изложена так: “Меня не интересует, о чем пациент думает, как он это делает, меня интересует, сколько он об этом думает, сколько энергии этому отдает. Если больше “нормы” — это болезнь, если меньше — тоже болезнь.
Если после поездки в Англию он думает, что поел там говядины, зараженной вирусом коровьего бешенства, я не собираюсь говорить с ним о том, каков инкубационный период коровьего бешенства — 2 недели или 30 лет? Я также не собираюсь разубеждать этого человека в том, что он будто бы заразился страшной болезнью и теперь его ждет неминуемая смерть. (Тем более что я не знаю, заразился он или нет.) Меня интересует только одно: сколько он собирается об этом думать? Сейчас он посвящает этому едва ли не 24 часа в сутки, затрачивая 99% жизненных сил. Именно столько и надо или можно поменьше?”
Как же я могу заставить потерявшего сон и покой человека задуматься о количестве растрачиваемой на переживание (а не на решение проблем) энергии? Вот ответ: через простые вопросы о том, что он испытывает “на уровне тела”в результатетого, что случилось.
Душа имеет тело
Как оказалось, два простых вопроса: “Где?” и “Что?”, заданные по отношению к переживаниям, приводят к тому, что ... душа выявляет свое тело! Ощущения “опредмечиваются”, и душа, подобно свету, выявляет свою корпускулярную природу наряду с волновой.
Название метода — “соматопсихотерапия” — подчеркивает именно эту особенность работы: она ведется с душой как с телом (или с телом как с душой). Однако это тело — не физическое, “медицинское”, а тело сознания, “психологическое” .
Соматопсихотерапия (с ударением на первом слоге, от греческого “сомос” — “тело”) — СПТ — расшифровывается так: “Работа с соматизированными эквивалентами
психических переживаний”*. К счастью, эта формулировка заинтриговала не только моих детей, которые впоследствии неоднократно спрашивали меня: “Как там движутся твои “соматизированные эквиваленты”?” Интерес коллег к моей работе привел меня к мысли написать книгу, которую Вы сейчас держите в руках.
“Начинка” тела сознания
В результате катализа телесных ощущений сознание-тело показывает себя “начиненным” или, вернее, реализовавшимся как совокупность “психических предметов” — “хороших”, таких как любовь, радость и др., или “плохих”, таких как ненависть, страх и др.
Если рассматривать человека в этой парадигме, получается, что к моменту встречи с психотерапевтом он (в результате действия выборов, сознательно или бессознательно сделанных ранее его организмом) либо претворился в свет, тепло, простор, легкость, — и тогда психотерапевт ему не нужен, либо наоборот: в тьму, жар, тесноту, тяжесть — в местах увязания, скопления энергии (субстанции “тепло-тяжесть”, как она называется в СПТ) и одновременно — в серость, холод, “усушенность”, одеревенение в местах опустошения — и тогда у него есть все показания к работе.
Терапия “назад”
Терапия с опорой на телесные ощущения движется в направлении, обратном тому, которое сложилось в большинстве современных психотерапевтических подходов. Это направление я условно называю “терапия вперед”, к реализации однажды выделившегося эмоционального заряда. Благодаря проработке сопротивления поощряется то, что можно назвать динамикой выражения.
У противоположной ей “динамике подавления”сторонников меньше, но они тоже есть. Чем, как не подавлением, является терапия “кодированием”, “торпедированием” при алкоголизме?
Альтернативы истинные и ложные
На экзаменах
в медицинском институте часто задают провокационный вопрос: при крупозной пневмонии хрипы в легких мелкопузырчатые или крупнопузырчатые? Правильный ответ не подразумевает ни первого, ни второго: никаких хрипов при крупозной пневмонии в легких не прослушивается.
Вопрос: поощрять выражение или подавление эмоций — представляется мне такой же ложной альтернативой. Есть, по крайней мере, еще один выход — вернуться в исходную ситуацию... через вход. Эмоциональная жизнь — не улица с односторонним движением, где создаются автомобильные пробки, скорее она напоминает плоскость с находящимся на ней шаром, которая можется накреняться как в одну, так и в другую сторону. Шар может откатиться обратно точно так же, как и продвинуться вперед вплоть до падения с плоскости. Вместо того чтобы строить барьеры на пути движения шара, можно изменить угол наклона...
Есть возможность просто успокаиваться, отказываясь как от выражения, так и от подавления эмоций. Это не то же самое, что давать эмоциям выход. Это означает вернуть их во вход.
Быть может, сравнение с изъятием детонатора из бомбы поможет объяснить, что я имею в виду. Разрядка взрывоопасного снаряда будет означать отказ как от того, чтобы взрывать его, так и от того, чтобы спрятать. Когда он демонтирован, можно подумать о новом употреблении хранившейся в нем потенциальной энергии. Тот же самый уран, что угрожал уничтожением всему живому, может стать начинкой для реактора электростанции, снабжающей светом и теплом.
Дать силам возможность сначала остановиться совсем, вернуться вспять, а затем подыскивать новое решение проблемы, с учетом опыта, из нового состояния — это путь разрядки обеих динамик.
Альтернативы истинные и ложные
Остановка сознания, превращение его в тело — это заход в психотерапии, открывающий новые возможности. Соотнося с более известным психодинамическим принципом в психотерапии, я назвал его психостатическим.
