Читалка - Внешность - это не главное!

от гнева, Трил, наоборот, побледнел, но его глаза засверкали на обескровленном лице. До меня, наконец, дошел смысл:

– Я не понимаю вашего вопроса, командор. И почему вы пришли к подобным выводам?

Он слегка наклонил голову к плечу, приподнял бровь и насмешливо изложил свои домыслы:

– Ну как же? Вчера, как я понял, вы отказались принять его чувства. А сегодня уже обхаживаете раненого неудачника и прилюдно ласкаетесь с ним. Просите прощения...

Асиандр открыл рот, чтобы возмутиться, я подбирала слова, чувствуя обиду, но нас опередил Трил. Он вытащил руку из моих ладоней, мимолетно погладив, успокаивая, и ответил:

– Вы ошиблись с выводами, командор. И я думаю, догадываюсь, что вам помешало сделать правильные выводы из услышанного и увиденного. Сиера Лельвил непорочна, и надири это доказывает. Если бы лучше знали кариярцев, то в этом не сомневались бы. Просто поверьте мне на слово, Танг. Я люблю... любил погибшую совсем недавно... сестру сиеры. С ее смертью выяснил некоторые нюансы, которые меня совсем не обрадовали, но... это уже не важно. Хм-м-м, баронесса Раус помогла мне найти смысл в дальнейшей жизни, командор, и не заслуживает ваших насмешек и ехидства. Вы совершаете ту же ошибку, что и я в первые минуты нашего с вами знакомства... Я учел ваши замечания, надеюсь и вы прислушаетесь к моим.

Командор стер с лица ехидство и насмешку, буркнул извинения и, резко развернувшись, покинул помещение под удивленные взгляды своих подчиненных. Да и наши тоже. Мы с Асиандром еще недолго посидели рядом с Трилом, но все трое чувствовали внезапно возникшую неловкость. Каждому из нас надо было подумать о своем и поразмыслить. Асу уже пора на смену, и я попросила его поберечься, напомнив о Ринис. Тот, помрачнев, согласился с легкой доброй усмешкой. Трил тем временем заснул, а я пошла, заниматься завтраком.

– Ну что, госпожа Лельвил, мы смогли починить один из малых орбитальных движков. Правда, командор хочет для надежности попытаться еще один отремонтировать, чтобы

не рисковать, так что еще немножко времени – и мы сможем взлететь навстречу звездам и подальше от этой мерзкой планеты.

Туриг весь светился, рассказывая эту новость, которая заставила загореться радостью мои глаза, а потом сжаться сердце. Я смогу добраться до Карияра и помочь своей семье, но потеряю шанс построить отношения с Эриасом Тангом. Эх, мне бы еще немного времени и опыта общения с мужчинами, чтобы завоевать его сердце...

– Я рада, Туриг, спасибо за прекрасную новость.

Весь день провела как на иголках в ожидании появления командора. Я уже не помнила про злые слова в медотсеке, не задумывалась над тем, почему стоит ему появиться рядом, теряюсь и забываю кто я такая. Мне нестерпимо хотелось увидеть его, узнать как у него дела, но, по разговорам остальных членов экипажа, выяснилось, что он сегодня полдня провел снаружи. Стало страшно за него. Пришел Джар и быстро пообедав, забрал с собой поднос с едой для командора. Стало грустно.

Снова вечер и тишина в пищеблоке и коридорах. И снова кто-то спит, а кто-то рискует жизнью, работая снаружи и во внутренних технических отсеках, получивших большую часть повреждений. Надо идти спать, усталость накатила тяжелой волной, но я ждала до последнего в надежде, что он придет как вчера. Я чуть не подпрыгнула от страха и неожиданности, когда большие руки сжали мои плечи, не давая двигаться. Сердце заколотилось в груди, но тихий голос командора прогнал страх:

– Прости меня, Лель! – Я молчала, не вырываясь из его захвата, стояла и слушала его бархатный голос с рычащими нотками. – Прости за утро, за грубость... Решил, что ты... играешь нами двумя, когда услышал ваш вчерашний разговор, а потом и его утренние откровения. Не хочу ошибиться в третий раз... – он повернул меня лицом к себе и, приподняв мой подбородок своими пальцами , заглядывая в глаза, опять спросил: – Простишь?

– А почему боишься? – мой хриплый голос поразил даже меня.

– Думаю, в этот раз пережить будет сложно... предательство и измену.

– Я не

играю, Эриас! Просто не умею и не хочу этому учиться. И предавать я тоже не умею и учиться не буду! Жизнь и так сложная штука, чтобы запутываться в ней еще больше.

Он сверлил меня взглядом, потом, передернув широкими плечами, будто сбрасывая с них тяжелый груз, вкрадчиво произнес:

– Ну что ж, я рад, что в этом наши взгляды тоже совпадают...

Верния влетел в пищеблок в тот момент, когда командор, руками обхватив мое лицо, большими пальцами поглаживал щеки через надири. Эриас молча обернулся к нему, а тот, заметив меня за крупным телом командора и нашу интимную позу, словно споткнулся. Спрятав удивление, коротко пояснил свое появление:

– Э-э-э, командор, там... прорыв... новый... возле второго двигателя...

– Проводи сиеру в каюту. Группа готова?

Получив утвердительный кивок Вернии, Танг на мгновение повернулся ко мне и ласково провел по моей щеке ладонью:

– Иди спать, Лель, ты устала.

Я не успела ничего сказать, потому что Эриас буквально выбежал из пищеблока, оставив меня на Вернию. Испытывая страх уже за командора, спросила прерывающимся голосом:

– Скажите, Верния, это серьезный прорыв? Как велика опасность и...

– Нет, госпожа. Совсем маленький и не опасный. Все будет хорошо, там целая бригада ремонтников и штурмовая группа зачистки. Все будет хорошо.

Меня терзали сомнения и страх, но широкая улыбка мужчины, причем довольно искренняя, убедила в его словах.

Ночь прошла в тревоге и меня вновь, мучили кошмары. Утром, я встала разбитая и не выспавшаяся. Смыв в душе пот, от пережитых ночью кошмарных снов, взбодрилась, медленно заплела косы, уложив привычными кольцами вокруг головы, и пошла одеваться.

Весь завтрак ждала прихода командора, но он так и не появился. Сегодня все ходили мрачные, усталые и не выспавшиеся. Проведала Трила в медотсеке и отметила, что там прибавилось несколько раненых. Но меня успокоили, что погибших нет, и командора там тоже не было, значит с ним все в порядке. Джар появился к обеду вместе с Туригом и впервые