Читалка - Конец феминизма. Чем женщина отличается от человека

. «Подонка» показывают по всем каналам. Через некоторое время он выигрывает суд. Ну случайно же, блин!..

Но жизнь – не кувшин, обратно не склеишь. Теперь он не директор колледжа, работает неполный рабочий день (кто знает западные реалии, тот поймет, что это значит), причём работает в области, никак не связанной с его прежней профессией. Даже старая феминистка Элен Гарнер, описавшая в своей книге этот случай, и та не сдержалась, так охарактеризовав современный хунвейбиновский феминизм: «педантичный, лицемерный, безжалостный».

В разговоре с Гарнер её более молодая коллега по движению следующим образом откомментировала этот случай:

– Да, парень не заслуживает того, что с ним случилось. Он невиновный, но он платит за других мужчин, которые не попались. Забавно – иногда невиновный или наполовину виновный платит за то, что сделал другой.

Снова Мельбурн. Май 1996 года. Сотрудница банка (бешеная, а может, просто карьеристка) пишет донос о гнусных сексуальных преследованиях со стороны своего начальника по службе. Он-де, вслух делал громкие замечания сексуального характера в её адрес. Первое заседание суда. Судья – женщина (эта уж точно бешеная). Выходит первый свидетель. Не подтверждает фактов подобных разговоров в офисе.

Выходит второй свидетель. Не подтверждает фактов подобных разговоров в офисе.

Выходит третий. Не подтверждает.

Четвертый. Не подтверждает.

Пятый. Не подтверждает.

Шестой. Не подтверждает.

Седьмой. Не подтверждает.

Судья выносит решение: виновен! А вы говорите, «басманное правосудие»…

Февраль 1997 года. Второе слушание этого дела в суде более высокой инстанции. Всё всерьёз, не подетски: 12 заседаний, на которых выступают на сей раз уже 18 свидетелей. Ни один свидетель не подтверждает факта подобных разговоров в офисе. Старенький судья, еще помнящий, что такое правосудие, выносит вердикт: ну, невиновен, блин, ничего не могу сделать!..

Хэппи-энд? Да,

если не считать потраченных на адвокатов 50 000 долларов, которых парню, конечно, никто никогда не вернёт. А вообще, конечно, повезло. Потому что другой австралийский судья – Пат О’Шейн такой непутёвый приговор никогда бы не вынес. Поскольку он феминист и не скрывает этого. Было у Пата похожее дело. Тогда пятеро боевичек местной феминистической организации совершили акт вандализма – испортили рекламный щит, полностью замазав его краской. Думаете, на щите были голые бабы? Даже если бы и так, это ещё не повод «стулья ломать»… Но дело в том, что на щите был изображён знаменитый фокус – перепиливание женщины в ящике.

«Как можно с женщиной так обращаться?!» – возмутились фанатички.

Судья их полностью оправдал, назвав преступниками… рекламщиков: политически ошибочный плакат нарисовали.

Но все-таки Австралия, как ни тужится, за Америкой пока угнаться не может. США – бесспорный законодатель феминистической моды. В 2002 году Верховный Суд Калифорнии постановил, что изнасилованием может считаться даже тот половой акт, на который женщина дала ясное и недвусмысленное согласие. Если только в течение коитуса женщина вдруг «передумает».

Вот вам история о Ромео и Джульетте на современный американский лад. Джон и Лаура – ровесники, им по 17 лет. Как и положено детям в их возрасте, они занялись сексом. На сугубо паритетных началах. То есть она чётко и недвусмысленно, как того требуют американские законы, сказала «да».

Но уже в процессе Лаура обронила следующую фразу: «Я должна идти домой». Как установило следствие, после этой фразы половой акт продолжался ещё 90 секунд (любопытно всё же, как они это установили?)

Итак, парню 17 лет. Период гиперсексуальности. Он в процессе. Она говорит загадочную фразу о том, что должна идти домой. Может он остановиться? Или хотя бы просто понять эту фразу – которая абсолютно «не

из процесса»?

«Я должна идти домой».

Когда? Кому должна? Зачем?

Да он и не против, собственно говоря. Иди! Вот только закончим сейчас… Минута-другая ничего не решают. Куда спешить-то? Чего у тебя там дома – молоко убежало?

…Парня посадили, как вы поняли…

Ну ладно, а если бы она сказала, что ей надо покрасить потолок?

Они трахаются. Она: «Мне надо покрасить потолок». Как ему действовать в такой ситуации, чтобы не посадили? Бежать за краской?

А если она перед самым его оргазмом вдруг говорит чёткое и недвусмысленное «нет»? Сколько в такой ситуации ему даётся секунд, чтобы остановиться? Пять? Три? Одна? Спуск!..

Когда эту ситуацию попросили прокомментировать известную журналистку Кэтлин Паркер, она написала: «…кастрация Американского мужчины близка к завершению, и посыл (Верховного суда Калифорнии) вполне очевиден: что бы мужчины ни делали, они всегда будут виновны. Как правильно выразил дух нашего времени 15летний друг моего сына: „Женщины – хорошие, мужчины – плохие“. Джон не был виновен в изнасиловании; он виновен лишь в том, что он – мужчина. Если бы я была парнем, я подыскала бы для себя другую страну».

Как им это удалось?

Ну действительно, как этим бешеным удаётся подминать мир под себя? Распространять своё бешенство, как инфлюэнцу – воздушнокапельным путём? Может быть, с помощью постоянно брызжущей слюны?

Нет, товарищи. Так же как ленинцам – с помощью прессы. Либеральной, демократической прессы. Американская интеллигенция, окопавшаяся в ней, с восторгом воспринимает любые идеи, направленные на разрушение старых, отживших, патриархальных, реакционных устоев.

Один из феминотезисов, проштампованных прессой в американских мозгах: «Семья для женщины – самое опасное место». Для продвижения этого идеологического слогана феминосектантки:

а) ведут спецпропаганду;

б) используют как придуманную