где фигурируют женщины. Стоит ему посмотреть на любую другую женщину, скандал неизбежен. В результате муж собрался с ней развестись. М. не хочет его потерять, поэтому обратилась к психотерапевту в надежде изменить что-то в своем поведении. При этом за собой она оставляет право смотреть на кого угодно, то есть придерживается как бы двойной морали и, скорее всего, приписывает мужу то, что испытывает сама.
Расспрос об ощущениях обнаруживает следующую картину. От ревности тяжело во всем теле. Особенно заметно это ощущается в голове, в висках. Там масса, которой наберется с литр.
— Помогает эта масса решать проблемы, строить правильные отношения с мужем?
— Нет. Доставляет ему неприятности. Поэтому он и разводом угрожает, — поясняет она.
— Сколько сил забирает масса?
— Почти все.
— А вообще-то они бы Вам пригодились?
— Да!
— В каком направлении сейчас идут ощущения: вверх, вниз или стоят на месте?
— Вниз.
— Это Вам подходит?
— Подходит.
— Ощущения идут преимущественно в руки, в ноги, еще куда-либо?
— В руки.
— Наполняются светом, газом, жидкостью, массой, еще чем-либо?
— Наполняются массой, — и тут же добавляет (это бывает нечасто, что такая быстрая связь явлений обозначается): — Голова начинает болеть.
— От сжатия?
— Да.
— Что сжимает?
— Обруч.
— Он спасал голову от распирающей массы? Теперь голова освободилась, сдавливать нужды нет, а он жмет по-старому? — предполагают я, ускоряя процесс.
— Да, наверное, так.
— Можно ему уже сказать: “Спасибо за службу, можешь рассасываться?”
— Да, — отвечает пациентка и начинает наблюдать за процессом рассасывания “обруча”.
Выдох, характерные движения пальцами рук (из неподвижных они становятся подвижными), как знаки окончания активного процесса перемен.
— На голове что-то осталось?
—
Чуть-чуть.
— Пусть рассасывается до конца?
— Да.
Пациентка наблюдает за этим и открывает глаза. Получилось, что “вторичное образование” мы отработали до того, как закончили с “первичным”. Поэтому приходится проконтролировать эффективность прохождения предыдущих фаз работы.
— Прикройте глаза еще раз. Что-то осталось на месте бывшей массы в голове?
— Треугольники. Две штуки, остриями друг к другу.
М. решает, что надо успокаиваться и от их ношения.
— Успокаивайтесь глубже и наблюдайте, что происходит.
— Эти черные штуки уменьшаются.
Она наблюдает за процессом секунд 50, делает выдох и открывает глаза.
— Как произошло исчезновение? — спрашиваю я. В данном случае я был уверен, что исчезновение произошло: выдох был по-настоящему легким, улыбка на лице — ясной. Если бы я не был уверен в том, что процесс завершился, то спросил бы осторожнее: “На сколько процентов уже уменьшились?” Как я уже замечал ранее, любой ответ на этот вопрос будет правильным: и на один хорошо, и на сто — прекрасно.
— Против часовой стрелки, — показывает она руками, как это было, — эти треугольники собрались в комок, стали маленькими и исчезли.
В паузе мы побеседовали с пациенткой о том, как обращалась М. к своему мужу раньше и как могла бы обращаться теперь, когда стала более спокойной, уравновешенной. Мы отработали с пациенткой ее переживания ревности, она согласилась с тем, что лучше избегать оценок и рекомендаций, а говорить больше о переживаемом состоянии, о своих чувствах. Осталось “присоединить” вновь найденное поведение (образ поведения) к обстоятельствам, в которых оно призвано работать.
— Прикройте глаза еще ненадолго. Ваш муж далеко, близко в Вашем сознании?
— Близко.
— В каком направлении, на каком расстоянии?
— Прямо передо мной.
— Вы могли бы ему сказать то, что сейчас чувствуете?
—
Могла бы.
— Сделайте это мысленно.
Пациентка сосредоточивается, молчит. Наконец, открывает глаза.
— Можно опробовать такой вариант общения? — я еще раз укрепляю “установку” на новое.
— Вполне.
— Встретимся через неделю, обсудим результаты.
Данная работа может служить иллюстрацией сказанного о неоднородности “ревности” как явления. Если у М. она была сродни раздражению, находившему специфические поводы, то у другого человека это будет преимущественно страх и ощущения, связанные с этим переживанием, будут преимущественно на уровне живота.
Новое видение ситуации в состоянии спокойствия
Новое видение является как бы естественным следствием достигнутого спокойствия и очищения. Именно в этом состоянии “удобно” находить новые решения классов проблем, которые казались нерешаемыми. Успокоившийся человек начинает видеть новые поведенческие ходы. Пациент может пронаблюдать их реализацию, предощутить свое состояние в результате, “увидеть” эффект действий, определиться, согласуется ли это с его натурой, обстоятельствами. Испытывая подъем сил, пациент способен более полно и по-настоящему принять тот труд и связанную с ним радость, которые ему предстоят.
Отчасти речь идет об экспериментировании. Предлагается участвовать в жизни в качестве более целостного существа, воспринимающего и отвечающего не от имени отдельной “страсти”, а всем организмом, всем опытом.
Вот еще вариант диалога.
— Теперь, когда Вы спокойны, ощущения распределены равномерно, можно сказать, что Вы свободнее распоряжаетесь своей энергией?
— Да.
— Вам будет удобнее решать проблемы Вашей жизни, свободно распоряжаясь своими силами?
— Да, без сомнения!
— Есть в Вашей жизни такое, на что стоило бы их тратить?
— Да! (Если пациент отвечает “нет”, можно предоставить ему возможность увидеть разные варианты приложения освободившихся сил).
Пациент называет возможные
