Читалка - Об интеллекте

модели. В любой момент времени напрямую вы можете ощущать только крошечную часть мира. Эта крошечная часть диктует, какие воспоминания должны быть задействованы, но самой по себе ее не достаточно для построения вашего полного восприятия. Например, прямо сейчас я печатаю в моем кабинете и слышу стук в парадную дверь. Я знаю, что пришла моя мама и я воображаю, как она спускается по лестнице, даже хотя я в действительности не видел и не слышал ее. В моем восприятии не было ничего конкретно связанного с моей мамой. Именно моя модель мира предсказала, что она здесь, по аналогии с предыдущим опытом. Большинство из того, что вы воспринимаете приходит не от органов чувств; оно генерируется вашей внутренней моделью.

Так что вопрос «Что есть реальность?» в основном касается того, как точно наша кортикальная модель отражает истинную природу мира.

Множество аспектов окружающего мира настолько устойчивы, что у рядом живущих людей модели мира похожи. В детстве вы запомнили, что свет, падающий на круглый предмет, производит определенную тень, и что вы можете оценить форму большинства предметов по подсказкам из естественного мира. Вы запомнили, что если вы выроните чашку из рук, гравитация всегда притянет ее на пол. Вы запомнили текстуры, геометрию, цвета и ритмы дня и ночи. Простые физические свойства мира согласованно запоминаются всеми людьми.

Но большая часть модели мира базируется на традициях, культуре и на том, чему научили нас наши родители. Эти части нашей модели менее согласующиеся, и могут радикально отличаться у различных людей. Ребенок, выросший в любящей и заботливой семье, чьи родители  отзывались на его или ее эмоциональные нужды, вырастет, вероятно, с ожиданием того, что мир справедливый и любящий. Ребенок, которого обижали один или оба родителя, вероятно будет видеть будущие события опасными и суровыми, и будет считать, что никому нельзя верить – независимо от того, как сложится их дальнейшая жизнь. Большая часть психологии базируется на следствиях

раннего жизненного опыта, привязанностях и воспитании, потому что именно тогда в мозгу закладывается фундамент модели мира.

Ваша культура основательно формирует вашу модель мира. Например, изучение показывает, что азиаты и европейцы по разному воспринимают пространство и объекты. Азиаты уделяют больше внимания пространству между объектами, тогда как европейцы в основном уделяют внимание объектам – отличие, которое транслируется в различную эстетику и способы решения проблем. Исследования показали, что некоторые культуры, такие как племена Афганистана и некоторые племена Южной Америки построены на принципах чести, и, как результат, легче воспринимают естественность насилия. Различные религиозные верования, приобретенные в детстве, могут привести к полностью отличающимся моделям морали, отношениям между мужчинами и женщинами, и даже к ценности самой жизни. Несомненно такие отличающиеся модели мира не могут все быть абсолютно корректными, универсальными, даже хотя они могут казаться правильными конкретным людям. Вывод – и хорошее и плохое – это всего лишь то, как вас научили.

Ваша культура (и семейный опыт) обучает вас стереотипам, которые к несчастью, являются неизбежной частью жизни. На протяжении этой книги вы могли бы заменить слово стереотип на инвариантное воспоминание (или инвариантное представление) без существенного изменения смысла. Предсказание по аналогии – это почти тоже самое, что и суждение по стереотипам. Негативные стереотипы имеют ужасные социальные последствия. Если моя теория интеллекта верна, мы не сможем избавить людей от их склонности мыслить стереотипами, потому что стереотипы – это то, как работает кортекс. Использование стереотипов – это неотъемлемое свойство мозга.

Способ избежать вреда, вызванного стереотипами – это учить наших детей узнавать ложные стереотипы, быть сопереживающими и быть скептическими. Нам необходимо продвигать эти критические для мышления вещи в дополнение к внушению

известных нам ценностей. Скептицизм, сердце научного метода, единственный известный нам путь отличить факты от фантазии.

* * *

Сейчас я надеюсь, что я убедил вас в том, что разум это просто название для того, что делает мозг. Это не отдельная вещь, которая манипулирует или сосуществует с нейронами мозга. Нейроны это просто клетки. Нет мистической силы, которая заставляет конкретные нервные клетки или группы нервных клеток вести себя не так, как они вели бы себя обычно. Поставленные перед фактом, теперь мы можем обратить наше внимание на то, как мы могли бы воплотить способности нервных клеток к запоминанию и предсказанию – наши кортикальные алгоритмы – в кремнии.

---

8. Будущее интеллекта

Сложно предсказать, как в отдаленном будущем будут использованы новые технологии. Как мы видели в этой книге, мозг делает предсказания по аналогии с прошлым. Так что у нас природная склонность воображать, что новые технологии будут использованы для того, чтобы делать то же самое, что делали предыдущие технологии. Мы воображаем, используя новый инструмент для того, чтоб делать что-то известное, только быстрее, эффективнее или дешевле.

Примеров предостаточно. Люди называли поезд «железной лошадью», а автомобиль «безлошадной телегой». Десятилетия телефон рассматривался в контексте телеграфа, что-то, что должно быть использовано только для передачи важных новостей или сведений; так продолжалось до 1920 года, пока люди не стали использовать его повсеместно. Фотография изначально использовалась как новая форма портретной живописи. Кино рассматривалось как разновидность сценического искусства, вот почему в кинотеатрах существовал занавес перед экраном большую часть 20-го столетия.

Но окончательное использование новых технологий часто неожиданно и влекут более серьезные последствия, чем сначала может показаться нашему воображению. Телефон был развит в беспроводные сети передачи голоса и данных, позволяя любым двум людям на планете общаться друг