Читалка - Аферистка. Дело Тимошенко

следователя, Украине обойдется в 3,5 млрд грн, что эквивалентно 310 млн евро. Газовое соглашение было заключено без разрешения и без согласия Кабинета Министров, в этом и заключалось злоупотребление властью и коррупция.

В связи с этим в конце июня 2011 года Тимошенко пожаловалась в Европейский суд по правам человека.

Процесс, который, понятное дело, не случайно переехал в небольшой зал заседаний Городского суда в одном из дворов на Крещатике, начался 24 июня с шумихи вокруг здания и в нем самом. Тимошенко всецело игнорировала судью, поскольку он — после того как суд отклонил все просьбы прокуратуры — настаивал на том, чтобы держать ее под стражей. 5 августа 2011 года ее определили в Лукьяново.

Действительно, вставлю свои пять копеек и я, с чего бы это она должна «прогибаться» перед таким молодым судьей? Ну, мы судью не выбираем, это делает компьютер, — говорит Кузьмин. Выбор судей в значительной степени автоматизирован, и в этом случае он указал на 31-летнего Родиона Киреева. Тимошенко не удостоила его даже взглядом на протяжении всего процесса и назвала «марионеткой».

Тут Кузьмин прерывается и, хмуря лоб, говорит: «Будь на месте Киреева какой-нибудь пожилой судья, она прозвала бы его старым коммунистом или как-то иначе. Любой судья взял бы самоотвод в деле Тимошенко. И на Западе в том числе. Любой».

И с Кузьминым нельзя не согласиться.

10 октября Киреев признает Тимошенко виновной в превышении должностных полномочий, прокурор требует семь лет, защита — оправдательный приговор. Последняя назвала этот процесс «показательным», Тимошенко заявила, что это «вендетта, организованная Януковичем».

Суд поддержал требование прокурора, принял решение взыскать с обвиняемой компенсацию ущерба в сумме 137 млн евро и лишить Тимошенко после выхода из колонии права занимать государственные должности в течение трех лет.

Защита сразу же подала апелляцию, пересмотр процесса, насколько я знаю, должен был начаться уже давно, но, говорит Кузьмин, понизив голос, Тимошенко

не транспортабельна.

Я киваю.

Вход в городской суд во время завершения процесса над Тимошенко: столкновение милиции с протестующими

«Вы в курсе официальных заявлений из Германии?» Первым Кузьмин называет заявление министра иностранных дел Вестервелле от 11 октября 2011 года: «Сегодняшний приговор для премьер-министра Юлии Тимошенко — шаг назад для Украины. К сожалению, он бросает очень негативную тень на верховенство права в Украине. Это решение не останется без последствий для отношений ЕС с Украиной.

Отныне мы будем очень внимательно наблюдать за тем, что будет происходить в Киеве с Тимошенко и другими бывшими членами правительства. Мы ожидаем от политического руководства Украины приверженности к демократии и верховенству права».

В этом и был ультиматум Вестервелле.

Запланированный на 18 октября визит президента Януковича в Брюссель, на котором должны были согласовать последние детали дальнейшего соглашения о свободной торговле между ЕС и Украиной, был отменен. В интервью «New York Times» Янукович осудил любое вмешательство извне, поскольку Украина является суверенным государством. «Судебная власть является независимой и принимает свои решения».

И поэтому Генеральная прокуратура сразу после этого хладнокровно инициирует новое расследование в отношении Тимошенко. Речь идет об около 405 млн долларов (327 млн — сумма задолженности за непоставки стройматериалов российскому Минобороны в обмен на газ и набежавшие за эти годы пени), которые она присвоила в период с 1995 по 1997 год в качестве главы энергетической группы ЕЭСУ. Эта сумма должна была пойти на погашение задолженности перед Россией.

Существует версия, что оба дела о незаконном присвоении 327 млн долларов и о газовом договоре 2009 года связаны друг с другом. Якобы русские под давлением заставили ее подписать газовый контракт в 2009 году. Тогда между Путиным и Тимошенко якобы состоялся разговор с глазу на глаз, из-за которого ей и пришлось подписать столь невыгодный для Украины

контракт…

Кузьмин разводит руками.

Понимаю.

Планируются ли еще дела против Тимошенко, спрашиваю я и упоминаю имя Евгения Щербаня. «Вы сами еще в октябре 2011 года об этом говорили, согласно данным частного информагентства УНИАН в Киеве, которое также обслуживает «Deutsche Welle», — говорю я.

«Хотел бы уточнить, — мягко поправляет меня Кузьмин, — я только лишь сказал, что прокуратуре нужно доказать, что госпожа Тимошенко сыграла роль в заказном убийстве депутата Евгения Щербаня».

В конце 1996 года в аэропорту Донецка были расстреляны четыре человека, в числе которых были Щербань и его супруга. Следствие вышло на банду из одиннадцати человек. Пятеро из них вскоре умерли, двое преступников были пойманы и осуждены в России, оставшиеся четверо все еще на свободе. Кузьмин говорит спокойно и тихо. Строит короткие и ясные предложения, не расплываясь мыслью по древу, как некоторые из его коллег. И, несмотря на то, что он явно подчеркивает: он — юрист, а не политик, его обоснования имеют очевидную политическую подоплеку. В то время, говорит он, президентом был Кучма, премьер-министром Лазаренко, а Генеральным прокурором — Ворсинов, третий из той «днепропетровской лиги». И, конечно же, была Юлия Тимошенко, которая в 1995 году занимала пост главы энергетического концерна ЕЭСУ.

Вся сеть великолепно зарабатывала, дешево покупая российский газ и продавая его на родине втридорога с помощью посредников на Кипре и в Великобритании — компаний, большинство из которых, как показывают более поздние расследования, принадлежали Тимошенко. Основными клиентами были компании в Восточной Украине, которые отказывались платить

83 доллара вместо привычных 25 за куб. Донецкие участники сплотились против Тимошенко и Лазаренко, движение неповиновения возглавили предприниматели Момот, Шведченко и Щербань, глава крупнейшей фракции в парламенте.

Вход в киевский городской суд, в котором летом 2011 года слушалось дело Тимошенко

Безусловно, и Кузьмин этого не отрицает,