Читалка - Конец феминизма. Чем женщина отличается от человека

к своему одногруппнику с вещами и зубной щёткой. Наутро они вместе мирно завтракают. Потом парень уходит, а бешеная сучка, капая ядовитой слюной на мостовую, стремглав несётся в участок с доносом в зубах. Её ночью изнасиловали! Парня сажают.

…Ещё одного побороли!..

Подобных историй в США – тысячи. Дошло до того, что наряду с тренингами чуткости под давлением феминисток американские университеты были вынуждены ввести ещё один идеологический предмет – симпозиумы «по предотвращению изнасилования и сексуальных преследований».

А чему, кстати, учат студенток на факультетах ненависти, кроме ненависти? Да, собственно, больше ничему. В своих бюллетенях устроители балагана так и пишут:

«Мы поможем вашей дочери обнаружить степень, до которой она была в соучастии с патриархатом. Мы поможем ей восстановить себя через диалог с нами. Она может стать разгневанной и хронически оскорблённой. Она очень вероятно откажется от моральных и религиозных принципов, на которых вы воспитали её. Она может полностью дистанцировать себя от семьи и друзей. Она может изменить внешность и даже сексуальную ориентацию… После того как она закончит свое перевоспитание, вы, возможно, потеряете десятки тысяч долларов и, очень возможно, вашу дочь».

Другим словами, на этих факультетах пекут профессиональных революционерок. Каждый год американское общество на свою голову выпускает тысячи профессиональных женщин. И добро бы проституток, так нет – пламенных борцов. Которые ничего не умеют, кроме как свергать преступный патриархатный режим.

Вот вам история одной из выпускниц такого факультета. Девушка специализировалась в университете по эко-феминизму (гибрид феминизма с экологизмом – дурдом!). Получила, как у нас бы сказали, «красный диплом». И отправилась в Вашингтон с полной уверенностью, что в этом рассаднике либерал-феминизма легко найдёт себе работу… Это нам понятно, что специалисты

по экофеминизму на хрен никому не нужны. Дуре это было неочевидно. Никакой работы она не нашла, пополнив собой армию безработных.

Спрашивается, кто оказался виноват в том, что дипломированная «специалистка» не нашла работы? Вы еще не догадались? Конечно, патриархат!.. Все, чему её учили на факультете ненависти, оказалось правдой! Вон оно – живое угнетение! Имея два диплома, я не нашла себе работы! Потому что я – женщина! Остаётся только одно – бороться. Бороться и искать, найти и не сдаваться!..

Профессиональные ниспровергатели – страшное дело.

Был такой вождь крестьянского восстания в Вандее – Шарль Кадудаль. Здоровенный крестьянин невероятной силы и харизмы. Кадудаль поднял восстание против Великой французской революции. И успешно держался со своими отрядами, несмотря на зверства революционных войск. Потом, когда Наполеон задавил революцию, Кадудаль продолжал бороться – теперь уже с Наполеоном. Для борьбы нужны средства. Где их взять? У врагов государства. У англичан, например. И вот Кадудаль плывёт в Англию вместе с роялистом де Невиллем. Плыть долго. Делать нечего. Задумался Кадудаль. А потом вдруг угрюмо сказал своему спутнику: «Слушай, а ведь после победы короля Людовика, он, по уму, должен был бы арестовать нас. Потому что мы уже никогда не сможем стать кемто иным, нежели борцами с властью».

…Трудно возвращаться к сохе, если ты долгое время жил более интересной жизнью…

Перед Русской революцией в империи было полно профессиональных революционеров. Людей без ремесла, призвание которых – разрушение строя, террор, подпольная подрывная деятельность. И что, вы думаете, они будут делать после революции? Да то же самое, поскольку больше ничего делать не умеют. В том числе и поэтому Сталин развернул в стране чистку. Надо было подобрать старых большевичков – профессиональных разрушителей. Мавр сделал своё дело и стал опасен для государства. А если бы Сталин

не подобрал, подобрали бы его…

Кстати, сам Джугашвили в успешных действиях по разрушению царизма особо замечен не был, болтался где-то на вторых ролях, ни в какое сравнение с пламенными трибунами, буревестниками революции и публицистами-теоретиками даже не шёл. «Чудесный грузин» делал свою незаметную хозяйственную и организационную работу. Оратор он был никудышный, трындеть на митингах, как Лева Троцкий или Коля Балаболкин (шуточная партийная кличка Бухарина), не умел. А революции нужны зажигающие толпу трибуны, улично-митинговые демократы. До момента переворота…

Но потом становятся нужны уже совсем другие специалисты, а буревестников – этот социальный абразив – приходится подметать. И порой подметать весьма радикально, ибо переделать их невозможно. Поэтому выбор в постреволюционной ситуации всегда невелик: или картечь реакции, или бесконечный хаос революции с кровавыми реками разливанными. Как сказал ктото из великих немецких гуманистов: «Лучше несправедливость, чем хаос».

Пламенному Троцкому с его «перманентной революцией» никак на месте не сиделось. Всё его шилом в зад кололо – раздуть мировой пожар. И Тухачевского в зад покалывало, фантазера… И немецкого революционера Эдуарда Бернштейна – одного из лидеров 2го Интернационала, придумавшего знаменитый лозунг «цель – ничто, движение – всё»… Есть люди, для мирного строительства не созданные абсолютно.

В Китае любовно взращённые Вождем хунвейбины вскоре тоже вышли из-под контроля. Не хотелось им возвращаться на учебные скамьи, вставать за верстаки, а хотелось и дальше «критиковать» врагов народа. Тот же Лю Сумэй рассказывает: «С образованием отрядов бунтарей-цзаофаней люди почувствовали, что обстановка изменилась… Когда волна движения достигла апогея, указаний Мао Цзэдуна уже не слушали – повсюду были противостоящие друг другу группировки. В нашем районе