огонь в ее крови. Да и что удивляться — ведь прошло уже четыре года, когда ее поцеловали в последний раз. Но никогда прежде ее не целовали так. Хуже всего, что она показала свою беззащитность перед ним в тот момент, выпитое белое вино лишь усугубило дело… Она чувствовала, что растворяется в его объятиях. Ее губы с готовностью раскрылись, тело хотело слиться с его телом, пальцы впились в мягкую ткань его куртки.

Когда наконец он отстранился, в его глазах зажегся странный, покрытый поволокой огонек, взгляд явно противоречил ироничной усмешке, притаившейся в уголках губ.

— О, сюрприз! — прошептал он так тихо, что остальные не могли ничего услышать. — Значит, все же за всем этим скрывается женщина!

Ее ответ был молниеносным и непредсказуемым даже для нее самой. Правая рука поднялась и звонко ударила его по щеке.

Она услышала, как Триш охнула от изумления, удивленно заворчал Кен. На миг она замерла на месте, не в силах осознать, что натворила,