Читалка - Внешность - это не главное!

обостряло мою восприимчивость к Эриасу. Слишком обостряло!

– Лельвил, ваше надири, оказывается, скрывает еще и ваши объемы. Мало того, что вы гораздо стройнее, чем кажетесь, так еще и значительно полегчали? В чем секрет?

Его густой баритон прозвучал у меня над ухом, заставив вновь напрячься и медленно повернуть лицо в его сторону. Я столкнулась с его синими глазами, в упор разглядывающими меня. Слишком близко и слишком тесно. И слишком опасно для моей миссии. Усилием воли разжала ноги, сцепленные вокруг его талии, и опустила их вдоль его ног, но он продолжал держать свою широкую ладонь на моих ягодицах – мало того что это неприлично, так еще и теснее прижал к себе. Ослабила хватку на его шее и переложила ладони на плечи, удивляясь их ширине и пытаясь сползти по нему вниз. Он как-то нехотя разжал хватку, и я медленно, ощущая всем своим существом каждый сантиметр его твердого крупного тела, сползла вниз.

Непривычно, возбуждающе и так волнующе – впервые испытываемые мной ощущения, и я старательно запоминала их. Вдруг это первый и последний раз, когда мне вот так повезет оказаться в непосредственной близости с этим потрясающим мужчиной, да и вообще с кем-либо мужского пола, кроме родни и телохранителей. Пусть даже из-за смертельно опасной ситуации, пусть...

Наконец, мои ноги коснулись пола, а его ладонь пропутешествовала с моих ягодиц на спину. Мне повезло в очередной раз, что Эриас не видит моих пламенеющих щек, но зато пристально следит за выражением глаз. А я вглядывалась в его глаза, замечая, как расширяется зрачок, как утончается синяя радужка и как трепещут крылья носа. Интересно, что это означает? Хрипло прошептала сорванным от крика голосом:

– Спасибо за то, что спасли меня... снова.

– Вы не ответили на мой вопрос... снова.

Я неосознанно, испуганно бросила взгляд на кровать, где так и лежал пояс с драгоценными перпили. И он поймал этот выразительный испуганный взгляд. Медленно отстранился, скользнув руками по моему телу, а потом, сделав пару

шагов, оказался возле кровати. Я на подгибающихся от пережитых волнений после как плохих, так и приятных событий, рванула к кровати. Но было уже поздно.

Он взял его в руки, заметно удивившись, что пришлось приложить очень приличные усилия, чтобы поднять его. Присел на кровать и начал внимательно рассматривать пояс, в котором находилась свобода Карияра. Сердце бухало от напряжения и страха – никак не хочется оказаться разоблаченной. Он потребует объяснений и еще неизвестно как отнесется к моей миссии. Я подобралась к нему практически вплотную, не зная на что решиться. То ли просто потребовать убраться, что практически нереально и не в моих силах, то ли падать в ноги и умолять не трогать пояс. А сама ругала себя что есть сил. Ведь Лиси же предупреждала об этом, приказала не снимать, а я размякла от безопасности и усталости, расслабилась и забыла обо всем.

– Что это? Что вы там спрятали? – подозрительный тихий голос полоснул по моим нервам плетью и заставил вздрогнуть. Мы столкнулись взглядами. Пронзительный синий, смешался с умоляющим голубым в молчаливом противостоянии. Но победа была не на моей стороне, синий не дал даже шанса на малейшее сопротивление.

– Прошу вас оставить все как есть. Это не относится к вам, Эриас Танг. Не несет опасности и принадлежит моей семье.

Сузив глаза и чуть приподняв в мрачной ухмылке уголок губ, он повторил холодным, нет, скорее ледяным голосом:

– Что это?

Меня уже трясло. Он проверит сам, это не вызывало сомнений. В голове метались мысли: "Что делать? Что делать?" Я решилась на часть правды:

– Это залог свободы для моей семьи и моего народа, командор. Если я не прибуду на Карияр... в течении пары месяцев, нас сметут имперцы. Станем прислугой никчемного глупого императора, который решил подмять под себя вселенную и нас в том числе.

– Какое отношение твоя семья имеет к свободе всего Карияра? И ты лично? – он молчал, поглаживая ремень, и пристально смотрел на меня.

– Прямое! – у меня скулы от отчаяния свело, при

ответе на этот вопрос и возможных последствий раскрытия государственной тайны.

– Что ты прячешь под этой маской? – снова его сверлящий подозрительный взгляд, который пытается пробраться мне в голову и узнать все мои секреты. – Только не ври в этот раз.

Мои глаза сами по себе округлились, а еще внезапно осознала, что стою в одном надири перед чужим мужчиной и чувствую себя практически голой. Я быстро схватила платье и, отвернувшись от него, чтобы скрыть стыд в глазах, оделась. Потом, все еще не поднимая глаз, снова повернулась к нему и тихо сказала:

– Я клянусь, все что касается надири – правда. Все девушки до замужества по закону Карияра обязаны носить его. И только жених может дезактивировать этот покров, принеся брачные клятвы и окропив энергозамок своей кровью как залог своих намерений, и подтвердив их отпечатком пальца и голосом. Под надири я скрываю только свое тело, чтобы выбравший меня мужчина сделал выбор не благодаря сиюминутному влиянию тела, а по велению души и сердца.

Он продолжал сверлить меня взглядом, при этом перебирая пару звеньев пояса. Потом отнял руку и положил ладонь мне на талию, заставив затаить дыхание и не отрываясь, смотреть в его глаза. Подняв вторую руку, так же положил на другую сторону, практически соединив пальцы, такая тоненькая у меня талия или у него большие руки. Потом словно уронил их, скользнув по тихо прошуршавшей ткани платья и прижимая ее к моим ногам. Изучая!

– Такая хрупкая, но такая стойкая... В эту каюту кроме тебя и меня, как командора корабля, без твоего разрешения больше никто не войдет. Не таскай эту тяжесть на себе, никто не прикоснется к твоему поясу. Обещаю.

Отмерла и постаралась скрытно выдохнуть, почувствовав, что от облегчения сейчас взлечу. Но частичка сомнения еще осталась:

– А вы, командор? Как быть с вами...

Снова молчание и пристальный синий взгляд, а его ладони по-прежнему прижимают платье к икрам, заставляя остро чувствовать их на теле. Он все еще решал для себя можно ли мне доверять,