Читалка - Конец феминизма. Чем женщина отличается от человека

оказались одни мужчины, то есть самые сильные. Они, отталкивая женщин и детей, заняли спасительные шлюпки. А что мы видим у Камерона в фильме «Титаник»? Всё наоборот! В кино именно богатые пассажиры хищно отталкивают женщин и детей на пути к шлюпкам. Почему Камерон снял неправду? Может быть, он социалист? Нет. Просто если бы Камерон снял, как было в действительности, зритель режиссеру бы не поверил: слишком уж въелась в кровь эта формула «бедные – бедненькие и добренькие, а богатые – злые, жадные хищники».

Между тем, этологи – специалисты по инстинктивному поведению животных – отмечают: буквальные подонки, то есть обитатели дна – социальные низы стаи или племени, субдоминантные особи, стоящие на самых нижних ступеньках иерархической лестницы, в личностном отношении представляют собой самых настоящих подонков. Они – худшие. И если зоологам путём различных обманных ухищрений удаётся сделать вчерашнего подонка доминантной особью, вожаком, кровью умывается вся стая. Более жестокого правителя, чем вчерашний маргинал, трудно себе представить – и в животном мире, и в человеческом. Самые худшие черты несут в себе подонки общества – завистливость, неблагородство, озлобленность, жестокость. Так что мистер Горький сильно ошибался, рисуя благородных обитателей ночлежки в своём «На дне»…

…На самом деле негры показывают худший интеллект, чем белые.

…На самом деле женщины хуже, чем мужчины, разбираются в точных науках, на которых стоит цивилизация.

Только благородство последних – богатых белых мужчин, позволило вчерашним аутсайдерам поднять голову. Но если злобному, неблагородному зверю дать палец, он оттяпает всю руку, ибо любую уступку воспринимает как слабость – таково свойство неразвитого сознания. Именно поэтому оголтелые феминистки норовят загнать белых мужчин в газовые камеры, а негры додумались требовать от правительства США за эпоху

рабства материальных компенсаций в размере миллиардов долларов. То есть за то, что двести лет назад какой-то чёрный был рабом какого-то белого (оба давно умерли), сегодняшний белый должен расплатиться с сегодняшним негром – только на том формальном основании, что у одного из них белая кожа, а у другого чёрная. Нынешним неграм, требующим компенсаций за прошлое рабство, даже в голову не приходит, что если бы рабов не завозили в Америку из Африки, их – сегодняшних чёрных наглецов, просто не было бы на свете. Это в худшем случае. А в лучшем, если бы им повезло родиться, они бы сейчас бегали по Африке с копьем. Вместо того чтобы смотреть телевизор (придуманный белыми), играть в баскетбол (придуманный белыми) и требовать через прессу (придуманную белыми) себе много-много долларов (придуманных белыми).

Всем этим социальным аутсайдерам не приходит в голову, что именно потому они и стали аутсайдерами, что по многим параметрам не выдерживают конкуренции с социальным авангардом.

Не негры создали цивилизацию. Не женщины. И не люмпены. Это факт.

Иногда мне кажется, что феминизм – самоедство западного общества. Когда обществу нечем заняться, оно начинает дурью маяться. Если живая система не тренируется, она постепенно атрофируется. Мышцы без нагрузок слабеют, в невесомости начинают потихоньку растворяться кости (из них вымывается кальций).

Если иммунную систему человека совершенно лишить всех врагов, она начнет бороться с организмом – выдавать аллергические реакции на безобидные вещества. Проводили такие эксперименты в прошлом веке с космонавтами. Сажали в стерильные условия и наблюдали рост аллергических реакций.

Социальный организм от биологического принципиально не отличается. Ему тоже нужна борьба. Если нет внешнего врага, национальный организм может объединиться в борьбе с внутренним. Вы заметили, как изменились голливудские фильмы после победы Запада в Холодной войне? Кино – отражение коллективного бессознательного. Внешний

враг пропал – и местные рэмбо, герои-одиночки, так любимые Голливудом, стали бороться против собственного зловредного, замышляющего недоброе правительства. Или против поганых корпораций, уничтожающих природу. Или против инопланетян. Или террористов.

Организму нужна деятельность. Без этого он или атрофируется, или начинает пожирать самое себя. То есть обществу необходим либо враг, либо глобальная идея. Скажем, покорение Марса – достойная задача для концентрации сил. Но пока она не овладела сознанием масс, энергия масс уходит на борьбу с псевдоврагом – белым гетеросексуальным мужчиной. Враг был нужен – он появился. Организм западного общества стал пожирать сам себя. Размывать свои белые кости.

Не рановато ли? Ведь предстоит возвращение на Землю…

Одно такое «возвращение на землю» состоялось 11 сентября, когда два Боинга протаранили башни Международного торгового центра. В восприятии рядового американца обрушение двух зданий в городе стало фактом военного «нападения на Америку». Нация оцепенела. И вот тогда мерзкая гидра феминизма чуть-чуть вздрогнула. Чуть-чуть как бы даже и съежилась. Едва-едва. Но заметно.

Потому что на передовой – в битве с огнём на руинах торгового центра среди пожарников почему-то не оказалось всех этих «угнетённых» – ни женщин, ни негров, ни хотя бы китайцев для разнообразия. Спасали рушащееся здание цивилизации только те, кто его строил…

Белые-Мужчины-Католики.

Американская журналистка Энн Колтер позже написала:

«…Феминистки ненавидят оружие, потому что оружие напоминает им о мужчинах. Закипая, одна из феминисток… объясняет: „Так же, как секс – это абсолютное оружие патриархата, используемое, чтобы проникать и обладать женщинами, единственная цель оружия – нанести вред жертве. Контроль над оружием является, таким образом, средством «обуздать вековечный патриархат“.

Если вы не поняли, насколько