Читалка - Вопрос времени

можем ждать, что правительства начнут эти изменения — в большинстве случаев они стараются удовлетворить только свои собственные цели и амбиции. И они не хотят раскачивать лодку. Но кто-то должен… Я уже представляю себе основную канву моего романа. Два основных действующих лица — мужчина и женщина — президенты соседних стран, двух враждующих стран. В начале романа они встречаются и влюбляются. Конечно, тайно… Они становятся любовниками, и женщина обнаруживает, что она ожидает ребенка, ребенка врага. Перед ними стоит масса проблем, а основная идея книги — предотвратить войну, объединить людей в борьбе за мир во имя их будущего ребенка… во имя будущего всех детей.

Катрин слушала, но одновременно и наблюдала за ним. Наблюдала, как меняется человек, рассказывая о своей мечте. Из глаз исчезло насмешливое выражение, с которым он обычно обращался к ней, пропал резкий вызывающий тон. В его глазах была мечта, голос звенел от сдерживаемых эмоций; он наклонился к ней, как бы желая заключить ее в объятия. Он открывался ей с такой стороны, какой она и не подозревала. И никогда прежде его мужественность не была столь неотразимой, а энергия и решимость — столь располагающими к нему.

Это был настоящий мужчина, он был не только невероятно привлекателен и сексуален, но и умен, благороден и захвачен своей идеей, озарен светом творческого вдохновения.

— Так, Кейт…

Сделав над собой усилие, она вслушалась в его слова.

— Ты сказала, что и у тебя есть мечта… тайная мечта. Ты расскажешь мне о ней, как я рассказал тебе о своей?

Ее тайная мечта. Мечта, которая никогда не исполнится. Она почувствовала знакомую боль от ее неосуществимости, но если и хотела, то не в состоянии была сейчас говорить о ней, да и вообще о чем-то другом. Вместо этого она продолжала смотреть на Рекса, на его красивые золотистые глаза, на его четко очерченное лицо, влажные взъерошенные волосы, губы, раскрытые в ожидающей улыбке… и чувствовала, что падает, падает в бездонную пропасть…

— Боже мой! — Слова

сорвались с ее губ, прежде чем она успела их остановить. Она чувствовала, что кровь отхлынула от ее лица, пульс почти замер. Покачиваясь, она поднялась на ноги.

Рекс смотрел на нее.

— Ты в порядке? — В его голосе слышалась тревога.

— Все хорошо, — выдавила Катрин.

— Нет, тебе не хорошо. Скажи мне, в чем дело?

Двигайся! Двигайся! — приказала она себе и с огромным усилием направилась в ванную.

— Я в порядке, — повторила она, ее голос звучал так чуждо, что она сама не узнавала его, — просто чуточку закружилась голова… это все жара, я думаю… а может, вино.

Оказавшись в ванной, она заперла дверь и бессильно прислонилась к ней.

— Кейт!

— Пожалуйста, — крикнула она, лихорадочно отбрасывая назад волосы, — оставь меня в покое на минутку. Ты одевайся и… спускайся вниз, хорошо?

Ответа не было, затем прямо у двери послышался его напряженный голос.

— Ты уверена, что все в порядке?

— Да, да!

— Тогда… — Она чувствовала его нежелание уходить. — Хорошо, я оставлю тебя. Но я приду за тобой… через полчаса.

— Не надо, — быстро сказала она. — Не поднимайся. Я сама спущусь.

Она не двигалась с места, пока не услышала, как хлопнула дверь.

И только тогда она пошевелилась.

Подойдя к зеркалу, она вгляделась в свое отражение, стараясь увидеть то, чего не увидела утром. И обнаружила лихорадочный румянец на щеках, выражение шока в глазах, дрожащие губы.

О Боже, помоги мне!

Она была охвачена паникой. Она безумно влюбилась в Рекса Пантера! Уже наступили сумерки, когда через полчаса она закончила переодеваться и вышла на маленький балкон. Воздух был полон благоухания, чувствовалась близость океана. Снизу доносились голоса и отдельные взрывы смеха.

Наклонившись вперед и схватив пальцами железные перила, она посмотрела вниз на веранду.

Флейм, Дерек и Рекс сидели у стола, в руках у них были наполовину опустошенные бокалы.

Ее взгляд остановился на Рексе, сердце вздрогнуло, как только она разглядела знакомый поворот его головы, белую рубашку,

которая облегала его широкие мускулистые плечи, услышала его смех в ответ на замечания Флейм…

После того как Дерек ее оставил, Катрин не думала, что может снова полюбить… и не пыталась. Боль, которую она чувствовала после его предательства, была невыносимой, и она не хотела испытать подобное вновь. Но она опять влюбилась. И по иронии судьбы влюбилась в человека, обожающего детей. Она поняла это по недоверчивому выражению его глаз, когда она заявила, что в ее будущей жизни нет места для детей, а случай с маленьким мальчиком на рынке только подтвердил это. Как это сказала его мать?

«— Вы любите детей. Я права?

— Да, я очень люблю детей.

— Я знала это. Вы именно такой человек…»

Да, он был таким человеком. Катрин вздохнула и вернулась в комнату. Человек, у которого уже есть дом, ждущий его жену и детей… потому что его бунгало в Шаугнесси, куда они заезжали перед отлетом, не было домом холостяка. Он хотел и мог иметь настоящую семью, жену, которая создаст мирный оазис в этом деловом, полном стрессов мире и радостное место времяпрепровождения для своих друзей и своих детей.

И в этом доме нет места женщине, которая должна была отказаться от своей сути.

Катрин вновь подошла к зеркалу и полными слез глазами посмотрела на свое отражение. Но она видела там женщину… видела блестящие белокурые волосы, легко спадавшие на плечи, как нравилось Рексу, синюю с белым шифоновую блузку и синюю юбку, выгодно подчеркивавшую линии ее фигуры, помаду на губах, которая делала их еще мягче, еще привлекательнее.

Как же она глупа! Что же заставляет ее провоцировать, завлекать человека… когда она не имеет права так поступать?

Со вздохом, она подняла волосы с плеч и уложила их в скромный шиньон. Затем стерла с губ всю помаду, не обращая внимания на то, что ее лицо стало от этого бледным и безжизненным. Она не могла изменить ничего в своей одежде, больше у нее ничего с собой не было, но ее тело… с этим она может бороться, и она покажет Рексу, как это делает женщина, вынужденная