Читалка - Тайный соблазн

. Ему с трудом верилось, что он утратил контроль над собой до такой степени, что едва не повел себя как подросток, в котором взыграли гормоны. Еще ни одна женщина не заставила его потерять голову. Селена научила его не спешить, не признавая интимной близости без свечей и полутемной спальни. Она возбуждалась очень медленно, тогда как Элисон…

С Элисон не было никакой романтики. Он был готов овладеть ею уже через пять минут после прелюдии, которая вышла какой-то скомканной, почти неуклюжей. А все потому, что его охватила безумная страсть. До этого момента Максимо даже не подозревал, что способен на нечто подобное. Неужели Элисон вызвала такую реакцию?

Максимо не мог сказать, что открытие обрадовало его. Он привык считать, что способен владеть собой в любых ситуациях. И вот пожалуйста. Женщина, с которой он помолвлен и которая носит его ребенка, лишила Максимо способности мыслить здраво.

Впрочем, этого стоило ожидать. Ведь он стал желать Элисон почти сразу. Лежа ночами без сна, Максимо грезил о ее нежных руках, влажных губах на своем теле. Желание переросло в навязчивую идею, и Максимо не сомневался, что оно не исчезнет само по себе, что он должен овладеть Элисон. Как только это произойдет, загадка привлекательности этой женщины утратит свою остроту. Должна утратить.

Почему же Элисон снова сбежала? Ведь она хотела близости с ним. Но больше он не позволит ей убежать от того, что неизбежно должно случиться. Просто потому, что он не в силах ждать.

Элисон приняла душ, смывая запах хлорки и жалея, что не может с такой же легкостью стереть ласки Максимо. Даже стоя под душем, под упругими струями воды она продолжала ощущать прикосновения его рук. Несмотря на прохладную воду, ее тело вновь запылало.

Элисон решила, что ей нечего стыдиться того, что произошло. В конце концов, в этом нет ничего противоестественного. Впрочем, она продолжала испытывать смущение оттого, что легко утратила связь с реальностью и вряд ли заметила бы, если бы кто-нибудь застал ее в объятиях

Максимо. Возможно, для него такой опыт не внове, и ему все безразлично, но с ней-то это случилось впервые!

Элисон не выдержала и посмотрела в Интернете, с какими женщинами связывали его имя до брака с Селеной. Она тут же пожалела об этом, так как все прежние подружки Максимо были высокими утонченными красотками. И, скорее всего, все они были искушены в вопросах секса. Чего нельзя сказать о ней.

Девушка задумалась. Что мешает ей стать такой же? А может, она трусиха? Элисон затрясла головой. Она привыкла считать себя смелой, научилась стоять на собственных ногах и ни от кого не зависеть.

Похоже, все это время она обманывала себя.

Она действительно трусиха, так как отказалась от части себя, не хотела начинать отношения, которые могут все запутать и усложнить. Она делала вид, что у ее тела нет потребностей, хвалила себя за стойкость, хотя на самом деле обманывала себя. Элисон не встречалась с мужчинами из страха. Осознание этого стало для нее горькой пилюлей. Она ничем не отличается от своей матери: так же слаба, хотя у этой слабости другая природа. Возможно, страх овладел ею, стал частью ее, когда она слышала, как мать клянет всех мужчин на свете и твердит, что никому из них нельзя верить. Если бы не встреча с Максимо, кто знает, сколько времени она продолжала бы тешить себя иллюзией о собственной смелости.

Теперь нужно сбросить оковы самообмана и начать действовать. Надо же, какая ирония: Элисон считала, что предательство или потеря человека, которого она полюбит, нанесет ей удар, тогда как на самом деле она нанесла себе удар сама.

Нет, влюбляться по уши Элисон не собиралась, но…

Но почему она не может удовлетворить чувственный голод? Ведь секс — это не любовь. Для женщин, с которыми встречался Максимо, скорее всего, это было само собой разумеющимся. Они получали удовольствие от близости.

Элисон прошла в спальню и села на кровать. Размышляя о Максимо, она снова ощутила страсть. Прежде она не знала этой особенности своего тела и спокойно могла находиться

в обществе мужчин, поскольку они не воздействовали на нее так, как Максимо. Несколько раз Элисон пожалела, что не продолжила знакомство с мужчинами, которые ей очень нравились, но то, что она испытывала тогда, не шло ни в какое сравнение с чувственным голодом, который в последнее время мучил ее почти постоянно. Искра, зажженная Максимо, разгоралась, готовая превратиться в пламя, стоило ему просто взглянуть на нее.

Но Элисон все же трудно было переступить через установленные границы, как бы ей этого ни хотелось. Ни предстоящий брак с Максимо, ни ребенок не могли заставить ее сделать это. Может быть, со временем… Как она себе это представляет? Если она не уступит сводящему с ума желанию, то скоро, вполне возможно, превратится в пылающий костер и сгорит дотла. Максимо, только Максимо способен потушить пламя.

Элисон встала и подошла к гардеробу. Он был забит вещами, приобретенными без ее участия — после случая с папарацци. Вся одежда была дизайнерской, очень красивой и очень-очень откровенной — такую Элисон ни за что не купила бы.

Она задумчиво принялась перебирать вешалки, пока не остановилась на шелковом платье цвета ночного неба с глубоким декольте и пышной юбкой до колен, уложенной складками. В таком платье любая женщина выглядела бы сексуально. Элисон заколебалась, а затем решительно — пока сомнения не одолели — сняла его с вешалки. Может быть, утром она от стыда не сможет смотреть Максимо в глаза, но сегодня ночью сама попробует соблазнить его.

От пламени свечи кожа Элисон приобрела теплый золотистый оттенок, а темно-синее платье обволакивало фигуру, подчеркивая ее достоинства — полную грудь, округлые плечи, стройные ноги. Максимо машинально отодвинул для нее стул. Когда Элисон взглянула на него, чтобы оценить произведенный ею эффект, то заметила, что он неотрывно смотрит на вырез, едва прикрывающий грудь.

Ужин превратился для него в пытку, а Элисон словно нарочно облизывала губы розовым язычком и удовлетворенно вздыхала, проглатывая кусочки ароматных