Читалка - Вульфен

. Она не знала, с чего они решили, что могут указывать ей, что делать, но она не собиралась терпеть их запугивания, особенно беспричинное!

Она испытала облегчение, когда никто не пришел. Действительно, облегчение.

Когда она закончила свой уединенный обед и убралась, поставила свой ноутбук на стол вместо тарелки с едой и села, составляя убедительный доклад, который не выглядел бы на девять десятых фигней, как будто она действительно достигла успеха. Было бы намного легче сосчитать волков, если бы она пометила их, и было бы гораздо легче найти их логово, если бы тот проклятый волк не разгрыз чип, который она внедрила ему в бедро!

Это говорило, о высоком уровне интеллекта, что было не очень хорошим дополнением к ее «не полностью проверенному» докладу, это была сильная стая, здоровых животных, что давало людям еще больше повода сохранить их, если они смогут заманить их в ловушку.

Она не могла потратить на это месяцы, чтобы закончить все. Ее начальство стало бы беспокоиться, и если бы сообщили еще о нападениях, это было бы концом ее исследований раз и навсегда.

Кроме тог, она могла так увлечься наблюдениями, что могла стать частично ответственной за следующее нападение.

И еще это ситуация с байкерами. Если бы она не находила их такими привлекательными, она бы не волновалась об этом, но у нее было плохое предчувствие, что их непосредственная близость в течении длительного времени только сделает ее более соблазнённой, не меньше. Она уже рассматривала преимущества того, чтобы поддаться приятным ощущениям, но даже думать об этом не хотела. Конечно, они все были взрослыми, свободными делать свой выбор и она тоже, но не было ни одной причины считать это хорошей идеей.

На самом деле это была, вероятно, одна из ее худших сторон, которая сеяла сомнения, она даже не узнавала этот голосок говоривший ей: «Эй! Жизнь коротка! Когда ты собираешься жить в свое удовольствие, получить радость жизни? Тебе уже за тридцать. Не успеешь обернуться, тебе уже будет за сорок, и

потом действительно будет поздно.»

Она задалась вопросом — это кризис среднего возраста? Она думала, что еще молода для этого. Наверно, она надеялась, что еще она достаточно молода и не было у нее конкретного возраста, просто однажды человек просыпается и понимает, жизнь прошла, пока они уходили с головой в работу без отдыха.

Она предположила, что это было в характере «переживания из детства» или просто жизнью. Она, по правде сказать, была слишком серьезна и слишком замкнута чтобы вытворять чудеса в дикие подростковые годы. Она никогда ни с кем не сходилась, неудобно чувствовала себя в толпе, и, к сожалению, никогда в жизни у нее не было настоящего приключения. Она была слишком занята, пробуя защититься от «мучителей-детей», которые, как им казалось, имели высшую цель — превратить жизнь людей, которые были не похожи на них в ад.

У нее были сиськи и прыщи, когда еще ни у кого не было, еще очки и бреккеты и средний бал 4,0, чтобы уничтожить всякую надежду на социальную жизнь. Ее полнота тоже этому не способствовала, но она преодолела это когда занялась пешим туризмом.

Независимо от причины, по какой этот этап жизни прошёл мимо неё, тем не менее, она его пропустила. Она больше не подросток. Она не могла вести себя с дикой неосмотрительностью и безответственностью молодежи.

Она хотела бы, но не могла, не станет!

Даника раздраженно думала, что не знает, после какого удара такие дикие мысли полезли в ее голову. Она всегда предпочитала мужчин, по крайней мере, лет на пять или десять старше ее, зрелых, опытных, серьезно настроенных, которые были сильными, умными и решительными.

Глава 5

Не найдя приличную интернет-связь, Блейн связался по телефону с главой совета, чтобы обрисовать в общих чертах ситуацию и получить то, в чем они нуждались, чтобы принять меры для её разрешения.

— Мне это не нравиться, — сердито пробормотал Дориан, когда он закончил.

Лицо Блейн напряглось от раздражения.

— Если у вас есть предложение получше, мы внимательно

слушаем.

Тишина была ответом, но он заметил:

— Вы говорите, что отступники заразили половину города?

— Фактически, нет. Судя по тому, что мы видели это больше половины. Невозможно определить сделала ли это все стая отступника или только запустила первую волну заражения. Учитывая масштабы, они намериваются преобразовать весь город.

— Какого черта им это нужно?, — требовал Дориан.

— Я могу только делать предположения, — сказал Блейн. — Мы здесь всего несколько дней. И пока смогли найти только пару вулфен, и то они не имели желания разговаривать.

— Мне все еще это не нравиться. Все равно нужно найти способ сделать это как можно тише.

— Мне не нравиться это также как и вам, — нетерпеливо рычал Блейн. — Хотя, это совсем другая игра в мяч, чем вы ожидали, когда посылали нас сюда. Мы ожидали, что будем иметь дело со стаей отступников и, возможно, с несколькими оборотнями, которые сделали ошибку, перейдя им дорогу. Все было продумано. Это никакой, к чертям, не несчастный случай, что они заразили так многих. Я сразу не понял, что все было спланировано, но если проанализировать все, то без сомнения у него есть цель — захватить для себя новую территорию.

Дориан снова затих, очевидно, обдумывая ситуацию. Ждал, насколько ему позволяло терпение.

— Прекрасно, — наконец, ответил он. — Я поговорю с советом, объясню ситуацию, и мы отправим вам то, что вам необходимо. Я не сомневаюсь в том, что вам нужно подкрепление, раз все так запущено, как вы говорите.

— Я понимаю. Мы будем сильно превзойдены в численности. Но если цель состоит в том, чтобы все сделать тише, то я не уверен, что появление нескольких сотен вулфен будет незаметным. Оборотни будут неуправляемы, когда перекинутся в первый раз через несколько дней. По-моему мнению прибытие большого количества вулфен только все усложнит. Это наверняка приведет к большему количеству жертв — будет чертовски трудно сохранить секретность, если в конце придется иметь дело с несколькими сотнями тел.

— Вы думаете,