Читалка - Тайный соблазн

оставалось, — это надеяться на лучшее.

Мысли о ребенке вновь вернули Элисон к его отцу. Их с Максимо ребенок… Это до сих пор как-то не укладывалось в голове. Она носит в своем чреве его ребенка, а они ничего не знают друг о друге. Если бы она забеременела в результате случайного секса, и то знала бы о нем больше, чем сейчас. Они даже не испытывают друг к другу никакого влечения.

Лгунья!

Хорошо, хорошо. Ее влечет к Максимо. Но ведь ее и раньше влекло к мужчинам, правда, не так сильно, как к нему, но эти ощущения ей знакомы. В случае с Максимо она поступит как всегда — не будет ничего предпринимать, и все утихнет само собой.

— Какой отель ты мне порекомендуешь? — спросила Элисон, испытывая потребность разорвать гнетущую тишину.

Судя по напрягшимся мышцам и плотно сжатым губам, молчание тяготило его не меньше, чем ее. Их ощущения — пусть на несколько мгновений — совпали, и это странным образом если не сблизило их, то связало невидимой нитью. В некотором смысле это даже приятно: значит, Максимо, как и она, переживает за результаты теста, беспокоится, каким родится их ребенок. Если что-то пойдет не так, по крайней мере в отношении ребенка, она может на него рассчитывать.

— Зачем тебе отель? — поинтересовался Максимо.

— На острове очень красиво, но я не испытываю большого желания ночевать на улице.

— Кто сказал, что тебе придется ночевать на улице? Рва у нас нет, но комнат в замке хватает.

У Элисон вдруг пересохли губы. Она облизнула их, чувствуя взгляд Максимо, видя, как в его глазах зажигается огонек интереса. В животе у нее все сжалось. Максимо тоже влечет к ней. Похоже, их желание обоюдно. Голова ее неожиданно стала легкой-легкой. Если бы желание испытывала она одна, это еще полбеды, но если их влечет друг к другу с одинаковой силой, то…

Неожиданно лицо Максимо стало непроницаемым, и Элисон тут же решила, что ошиблась. Да, она знала, что мужчины считают ее привлекательной — иначе в прошлом они не искали бы с ней встреч, — но по сравнению с

покойной женой Максимо явно проигрывала.

Элисон видела ее на фотографиях и помнила, как она выглядит: такие лица не забываются. До того как выйти замуж за Максимо, Селена регулярно появлялась на обложках журналов мод. Она была не просто чрезвычайно красива, но при этом еще обладала талантом и выступала в самых известных оперных театрах. Элисон была всего лишь юристом и старалась хорошо выполнять свою работу. В общем, после такой жены, как Селена, Максимо вряд ли может желать Элисон — привлекательную, ответственную, но ничем особым не отличающуюся двадцативосьмилетнюю молодую женщину. Нет, Элисон себя ничуть не принижала, но ей было далеко до Селены Росси.

— Спасибо, но я в состоянии о себе позаботиться, — вежливо ответила Элисон.

— Нисколько в этом не сомневаюсь, — кивнул Максимо. — Но ты не просто гостья, а мать моего ребенка. Я хочу, чтобы с вами все было в порядке.

— А в отеле с нами будет не все в порядке? — шутливо возразила она. — Что же у вас за отели такие?

Но шутить на эту тему Максимо был не намерен.

— Отели отличные, но я не позволю тебе…

Элисон немедленно взорвалась:

— Позволить мне? Я уже давно совершеннолетняя и сама решаю, что мне делать.

— Если бы ты не носила моего ребенка, я не стал бы с тобой спорить, — сказал он. — Но раз уж так получилось, я думаю, что это дает мне право знать, где ты и чем занимаешься.

От изумления рот Элисон приоткрылся. Наверное, она выглядела довольно смешно. Судя по всему, Максимо говорил вполне серьезно, хотя в это трудно было поверить. Значит, он искренне считает, что, случайно став отцом ее ребенка, может распоряжаться и ее жизнью тоже?

— Позволь с тобой не согласиться, — выдавила из себя Элисон, с трудом совладав с собой. — В отношении меня у тебя нет никаких прав, и то, что я беременна, этого не меняет.

— Я забочусь о твоей безопасности. Вашей безопасности. Что в этом такого?

— Это не забота о безопасности, а паранойя, — бросила она.

Максимо процедил сквозь зубы:

— Можешь называть

это как хочешь, но с моим мнением тебе придется считаться. По крайней мере, пока не родится ребенок.

— Это абсурд! — Элисон покачала головой.

— С твоей точки зрения, вероятно, так и есть, но я думаю иначе. Ты носишь моего ребенка, а значит — пусть с некоторыми оговорками, — ты моя женщина.

Элисон подавила раздраженный вздох и попыталась еще раз воззвать к благоразумию Максимо. И уж тем более не обращать внимания на усилившееся при его последних словах желание. Конечно же в заявлении Максимо нет ничего привлекательного. Скорее это прозвучало нелепо, если не оскорбительно.

— Тоже абсурд. Даже если бы… — Элисон чувствовала, как ее щеки заливает невольный румянец, но все же продолжила: — Даже если бы мы зачали ребенка обычным путем, я не могла бы стать твоей женщиной. Повторяю еще раз: я вполне способна позаботиться о себе.

— Могу себе представить, — сухо заметил он. — Ну и как ты о себе заботишься, кстати?

— Лично я считаю, что неплохо. По крайней мере, не хуже, чем ты заботишься о себе.

Мужчина внимательно посмотрел на нее:

— К чему этот спор, Элисон? Почему бы тебе не принять мое приглашение и не остаться в замке? Так действительно будет спокойнее для тебя и ребенка. Если пресса ненароком узнает об этом, а ты остановишься в отеле, как я смогу позаботиться о вашей безопасности? А если журналисты вздумают тебя преследовать… Ты не представляешь себе, какими настырными они становятся, если это сулит им интересный материал.

Продумав такую возможность, Элисон тут же ощутила слабость. Это она упустила.

— Ты думаешь, это… вероятно?

— Не просто вероятно, а именно так и будет, если все станет известно.

На этот аргумент Элисон возразить было нечего. Максимо правильно истолковал ее молчание:

— Надеюсь, теперь ты со мной согласишься. Если не ради себя, то хотя бы ради ребенка.

Как это ни неприятно, но пришлось согласиться. Девушка неохотно кивнула.

— Вот и хорошо. Я покажу тебе твою комнату. — Максимо с облегчением вздохнул.

Они вышли