Читалка - Мой сексуальный телохранитель

ей о том, что все еще находится в горячке.

Это шокировало и причиняло боль, но факт того, что он ее обманывал, не удивил. Из комнаты доносились мягкие мужские голоса Грэйди и Антона, хотя по ходу спора голоса становились все громче.

– Ты не имел права вмешиваться, – выкрикнул Грэйди.

– Разве? Я уважаю тебя, как старшего брата, – закричал Антон. – Но я видел, что ты сделал с её домом.

Мика рывком открыла дверь, одетая, и вышла, увидев Грэйди и Антона, стоявших почти нос к носу, ярость была очевидна между ними, и выглядели они так, будто намеревались подраться.

– Я готова идти. Не знаешь, где моя сумочка?

Антон отступил от брата.

– Она наверху. Пойдём. Захватим её по пути.

Грэйди повернулся к Мике.

– Я сам отвезу тебя домой. Дай мне несколько минут, чтобы одеться. Нам нужно поговорить.

Она отказалась смотреть на него.

– Мы и так сказали друг другу более чем достаточно. Хорошей тебе жизни. Это было... – Она закрыла рот, неуверенная в том, что сказать. Удовольствием? Секс был таким. Болезненным? Временами очень. Мика вздохнула. – Прощай, Грэйди. Желаю тебе всего хорошего. – Это была правда.

Потом она переместилась, вынужденная пройти за диваном, чтобы добраться до двери держась подальше от Грэйди. Антон вышел из апартаментов, мрачный, ожидая ее.

– Мика, пожалуйста, позволь мне отвезти тебя домой? – Тон Грэйди был мягким. – Нам надо поговорить. Я должен сказать тебе... – Он замолк. – Я отвезу тебя домой.

Она замешкалась у двери, спиной чувствуя его взгляд, почти как если бы это был физический контакт.

– Теперь все кончено, мы оба свободны.

Заставив ноги двигаться, она переставляла их, зная, что при каждом шаге ее сердце разбивается.

Антон повел ее через подвал мимо клетки, служившей ей домом в течение нескольких дней, а потом вверх по лестнице. Сумочка лежала на столе у двери, как будто ее ждала.

Она схватила сумочку, счастливая вернуть что-то знакомое в жизни, и Антон проводил ее к задней двери. Он взглянул на Мику, когда

она вышла на солнечный свет и глубоко вдохнула свежий воздух.

– Ты не можешь винить его за то, что он пытался удержать тебя еще на несколько дней. – Антон открыл пассажирскую дверь машины, окидывая ее мрачным взглядом. – На его месте я бы попытался удержать тебя навсегда.

Удивленная его словами Мика посмотрела на его красивое лицо, настолько похожее на Грэйди, что стало больно.

Он пожал широкими плечами.

– У него есть проблемы насчет человеческих женщин, а у меня нет. Мы должны поторопиться перед тем, как он опомнится и попытается остановить нас.

– Он так не сделает. – Мика села в машину, уверенная в этом.

Антон помолчал, придерживая дверь.

– Он глупец.

Антон закрыл дверь.

Мика оглянулась на дверь, из которой только что вышла, увидела, что та закрыта и наблюдала как Антон садится на водительское сидение, заводит машину и трогается с места. Грэйди так и не вышел. Она перевела сосредоточенный взгляд вперед. Грэйди в прошлом, и чем быстрее она уедет, тем быстрее смирится с будущим.

***

– Я привел вчера сюда подрядчиков. – Антон покачал головой. – Грэйди собирается заплатить за ремонт. К тому времени, как ты снова сюда приедешь, все будет как новое.

– Он действительно натворил дел на целое состояние.

Мика спрашивала себя, приедет ли она когда-либо и сколько времени пройдет перед тем, как снова появится желание вернуться в Барток. Дом будет напоминать ей о Грэйди, а Мика была не уверена в том, когда сможет столкнуться с этим. Перешагнув через разломанный выдвижной ящик, она направилась в ванну.

– Спасибо за то, что ты здесь, пока я пакую вещи, и за предложение довезти до аэропорта.

– Мы забрали тебя оттуда, когда ты пыталась сбежать, поэтому один из нас должен вернуть тебя обратно.

– Я ценю это. – Мика вошла в ванную, взяла дорожную сумку. Быстро упаковав личные вещи, она повернулась, чтобы выйти, и чуть не врезалась в крепкое тело Антона, перегородившего путь. Она выдохнула, глядя на него. – Извини. Не знала, что ты стоишь

здесь.

– Грэйди следовало оценить тебя по достоинству, но он не может. – Он помолчал. – Ты должна отомстить ему за то, что он причинил тебе боль, и я более чем готов помочь осуществить это. Я не чувствую в тебе страх. Ты же осознаешь, что здесь одна со мной, верно?

– Ты не обидишь меня. – Она не добавила слово "надеюсь", возникшее в мыслях. Подозрение возникло сразу же, как она взглянула на мужчину, преградившего ей дорогу. – Ты или твои братья ненавидят Грэйди или что-то в этом роде? Почему ты намекаешь на то, что я должна ему отомстить? Ты мог бы позволить ему удерживать меня еще несколько дней, ведь я была в неведении о том, когда заканчивается брачный сезон, но ты остановил его, сказав мне правду и уведя оттуда.

Мужчина нахмурился.

– Нет. Мы любим Грэйди. Не знаю, что ты услышала, но это моя мать слепо ревновала к Грэйди. Она считала, что воспитывала с отцом следующего в роду альфу. Она довольствовалась своим местом в жизни нашего отца. Когда объявился Грэйди, она осознала, что не она родила первенца. Это действительно вывело ее из себя. Она... – Он вздохнул. – Я люблю ее, но она запуталась.

Мика приподняла брови вверх и приложила руки к губам.

– Я понимаю. Нет. Не понимаю.

Усмехнувшись, он подмигнул ей.

– Это сложно. Мы любим Грэйди. Для нас он просто брат, но из-за нашей матери, установившей определенные границы, он видит разницу. Он заявил отцу, что не займет свое законное место первенца, поскольку частично является человеком и ублюдком. Думаю, он боялся, что я возненавижу его, если он вступит в эти права, неважно как сильно я бы его не уговаривал, что на самом деле чувствовал бы облегчение. Быть действующим альфой – боль в заднице. Я смотрю на жизнь отца и содрогаюсь при мысли об этом. Грэйди зациклен на том, что не полностью вписывается к нам, а мы в свою очередь на том, чтобы показать ему обратное. Я верю, что если он взглянет на свою человеческую сторону и примет ее, то, наконец, успокоится; а единственный способ осуществить это – взять