Читалка - Выходы из тела. Управление реальностью

я, – знаешь, такой же клуб десять лет назад я видел в центре деревни Дрязги, чернозёмного района. Может это он и есть?

 – Да уж. Я себе московские клубы иначе представляла. Проводишь меня? Я сюда точно не хочу. – Сказала она.

 – Ты начинаешь дрожать от холода. Если это действительно развлекательное заведение, то давай хотя бы зайдём погреться, выпить кофе или чего-нибудь другого. Да и просто интересно, что там может быть внутри.

  Она нехотя согласилась, и мы начали искать вход. Никакой вывески не было, но было несколько дверей со всех сторон. Из всех потрепанных с облупившейся краской дверей мы выбрали и подошли к одной. Отличалась она тем, что была около трёх метров в высоту. На ней висела небольшая табличка, где довольно мелкими буквами было написано название клуба.

 – Слушай, – тихо сказал я, озираясь по сторонам и стараясь нагнать таинственности, – Это какой-то закрытый клуб. Вроде лондонского клуба молчунов. На всякий случай давай зайдём молча.

 – Хватит. – Простонала она. – Я действительно уже боюсь.

  Пришлось довольно сильно дёрнуть дверную ручку, прежде чем дверь открылась. Пройдя через три массивных двери и два колодцеобразных тамбура, мы, наконец,  оказались на пороге клуба.

 – Ой, – вырвалось у Алёны.

 – Да уж, – подтвердил я.

  На первый взгляд это было заведение, что называется, на любителя. Больше всего это напоминало жилище, причём не простое, а скорее пристанище африканского колдуна или какого-то шамана. Я даже подумал, что нужно снимать обувь. Посмотрев на ноги посетителей, увидел, что это излишне. Как я в последствии понял, работники клуба действительно старались создать у посетителей ощущение специфического домашнего уюта и спокойствия. Первый этаж был стилизован под старинную библиотеку, с элементами этнической символики и загадочными предметами. На стенах висели

огромные и пугающие деревянные маски, а в воздухе пахло какими-то индийскими маслами. Не смотря на юбилей клуба, людей было не больше пятидесяти человек, распределившихся на две условные группы. Первая сидела в этой библиотеке, которая на самом деле представляла собой бар. Другая пребывала в релаксе на втором этаже, где под звуки электронной музыки, смотрела на огромном экране красивый жёлто-зелёный фильм о лесной жизни буддистских монахов.

  Все ожидали приезда, какой-то музыкальной группы, которая вскоре и появилась. Выступление этих музыкантов должно было состояться на втором этаже, куда и затащила меня Алёна. Мы ждали, расположившись, полулёжа непонятно на чём. Появились ожидаемые музыканты. И тут я понял, что знаю эту группу, и мне их музыка не нравится, а, кроме того, я чувствовал волчий голод. Я предложил Алёне спуститься в бар, но, увидев её горящие глаза перед готовящимся выступлением, понял, что наши музыкальные вкусы расходятся. Тогда, воспользовавшись домашней атмосферой клуба, предложил временно разойтись по этажам. Я в бар, она на концерт. Алёна не возражала.

  Сидя за столиком в практически пустом баре, я невольно слышал разговор двух человек, сидящих рядом. Вначале их разговор не привлёк моего особого внимания, тем более что мне было о чём подумать в связи с моим новым волнующим знакомством. Но потом я понял, что они говорят о снах, и воспоминание о моём сегодняшнем сне невольно заставило настроить внимание на их разговор. Тем более что это не сложно было сделать, так как эта женщина и парень были явно немного навеселе и говорили громче обычного. Их разговор о снах явно отличался от привычного. Если обычно разговоры о снах ограничиваются пересказом какого-то сна с последующим риторическим вопросом «к чему бы это?» или «приснится же такое», то тут я услышал нечто малопонятное для меня. Эти двое делились друг с другом каким-то своим опытом, связанным

со снами. Причём женщина казалась человеком, который больше ориентируется в теме, и разговор скорее напоминал какое-то обучение, в котором парень был тем, кто больше слушает, чем говорит. Меня поразил их очень необычный и вместе с тем, очень практический подход к этой теме. В разговоре часто возникали такие слова и понятия, как управление ходом сновидения, другая реальность, сновиденная практика, дневник сновидений. Я сразу почувствовал, что моё отношение к своему сегодняшнему сну явно сильно перекликается с темой их обсуждения. Они не называли свои сны иллюзией или бредом, а относились к ним так же, как к реальности, называя своё занятие «сновидением», с ударением на первое «и».

   Мне кажется, я начал понимать специфику этого клуба. Тут присутствовала не только стилизация подо что-то, но он был реальным местом для встреч «по интересам». Возможно, даже администрация толком не знает, центром какого своеобразного общения является их клуб.  

  У меня вдруг возникло странное волнение, как будто я почувствовал, что все события и встречи сегодняшнего дня были не случайны. И если ещё десять минут назад я и подумать не мог о том, чтобы подойти и поговорить с этими незнакомцами, то теперь я думал только об этом.

  Я решительно встал и направился к их столику. Ничего, думал я, они явно люди общительные, да и потом я не собирался злоупотреблять их вниманием. Мне просто казалось, что они могут сказать мне что-то ценное. И после небольшого недоумения с их стороны, я всё же присоединился к их разговору. Я не помню весь разговор и приведу лишь его ключевые моменты.

  Мы познакомились, и я, конечно, извинился за вмешательство. В процессе общения я попросил их рассмотреть мой сон, пошутив, что с незнакомыми людьми всегда проще говорить о сокровенном.

 – Понимаешь Владислав, – сказала женщина, назвавшаяся Ольгой, – твой сон действительно не был сном в привычном