Читалка - Вульфен

вам задницу. — Поднимаясь на ноги, он, немного пошатываясь, пошел к домику. — Я первый в душ!

Дакота кое-как смог подняться.

— Проклятие, это мое право быть первым! — выкрикнул он Блейну вслед .

— Укуси меня! — прокричал в ответ тот, поднимая вверх средний палец.

— Мне кажется, что я сейчас усну здесь, — проговорил Ксавье через минуту.

— Даже не думай об этом! — лежа проговорил Кон. — Если Дани увидит тебя наполовину животным, она перепугается до чертиков.

— Не думаю, что у меня остались силы измениться, — сказал Джаред устало. — Во всяком случае, от выпивки и секса она нескоро проснется.

— Все равно сделай это!

— Подожди, — рычал Дакота. — Как только я смогу, выбью из тебя все дерьмо, чтобы трахнуть ее снова, ты понял?

Джаред с трудом поднял одну руку достаточно высоко, чтобы ткнуть ею парня.

— Ты хочешь войны? Ты ее получишь! Я выбью из тебя все дерьмо.

— Это не твое дело в любом случае, — пробормотал Ксавье, — Она сама пригласила…

— Клянусь богами, Ксавье, если ты не заткнешься, я перевернусь, и мой кулак окажется у тебя в горле! — рычал Джаред.

Дакота с минуту понаблюдал за двумя злящимися, наконец, встал и пошел к домику.

Джаред смотрел на его легкую походку, когда тот прошел мимо него, но решил, что у него нет сил для нового сражения.

Кон поднялся через минуту и последовал за Дакотой.

— В чем проблема? — потребовал Ксавье.

— Я не хочу об этом говорить, ладно?

Первую вещь, которую Даника заметила, когда проснулась, был ужасный, отвратительный вкус во рту и солнечный свет, пробивавшийся сквозь окно, и вонзавшийся ей в глаза через веки, как острые шипы. После борьбы с диаметрально противоположными импульсами — подняться и пойти в ванную, избавляясь от противного вкуса, или же валяться дальше: она или умрет, или ей станет лучше. Наконец, девушка поняла, что если не встанет и не вымоет рот, то ее вырвет.

В первую секунду она заметила две вещи. У нее болела задница, буквально, а голова, как будто разрывалась. Поддерживая

голову обеими руками, она аккуратно поплелась к ванной, долго пытаясь найти жидкость для полоскания рта, а также зубную щетку и пасту. У жидкости для полоскания рта был ужасный вкус, но все же она продержала ее во рту 5 секунд и сплюнула. Когда Даника решила, что уже можно отойти от унитаза, она потихоньку пошла к раковине, чтобы воспользоваться зубной пастой. Это было достаточно тяжело, но она собралась и почистила зубы.

После нескольких болеутоляющих, девушка заползла в душ, и просто стояла под водой несколько минут, позволяя горячей воде ослабить ее боль.

Затем медленно начала намыливать свое тело, и, когда дошла очередь до бёдер, Даника вспомнила, что привело к ее дискомфорту.

Хоть и без большого успеха, она пыталась отмахнуться от воспоминаний, то и дело всплывавших в ее памяти. Было слишком много свидетельств, чтобы убедить себя, что все это был сон, и вчера она не занималась любовью втроем. Воспоминания были довольно расплывчаты после того, как Дакота дал ей пиво, но, к сожалению, недостаточно туманны. Она только предполагала, что могла наговорить на пикнике, но точно помнила, что у нее был словесный понос.

Даника чувствовала себя настолько распущенной и болтливой; и куда подевалась вся ее застенчивость, которая была ей присуща, хотя она уже переспала больше чем с половиной присутствующих мужчин за последнюю неполную неделю.

Теперь уже со всеми мужчинами, она напомнила себе, мысленно застонав.

Теперь в своем списке «вещей-которые-я-должна-сделать-прежде-чем-умру» можно отметить «напилась в компании с пятью мужчинами» и «секс втроем», подумала она хмуро.

Когда она вышла из душа, голова еще болела, но чувствовала она себя уже лучше. По крайней мере, во рту не было привкуса застоявшейся канализации, и ее не тошнило. Придерживая голову одной рукой, и пытаясь достать трусики и джинсы другой, она наклонилась; казалось, что ее голова просто упадет вниз.

Ставя на стол чашку с быстрорастворимым кофе, и подперев голову одной рукой, Даника думала,

стоило ли собрать вещи и позорно сбежать, чтобы избавиться от необходимости встретится лицом к лицу с байкерами, или возможно лучше спрятаться в домике и попытаться закончить свою работу, прежде чем она ускользнет в кусты.

Даника, конечно, подумала о ничтожной возможности, что один из них захочет продолжить их отношения!

Хотя, быстро прогнала эту нездоровую мысль. Это вообще не должно было произойти с ней. Не имело значения, даже если они считали ее слабохарактерным человеком, ведь она не собиралась встречаться с ними снова. Именно поэтому, девушка думала, что безумное приключение с ними безопасно — ведь они не смогли бы рассказать об этом ее знакомым.

Ей просто хотелось знать, что значит быть плохой девочкой.

Фактически, лишь одна эта мысль приносила ей радость.

Недостаток был в том, что все было не так, как она себе представляла. У нее должен был быть секс дикий и безудержный, с красивыми парнями, которые удовлетворили бы ее полностью, не беспокоясь о том, что они думали, или, понравилось им или нет пока они вместе, а затем просто расстаться с приятными воспоминаниями о «как-их-звали» пятёрке байкеров.

Даника, как предполагалось, не должна была чувствовать себя виноватой. У нее не должно быть чувства, что упустила что-то важное. Она не должна была чувствовать себя плохо или сожалеть по какой-то причине. Можно было сказать, это было путешествием ее эго.

У Даники Уитни, чья жизнь всегда была смертной скукой, никогда не рисковавшей и не делавшей глупостей или опрометчивых поступков, было приключение, которое она могла бы приклеить в свой альбом для воспоминаний. Таким образом, могла напоминать себе, время от времени, что однажды она была смелой и бесстыдной, и совершила что-то невероятное.

Девушка думала, что может быть счастлива оттого, что они будут вспоминать этот дикий роман с «как-ее-звали-тормознутой-ученой-курицей-наблюдающей-за-животными» и это было чертовски здорово. Но у нее было предчувствие, что все будет не так просто.

Особенно