любовь к себе — это стремление быть в одном пространстве с тем, что мы сами сотворили. Насколько же сжатыми мы становимся, если пытаемся отказаться от собственных идей и мыслей?
Любить себя не значит возвеличивать свою личность — это форма эгоизма, которая пытается доказать, что вы чего-то стоите, после того как вы утонули в ненависти к самому себе. Любить себя — значит растворять свою персональность. Очень скоро вы почувствуете, что вам совсем не обязательно доказывать свое превосходство.
Глава 5 КАК МЫ СЮДА ПОПАЛИ?
У нас есть множество мыслей и названий для разных форм человеческого поведения.
Большая часть того, чему мы подчиняемся, — это определенные правила расширения и сокращения. Но, как я уже говорил, эти правила не исходят извне. Если признать, что все мы равные существа, то из этого следуют некоторые истины о системе наших взаимоотношений. Эти истины можно назвать источниками честности и справедливости, по конкретные названия не имеют большого значения. Это те законы, выполнение которых необходимо для самого существования жизни во Вселенной. Совершенно бессмысленно пытаться убеждать в этом словами. Это мгновенно осознается при вспышках озарения, освещающих божественный порядок и справедливость, когда человек медитирует или взмывает ввысь с помощью психоделических средств. Я могу предложить вам лишь ограниченные рассуждения о том, как ли правила проявляются в нашем опыте, в человеческой жизни.
Идея равенства, тождества часто воспринимается как всеобщее уравнивание и принижение, или принцип безличного общего среднего. Равенство в том смысле, о котором говорю я, означает
общее единение на уровне высшей осознанности, чистого пространства, свободы от привязанностей и сопротивления, слияние со всеми остальными существами в той форме экстаза или покоя, который мы выбираем. На всех уровнях вибраций, кроме их высшей степени, существует иллюзия количества и значения, большей или меньшей степени любви, разумности и силы. Друг перед другом мы предстаем в соответствии с тем уровнем вибраций, который мы сами выбрали, но потенциально все мы равны и одинаковы.
Если все это правда, то как же мы умудрились погрузиться в массу так глубоко, что физический мир кажется нам единственно реальным? Все эти рассказы о пространстве звучат как странные фантазии, которые не поддаются проверке! Раз уж дело коснулось практической проверки, то я искренне верю, что принцип равенства существ может привести к переосмыслению известных данных физики. А затем на основе этих данных можно будет описать законы всех отношений в космическом масштабе. Тем не менее, сейчас я предамся достаточно грубым догадкам о том, как мы попали на уровень массы в самом начале.
Мы можем начать с парадокса самого высокого уровня: невозможно оказывать сопротивление расширенным существам, которые совершенно не сопротивляются.
Пространственные существа предоставляют полную свободу всем остальным существам.
Но когда кто-то сокращается, он становится плотным, и тогда пространственные существа сто как бы побуждают. Ощущение того, что тебя побуждают, а потом и принуждают, возникает только из-за собственной плотности сжавшихся существ. У пространственных существ нет ни малейшего намерения побуждать или заставлять кого-то что-либо делать.
Все постижимые вселенные во всех доступных пониманию измерениях существуют в Едином Разуме как в чистой идее, или архетипе
. Когда кто-то отстраняется от желания что-то в них создавать, он опускается на низший уровень вибраций. Чтобы проиллюстрировать это, давайте представим, что мы — это огромное количество энергетических существ, которые равнодушны к идее существования собачки Плуто.
Поскольку мы плотнее, чем пространственные существа, они будут побуждать нас, и тогда мы предстанем в пространстве как расплывчатый и сияющий образ пса Плуто — что-то вроде картинки, которая складывается в детском калейдоскопе.
Теперь представим, что некоторые из нас более чем равнодушны к этой идее, то есть они отрицают существование собачки Плуто и приближаются вследствие этого к уровню массы. Масса еще плотнее, чем энергия. И ее принуждают принять форму, которую она отрицает. То есть физически проявиться и воплотиться как собачка Плуто. Таким образом, то, что отрицается как концепция на уровне пространства, проявляется на физическом уровне.
Разумеется, истина не так проста и суха, но этот пример может показать вам общую идею. Пространство побуждает энергию, а энергия принуждает материю. Однако эти реакции могут происходить и независимо от плотности более отстраненных существ.
Если мы отрицаем свою или чужую свободу и способность создавать какие угодно идеи, мы опускаемся на тот уровень вибраций, на котором очевидным становится существование не только пса Плуто, но и множества других материальных форм.
Отрицать истину — значит открыть ящик Пандоры.
Из этого совсем не следует, что лично вы отрицаете каждую мельчайшую вещь из тех, что существуют на земле. Если вы отрицаете кофе, вы в то же время принудительно вовлекаетесь в мир, где реальны чай и кока-кола. Есть нечто общее, что вас пугает, то есть
