Читалка - Путешествие души

противникам в морских схватках, но он заботился о своих собственных людях.

Д-р Н.: Вы говорили мне, что Вило помогал нуждавшимся путникам, но Вы не очень много рассказали мне о том лучшем, что было у всех вас в ваших жизнях. Был ли кто-нибудь из вас в группе отмечен за бескорыстный поступок?

СУБЪЕКТ: (сосредоточенно) Могу сказать кое-что о Дабри...

Д-р Н.: Что же?

СУБЪЕКТ: Он совершил одно замечательно дело. Однажды, во время шторма, один моряк упал с мачты в океан и стал тонуть. Дабри обмотал вокруг талии линь и бросился с палубы в воду. Он рисковал своей жизнью, но спас товарища.

Д-р Н.: Когда это происшествие обсуждается в Вашей группе, как вы все отзываетесь о Дабри?

СУБЪЕКТ: Мы хвалим его за то, что он сделал, восхищаясь им в своем уме. Мы пришли к общему заключению, что никто из нас в своих прошлых жизнях не мог сравниться с ним в этом его од ном мужественном поступке.

Д-р Н.: Я понимаю, но все же жизнь Вило, когда он был хозяином постоялого двора и давал кров и пищу людям, которые не могли заплатить ему, может представлять собой проявления бескорыстия в течение более длительного периода, и поэтому более достойна похвал?

СУБЪЕКТ: Само собой разумеется, и мы отдаем ему должное. (Смеется) Он получает больше «золотых звезд», чем Дабри.

Д-р Н.: Достается ли Вам от группы за Вашу последнюю жизнь?

СУБЪЕКТ: (пауза) Как художник, я вынужден был бороться за клиентов, чтобы выжить, но я хорошо относился к людям... это немного... но мне нравилось доставлять удовольствие. Моя группа признала, что у меня было хорошее сердце.

У каждого из моих пациентов своя особая связь с их духовной группой, независимо от их личностных особенностей. Люди склонны думать, что души в свободном состоянии (в духовном мире) не имеют человеческих недостатков. В действительности, я думаю, существует много общего между духовными группами и различными типами человеческой семьи. Например, я вижу Норкросса как непокорного

«козла отпущения» для этой группы, и в то же время он ц Оллем являются своего рода «инвентаризаторами» недостатков каждого. Оллем сказал, что Норкросс обычно первый начинает открыто и придирчиво рассматривать любые доводы и аргументы, которые каждый из членов группы приводит в оправдание своих ошибок прошлой жизни. Похоже, что у него меньше всего сомнений в себе и, следовательно, какого-либо эмоционального прикрытия, оправдывающего его поведение. Это может свидетельствовать о его собственной незащищенности, потому что Норкросс, возможно, изо всех сил борется за то, чтобы быть на уровне прогрессирующей группы.

Я полагаю, что сам Оллем мог быть любимцем группы, своего рода «талисманом» (как бывает с младшим ребенком в человеческих семьях) — со всей его клоунадой, самолюбованием и небрежным отношением к серьезным проблемам. Некоторые души в духовных группах, на самом деле, кажутся мне более хрупкими и имеющими больше защиты, чем другие члены группы. Поведение Вило показывает, что он настоящий герой (или старший член семьи) — с его стремлением к совершенству. У меня сложилось впечатление, что Вило наименее вызывающий член группы, в частности потому, что он достиг самого большого успеха в своих недавних прошлых жизнях. Так же как и в семьях, роли между членами духовной группы могут меняться, но, как мне сказали, кинетическая энергия Вило приобретает розовый оттенок, что указывает на достижение им Уровня II.

Д-р Н.: Оллем, считаете ли Вы, что взаимная критика всегда конструктивна?

СУБЪЕКТ: Здесь, конечно, нет враждебности. Мы все получаем своего рода удовольствие, журя друг друга — я допускаю та кое,— но это просто форма... признания того, кем мы, на самом деле, являемся и куда нам следует идти.

Д-р Н.: Могут ли в Вашей группе заставить кого-нибудь почувствовать свою вину в связи с его прошлой жизнью?

СУБЪЕКТ: Это... человеческие средства... и они слишком ограниченны — если принимать

во внимание то, что мы чувствуем.

Д-р Н.: Ну, хорошо, коснемся Ваших чувств иначе. Когда Вас критически оценивают, чувствуете ли Вы себя более уверенно, получая отзыв одних членов Вашей группы, и менее уверенно если слышите критику со стороны других?

СУБЪЕКТ: Нет. Мы все очень уважаем друг друга. Самый большой критик сидит внутри нас.

Д-р Н.: Чувствуете ли Вы какое-нибудь сожаление по поводу своего поведения в Вашей прошлой жизни?

СУБЪЕКТ: (долгая пауза) Да... Мне жаль, если я обидел кого-нибудь... и... затем каждому здесь становится известно все о моих ошибках. Но мы учимся.

Д-р Н.: И что вы делаете с этим знанием?

СУБЪЕКТ: Обсуждаем между собой... и пытаемся исправиться в следующей жизни.

Д-р Н.: Из Вашего рассказа я сделал вывод, что Вы, Норкросс и Дабри, загружая друг друга, возможно, просто даете выход не которым своим сдерживаемым чувствам относительно своих собственных недостатков.

СУБЪЕКТ: (задумчиво) Мы делаем циничные замечания, но это не так, как бывает у людей. Не имея тел, мы относимся к критике немного иначе. Мы видим друг друга такими, какие мы есть, без негодования или зависти.

Д-р Н.: Я не хочу «тянуть Вас за язык», но мне любопытно, не указывает ли вся эта напыщенность и витиеватость высказываний на скрывающееся за ними чувство собственной неполноценности, бесполезности?

СУБЪЕКТ: Да, это еще один момент. Мы действительно впадаем в уныние и сомневаемся в своих способностях... чтобы противостоять самоуверенности и измениться к лучшему.

Д-р Н.: Итак, для Вас в порядке вещей, сомневаясь в себе, все же делать циничные замечания о мотивах друг друга?

СУБЪЕКТ: Конечно, но мы хотим, чтобы каждый из нас увидел искренность друг друга в работе над своими индивидуальными программами. Иногда гордыня встает на пути и мы используем друг друга, чтобы преодолеть ее.

В следующем отрывке диалога я представляю еще одно духовное явление, относящееся к групповому целительству