Читалка - Ходячая катастрофа

была размазана под глазами, а волосы запутались.

Она была потрясающей. Она улыбнулась мне, а я встал, взял ее за руку и повел прямо в спальню. Эбби выглядела смущенной и испуганной, из-за чего мне еще отчаяннее захотелось загладить свою вину.

“Гулька, прости меня. Я повел себя с тобой, как придурок.”

Ее плечи опустились.

“Я не знала, что ты злился на меня”.

“Я не злился на тебя. Просто у меня есть идиотская привычка срывать свою злость на тех, кто мне дорог. Это никудышное оправдание, знаю, но, все равно, прости меня,” сказал я, обнимая её.

“Так что тебя так разозлило?” спросила она, прижимаясь щекой к моей груди. Черт, мне было так приятно.

Если бы я не был таким придурком, то объяснил ей, что я знал, что починили нагреватели и мысль о том, что она уедет отсюда и станет проводить больше времени с Паркером, пугала меня. Но я не смог этого сделать. Не хотел разрушать момент.

“Не важно. Все, что сейчас меня беспокоит - это ты.”

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

“Я могу справится со вспышками твоего гнева.”

Я несколько мгновений изучал её лицо, а потом на моих губах появилась небольшая улыбка.

“Даже не знаю, почему ты миришься с моими выходками, и что бы я делал, если бы ты не могла этого делать.”

Глаза Эбби медленно опустились с моих глаз на губы, и ей перехватило дыхание.

Каждый волосок на моей коже встал дыбом, и я не был уверен, дышу или нет. Я наклонился меньше, чем на сантиметр, желая посмотреть, будет ли она сопротивляться, но тут зазвонил мой гребаный телефон. Мы оба подпрыгнули.

“Да,” нетерпеливо сказал я.

“Бешеный пес. Брэди будет в Джефферсоне через полтора часа.”

“Хоффман? Боже… ладно, все нормально. Дело - пустяк. В Джефферсоне?”

“В Джефферсоне,” сказал Адам. “Приедешь?”

Я посмотрел на Эбби и подмигнул.

“Да, мы приедем.”

Я повесил трубку, сунул телефон в карман и схватил руку Эбби.

“Идем.”

Я повел ее в гостиную.

“Звонил Адам,” сказал я

Шепли. “Брэди Хоффман будет в Джефферсоне через полтора часа.”

ДЕВЯТАЯ ГЛАВА

Раздавленный

Выражение лица Шепли изменилось. Как всегда, после звонка Адама он полностью погружался в дело. Его пальцы стучали по телефону, печатая сообщения людям из специального списка.

Когда Шепли скрылся за своей дверью, глаза Америки расширились вместе с её улыбкой.

“Идем! Нам надо переодеться!”

Прежде чем я успел что-нибудь сказать, Америка потянула Эбби дальше по коридору. Их суета была излишней. Я бы надрал парню задницу, за что смог оплатить несколько месяцев аренды и счетов, а жизнь вернулась в нормальное русло.

Ну, как бы нормальное. Эбби бы вернулась в Морган, а я посадил себя в тюрьму, чтобы не убить Паркера.

Америка ругалась на Эбби, чтобы та переоделась, а Шепли уже держал в руке телефон и ключи от Чарджера. Он отклонился назад, чтобы заглянуть дальше по коридору, а затем закатил глаза.

“Идем же!” закричал он.

Америка побежала по коридору, но, вместо того, чтобы присоединиться к нам, она нырнула в комнату Шепли. Он снова закатил глаза, но уже улыбаясь.

Пару мгновений спустя Америка выскочила из комнаты Шепли в коротком зелёном платье, а Эбби вышла из-за угла в обтягивающих джинсах и жёлтом верхе. Ее грудь подпрыгивала при каждом движении.

“О, черт, нет! Ты хочешь убить меня? Тебе надо переодеться, Гулька.”

“Что?” Она посмотрела на свои джинсы. Джинсы не были проблемой.

“Она просто милашка, Трэв, оставь ее в покое!” отрезала Америка.

Я повел Эбби по коридору.

“Надень футболку… и какие-нибудь кеды. Что-нибудь удобное.”

“Что?” в замешательстве спросила она. “Зачем?”

Я остановился у своей двери.

“Потому что, пока ты в этой майке, я больше буду беспокоиться не о Хоффмане, а о том, кто заглядывается на твою грудь,” сказал я. Называйте это сексизмом, но это было правдой. Я не смог бы сконцентрироваться, а проигрывать бой из-за буферов Эбби я не собирался.

“А я думала, ты говорил, что

тебе плевать на чужое мнение,” сказала она.

Она действительно ничего не поняла.

“Это совсем другое дело, Голубка,” я посмотрел на ее грудь, выглядывающую из белого кружевного бюстгальтера.

Отмена боя вдруг стала для меня очень заманчивой идеей, лишь бы я провел остаток ночи, пытаясь найти способ, чтобы они оказались голыми и на моей груди.

Я отвел от нее свой взгляд.

“Ты не можешь пойти в этом на бой, так что, пожалуйста… просто… пожалуйста, просто переоденься,” сказал я, заталкивая ее в комнату и закрывая дверь прежде, чем я наплевал на все и поцеловал ее.

“Трэвис!” крикнула она из-за другой стороны двери. Сначала из-за двери послышались топающие шаги, а потом, вероятно, звуки летающей по комнате обуви.

В конце концов, дверь открылась. Она была одета в футболку и пару “конверсов”. По-прежнему довольно горячо, но, по крайней мере, я бы не слишком беспокоился о том, что кто-то нападет на нее, чтобы выиграть этот чертов бой.

“Лучше?” фыркнула она.

“Да! Поехали!”

Шепли и Америки уже были в Чарджере и сорвались со стоянки. Я забрался на Харлей и подождал, пока Эбби хорошо усядется, прежде чем я вылетел на темную улицу.

Как только мы достигли кампуса, я с выключенными фарами поехал по тротуару, медленно подъезжая к Джефферсону.

Я подвел Эбби к заднему входу, ее глаза расширились, и она усмехнулась.

“Ты шутишь.”

“Это вход для вип-персон. Ты должна увидеть, как сюда попадают остальные люди,” я спрыгнул через открытое окно в подвал, а затем подождал, стоя в темноте.

“Трэвис!” она наполовину испуганно кричала, наполовину шептала.

“Давай вниз, Гулька. Просто свесь сначала ноги, а потом я тебя поймаю.”

“Ты, черт побери, выжил из ума, если подумал, что я прыгну в темноту!”

“Я поймаю тебя! Обещаю! А теперь тащи сюда свою задницу!”

“Это безумие!” прошипела она.

В тусклом свете я увидел ее ноги, шевелившиеся в небольшом прямоугольном отверстии. Даже после всех ее осторожных маневров,