... Как мы поняли, самое главное — понять, что дальше делать.
Три вида психотерапии
По традиции, заложенной Фрейдом, большинство разновидностей психотерапии стремятся вывести наружу то, что “спрятано”, “вытеснено”. Они рассматривают сновидения, свободные ассоциации и другие проявления психической активности человека, зачастую похожие на хитроумную шифрограмму, и с помощью тайного кода, который известен многоопытному психотерапевту, открывают глубинные душевные движения пациента в их столкновении и разрешают конфликт.
Это относится к так называемой психодинамической традиции в психотерапии, работающей с содержанием симптомов, мотивами душевных движений в их столкновении. Поскольку этот подход рассматривает смысл симптомов, по-другому его можно назвать психосемантическим.
Так называемая клиническая психотерапия не столь интересуется смыслом симптомов, но очень пристально рассматривает основу, на которой они произросли. Эта психотерапевтическая традиция обращена прежде всего к конституционально-генетическому складу личности пациента и помогает человеку конкретного склада найти себя среди других людей. Свое яркое выражение клиническая психотерапия нашла в работах Эрнста Кречмера, который, на мой взгляд, является фигурой, по крайней мере, равновеликой Фрейду.
Можно говорить еще об одном направлении в психотерапии. В отличие от психодинамического и клинического направлений, здесь основной интерес сосредоточен на внешних по отношению к смыслу и конституционально-генетической основе личности вещах — на том, как конкретно выражено переживание, и в частности на том, какое количество энергии организм тратит на его “питание”. Этот подход можно назвать психоэнергетическим. Именно к нему принадлежит соматопсихотерапия.
Меня не интересует, “о чем” и “как” —
меня интересует “сколько”
В упрощенном виде позиция соматопсихотерапевта может быть
изложена так: “Меня не интересует, о чем пациент думает, как он это делает, меня интересует, сколько он об этом думает, сколько энергии этому отдает. Если больше “нормы” — это болезнь, если меньше — тоже болезнь.
Если после поездки в Англию он думает, что поел там говядины, зараженной вирусом коровьего бешенства, я не собираюсь говорить с ним о том, каков инкубационный период коровьего бешенства — 2 недели или 30 лет? Я также не собираюсь разубеждать этого человека в том, что он будто бы заразился страшной болезнью и теперь его ждет неминуемая смерть. (Тем более что я не знаю, заразился он или нет.) Меня интересует только одно: сколько он собирается об этом думать? Сейчас он посвящает этому едва ли не 24 часа в сутки, затрачивая 99% жизненных сил. Именно столько и надо или можно поменьше?”
Как же я могу заставить потерявшего сон и покой человека задуматься о количестве растрачиваемой на переживание (а не на решение проблем) энергии? Вот ответ: через простые вопросы о том, что он испытывает “на уровне тела”в результатетого, что случилось.
Душа имеет тело
Как оказалось, два простых вопроса: “Где?” и “Что?”, заданные по отношению к переживаниям, приводят к тому, что ... душа выявляет свое тело! Ощущения “опредмечиваются”, и душа, подобно свету, выявляет свою корпускулярную природу наряду с волновой.
Название метода — “соматопсихотерапия” — подчеркивает именно эту особенность работы: она ведется с душой как с телом (или с телом как с душой). Однако это тело — не физическое, “медицинское”, а тело сознания, “психологическое” .
Соматопсихотерапия (с ударением на первом слоге, от греческого “сомос” — “тело”) — СПТ — расшифровывается так: “Работа с соматизированными эквивалентами
психических переживаний”*. К счастью, эта формулировка заинтриговала не только моих детей, которые впоследствии неоднократно спрашивали меня: “Как там движутся твои “соматизированные эквиваленты”?” Интерес коллег к моей работе привел меня к мысли написать книгу, которую Вы сейчас держите в руках.
“Начинка” тела сознания
В результате катализа телесных ощущений сознание-тело показывает себя “начиненным” или, вернее, реализовавшимся как совокупность “психических предметов” — “хороших”, таких как любовь, радость и др., или “плохих”, таких как ненависть, страх и др.
Если рассматривать человека в этой парадигме, получается, что к моменту встречи с психотерапевтом он (в результате действия выборов, сознательно или бессознательно сделанных ранее его организмом) либо претворился в свет, тепло, простор, легкость, — и тогда психотерапевт ему не нужен, либо наоборот: в тьму, жар, тесноту, тяжесть — в местах увязания, скопления энергии (субстанции “тепло-тяжесть”, как она называется в СПТ) и одновременно — в серость, холод, “усушенность”, одеревенение в местах опустошения — и тогда у него есть все показания к работе.
Терапия “назад”
Терапия с опорой на телесные ощущения движется в направлении, обратном тому, которое сложилось в большинстве современных психотерапевтических подходов. Это направление я условно называю “терапия вперед”, к реализации однажды выделившегося эмоционального заряда. Благодаря проработке сопротивления поощряется то, что можно назвать динамикой выражения.
У противоположной ей “динамике подавления”сторонников меньше, но они тоже есть. Чем, как не подавлением, является терапия “кодированием”, “торпедированием” при алкоголизме?
