Читалка - Тайна гибели группы Дятлова. Документальное расследование

лицо и голову человек интуитивно защищает всегда, подставляя все, чем можно защититься.

Невозможно, чтобы группа на полутора километрах пологого и ровного спуска без сбросов и крупных камней собрала такой богатый «набор» повреждений на голове в результате падений! Источник мелких травм на голове здесь явно иной. Мы увидели этот источник именно в ударе снежной лавины-«доски» по наружному краю палатки, — удару по головам, и в последующих действиях по освобождению из палатки. Ведь дятловцев придавило, причем некоторым придавило голову.

Корнев указал на еще один возможный источник мелких травм: они могли растирать руками замерзшие лица, и это вызывало кожные повреждения. При анализе мелких повреждений совместно с адвокатом Геннадием Петровым, мы пришли к заключению, что это утверждение Корнева является верным. Поскольку многие повреждения кожи концентрировались на тех частях тела, которые человек обычно растирает на морозе и при воздействии ветра со снегом: на лице, — на запястьях и предплечьях, а также в области голеностопа. Но более серьезные травмы с кровоподтеками вызваны иными причинами.

По вопросу о «дееспособности» Золотарева и Дубининой и их возможности идти вниз после получении травм Корнев сделал однозначный вывод: «При множественном переломе ребер человек не становится «недееспособен» и не теряет способности действовать и передвигаться». Корнев совсем не так оценивал травмы, как Возрожденный, как остальные (включая и нас). Он не считал их столь опасными и столь тяжелыми, какими их считали ранее, и определенно утверждал, что с этими травмами они не потеряли способность и передвигаться, и совершать какую-то работу. Конечно, больно им было, но способность передвигаться не потеряли. «Живой» пример похожей травмы у нас имелся. В походе Валерий Лобов (мастер спорта из Петроградского клуба туристов С-Пб) получил переломы 4 ребер, — по нему перекатился тяжелый камень. Валерий самостоятельно шел 5 часов по ущелью без рюкзака. Известны и другие случаи с переломами

ребер, когда туристы не теряли способность самостоятельно передвигаться. Известны и случаи из практики мирового альпинизма, когда люди с тяжелыми травмами ног и ребер не теряли дееспособности. Вот упоминание о легендарном случае спуска с огромного семитысячника в Пакистане:

«…Небольшая группа британских альпинистов взошла на ОГРЕ (7285 м), после чего Дуг Скотт и Крис Бонингтон совершили драматический спуск с вершины, — первый со сломанными ногами, второй с переломанными ребрами…»

— см. http://climb.by.ru/books/bon/45-85.htm

«…Последовавший за этим недельный спуск Дуга и Криса был поистине эпическим. На первой же верёвке спуска с вершины Дуг сломал обе ноги (в голеностопных суставах — прим.). Далее наступает очередь Криса. Он ломает два ребра, и у него развивается пневмония. Погода всё время стояла отвратительная. Тем не менее, они спускаются в ВС (base camp, — базовый лагерь — прим.), где им предстояло долгое ожидание помощи «извне…».

См. [36] и http://www.mountain.ru/news/index.php?id_class_news=0#7522

^{Пик Огре (7285, Пакистан, Каракорум).}

^{Массив Сиула-Гранде (6344) в Перуанских Альпах.}

По высоте «людоед» пик Огре куда круче горы Холатчахль и в 7 раз выше.

Известен также легендарный случай спасения британца Джоя Симпсона, совершавшего восхождение в 1985 г. в паре с Саймоном Етсом на вершину Сиула-Гранде (Siula-Grande, 6344) в Перу. Эта ситуация позже была воссоздана и показана в фильме «Касаясь пустоты» с рассказом участников события. На спуске Джой сломал ногу, и в очень трудной ситуации с зависанием на перегибе скал Саймон перерезал веревку, «сбросил» партнера в пропасть и ушел вниз, считая Джоя погибшим. Джой упал с высоты 25 м, провалился в ледовую трещину еще на 25 м и потерял сознание. Придя в себя, он сумел со сломанной ногой вылезти из трещины и несколько километров полз по леднику по следам Саймона, жестоко страдая от боли, холода, жажды и голода. Потом многочасовой спуск по каменным осыпям морен. Ему удалось

вернуться к палатке партнеров ночью до их ухода вниз. И они его спасли. По представлениям «городских» врачей Джой должен был 100 раз умереть от болевого шока, и уж никак не мог передвигаться самостоятельно. Но «городские» представления» не работают там, где человек поставлен в ситуацию борьбы, когда только от него самого зависит его спасение.

Поэтому утверждения насчет того, что Дубинина и Золотарев потеряли дееспособность после получения травм, являются несостоятельными. Нам стало ясно: они понимали, что от их действий зависело спасение не только их, но и всей группы. И они боролись до конца. Насчет Тибо-Бриньоля Корнев не смог сделать определенный вывод. Он сказал, что здесь могло случиться по-разному: Тибо мог сохранить дееспособность, а мог быть без сознания. Он мог прийти в себя и мог не потерять способность идти с другими вниз, особенно при наличии поддержки. Здесь налицо неопределенность, но ведь она есть и в количестве следов, — их 8 или 9 пар по свидетельству поисковиков. Тем более что Тибо мог даже в полубессознательном состоянии оставить какие-то следы на склоне, — ведь все зависело от способа транспортировки. Его могли нести с подхватом рук на плечи с двух сторон. Перенести так человека парни вроде Дорошенко, Кривонищенко, Дятлова или Колеватого вполне могли, — ведь они носили в походах рюкзаки под 40 кг, а два таких рюкзака — вес взрослого человека. Склон не являлся настолько сложным, чтобы исключить возможность такой переноски, конечно, весьма нелегкой. Чтобы помочь пострадавшим, их могли поддерживать с боков. Вот и получилась шеренга на спуске.

По всем признакам трещина основания черепа Тибо была следствием той же компрессии, что и вдавленный височный перелом. Внешняя нагрузка вызвала сильное смещение головы и значительное внутреннее усилие на основание черепа со стороны шеи. Отсюда и произошла травма. Ее причиной могли быть и нагрузки, возникшие при извлечении Тибо-Бриньоля из снежного завала (но этот вариант Крупенчук и Корнев считают менее вероятным