Читалка - Внешность - это не главное!

... наверное. Но в итоге император буквально на следующий день, после того как народу сообщили о рождении юного наследника престола, не смог проснуться, оставив молодую жену вдовой. Уже через несколько месяцев состоялся брачный союз между первым наследником Карияра Ронаром и вдовой императора.

Ронар жестко навел порядок во вверенных ему территориях, заключил мир с Доргаром и официально с Карияром. Выиграл эту войну, не пролив крови. Эриас только диву давался размаху деятельности моей семьи и надеялся, что эта черта достанется и нашим детям по наследству. Теперь Ронар – император Фартана без права на трон Карияра. Я – вторая наследница на трон, а Вацлав – первый. Когда через три года у императорской четы родился второй наследник, как две капли воды похожий на первого, народ зубоскалить не стал, нашей семье, с пристальным вниманием следившей за развитием ситуации, даже показалось, что империя вздохнула с облегчением, видимо посчитав кровь князей Рандованс гораздо чище и свежей, чем старого императора.

Мои родители продолжали достойно княжить и бурно радовались каждому новому Рандовансу, балуя их и пестуя из них настоящих мужчин. За эти пять лет пока не родилось ни одной девочки. Мои мысли снова прервала тягучая боль внизу живота. Родные большие руки мужа чуть крепче сомкнулись у меня на талии.

– Что-то не так, Лель? Устала? Отдохнешь?

Я лишь помотала головой, потому что в этот момент в зал вплыла странная дама с надири на голове. Сверху вроде кариярка, но полураздетое довольно привлекательное тело выдавало в ней доргарку. Оригиналка, однако! Я закатила глаза и насмешливо, с толикой раздражения выдохнула, обращаясь к мужу:

– Клянусь звездами, но доргарки ни перед чем не остановятся. Они уже и до надири добрались в своем ненормальном стремлении друг друга перещеголять....

– В этом ты абсолютно права, девочка моя! – мягкий грудной голос свекрови вызвал радость и улыбку у меня на лице.

С родителями мужа мне повезло несказанно. Муж, как выяснилось, – копия

своего отца, и у нас с Румией Танг характеры оказались схожи и общий интерес – кулинария. Недолго думая, мы открыли свой ресторан. За пять лет он стал известен на всю планету, и не только, изысканными блюдами и утонченным интерьером, но и как модный светский салон. Румия поцеловала сына, затем меня, мельком, с невыразимым теплом и радостью коснувшись моего очень сильно выпирающего живота. Почувствовав толчок, воркующее произнесла, счастливо улыбаясь:

– Вот, еще один бандит просится наружу. Ему там надоело ничего не делать и он явно хочет присоединиться к старшему брату.

Я сначала улыбнулась шутке свекрови, а потом мы оба в тревоге переглянулись с мужем, одновременно выдохнув:

– А где Захарий?

В этот момент сверху раздался радостный вопль нашего четырехлетнего сына:

– Пап, мам, смотрите. Я уже не боюсь высоты... я справился со своим страхом, как мне дедушка велел... Ловите!

Этот мелкий поганец добрался по навесной балке до огромной, скорее декоративной люстры и под общий испуганный «ох» ласточкой полетел вниз. Эриас в два шага преодолел расстояние до люстры и очень вовремя поймал сына.

Облегченно перевела дух, огляделась по сторонам в поисках местечка, куда бы прилечь в обморок, но заметив половину присутствующих на этом мероприятии женщин в обмороке, а вторую – готовящихся как и я в него отправиться, подыскав удобное место, мысленно плюнула, собралась с силами и раздраженно выдавила:

– Черную дыру им под ноги... Как они носятся со своей чувствительностью! – при этом выразительно посмотрев на свою побледневшую, но еще держащуюся свекровь, в надежде, что она не примкнет к обморочным дамам и проявит выдержку из солидарности со мной.

Восхищенное лицо Румии стало мне долгожданным бальзамом на душу. Да, я теперь не трус и ничего не боюсь... Почти! Наверное! Ну хотя бы в сравнении с местными.

К нам подошел Эриас с Захаркой на руках, который весь светился счастьем, от чего у меня в груди все расцвело.

– Мама, ты видела, да? Я поборол свой страх

.

– За это представление ты наказан, Захарий. Неделю без сладкого, понял! – строго сказала я, при этом поглаживая свой расшалившийся живот. Наверное, младший брат старшему одобрение выражает, в отличие от мамочки.

– Мама, но ведь я боролся со своими страхами... – удивленно округлились синие глазки сына.

– Хорошо, сокращаю до одного дня. – В очередной раз пошла на уступки, устало улыбнувшись.

– Но если ты еще раз выкинешь нечто подобное, то уже я вмешаюсь.– Раздался гневный голос Эриаса. Он строго посмотрел на сына и добавил: – Сидеть неделю не сможешь.

Личико Захарки забавно скривилось, но полученное удовольствие все перевесило. Он, извиваясь, слез с рук отца и рванул к группе поджидающих его сверстников – детей всех приглашенных на этот бал. Традиция доргаров. Дети – это будущее планеты и главное достояние.

Но стоило ему отбежать подальше, как уже я прошипела мужу:

– Если и второй таким же будет, ты сам неделю сидеть не сможешь.

Эриас захохотал, прижимая меня к себе и целуя в ухо. Румия потрепала меня по руке, тоже довольно улыбаясь. Потом он хрипло выдал, заставив меня покраснеть:

– Какая интересная мысль тебе в голову пришла, я согласен ее опробовать...

Сильные схватки прервали его томную речь. Началась суета и через несколько часов на свет родился второй постреленок в семье Танг-Рандованс. А еще через несколько лет – девочка. Наш старший сын вырос и стал главным советником моего племянника, сына Вацлава и будущего Князя Рандованс. Его неоценимый вклад в организацию защиты Карияра будут помнить веками. Наш младший пошел по стопам отца и долгое время бороздил космос, защищая границы Доргара, а потом возглавил его Совет Безопасности. А наша дочь впервые в истории возглавила Высший Совет Доргара и бессменно занимала этот пост много лет. В отличии от меня в ней главные качества любого кариярца были очень хорошо развиты.

Моя жизнь прошла в неге и счастье, потому что нашу любовь мы с Эриасом пронесли сквозь всю жизнь, постоянно заботясь и