Читалка - Тайна гибели группы Дятлова. Документальное расследование

Железняков не подтвердил эту цифру, — по его данным апогей был около 700 км).

В пятницу 09.02.07 Железняков уточнил и сообщил время пуска ракеты от 16.02.79 для проверки наблюдения Штрауха, — в 15.00 по Гринвичу (GMT), или в 20.00 по Свердловску. Ясно, что Штраух указал время окончания наблюдения, — 20.15. И по описанию все совпало, — «распад на сегменты, словно дольки апельсина» был сбросом первой ступени 4-х «боковушек» «Союза-У». Второе свидетельство получило объяснение.

Но у нас что-то не сходилось по третьей дате, поскольку пуск от 31.03.59 Железняков в своих данных не обнаружил, хотя чувствовал, что мы близки к разгадке. Промучился часа три, перезвонил Железнякову и попросил его посмотреть «рядом», — в близких числах. Ощущалась какая-то ошибка по времени, — может, на сутки? Он проверил данные и нашел пуск с Тюратама 30.03.59 в 22.53 по Гринвичу, что соответствует 3.53 по Свердловскому времени 31 марта! И здесь четко совпали время наблюдения аварийного пуска ракеты Р-7, причем авария второй ступени РН произошла на 280 секунде, — за 10 с до расчетного окончания работы второй ступени.

Позже по более полным показаниям Мещерякова и Якименко удалось установить и дополнительные детали наблюдения и особенности полета. Мещеряков видел, как «звезда» в конце полета смещалась вниз, к краю окружавшего ее облака. А после того, как «звезда» скрылась за горой, он наблюдал кратковременную вспышку. Время наблюдения составило 22 минуты. Отсюда понятно, что из-за аварии ракета шла по траектории с недолетом, — ракета упала в 4800 км (вместо 6373 км до Камчатки со временем полета до Камчатки 1750 с) от стартовой позиции в районе «Усть-Нера» (Якутия). При падении и входе в плотные слои атмосферы с большой скоростью на высоте 50–80 км произошло разрушение топливных баков из-за их разогрева и аэродинамических нагрузок, воспламенение и взрыв остатков топлива. Со вспышкой, которую наблюдал Мещеряков, когда «звезда» скрылась за горой.

10 февраля 2007 г. природа «огненных шаров»

для меня, Железнякова и Гернштейна стала понятна. По крайней мере, мы установили, почему и когда летали «огненные шары». Вопрос о связи этого явления с аварией Дятлова уже не казался сложным.

Стали понятны и дополнительные детали наблюдения свидетелей. Пуск по баллистической траектории уводит межконтинентальную ракету значительно выше, чем пуск на низкую орбиту искусственного спутника Земли, причем вывод на большую высоту происходит уже на активном участке траектории. При высоте подъема 700-1000 км боевые пуски ракет с Тюратама видны на удалении в несколько тысяч километров и достаточно высоко над горизонтом, — под углом до 30°. Особенно хорошо «звезда» ракеты с ореолом инверсионно-газового следа видна в ясную безлунную ночь с возвышенного места, — оттуда, где видимый горизонт не заслонен близко расположенными объектами. В горах этот световой эффект «летящей в небе кометы» усилен из-за чистоты воздуха и высокого положения наблюдателя. В городах эти наблюдения затруднены и из-за ограничения видимого горизонта строениями и из-за задымленности воздуха.

^{Боевая межконтинентальная баллистическая ракета Р-7 на стартовой позиции.}

^{2 июня 2003 года. Ночной старт РН Союз ФГ со спутником Марс Экспресс.}

^{Сброс «боковушек» на 118 секунде и «перистое облако» вокруг ракеты.}

^{«Боковушки» отпали маленькими «звездочками», а вторая ступень ушла вверх. Старт ракеты-носителя «Союз-ФГ» 10 октября 2007 года (17.23 по «Москве») с пилотируемым космическим кораблем «Союз ТМА-10». Вид от места старта (фото Железнякова А. Б.)}

После 1960 года из района Северного Урала наблюдали пуски ракет с космодрома Плесецк, как это наблюдал Штраух. Эти наблюдаемые пуски по траектории могли быть, как «баллистическими», так и «космическими» ввиду небольшого удаления траектории полета ракеты от района наблюдения (удаления порядка нескольких сотен километров в зависимости от положения наблюдателя и траектории полета). Ракеты с Плесецка могли наблюдаться и близко от «зенита», — «над

головой». Но не в 1959 году, а позже, с 1960 года (реально с 1963–1964 годов), когда космодром Плесецк вошел в строй…

Железняков сообщил мне еще об одном пуске 2 января 1959 года станции «Луна-1» («Мечта») в 21.41 (по Свердловску, 16.41 по Гринвичу), — прямой пуск ракетой в сторону Луны по крутой баллистической траектории без вывода станции на орбиту искусственного спутника. Возможно, именно этот пуск видели охотники-манси, от которых поисковики услышали рассказы об «огненных шарах» «второго числа». Только не «второго февраля», а «второго января». Этот пуск с Северного Урала мог наблюдаться.

В Интернете узнали данные о положении Луны 17 февраля и 31 марта 1959 года, — эти ночи были безлунными, что усилило световые эффекты при наблюдении полета ракет.

Позже Железняков сообщил, что 10.10.07 он вместе с космонавтом Сергеем Крикалевым наблюдал пуск ракеты-носителя «Союз-ФГ» и разделение ступеней ракеты с расстояния до 2000 км. Причем это наблюдение случилось «на закате», — еще в светлое время суток. На приведенном фото виден и блестящий инверсионный «шар», и звездочка ракеты, и «звездочки» отпавших «боковушек первой ступени.

Но и это в плане наблюдений, как оказалось, не все. В октябре 2007 г. в личной беседе профессор-географ Чистяков указал на одну неточность в утверждениях. Дело в том, что луч света преломляется в атмосфере, как в призме, и огибает земную поверхность. Угол преломления может доходить до 6 градусов. Эти 6 угловых градусов (предельные), на дальности 1700 км дают по высоте подъема ракеты 177,8 км, а при дальности 2000 км — 209 км. Можете убедиться сами, умножив дальность на синус этого угла. По данным же геометрического расчета ракета должна была быть видна с такой дальности при подъеме на высоту 210–250 км (в зависимости от высоты наблюдателя до 1000 м в горах Урала). Из этих цифр ясно, что эффект преломления лучей света в атмосфере позволял видеть ракету уже через минуту-две после старта, — при подъеме на высоту всего несколько десятков километров