Читалка - 7 вещей, о которых он вам никогда не расскажет

Знали ли вы, что в сердце вашего мужа есть еще одна женщина? И что она останется в нем навсегда?

Очень часто поведение вашего мужа связано с другой женщиной... с его мамой.

Я убежден в том, что стал тем, кто я есть, благодаря своей маме.

- Вы хотели сказать: благодаря вашему отцу? - возможно, поправите вы.

- Нет, - стану возражать я. - Именно благодаря моей матери.

Работая в области психологии уже много лет, консультируя тысячи мужчин и женщин и просто разговаривая с людьми, я убедился, что отец оказывает наибольшее влияние на жизнь дочери, в то время как мать более всех влияет на жизнь сына. Подобные перекрестные взаимоотношения полов оставляют неизгладимый отпечаток на характере детей.

Я вырос в неблагополучной семье. Мой отец пил, и у меня не всегда были с ним хорошие отношения. Честно говоря, было время, когда я хотел, чтобы он исчез из моей жизни. Но с годами я стал относиться к нему по-другому. Я научился лучше понимать своего отца и то влияние, которое оказали на формирование его личности детские и юношеские годы. Он родился в семье католиков-ирландцев, настолько бедной, что тот из детей, кому первому доставалась одежда, был одет лучше всех, потому что остальным братьям приходилось донашивать то, что оставалось от старших.

Напротив, с мамой у меня всегда были близкие отношения. Даже в те годы, когда подросткам тяжело разговаривать со своими родителями, я мог беседовать со своей мамой обо всем — включая девушек и секс. Моя мама любила говорить напрямик. Я знал, что она любит меня. И неважно, какого мнения обо мне были другие люди, она всегда верила в меня и ожидала от меня только хорошего.

От меня. От мальчишки, который в школе был одним из самых худших учеников. В старших классах я решал по математике задачки такого типа: "Когда Нэнси пошла в магазин, у нее был один доллар. После того как она купила 4 яблока, у нее осталось 16 центов. Сколько денег она потратила в магазине?" У этого курса была только одна цель - научить меня делать покупки

в магазине, когда я закончу школу!

В конце одного учебного года в моем табеле, вместо отметок, были поставлены прочерки из-за того, что я вынудил учительницу оставить школу в середине семестра. Мне пришлось расстаться со своим классом. До сих пор я ощущаю вину перед той женщиной. Несколько раз я пытался найти ее, чтобы принести личные извинения за свое поведение в школе, но, к сожалению, безуспешно.

Я получал низкие оценки по математике, трижды проваливал латынь и так и не смог сдать экзамен по химии.

Ученик Кевин Леман не подавал никаких надежд на успех в дальнейшей жизни.

Когда я стал взрослым, мама однажды сказала мне, что часто молилась: "Боже, пожалуйста, сделай так, чтобы в дневнике Кевина появилась хоть одна твердая "тройка" и чтобы я поняла, что он на что-то способен". Она бывала в школе чаще, чем я: разговаривала с учителями, которые постоянно твердили ей: "Тяжело будет Кевину найти свое место в жизни..."

Мамина жизнь была полна волнений. Жили мы бедно. Наш скромный домишко был подарен отцу его тетей. Какое-то время, вместо обычной легковой машины, отец использовал грузовичок, в котором было лишь водительское сиденье. Помню, как я, примостившись на сумках с одеждой из химчистки, помогал отцу развозить их по домам.

Когда бизнес отца развалился, мама пошла в медсестры, чтобы помочь прокормить семью. Она работала очень много, часто ночами. Вот одна из моих самых памятных картин детства: в семь утра мама бредет между снежными сугробами. Отработав ночную смену в больнице, она идет домой (мы тогда жили на улице Буффало, в Нью-Йорке).

Так как и мама, и папа работали, я часто был предоставлен сам себе. Казалось, что у всех детей, кроме меня, были идеальные родители. Когда кто-то из мальчишек, желая задеть меня, говорил, что моя мама не заботится обо мне, потому что не ждет меня дома после школы, я кидался на него с кулаками.

Я любил свою маму. И она, без сомнения, любила меня и всех своих детей. Несмотря на свою загруженность в больнице, она

находила время, чтобы ходить со мной на рыбалку. Когда мне было лет пять-шесть, мы довольно часто ловили рыбу на речке, в полумиле от нашего дома. Мама так радовалась каждому моему улову, словно это было нечто особенное, чего до меня не делал ни один человек! Мое маленькое мальчишеское сердце наполнялось гордостью. Возможно, мама уже тогда понимала, что в школе мне не добиться успеха и что с раннего детства мне нужна поддержка, чтобы достичь чего-нибудь в жизни.

На протяжении детских лет мама оставалась моим защитником — даже тогда, когда в глазах всего мира я был неудачником... и продолжал быть таковым многие годы.

После того как меня выгнали из колледжа, я девять месяцев искал подходящую работу. Мне хотелось заниматься чем-нибудь интересным, но единственное, что мне могли предложить, - работу санитара в больнице. Это было самое унизительное время в моей жизни. Я носил значок Таксонского медицинского центра (ТМЦ), а на моей униформе красовалась эмблема - перекрещенные веник и швабра. Искренне пытаясь найти свое  место в жизни, я посещал вечерние курсы по геологии при Университете Аризоны... но вскоре провалил экзамен. Кто-то сказал мне, что настойчивость непременно окупится, поэтому в следующем семестре я снова отправился на те же курсы... и снова провалился на экзамене. Вот такой я был: неудачник в прошлом и настоящем, без всякого представления о том, что ждет меня впереди.

Но, к счастью, когда мне было около 22 лет, моя жизнь резко изменилась. Я встретил Сандру, которая работала помощницей медсестры, и влюбился в нее по уши. Когда мы начали встречаться, она неожиданно спросила меня, хочу ли я пойти с ней в церковь. Должен вам сказать, что это было последнее, о чем я мог думать. В моем представлении христиане были самыми странными людьми, которые когда- либо ходили по земле. Но от Санди исходило невероятное притяжение, поэтому воскресным утром я пошел с ней в церковь. Потом она попросила меня сходить с ней туда и вечером. Помню, как я подумал: "Ни одна женщина