! Хахаха! Эх, Сережа, Сережа…
Я сидел и думал…
– Сережа, Сережа! Проснись! – услышал я далекий голос Риты.
Она взяла меня за руку и будила меня. Я открыл глаза.
– Извини, Рит, – вяло протянул я. – Практически не спал сегодня.
– Да с кем не бывает. Проснулся, соня?
– Ага, – улыбнулся я.
– Ну иди к Кацюбе. Он уже ждет.
***
Казалось, Кацюба абсолютно не удивлен известием, что я остаюсь. О повышении зарплаты и повышении он вообще словом не обмолвился, я же решил этот разговор отложить на потом. Судя по настроению Кацюбы, сейчас не самый подходящий момент для того, чтобы просить повышения.
В наши сети как раз крупный клиент попался, настолько крупный, что халтурить значило поставить на репутации фирмы крест. Проект поручили Лидке, но она настолько была погружена в свои амурные дела, что наиболее ответственную часть поручила Панченко. Это было до начала их романа.
Теперь в моем отделе воцарились хаос и паника. На носу – срок сдачи проекта, Лидка носится с бумагами и дисками из отдела в отдел, а Панченко обиженно дуется и делает вид, что она для него – пустое место. Малышмалыш… Тебе бы больше внимания работе уделять, а не в служебный роман играться.
Сначала Костя ходил весь такой влюбленный, что ему было не до проекта. Теперь, угнетенный разрывом с Лидкой, он всем своим поведением показывал, что работать в одной фирме с такой стервой как Фрайбергер полностью противоречит его принципам и идеалам. Боже мой, ведь это так просто – не путать личные отношения с рабочими. Жаль, но Костя сам до этого не дошел.
Окончательно в своей правоте я убедился, когда взмыленная Лидка попросила ей помочь. Мне стоило великих трудов и внутренних взываний к своей новой философии, чтобы отказать ей. Тому были объективные причины – своей работы было валом.
И только когда над Костей нависла реальная угроза не закончить успешно испытательный
срок, он зашевелился.
А после обеда в столовой Лида с Панченко долго о чемто беседовали на улице. Панченко остаток дня просидел над бумагами молчаливомрачный и расстроенный.
Вид отверженного Кости придал мне уверенности, и я решил сегодня же вечером пригласить Лиду в кино или в ресторан, хоть куда, не важно. Пошла же она с Панченко. А чем я хуже?
В ожидании этого, остаток рабочего дня пролетел для меня незаметно. Наконец я выбрал момент и вытащил Лиду на лестницу на перекур.
– Ты что сегодня вечером делаешь, Лида? Может быть в кино сходим? – выпалил я, стараясь говорить твердо и уверенно, как Лёха учил.
– Резвей! Ты что, с дубу рухнул? – воскликнула Лидка, привлекая к нам внимание. – Какое кино? О чем ты? Конец месяца, работы валом!
Ошарашенный Лидкиной грубостью, я замер. Но – прогресс! – абсолютно не смутился. Сглотнул слюну и тихо ответил:
– Лид, успокойся. Не хочешь – не надо, зачем кричать? А работать надо всегда, не только в конце месяца… Кстати, Лёня не очень ругался?
Мой вопрос ошарашил Лиду. Она замерла с открытым ртом, а потом пришла в себя, собралась и резко ответила:
– Не твое дело! – потом вздохнула и продолжила, – ладно, давай встретимся. Только не в кино. Не люблю кинотеатры, жрут там, пакетами шуршат – никакой атмосферы! Номер мой знаешь, часам к девяти позвони.
– Добро, – вымолвил я.
Сам не поняв, счастлив ли я или нет, сел за рабочее место и предложил Гараяну сыграть по сети в футбол. Мы иногда устраивали такие баталии, давая мозгам отдохнуть.
– Я создам игру, Серег, – обрадовано ответил Левон, высыпая себе в рот остатки чипсов.
Я кликнул на иконку FIFA Soccer '2004, одел наушники. А через минуту почувствовал вибрацию телефона в кармане. Чертыхаясь, вытащил сотовый.
На его экране высветился номер Риты.
Часть 3 и последняя
– Сергей,
ну тебя долго ждать? – ноющим голосом спросил Гараян. – Я уже создал игру. Взял сборную Армении. А ты бери сборную Грузии.
– С чего бы это? – удивился я. – Я лучше Францию возьму.
– Возьми Грузию, очень прошу, мне так приятнее будет тебя обыгрывать! – взмолился Левон.
– Ладноладно. Возьму грузин. Это, Левон, подожди минутку, я сейчас, – попросил я.
Я сбросил вызов Маргариты и пошел в приемную. Ритка сидела там одна. Увидев меня, встала, в улыбке показала белоснежные зубы и подошла ко мне. Я попытался обнять ее, но она выскользнула и закрыла дверь на ключ. Я непонимающе смотрел на нее.
– Шефа сегодня уже не будет. Ты меня понимаешь? – спросила она. – Мы можем успеть.
Она прильнула ко мне, наши губы сомкнулись, ее горячий язычок скользнул по моим зубам. Я почувствовал прилив крови в чреслах.
Я чуть приподнял ее, и не отрываясь от поцелуя, мелкими шажками стал продвигаться к секретарскому столу. Левая рука блуждала по приятным выпуклостям и закончила путешествие, забравшись Ритке под трусики. Рита самозабвенно целуясь, сняла одну руку с моей шеи и просунула мне под ремень.
Прошла еще пара минут жарких поцелуев и объятий, и Ритка неистово смахнула со стола бумаги. Я посадил ее на стол, задрал юбку, и наклонился над нею. Ее руки лихорадочно перебирали пряжку ремня, наконец она поддалась, ширинка с характерным звуком расстегнулась и она нетерпеливо спустила мои трусы. Готовно распростерлась на столе, бесстыже раздвинула ноги. Я сдвинул вбок ее трусики, мешавшие войти, Ритка прикрыла глаза и в этот момент зазвонил телефон.
Рита тихонько заматерилась, протянула к нему руку, сняла трубку и протянула ее мне.
– Да, – сказал я в трубку и в ответ услышал голос Левона.
– Сергей, ну что ты так долго? Костя тоже хочет сыграть, на победителя. Ждать тебя?
– Левон, я занят. Сыграйте пока сами!
– Хорошо
