множество больных, ранее безуспешно пытавшихся излечиться от своих болезней у разных докторов по всему миру и не получивших облегчения, начали приезжать в его санаторий в Цюрих и за очень короткое время полностью излечиваться средствами исключительно сырой вегетарианской диеты.
Однако Бирхер-Беннер рассматривал сырые растительные продукты не как единственную пищу человека, а как “лечебное средство”. Как будто бы необходимо, чтобы люди с детства питались извращенной пищей, заболевали и лишь в пожилом возрасте ходили к врачу лечиться с помощью “лечебной пищи”. Но этот явный парадокс имел, вероятно, определенные причины. Прежде всего никто в мире не обладал в то время знаниями по части сырого питания, а Бирхер-Беннер понял, что потребление вареной пищи — это всего лишь мания, что желание ее людьми не представляет собой ни истинного голода, ни биологических потребностей клеток.
Кроме того, как врач Бирхер-Беннер прошел определенный курс медицинского обучения. Если бы он приступил к коренной ломке общепринятого, никто бы не заплатил ему никакого гонорара и даже не посмотрел бы на него серьезно, осмелься он публично раскритиковать систему питания и предлагать другую, спасающую человечество от всех болезней.
К настоящему моменту существуют два противоположных взгляда на вопросы питания. Один из них защищает сыроедение, другой — приверженец вареной пищи; один из них пропагандирует вегетарианство, второй — предпочитает животную диету. Но наука не политика. Человек, придерживающийся неправильных взглядов, не имеет права настаивать на своем ошибочном и вредном мнении. Властным требованием нашего времени является необходимость пересмотреть обе эти точки зрения международными научными и общественными кругами для того, чтобы какой-то одной из них отдать предпочтение, объявив об этом публично, и
затем энергично начать вводить ее в практику.
На первый взгляд узко мыслящих людей, не желающих вникать в глубину проблемы, может показаться, что идея сыроедения представляет собой нечто такое, что не может быть реализовано быстро и что люди совершенно не готовы отказаться от своих глубоко укоренившихся привычек. Но это всего лишь голос блюдомана, голос пристрастного, но не науки. Но наука не должна смешиваться с манией. Первым нашим шагом должно быть полное признание того, что только лишь сырые продукты являются действенными и ценными — в полном смысле слова продуктами питания для человеческого организма. После этого каждый, кто хочет продолжать перерабатывать сырые материалы для себя и своих детей, пусть продолжает делать так, если считает нужным.
Мне кажется, что мы не должны отказываться от опыта имеющихся уже сыроедов и сразу же приступить к исправлению заблуждений науки о питании, в связи с которой наиболее ценные пищевые продукты объявляются вредными, в то время как действительно вредные поощряются к использованию. Это наиболее ясно видно во всех тех случаях, когда сырые продукты запрещаются слабым больным, изнуренным различными заболеваниями, в том числе и желудочными расстройствами, в то время как именно эти запрещенные продукты и должны были бы исцелять, восстанавливать и укреплять больных.
Можно ли в таких случаях ставить вопрос о разрушении вредных привычек человека? Наоборот, такой больной просит только фруктов, но ему отказывают в них; он чувствует слабость от предлагаемой ему вареной пищи, но его убеждают съесть еще немножко; родители отбирают фрукты из рук ребенка и запихивают ему в рот вареную пищу; другими словами, мы упорно продвигаем детей к их концу, предлагая есть те самые продукты, которые в действительности являются причиной всех их страданий и нарушений. Исправление только одной этой ошибки сократило
бы число смертей на 50 %.
Для того чтобы убедиться в правоте высказанных положений, нет иного средства, как провести в течение нескольких месяцев в жизнь принципы сыроедения, и подобное начинание должно быть проделано каждым здравомыслящим человеком. Это и есть тот самый путь, который в конце концов приведет к уничтожению ошибочных и противоположных взглядов на питание.
В свете сыроедения основные принципы питания не должны оставаться только лишь в руках университетов и научно-исследовательских институтов, они несомненно должны стать делом первостепенной важности всего человечества. Для обычного человека все научные наименования тысяч пищевых продуктов, их сложные формулы и длинные утомительные описания их питательных свойств должны быть сформулированы всего лишь в трех словах: сырая растительная пища, или же поставка для человеческой фабрики чисто сырых материалов.
Таким образом, сыроедение становится идеей, как бы отделенной от медицинской науки, идеей, которая не может быть объяснена научной формулой, а только лишь логикой. Его доказательствами, таким образом, являются непреложные законы природы и основные результаты, получаемые на основании проведения его в жизнь.
Ни в коем случае нельзя разрушать цельность сырых пищевых продуктов
Человеческий организм — самый совершенный и в то же время самый сложный завод на свете. Точнее, это целый мир заводов и систем в том смысле, что каждая отдельно взятая клеточка — сама по себе — уже целый завод, в свою очередь состоящий из множества заводов. К настоящему времени исследователи смогли обнаружить тысячи различных частей, входящих в состав всего лишь одной клетки. А каждая железа или орган человеческого тела состоит из миллиардов таких клеток; из комбинации желез, органов, систем, скелета и кожи формируется
