Шайла Блэк Восхитительный

Глава 1

Я собираюсь погрузиться в тебя настолько глубоко, что ты никогда не забудешь, что я был здесь.

Aлисса Деверо вздрогнула, вспомнив как он прорычал ей это обещание, сжимая ее в крепких объятиях.

Люк Tрэверсон. Даже его имя вызвало горячую волну желания в ее животе.

Он сдержал свое обещание, она никогда не забывала его, ни на мгновение.

Ночь, которую он провел в ее постели была волшебной и удивительной.

Учитывая, что она давно не верила в сказки, это о чем-то говорило. Оказаться окутанной стальной силой Люка было подобно раю.

Он смотрел на нее так, как будто она была не просто желанной женщиной, а единственной женщиной. Близость… О, Боже. Ошеломительно. Она от удовольствия сжимала пальцы на ногах, пока он возносил ее на новые вершины удовольствия. Его бездонные темные глаза горели, когда он входил в нее мощными ударами. Его длинные темные волосы падали вокруг их лиц, загораживая от реальности, как и его требовательный шепот и хриплое дыхание, пока он вел ее от одного оргазма к другому.

Он довел ее до такой степени возбуждения, какой, как она считала, никогда мужчина не может доставить. Он делал это снова и снова. В течении шести часов. Не зная усталости, без остановки. Стремительно, жадно и удивительно.

У нее было достаточно секса в жизни, чтобы понять, что у них было нечто большее.

На следующее утро … он ушел. Ни записки, ни объяснения. Несколько дней спустя, он послал цветы с извинениями за те неудобства или боль, которые как он думал, мог причинить ей. Она разозлилась, ей также было немного больно … но она не сильно удивилась.

Тем не менее, она не хотела сдаваться. Желая снова увидеть Люка, Алисса нарушила свое правило и позвонила ему. Дважды. Он не ответил ей на звонки лично. Вместо этого, его помощник просто сообщил, что он будет хранить в секрете их отношения. Ничего больше.

Она для него ничего не значит. Да, она знала, что до ночи проведенной вместе с ним, он не уважал ее. Они впервые встретились, когда она танцевала стриптиз на мальчишнике у его приятеля, несколько лет назад. Так или иначе, она надеялась, что полностью открывшись перед Люком, изменит его мнение о ней.

Глупая.

Тем не менее, он обладал всеми качествами, которые она хотела видеть в мужчине: привлекательный, успешный, заботливый, нежный, сексуальный … Она не откажется от него без боя.

- Добрый день, леди босс.

Тайлер Мерфи тихо и протяжно свистнул, его взгляд прошелся вверх и вниз по ее гибкому телу, когда она вышла из задней части клуба и остановилась перед сценой.

- Выглядишь ты прекрасно.

- Тайлер, - поприветствовала она рыжеволосого гиганта.

- Твое дело - наблюдать за посетителями, а не за мной.

-Так как мы еще не открыты, здесь нет никого, за кем можно вести наблюдение. Кроме того, я не смотрящий с вожделением пьяный подросток или возбужденный женатый мужчина. Какого цвета подвязки под этой маленькой черной юбкой?

Ее вышибала был бывшим сотрудником из правоохранительных органов, каких именно он никогда не говорил, у него было высшее образование по специальности инженер. Тайлер был многим для нее. Почему он работал вышибалой у нее, оставалось только догадываться. Но за те несколько месяцев, что он работал с ней, он зарекомендовал себя, и стал незаменимым. Были дни, когда ее бизнес нуждался в нем.

Это было очень плохо, в самом деле, ее сердце не принадлежало Тайлеру.

Из-под своих ресниц, она укоризненно посмотрела на него.

- Я никогда не скажу.

- Ой, да ладно. Брось парню кость.

Алисса посмотрела на его пах.

- Похоже, у тебя есть своя.

Тайлер подмигнул ей и кокетливо улыбнулся.

- Все для тебя.

Он был красивый, как будто с обложки журнала по бодибилдингу, умный, веселый, надежный. Но после долгого управления “Сексуальными сиренами” в Лафайетт, штат Луизиана, самым известным стриптиз-клубом, и попытки открыть новый ресторан, она ночью падала от усталости в свою одинокую кровать. У нее даже не возникало мысли, что она может страстно желать Тайлера. Эта честь принадлежала исключительно Люку Tрэверсону.

И после, чуть более чем трехмесячной разлуки, сегодня он будет здесь.

Почувствуй меня. Даааа. Ты такая тесная, такая милая. Вот так, моя сладкая. Кончи для меня. Снова.

Голос Люка греховный, обволакивающий ее как бархат, сладкий как мед, не покидал ее голову. Даже воспоминания об этом вызывали жар желания внутри нее. Та ночь сильно шокировала и ошеломила ее. Она хотела этого снова. Его снова.

- Алло? Земля вызывает Алиссу.

Тайлер. Ой.

- Извини. Уже несколько дней, не могу думать ни о чем другом, кроме, как о ресторане.

Он смотрел на нее зелеными глазами, которые видели слишком много.

- Значит чистые тарелки и меню вызывают этот полный желания, твою мать, взгляд?

- Пойди, найди себе какого-нибудь пьяного разгильдяя, чтобы побить его.

- Я предпочел бы остаться с тобой.

Тайлер скрестил руки на своей широкой груди. Его бицепсы выпирали из под облегающей черной футболки. Он действительно был великолепен. Он хотел ее, и не скрывал этого. Она могла бы сделать только хуже.

- Как его зовут? Тайлер вздохнул.

- Кого?

- Мужчину, который заставляет тебя грустить. Я не знаю, хочу ли я, побить его или пожать ему руку.

- В моей жизни никого нет.

Что фактически было правдой. До связи с Люком у нее не было секса целую вечность.

- Лгунья.

Обычно при таких разговорах Тайлер поддразнивал, что был бы более чем счастлив стать для нее кем-то значимым. Но сегодня днем, он, казалось, почувствовал, что что-то изменилось.

- Ты слишком хороша, чтобы быть одной. Все девушки боготворят тебя. Ты относишься ко всем справедливо и чертовски много работаешь. Ты милее, чем сама осознаешь это. Ты не прибегла к убийству, когда подходил тот мудак из Члена Совета Примптон, делая гадости.

Он послал ей уважительный взгляд.

- Тебе было тяжело в последнее время. Ты заслуживаешь отдыха.

Она была неосторожна, и его забота могла вогнать ее в слезы. Жаль. Было легко поддаться на уговоры - но это пустая трата времени.

Алисса положила руки на бедра.

- Не судьба.

- Может быть, тебе стоит отложить открытие ресторана, на несколько недель.

- Почему?

Сдержанность оставила Тайлера. Он потянулся к ней, успокаивающим жестом лаская своей большой ладонью ее руку.

- Прошло всего две недели, как не стало твоей мамы.

Она напряглась.

- Я не видела ее в течение четырнадцати лет.

- Не важно. Ты все еще не смирилась с ее потерей.

Ею владели смешанные чувства. Злость, печаль, грусть, гнев, желание отругать женщину, которая ничего не сделала, чтобы помочь или понять ее. Жаль, что она была так погружена в себя.

И рядом с ее могилой стоял Джошуа - дурная причина разрыва между ними. Даже после десяти лет, за сотню футов, и сквозь солнцезащитные очки за-пару-сотен-долларов, было не возможно не узнать мальчишеское лицо ублюдка. По крайней мере, он не видел ее. Если бы увидел, Бог знает, что бы он сделал.

Она отогнала эту мысль.

- Тайлер, спасибо за беспокойство, но я потратила слишком много времени и энергии на это открытие, чтобы откладывать. Я должна поставить его на ноги и сделать прибыльным. Кроме того, что хорошего постоянно погрязать в мыслях о маме?

Он нежно охватил ее плечи.

- Ты ушла отсюда в три утра, и Сэнди сказала мне, что вернулась в восемь. Детка, ты должна спать и дать себе время, чтобы погоревать.

Она предпочитала не делать это.

Наклонившись вперед, она нежно поцеловала его в щеку.

- Когда-нибудь ты станешь замечательным мужем, для какой-нибудь женщины.

- Ты меня спрашиваешь?

Алисса фыркнула.

- Я похожа на хотящую белый-заборчик-вокруг-дома? Тащи свою задницу на работу.

- Да, мэм.

Он отсалютовал ей и отвернулся, только чтобы снова повернуться к ней.

- Ах, я забыл сказать, что какой-то парень хочет видеть тебя. Какой-то повар.

- Люк Tрэверсон? Выдохнула она.

- Да. Он сказал, что у вас двоих назначена встреча. Он не выглядел слишком счастливым.

Этот чувак будет приглашенным шеф-поваром на этой неделе?

Вопрос Тайлера прозвучал, но она не ответила. Вместо этого взглянула мимо него на входные двери клуба.

Бумм! Он стоял там, ростом более шести футов, элегантный, стройный и напряженный. Его вид был подобен удару изнутри. Она сглотнула… и позволила своему голодному взгляду поглотить его. Чернильные волосы свисали с его широких плеч, джинсы обтягивали его во всех нужных местах. Темные, горящие глаза. Ее тело заметно налилось. Сердце не просто понеслось быстрее, оно вырвалось из-под контроля. Ладони стали еще более влажными. Она покачнулась от головокружительного возбуждения.

Тайлер поймал ее, его накачанные руки обхватили ее вокруг талии, чтобы поддержать.

Затем он оглянулся и посмотрел на Люка.

- Ты должно быть шутишь. Его?

О, да. Определенно его.

- Заткнись, Тайлер. Она вырвалась и сделала решительный шаг вперед.

Люк Tрэверсон был здесь. Наконец. Она сделала все, чтобы скрыть лукавую улыбку.

У него больше не было возможности игнорировать ее; она бы это заметила.

До Алиссы Деверо, испытывал ли он когда-нибудь сильное потрясение, просто взглянув на женщину в комнате? Ответ Люку не понравился.

Ему не нужно было задумываться, что было под этой короткой юбкой, он знал.

Холеные бедра охвачены подвязками определенного цвета, чтобы довести мужчину до неистовства. Кружевные стринги, чтобы показать гораздо больше, чем они скрывали. И под ними… Ощущение и вкус ее гладких, припухших складочек взорвали его память и завели так, будто вместо крови у него было ракетное топливо.

И теперь он должен работать рядом с ней в течение недели. Черт возьми. Как он собирается не допустить повторения событий, которые он хотел бы забыть, но так и не смог?

Ты профессионал. Готовь, а руки держи при себе. Кроме того, ему и так было о чем подумать. Переговоры о его шоу на кабельном телевидении почти завершились. Еще ему оставалось слегка отредактировать свою последнюю кулинарную книгу. У него не будет много вынужденного простоя на этой неделе. А того, что образуется, ему было чем заполнить.

Очевидно, у Алиссы был способ, которым, она могла полностью заполнить все свое свободное время. Мужчина, размером с огромную плиту, которого она минуту назад поцеловала в щеку, стоял рядом с ней, а его необъятную грудь обтягивала футболка Сексуальных Сирен. Бармен? Вышибала?

Кем бы он ни был, парень искоса смотрел на Алиссу собственническим взглядом, Люк не мог этого не заметить, потом она посмотрела на него.

Чтобы хоть как-то сгладить свой, лишенный здравого смысла, гнев, Люк напомнил самому себе, что если Алисса предпочитала трахаться со своими служащими - это было ее дело.

Сильное желание в том, чтобы разорвать на части ее работника, исчезло.

Алисса сделала шаг к Люку, потом другой.

- Госпожа Алиса, - в динамиках прозвучал дерзкий женский голос.

- Ваша очередь!

Она остановилась. Закрыла свои глаза. Вздохнула. Приободрила себя?

Затем, без колебаний, она одарила его холодным синим взглядом, указав ему на стул перед сценой, после чего, отвернулась и зашагала за кулисы. Люк ничего не мог с собой поделать. Он лишь смотрел, как она отдалялась от него, покачивая своими пышными бедрами под звуки сирены.

Если бы они были одни, ничто не помешало бы Люку прикоснуться к ней. И точка.

Если хотел очиститься от другой, неконтролируемой и дикой стороны самого себя, он должен был забыть о своем безрассудном обещании ей и убираться с этой работы. Сейчас же.

Неохотно, Люк побрел к краю сцены и сел в кресло, указанное Алиссой. Как только она закончит то, что, черт побери, она собирается делать, и поговорит с ним, он скажет ей, что уговор отменяется. Черт, он даже заплатит ей за доставленные неудобства.

Потому что, если бы он остался, его член довел бы его до беды. Люк обнажит Алиссу и окажется между ее ног за две минуты. Или раньше. И это было бы плохо. Он искал Миссис Праведность, некую незамысловатую женщину, хотящую детей так же сильно, как и он, и способную помочь удержать его внутреннего зверя на расстоянии. Алиссия Деверо, божественная стриптизерша, определенно не была такой женщиной.

Внезапно из колонок зазвучала музыка, оглушая сомнительным ритмом и грешными звуками. Каждая нота намекала на секс - горячий, потный, ничем не ограниченный.

Как будто он был с ней и хотел ее снова.

Вытащив края своей свободной рубашки, чтобы прикрыть свою эрекцию, Люк наблюдал, как Алисса расхаживала по сцене. Она уложила свои прямые, отливающие платиной волосы на макушке, и надела пиджак-болеро красного цвета с блестками. Он умирал от желания увидеть то, что было одето под ним. В том, как она двигалась, было приглашение…и обещание.

Стремительно подойдя и встав напротив него, она расставила свои ножки на шпильках, затем повела бедрами, делая чувственный круг. Погладила обнаженную кожу своего загорелого живота ладонями - и начала опускать их. Она тянулась вниз… так чертовски медленно. Дыхание Люка замерло в груди, пока, наконец, она не прикоснулась к себе. О, черт.

Ее пальцы скользили между ее ног, и она откинула голову назад, как если бы была в полном восторге.

Люк сглотнул. И мгновенно вспотел.

Вскинув голову Алисса зафиксировала на нем взгляд, ее глаза, будто сфокусированные синие лазеры, тряхнули его до самых пальцев.

Черт побери, девять недель знакомств с секретаршами, декораторами интерьеров и учителями начальной школы, лишь доказали ему, что ни одна из них, не возбуждала его настолько сильно. В течение всего этого времени, он несколько раз просыпался по ночам, вспотевший, с членом в руках и именем Алисса на губах. Теперь же, менее чем за пять минут в ее присутствии, он чувствовал, что готов взорваться.

Он должен думать о правильном - о будущем, и о семье.

К сожалению, рядом с Алиссой, желание трахнуть ее снова, убивали все его благие намерения.

В следующий момент, она распустила свои мягкие локоны, которые обняли ее за плечи, прильнули к груди и начали флиртовать с ее талией. Затем она сняла свой маленький пиджак и небрежно бросила его на пол, демонстрируя крошечную часть топа, Люк мог поклясться, что увидел ареолы вокруг ее сосков. Она перешагнула через пиджак и направилась к шесту в центре сцены.

Когда она крепко сжала его обеими руками и начала волнообразно двигаться, прижавшись к нему вплотную, прижимая его к стыку своих бедер, Люк чуть не задохнулся.

И все же она продолжала смотреть так, как если бы танцевала только для него.

Музыка нарастала, стеная чувственностью и намеком. Алисса усилила свою игру, погрузив пальцы во влажный рот и пососав их. Еще больше крови прилило к члену Люка. Воспоминания об ее ротике вокруг него, о ее язычке, облизывающем его головку, возбуждали так, что сжигали все его тело.

С игривой улыбкой, Алисса вынула палец изо рта и провела им влажную линию вдоль своего декольте. Затем ладонью охватила правую грудь, поглаживая ее, с греховно-призывным выражением на великолепном лице.

Дорогой Боже, не удивительно, что она построила для себя маленькую империю здесь, в Лафайетте. Женщина была сексуальной мечтой и хорошо делала свою работу. Не каждый полнокровный, гетеросексуальный мужчина сможет выстоять против такого сильного возбуждения и остаться при этом в здравом уме.

Краем глаза, Люк увидел сотрудника Алиссы, которого ранее она поцеловала в щеку, стараясь пройти незамеченным, он все ближе и ближе подходил к сцене. Повернув свою голову в его направлении, Люк начал наблюдать за мужчиной, похожего на гору мышц, в черной обтягивающей футболке, который был сильно напряжен, тяжело дышал, и спортивные выпуклости которого говорили о его желании приступить к активным действиям.

Люк хотел сказать парню, чтобы тот не робел. Но он бы солгал себе.

Тогда, взгляд Люка вернулся на сцену, и он чуть не забыл свое имя.

Алисса повернулась к нему спиной, и наклонившись, пристально посмотрела на него через свое обнаженное плечо “трахни-меня” взглядом, чем буквально ошеломила его. Люк вцепился в ручки кресла, на котором сидел, тем самым приказывая себе остаться на месте, а не броситься на сцену, уложить ее плашмя, и сию же минуту оказаться внутри ее тела.

Тонкая бретелька ее маленького топа спускалась вниз по ее руке. И эта неприлично короткая юбка….Наклоняясь вперед, она показала свою голую попку, которая блестела под черным шелком. Ее подвязка была соблазнительно красного цвета.

Ее стринги - он видел только маленький клочок, они – соответствовали подвязке.

Мягкие пальцы дразнили, проходя по ее голени, бедру, скрываясь под юбкой. Глаза ее были полузакрыты, ее знойной рот срывался на безмолвный стон, казалось, она доставляла себе удовольствие. Все его тело напряглось.

Он должен был убраться оттуда.

Ее руки поднялись по волнистым бедрам, задирая юбку.

Она стянула с себя маленькую черную деталь одежды, и та упорхнула на пол. Открывая взору загорелые половинки ее ягодиц, разделенные пополам тонкой полоской красного кружева, тем самым вызывая в его груди страстное желание, от которого становилось чертовски трудно дышать.

У Алиссы была великолепная попка. Он знал это. Люк крепко зажмурил глаза, чтобы зрительное искушение ее обнаженной плоти не дразнило его.

Воспоминания о проникновении в ее попку, вспыхнули в его голове. Ее полная готовность к тому, чтобы он взял ее любым способом, каким только хотел. Ее узкое, влажное и пахнущее мускусом тело, сжимающее его. Стекающая влага, когда он глубоко входил в нее. Ее стоны.

Боже, острое вспыхнувшее желание придется остановить, по крайней мере, до момента, когда он скажет ей, что не сможет остаться.

Молясь, чтобы эта пытка, как можно быстрее закончилась, Люк открыл глаза. И втянул в себя воздух.

Алисса одарила его озорной улыбкой, когда разорвала свой маленький топ, открывая взору красный бюстгальтер, который едва прикрывал ее соски. Твердые соски. Розовые, которые таяли у него во рту, он слишком хорошо это помнил.

Люк заерзал на стуле и чуть не убежал, как подросток.

Кроме возбуждения, которое он испытывал, его член стал настолько чувствительным, что от соприкосновения его головки с джинсовой тканью, он чуть не кончил.

Он должен уйти. Забыть про вежливую беседу; и отправить ей электронное письмо с объяснением. Потому, что если он останется, он отодвинет в сторону свои долгосрочные намерения и жестко трахнет ее.

Поднимаясь с кресла, Люк мысленно просмотрел список шеф-поваров женского пола, которым мог бы заплатить за помощь Алиссе на этой неделе. Короткий список, но с несколькими надежными именами.

Он вышлет несложные рецепты……

Красный лифчик упал на сцену у ног Алисы.

Ее большие груди были золотистого цвета, как и остальные части ее тела, и грациозно покачивались при каждом ее волнообразном движении, при каждом шаге. Эти соски, он вспомнил, как они чертовски приятно манили к себе попробовать их на вкус.

Отвернись! Приказал он себе.

Его ноги не двигались.

Она протанцевала вниз по ступенькам, удерживая грудь как подношение. Гордо продефилировала мимо своего возбужденного сотрудника, искоса глянула и стрельнула в мужчину ласковой веселой улыбкой. Люк напрягся, когда мускулистый парень попытался схватить ее на руки. Но Алисса довольно быстро увернулась от его захвата, направляясь к Люку.

Влажное пятно на передней части ее трусиков, было как удар в живот. Танцуя, она приближалась все ближе и ближе…. он сжал кулаки.

Она упала перед ним на колени, подняла голову и посмотрела на него. Их взгляды встретились. Она тяжело дышала. Его член стал твердым, как камень. Несмотря на джинсы, одетые на нем, ее горячее дыхание ласкало его член. Его яйца можно было поджаривать, а он ведь ни разу ее не коснулся.

Ни что не могло остановить Люка от того, чтобы вскочить, запустить пальцы в ее волосы и припасть к ее рту. Прежде, чем это произошло, он резко вдохнул. Алисса уже отступала прочь, так, что ее золотистое тело выжигало ему мозг.

Музыка прогремела в последний раз, когда она искусно упала на сцену, небрежно раскинув руки и ноги, колени согнуты, руки наполовину прикрывают ее грудь, спина изогнулась…..как если бы она была готова для него, чтобы прикрыть ее, взять ее.

Люк сделал шаг в ее сторону. Затем он заставил себя остановиться и глубоко дышать.

Самоуничтожение не входило в его планы, и он не собирался попадаться в ловушку сейчас.

Рядом с ним, мускулистый вышибала дико свистел и хлопал, как одержимый.

- Это было горячо, леди босс. Черт!

Алисса стояла и улыбалась, опустив руки по сторонам, как будто совершенно не подозревала или не беспокоилась о том, что обнажила грудь для своего сотрудника и своего приглашенного шеф-повара.

Это образ ее жизни, напомнил он себе. Она показывала свое тело абсолютно посторонним людям, и не только им. Почему его должно волновать, что кто-то смотрит на ее сиськи?

- Благодарю! Некоторое время я буду работать в определенном режиме.

- В следующий раз, если Вы захотите упасть к чьим-то ногам, я готов быть добровольцем.

Ее вышибала подмигнул ей.

- Я буду иметь это в виду.

Она потянулась за жакетом болеро, продела руки в рукава, затем прикрыла грудь лацканами. Отчасти. Жакет не имел передней застежки, поэтому он свисал, открывая мелькающую ложбинку и щедро набухшие груди, когда она спускалась по ступенькам.

- Господин Tрэверсон, приятно видеть вас снова.

Она протянула ему руку.

Ожидала ли она, что он обнимет ее, как принято в мире индустрии моды? Люк оберегал себя от удара током, который поражал его в любое время, когда бы он ни прикосался к этой женщине. Но никакая закалка не уменьшила потрясение, которое он испытал, взяв ее за руку.

- Госпожа Деверо. Нам нужно поговорить. Есть ли здесь тихое местечко? Наедине…

Люк взглянул на вышибалу любопытным и назойливым взглядом.

- Наедине?

- Тайлер.

Она щелкнула пальцами.

- Вернись к своей работе. Уже четыре, верно? Открой двери.

Затем она перевела взгляд обратно на Люка.

- Следуй за мной.

Как он мог сопротивляться, когда она повернулась к нему настолько шикарной попкой и с важным видом пошла прочь……Невозможно.

Он проследовал за ней за кулисы, потом вниз по коридору, окрашенному в черный. Над головой сиял красный свет, ассоциируясь с готами, противопоставляющих себя устоям и стандартам общества. Затем они нырнули в комнату в конце. Белую. Успокаивающую, с черно-белыми фото на стене. С вкраплением красного в цветах из шелка и рабочем кресле.

Алисса задержала открытую настежь дверь, затем закрыла ее за ним, как только он вошел. Он понял, что ни клубных, ни каких-либо других звуков слышно не было.

Он склонил голову, прислушиваясь к тишине.

- Звукоизоляция, - подтвердила она, опираясь своим бедром о край стола в столь непринужденной позе, которая так и кричала о сексе.

- Тяжело, как в аду, вести бухгалтерский учет до двух часов утра с Pussycat Dolls, которые напрочь взрывают твой мозг.

Это имело смысл, но в данном случае, не имело ничего общего с этой встречей.

- Слушай, я-

- Прежде, чем мы приступим к делу, могу я спросить твое мнение о моем номере? Я не танцевала вокруг шеста, уже как два года. Давно не практиковалась.

Она не танцевала у шеста уже два года? Вау… Он не часто посещал мужские клубы; не находил в них ничего приличного, поэтому ему не с чем было сравнить. Но если она думала, что ее выступление лишено практики, Люк решил, что вероятно получил бы сердечный приступ, если бы увидел Алиссу в том, что она считает “быть на пике формы”.

- Почему ты спрашиваешь меня?

Она нахмурилась.

- Кроме Тайлера, который любит все, что я говорю или делаю, ты был единственным человеком, который наблюдал за мной. Мне нужно мужское мнение по этому вопросу. Неужели тебе трудно ответить?

И много чего еще.

- Хм . . Это было хорошо.

- Хорошо.

Алисса вздохнула.

- Мне нужно, чтобы было замечательно. Черт! Сегодня вечером, в пятую годовщину Сексуальных Сирен, я пообещала выступить. Я действительно давно этого не делала. Но я буду стараться, когда позже выйду на сцену. Спасибо за мнение.

Если во время своего выступления она будет немного настойчивее, то это спровоцирует мгновенный оргазм у половины мужской аудитории в первые тридцать секунд.

- Так как твои дела?

Ее улыбка озарила все ее лицо, всю комнату. Черт, все его тело.

- Хорошо. Очень занят. А ты?

- Ох.

Она закатила свои глаза.

- Безумно занят! Я и понятия не имела, что ресторанный бизнес - это настолько трудно. Ты конечно знаешь все об этом. Но я все еще учусь. Во всяком случае, я рада, что ты здесь. Я с нетерпением хочу увидеть тебя в действии.

Она одарила его дразнящей улыбкой.

- На кухне, конечно же.

Температура его тела снова начала подниматься. Если он не уйдет в ближайшее время, то она увидит его в действии на кухне и где-либо еще, позволив трахнуть ее. Но как он должен сказать ей об этом, не расстроив! Он, безусловно, был перед ней в долгу.

- Я слышала твой кузен женился, - сказала она.

Люк старался не морщиться.

- Да. Дик и Kимбер поженились несколько месяцев назад.

Алиса остановилась, подняла голову, оценивающе посмотрела своими холодными голубыми глазами.

- Ты в порядке? Я знаю, у тебя с ней тоже были отношения.

Да, закончившиеся вместе со смертью его самой большой мечты.

Он занимался диким ménage с Кимбер и своим кузеном, зная, что она любит Дика. Тем не менее, Люк надеялся, что женится на ней; что Дик сделает ее беременной и они все вместе заживут как счастливая семья. Но очень скоро те стали парой и оставили его одного. Возможно, его последний шанс вырастить ребенка хотя бы с каплей его собственной крови, вышел за дверь вместе с ними.

Он поколебался, а затем сказал:

- Она все еще много значит для меня.

Это была не ложь, но не вся правда. Кимбер и Дик не нужны никому, кроме друг друга и Люк стоял на их пути.

Он признавал это, потому что, хоть он и обожал Кимбер, он не любил ее. Он, однако, хотел то единственное, что они могли бы дать ему. Порой хотел этого так сильно, что тоска своими когтями глубоко въедалась в его грудь.

Он хотел ребенка, но не мог стать отцом.

- Ты в порядке?

Спросила Алиса.

- Выпьешь что-нибудь?

Нет. Он должен убраться отсюда прежде, чем позволит своему члену довести себя до дурацких поступков. Таких, как забыть о том, что ему нужно найти подходящую женщину, которая хочет ребенка также сильно, как он. Алисса… Она была сексуальна, превосходя всех женщин, уступающих и шокирующих в темноте. Но она не была идеальной, чтобы быть матерью. Если он все-таки остановится на усыновлении, любым инспекторам будет достаточно одного взгляда на нее, чтобы убежать с криком.

Даже если сейчас она хочет детей - зачем ей все это? - он не думал, что она согласится ринуться в ближайший банк спермы или проходить через этапы экстракорпорального оплодотворения. Ей нужен мужчина, который может стать отцом своих детей обычным способом.

В свои тридцать пять, Люк был далеко за пределами ослепляющего подросткового сексуального желания, такого, которое уничтожает все здравые рассуждения. Алисса не собиралась помогать ему в том, чтобы обрести то, что ему больше всего хотелось в жизни. Иначе, он получит новые чудачества своего члена.

Черт, ему никогда прежде не хотелось быть импотентом, даже больше чем бесплодным.

Впервые здесь было весело.

- Нет, спасибо. Алисса, я не могу остаться.

- Прямо сейчас? Я уверена, ты устал. Не проблема. Я ознакомлю тебя с рестораном и кухней завтра утром. Это всего в нескольких кварталах отсюда. Я заказала все продукты, указанные твоим помощником и -

- Я имел в виду на этой неделе. Я не могу сделать это.

- Другие обязательства?

Ее резкий тон, сказал ему о том, что она была раздражена, хотя выражение на ее лице не выдавало ее состояние.

Люк хотел солгать, но он всегда берег ее. Ложь добавила бы соль на ее рану, а Алисса заслуживала правды.

- Это то, что между нами.

- У нас был секс, и теперь ты не можешь готовить для меня? Как именно одно связано с другим?

Люк переместил свой вес с одной ноги на другую. Вот дерьмо, это было не очень хорошо.

- Послушай, я прошу прощения за то, что я сделал с тобой-

- Ты просишь прощение за то, что доставил мне столько оргазмов, что я сбилась со счета? Я хотела бы услышать, в чем все таки причина.

Как, черт возьми, она могла не понимать этого?

Он сгреб грубой рукой свои длинные волосы, и перекинул их через плечо, после чего выругался.

- Черт побери, я был в бешенстве. Я врезался в тебя. Вероятно, я не был нежным и внимательным. И я прошу прощения. Я уверен, что не спрашивал твоего разрешения, прежде чем я….

Боже, стоило ему всего лишь заговорить об анальном сексе, как его член тут же затвердел и снова стал крепким, как камень.

- Просто это будет не лучшей идеей, если я останусь.

Алисса потянула лацканы малюсенького жакета в бесполезной попытке прикрыть грудь. Все, чего она добилась - еще больше выставила свое декольте. И сделала его член еще крепче.

- Мне кажется, я не возражала о том, что было той ночью?

Он сглотнул.

- Неужели ты не понимаешь? Ты, вероятно, умоляла меня остановиться. И я этого не сделал. Я не помню, чтобы слушал тебя. Если я останусь на этой неделе, я не могу гарантировать, что снова не потеряю голову. Я не хочу причинить тебе боль.

- Я не из стекла,- заверила она его, прошептав, от чего дрожь прошла по его позвоночнику.

- Есть кто-то еще.

Вроде того.

Три свидания, не представлявшие собой отношения. Глядя на аппетитные формы и округлости тела Алисы, Люк не мог вызвать в памяти лицо Эмили, чтобы спасти свою жизнь. Но он собирался на ней жениться. Или на ком-нибудь вроде нее.

Алисса просто не та женщина, которая будет охотно играть роль мамы, когда он, наконец, найдет способ, чтобы стать отцом.

- Кимбер? По-прежнему занимаешься ménages с двоюродным братом и его женой?

Нет, и он никогда не пойдет по этому пути снова. Но признание в этом сделает Алиссу только еще более решительной.

- Не все ли равно?

Она покачала головой.

- Кто бы она ни была, я надеюсь, что она сможет понять, что ты здесь для того, чтобы делать свою работу. Я могу оставить прошлое позади и сосредоточиться на работе, если это конечно возможно.

Голодный взгляд Люка легко и плавно скользнул вниз по ее телу.

- Ты даже не прикоснулась ко мне, а я уже дезориентирован.

Он решительно пересек комнату, схватил ее за руку, и положил ее на свой ноющий член. Это было и приятно - и больно, одновременно. Боже, он хотел, чтобы она двигалась под ним, раздеть ее догола, засунуть свой член в ее маленький ротик, в ее сексуальное тело.

Затем убрал ее руку со своей ширинки, чтобы окончательно не увлечься.

- Ты очень сексуальная женщина, и около тебя я не смогу быть самим собой. Я не могу остаться.

Алисса глубоко вдохнула, ее грудь увеличилась. Черт, он не должен был на это смотреть. Но он не смог уйти, когда она соскользнула с края стола и приблизилась к нему.

- Во-первых, действительно спасибо за твое беспокойство, если бы я сказала “да” сексу с тобой. Сегодня нет. Не думаю, что и завтра. Во-вторых, помнишь, как ты пришел ко мне три месяца назад? В обмен на секс с тобой и твоим кузеном, ты согласился готовить в моем ресторане во время недели открытия. Хотя Дик, оставил нас до того, как дела пошли горячо, я довела наш уговор до конца.

- Ты сделала больше, чем выполнить наш уговор до конца. Это одна из причин, почему я не могу думать о тебе и сексе в одном предложении.

Пытаясь показать двоюродному брату Дику, что его тогдашняя подруга была бы идеальной женщиной для них, Люк устроил секс втроем для себя, кузена и Алиссы. Это обернулось против Люка. Дик покинул их до начала основного действа, как Люк и ожидал. То, чего он не ожидал, было желание неоднократного и разнообразного секса, какой он только мог придумать с владелицей стрип-клуба.

- Мне очень жаль, - пробормотал он.

- Я пришлю к тебе вполне квалифицированного повара.

- Я уже обнародовала тот факт, что именно ты будешь работать здесь. Я целый год работала и вложила все свои сбережения в это место. Я бы не хотела, чтобы этот ресторан не оправдал мои надежды и с треском провалился, и жизнь снова бы заставила меня танцевать вокруг шеста. Ты дал мне слово, и я доверяла тебе. Ты действительно собираешься поручить кому-то, работать со мной?

Глава 2

Музыка стучала в ушах Люка. Пока заключительные ноты выбивали ритм, Алисса приняла соблазнительную позу вокруг шеста, одетая в стринги, - и ничего больше - стальной член Люка вновь напрягся, и это ощущение граничило с болью.

В тот момент, когда музыка затихла, вся мужская аудитория, находившаяся в этом первоклассном клубе, разразилась бурными аплодисментами. Люк стиснул зубы. У каждого мужчины в зале была эрекция на женщину, с которой он до смерти мечтал оказаться в постели снова. И снова. Женщина, которую он не должен касаться.

После целых двух минут аплодисментов, клиенты, наконец, вновь сели.

С озорной улыбкой, одетая в маленький красный пиджак в блестках, который едва прикрывал ее соски, Алисса схватила микрофон.

- Спасибо, что все Вы, пришли сегодня, - выдохнула она, все еще тяжело дыша.

- Ваш энтузиазм в течение последних пяти лет, сделал “Сексуальные сирены” действительно особенным местом. Я сильно взволнованна от того, что Вы пришли сюда, чтобы провести этот вечер со мной.

Она прикрыла черными ресницами свои прекрасные глаза, работая на публику.

Люка затошнило. Нет, это не может быть правдой. Он хотел поднять ее, перебросить через плечо, и запретить когда-либо сюда возвращаться или раздеваться на публике вновь.

Он вздохнул. Пещерный человек, прямо как в стиле Дика. Ведь Алисса не была его. И никогда не будет.

Почему, черт возьми, он согласился остаться здесь и готовить в течение недели? О-о, да. Чувство вины. Она согласилась помочь ему три месяца назад. Это не ее вина, что он не смог удержать свой член под контролем. И не ее вина, что Дик ушел и оставил ее наедине с темной стороной Люка. Учитывая, сколько времени и сбережений она вложила в свой новый ресторан, он будет семи-сортной сволочью, если забьет на нее сейчас. Ее восхитительные груди, ее складка - как сахарная пытка, и его взрывные воспоминания - все работало против него. Черт, у него не было шанса для ухода.

Сделав еще несколько объявлений, она плавной походкой спустилась со сцены к ожидающим ее мужчинам. Тайлер, ее вышибала, пошел к ней навстречу и встал рядом, охраняя. Со скрещенными руками и угрожающим выражением, он выглядел по-настоящему опасным. Тем не менее, это не остановило ее горячих поклонников. Они подошли достаточно близко. Некоторые запихивали купюры прямо в ее стринги. Она хлопала их по рукам с озорной улыбкой… но это их не останавливало.

Парень в рубашке с надписью LSU протиснулся через толпу к Алиссе и поцеловал ее в губы. Она не стала вырываться, а только положила свои нежные руки на его плечи. Через несколько секунд, Тайлер отдернул парня от нее, толкнув его к двери и окинув свирепым взглядом, и еще ближе встал рядом с Алиссой. Вся его поза кричала: Mоя!

Отказываясь смотреть на это, Люк выругался и принял горькую правду. Он был обманут. В ту ночь, которую он провел с Алиссой, она поклялась ему, что в ее постели и в ее киске не было мужчины уже более двух лет. Тогда он поверил ей. Она была невероятно узкой.

Столкнувшись с этой толпой народа, он не понимал, как вообще могла пустовать ее кровать, даже в течение двух дней.

Не важно, что она спала со своим вышибалой, со всеми своими клиентами, да с половиной мужского населения Луизианы. Он заключил с ней договор, и он будет соблюдать его. Кроме того, всю эту неделю, он будет держать свои руки подальше от нее, какой бы соблазнительной она ни была. У него есть будущее - Бог даст, жену и ребенка, который когда-нибудь да появится - нужно думать об этом.

***

Три часа ночи. Двери клуба закрылись, танцовщицы и обслуживающий персонал освободили помещение, она и Люк остались одни. Наконец-то.

Она задумалась на минуту, наслаждаясь тем фактом, что если все пойдет хорошо, она исполнит свой последний танец у шеста. Никогда больше она не обнажит свое тело. Она делала это, чтобы выжить в течение последних четырнадцати лет. В ресторане было ​​ее будущее, ее путь к лучшей жизни. Она упорно трудилась для успешного открытия ресторана, чтобы больше не показывать совершенно незнакомым людям свою грудь. Люк был большей частью рецепта ее успеха. Слава Богу, она убедила его остаться.

Для своего ресторана - для себя самой.

Он стоял рядом с ней, такой высокий, такой возбужденный. Она могла чувствовать исходящие от него волны возбуждения. Алисса улыбнулась. Потрясающий, осторожный шеф-повар не знал, как сильно действует на нее.

- Ты уверен, что хочешь, чтобы я провела экскурсию по ресторану именно сейчас? - спросила она.

Он кивнул.

- Увидев твой ресторан, я смогу распланировать место, для приготовления блюд. Завтра мне нужно поговорить с твоими сотрудниками. Я разговаривал по телефону с вашими су-шефом и кондитерами, а также с твоим помощником управляющего. Они все прошли обучение. У нас есть комплексное меню на неделю. Ты говорила, что кто-то купил нужное количество продуктов, которые я просил?

Алисса кивнула и бросила на него нахальный взгляд.

- У тебя дорогой вкус, мистер Трэверсон.

- Ты вернешь свои деньги обратно, госпожа Деверо.

Конечно, он сдержит свое обещание. Он хотел быть уверен, что больше не будет ей обязан, когда выйдет в эту дверь. И она будет полностью довольна. К концу недели, поклялась Алисса, она завладеет им, его телом, сердцем и душой.

Каждый, за рулем своей машины, они проехали несколько кварталов к своей новой работе. Она отказалась рассматривать как неудачу тот факт, что он не захотел ехать с ней.

Как только они прибыли, Алисса достала ключи из сумочки и отперла дверь. Войдя внутрь, она завернула за угол и щелкнула выключателем. Вспыхнул свет… Но почему пропало настроение?

Алисса смотрела на свое детище. Простая элегантность. Окна от потолка до пола. Темное дерево на стенах подчеркнуто темно-серым и землисто-желтым, также броскими оттенками бордо и шоколада. Открытое пространство, создавало прекрасную атмосферу и как будто ожидало гостей. Множество драпированных тканью столов и стульев, уставленные фарфоровыми столовыми приборами, льняные салфетки, хрусталь, чтобы она могла увидеть результат. Небольшая надпись на стене в фойе “Bonheur” наполнял ее гордостью каждый раз, когда она приезжала сюда.

Она искоса взглянула на Люка. Скрестив руки на груди, он оценивающе осматривал ресторан. Ее сердце забилось быстрее, так как она ждала его ответа. Это не имело никакого смысла так сильно желать его одобрения… но это не помешало ей испытывать беспокойство.

- Ну что? Выдохнула она.

- Bonheur, - пробормотал он.

- Что по-французски означает „счастье”.

- Я думаю, что это подходящее название. Клиенты должны быть счастливы здесь. И я молюсь, чтобы этот ресторан тоже сделал меня счастливой.

- Мне это нравится. Изысканные ужины для больших компаний? Пар?

- И то, и другое.

Он взглянул на столы еще раз.

- Если ты надеешься, чтобы это место стало популярным для романтического ужина, то у тебя слишком много столов для четырех, восьми человек, особенно в уютных уголках. Перегородка между баром и большим залом…

Он указал на половину стены, отделяющую поглощающих пищу посетителей, от просто пьющих.

- Слишком короткая и слишком близко к бару. Будет трудно создать нужную атмосферу, если люди смеются, курят и пьют, слишком много видно из зала. Сделай ее до потолка. Есть вентиляция, чтобы дым не выходил из бара?

Она хотела поспорить с этим, не желая отгораживать зал и бар. Но он был прав.

- Там вообще не будут курить.

Он колебался.

- Даже в баре? Это будет стоить тебе денег.

- Это того стоит. Я хочу зарабатывать деньги из бара, потому что там люди будут заказывать напитки и еду или ждать, когда освободится их стол, а не потому, что они, пропустив обед и попросту слоняясь от безделия, надеются скоротать вечер. У меня уже есть один бар и мне не нужен другой.

Люк кивнул, но ничего не сказал. Она сделала для себя заметку перетащить несколько маленьких столиков со склада и вызвать подрядчиков, чтобы утром установить стену.

- Где кухня? - спросил он.

Закусив губу, она направилась за угол, включая свет поярче.

Дразня и соблазняя, поняла она. Ресторанный бизнес… Он был экспертом в этой области и сейчас был полностью уверен в себе.

Алисса была благодарна за это. Она старалась, чтобы сделать кухню Bonheur удобной, местом, в котором шеф-повар, такого ранга как Люк, мог бы с гордостью готовить.

Свернув по коридору, она чувствовала взгляд Люка на себе. Его взгляд коснулся ее плеч, обнял изгиб талии, задержался на ее попке. Это было подобно ожогу.

- Кухня не видна из столовой. Хорошее расположение.

Когда они дошли до большой, в основном из нержавеющей стали комнаты, она включила свет.

- Я слышала, что люди не любят видеть кухню, когда они едят.

Вновь, Люк скрестил руки на груди, смотря из одного конца комнаты в другой, медленно кивая.

- Очень хорошо. Место для готовки хорошо организовано и просторное. Плита на двенадцать конфорок. Газ?

- Конечно.

Одобрение отразилось на его лице, согревая ее.

- Достаточное количество промышленных печей. Четыре раковины. Удачное размещение посуды вдоль стен.

- Обогреватели?

Aлисса указала на место, спрятанное за полками и еще одно за плитой.

- Хорошо. У тебя есть место для замораживания продуктов. Он мельком взглянул вокруг и открыл дверь.

- Большой морозильник. Очень вместительный.

- У тебя никогда не бывает слишком много.

Она улыбнулась.

- Хм.

Он выглядел так, словно боролся с желанием улыбнуться в ответ.

- Что за напольное покрытие?

Он потоптался по поверхности.

- Кора пробкового дерева. Никогда не поскользнешься, легко чистится или меняется, и обеспечивает естественную опору для ног.

Наконец, он повернулся и посмотрел на нее, воодушевленный ее способностями.

- Ты сама все это спланировала?

- В основном. Немного помог мой подрядчик. В “Сексуальных Сиренах” есть несколько клиентов из ресторанного бизнеса, и я спросила их совета. Остальное…

- Я сделала свою домашнюю работу. Я хотела, чтобы все было в порядке.

Что-то в его лице изменилось, он закрылся. Его тело напряглось, его темные глаза отвернулись в сторону.

- Тебе это удалось.

Черт! Что послужило поводом для его раздражения и холодной улыбки на лице? Упоминание о “Сексуальных Сиренах”? Дик сказал ей однажды, что она не типаж Люка, потому что себе в жены он искал истинную леди. Неужели его избегание означает, что он воспринимал ее лишь в качестве шлюхи?

Она подняла свой подбородок. Алисса знала мужчин. Даже если Люк не хотел признаться себе, что она была в его вкусе, она знала, что именно она заставляет его член судорожно дергаться. Это было только начало.

Теперь он был снова в деле.

- Во сколько завтра персонал может быть здесь?

- В полдень тебя устроит?

- Отлично.

Он отвернулся.

- Меню ты уже утвердил. Что-нибудь еще тебе нужно посмотреть сегодня вечером?

Она сжимала в руке ключи, желая знать, как вернуть настроение, которое у них было несколько минут назад.

Терпение, предупредила она себя. Придерживайся плана. Ночь еще только началась.

***

Выйдя из ресторана, Люк проследовал за Алиссой по пустой стоянке. Достаточное освещение позволяло чувствовать себя в безопасности. Однако его это только раздражало, потому что он мог видеть каждое покачивание ее соблазнительных бедер, когда она дефилировала к своей машине. Он тут же затвердел. Снова.

Он приехал на своем внедорожнике из стрип-клуба, в основном, чтобы не быть рядом с ней в замкнутом пространстве машины даже три квартала. Он не был уверен, что сможет отвечать за свои действия так долго. В кухне Bonheur, у него появилась дурацкая мысль, бросить ее на один из тех блестящих из нержавеющей стали столов и трахнуть. Он понимал, что как владелице “Сексуальных Сирен” ей пришлось оказывать услуги своим постоянным клиентам, чтобы получить их совет. Эта мысль заставила его стиснуть зубы. Он старался сдерживаться.

Алисса была стриптизершей, твою мать. Она не из тех женщин, которые могут обойтись без секса в течение двух лет. Он был идиотом, поверив ей, когда она шептала ему дрожащими губами ложь, находясь у нее в постели три месяца назад.

Она работала в бизнесе, где мужчины думали только своими членами. И она была профессионалом. Он не мог сердиться на нее за то, что она была сама собой, она бы никогда не притворилась кем-то другой. Он был в ярости на себя за заботу о ней.

Хотя парковка и пустовала, он поставил машину через три места от нее. Он нажал на брелок, чтобы разблокировать дверь водителя и наблюдал, как она делает тоже самое со своим черным спортивным автомобилем. Люк сжал кулаки. Сейчас она приедет домой, сбросит маленькую черную юбку, белую кофточку, красный лифчик, и, черт меня возьми, туфли.

Хотя она и не играла никакой роли в его будущем, он так страстно желал ее, что ему не терпелось проследовать за ней домой….помочь ей избавиться от ее одежды, и погрузиться в ее идеальное, упругое тело.

Он сглотнул. Главное держать свой член в штанах. Повар, заткнись и убирайся к чертям из Лафайета. Семь дней. Думаешь, ты сможешь себя контролировать?

Женский крик молниеносно оглушил всю стоянку, разрушая вдребезги его мысли.

Алисса.

Сердце Люка забилось, он чуть не перепрыгнул через свою машину, когда помчался по асфальту. Она попятилась назад, упираясь прямо в его грудь. Он поддержал ее и обхватил своими ладонями ее голые плечи.

- Что случилось? Потребовал он.

Алисса судорожно вдохнула.

- Сволочи!

Прежде, чем он успел спросить ее, кого или что она имеет в виду, как она засунула руку в салон и что-то дернула. Мгновение спустя, она достала длинный, зазубренный нож, с приложенным к нему клочком бумаги. Под светом уличных фонарей, на бумаге сверкало слово “ШЛЮХА”, написанное ярко-красной помадой.

Шок сменился на лютый гнев. Это было так нелепо; ведь всего несколько минут назад, он думал о чем-то подобном. Но он никогда бы не сказал об этом вслух, и уж точно не вонзал бы нож в переднее сиденье ее кабриолета.

- Кто мог тебе это сделать?

Его голос дрожал от ярости.

Она бросила нож на свое переднее сиденье и бросила на него осторожный взгляд через плечо.

- Кто знает?

Люк повернул ее лицом к себе и стиснул челюсти.

- Кто. Мог. Тебе. Это. Сделать?

Его тон застал ее врасплох.

- Послушай, это не ново. Такое дерьмо постоянно случается со мной.

Постоянно? Это только разозлило его еще больше. Люк привлек ее к себе, и от внушающего ужас взгляда, брови на его лице нахмурились. Она не боялась, но, черт возьми, он боялся за нее.

- Что говорит полиция о прошлых случаях?

- Полиция?

Она покачала головой.

- Скорее всего, это просто … шутка или разозлившийся клиент, который думает, что я не обращаю на него внимание.

И тот, кто это сделал, может быть смертельно опасен. Взглянув на это лезвие, ему стало не до смеха.

- А что, если кто-то действительно болен и хочет причинить тебе боль? Как давно это продолжается?

- Как я уже сказала, это происходило. Это случалось несколько раз, но-

- Садись в мою машину. Он не мог позволить ей стоять здесь на открытом пространстве стоянки, зная, что они представляют собой хорошую мишень. Он не занимался личной охраной, как его кузен Дик или его деловой партнер Джек Коул. Но он провел достаточно времени с ними, чтобы знать, что оставаться на открытом пространстве может быть смертельно опасным.

- Что?

Она недоверчиво посмотрела на него.

- Я не оставлю здесь свою машину.

- Я отвезу тебя домой. После чего ты вызовешь полицию и сообщишь им о преступлении, чтобы они занялись его расследованием.

Алисса засомневалась, но потом смягчилась.

- Люк. Очень мило с твоей стороны беспокоиться обо мне, но-

- Сядь в эту гребаную машину.

Она побледнела, и он выругался себе под нос. Ему нужно научиться контролировать свой гнев. Но быстро растущая сексуальная неудовлетворенность, в сочетании с тревогой, держали его на пределе. Кто возомнил себе, что имеет право оклеветать и напугать ее? Сжав кулаки, Люк жаждал найти этого придурка.

Алисса вздохнула, и Люк приготовился к следующему аргументу, как она направилась к его внедорожнику.

- Хорошо.

Он открыл дверь для нее и смотрел, как она медленно садится, пряди ее платиновых волос рассыпались по плечам. Она выглядела спокойной и сдержанной, несмотря на то, что только что была в опасности. В своем ли она уме?

Покачав головой, он направился к водительскому месту. Когда он проскользнул внутрь, она уже разговаривала по телефону.

- Извини, что так поздно, Реми. Но я подумала, что должна позвонить тебе. Кто-то испортил мою машину…

Быстро и абсолютно равнодушно, она рассказала про их местонахождение и про происшествие.

Люк услышал голос другого мужчины, его тон скорее был как у хорошего парня, чем обеспокоенным, и он нахмурился. Неужели никто не воспринимает это всерьез?

Он выхватил у нее телефон и без предисловий выплюнул.

- Она испортила отпечатки, прикоснулась к ножу, но ты, возможно, найдешь другие следы на ручке.

- Тот, кто это сделал, сначала проник в ее машину.

- Сомневаюсь, что это нечто большее, чем шутка. Парни здесь бывают немного шумными время от времени.

- И приколоть слово “шлюха” к ее сиденью? Разве это может быть забавным?

Реми прочистил горло.

- Это не так. Я не думаю, что кто-то хотел ей этим навредить.

Люк стиснул зубы.

- Ты, как правило, решаешь сначала свои дела, прежде чем посетить место преступления?

Наконец, Реми стал серьезным.

- Я займусь расследованием.

- Тщательно.

Алисса схватила телефон.

- Спасибо, милый. Я ценю это.

Закончив разговор, Люк едва мог разжать свои челюсти, когда он вылетел со стоянки.

- Милый? Человек, который не хочет даже помочь тебе разобраться в этом деле, и ты называешь его “милый”?

Она пожала плечами.

- Так принято в Луизиане. Ты поймаешь больше мух на мед, чем на уксус.

- Да? Бросил он с вызовом.

- Или “он мой клиент”. Он смотрел, как ты танцевала стриптиз сегодня вечером?

Она сдержалась.

- Я попросила всех местных полицейских приехать, в том числе шерифа. Следить по возможности за хулиганами, чтобы они не разнесли клуб.

Люк сильнее сжал руль, когда выехал с парковки.

- Вот это да.

Борьба с желанием найти что-то необычное в этой демонстрации характера, он глубоко вдохнул. После ночи, проведенной с ней, было легко сделать вид, что у нее не было другого любовника. Они были одни, наедине в ее доме. Ни звонка телефона, ни клиентов рядом, ни психов, оставляющих угрожающие “подарки” в ее машине. Только вдвоем, и удовольствие час за часом. Боже, он был чертовски доверчив.

Она кивнула.

- А почему это важно, если Реми и мальчики были там?

Он не мог ответить.

- Если ты и должен беспокоиться о чем-то, - продолжала она, - так это о своем номере в отеле. Сейчас почти четыре утра и Гомер, скорее всего, давно уже сдал твой номер одному из этих туристов, приехавших на фестиваль искусств, который начинается завтра.

Он нахмурился. После всего, что произошло сегодня, она беспокоится о нем?

- Я расплатился за этот номер кредитной картой.

Улыбка Моны Лизы, играла в уголках ее рта. От чего его член стал снова каменным. Черт, как этой женщине удается делать это?

- Это для него ничего не значит. Я уверена, что, когда ты не появился после закрытия клуба, он понял, что твоя комната свободна. Но если ты не веришь мне, позвони ему.

Она нажала несколько кнопок на телефоне и протянула ему

- У тебя есть номер владельца мотеля на быстром наборе?

У него было только одно соображение по этому поводу, и это привело его в ужас. Неужели она занимается проституцией?

Черт побери, его чуть не стошнило.

- Проживающим за городом клиентам, часто нужно отоспаться после алкогольного опьянения. Гомер, как правило, помогает мне.

Люку понравилось это объяснение. Но тем не менее, от задался вопросом: как много стриптизерш зарабатывает дополнительные деньги на стороне?

Люк набрал номер, услышал гудок вызова и повернулся к Алиссе. Ее лицо было золотистым в свете уличных фонарей. Он мчался вниз по улице, мощенной красным кирпичом, между старинными, прекрасно сохранившимися домами. Странно, что он помнил точно, как найти ее дом, несмотря на то, что он был здесь только однажды. Образ интерьера в стиле Zen, отпечатался в его голове.

Мгновение спустя, Гомер ответил, ворча в трубку. Очевидно, он спал и не слишком был счастлив, что его разбудили.

- Это Люк Tрэверсон, звоню сообщить, что буду через несколько минут, чтобы зарегистрироваться. Мой номер все еще зарезервирован?

Человек на другом конце откашлялся.

- Ну, когда вы не зарегистрировались, я подумал…

Люк ждал, злясь и ожидая, когда владелец мотеля закончит свою мысль.

- Подумали, что? Вы отдали мой номер?

- Я ждал до половины третьего. Вы сказали, что будете здесь до полуночи. Одновременно, прибыло несколько уставших с дороги людей и-

- У Вас есть другая комната?

Он закрыл глаза и прижал к уху трубку.

- Все занято. Впервые за все время проведения фестиваля. Несколько больших групп играют в этом году.

Люк едва удержался, чтобы сосчитать до десяти.

- А завтра вечером?

- Нет свободных номеров до вторника. Есть пара паршивых отелей, в нескольких милях отсюда, вниз по дороге …

Гомер говорил об этом с явным отвращением.

- Держу пари, они тоже забронированы. И потом, я даже свою собаку не отправил бы туда на ночевку. Они никогда не убираются.

Его голова сейчас взорвется. Люк привык путешествовать по многонациональным городам. Он останавливался в отеле de Crillon, когда был в Париже, Dorchester в Лондоне, Peninsula в Токио, Beverly Wilshire в Лос-Анджелесе. Тот факт, что его кинули с номером в Cajun Haven Гомера в четыре утра, накалил его нервы.

Он нажал отбой на телефоне. Вместо того чтобы отдать его, он боролся с желанием выбросить телефон в окно, но все таки вернул его Алиссе.

- Ты была права.

- Думаю, что сэкономила тебе время, поскольку я знаю Гомера слишком хорошо.

И поскольку он был без сомнения мужчиной, который видел Aлиссу голой, Гомер тоже знал ее очень хорошо.

Люк вздохнул. Он должен перестать беспокоиться о всех, кто видел ее голой. Он оторвет головы большой части мужского населения этого города на следующей неделе, если он не научится контролировать себя. Он трахал ее всего одну ночь. То, что она делала до или после этого не его дело.

Так почему, черт возьми, он помешался на ней? А где он собирается спать ночью?

- У меня есть свободная комната, в моем загородном доме, - тихо предложила Алисса.

- Там чисто и тихо, и …

- Я не могу навязываться тебе.

Потому, что если он сделает это, он снова войдет в нее.

Последний раз, когда он был в ней, он был ненасытен. В течение шести часов. Не было ничего более жгучего, более развратного, более интимного. Она пробудила в нем такие желания, которые сжигали его, вызывали стыд и моментально возбуждали. Он взял всё, что она предложила, затем еще и еще. Он неоднократно трахал ее всевозможными способами.

Без презерватива. Чего он не делал более чем десять лет, за исключением с Кимбер.

И воспоминания о той невероятной ночи с Алиссой, уничтожали его самоконтроль.

- Никаких навязываний. У меня есть комната, а ты нуждаешься в кровати.

Она положила свою нежную руку на его, словно обхватила переключатель передач. Ее прикосновение пронзило его до самых яиц, разжигая кровь.

- Кроме того,- пробормотала она.

- Может быть… Ты прав. Если то, что случилось сегодня вечером не шутка, то я буду чувствовать себя лучше, если буду не одна. Ты не возражаешь?

Да. Конечно. Каким бы ублюдком он был, сказав нет.

Он послал ей вымученную улыбку.

- С удовольствием.

Он сказал это сквозь зубы. Впрочем, она тоже. Она очень щедро заплатила Гомеру, чтобы он дал комнату Люку, и сомневалась, что, несмотря на сегодняшнюю вечернюю выходку, кто-то попытается причинить ей вред.

Пока внедорожник Люка мчался по темным улицам Лафайета, она должна была бы чувствовать усталость. Вместо этого, она была переполнена ожиданием.

Она наконец-то решила остаться наедине с человеком, которого она хотела больше всего, в своем доме, где ранее, он безумно любил ее. Слишком плохо, Люк не был этому рад.

Он был загадкой. Похоть в его глазах была безошибочной. Черт, каждый раз, когда он смотрел в ее сторону, его взгляд сжигал ее. Но несложно было ощутить его презрение. Его злость, когда он думал, что кто-то считал ее шлюхой, заинтриговала ее.

- Если это была не шутка, то кто мог оставить записку, на сиденье твоего автомобиля?

К сожалению, список был длинным.

- Люк, давай подождем и посмотрим, когда Реми вернется с…

- Нет.

Он бросил на нее нетерпеливый взгляд.

- Если кто-то нападет на тебя пока ты спишь, я бы хотел иметь представление, с кем придется иметь дело.

- Не волнуйся. Если бы я думала, что нахожусь в серьёзной опасности, я бы позвонила Тайлеру. Или Джеку Коулу. Он и твой кузен - лучшие, к тому же он давний друг. Благодаря ему, дом оснащен первоклассной системой безопасности.

Люк стиснул челюсти. Костяшки его пальцев побелели на руле.

- Я сказал, что сегодня ты в безопасности и так и будет. Ответь на вопрос.

Он не позволит этому продолжаться, и это дало Алиссе надежду. Может быть, он заботился о ней, хотя бы немного. Даже если против этого восставали его здравый смысл и воля.

- Во-первых, почти любая ревнивая жена или подружка, которым не нравится, сколько времени их мужчина проводит в моем клубе. Это в общем.

- Ножи, обычно это не женский стиль.

Нет. Она бы получила спущенные шины, закиданный яйцами дом, огромное количество мерзких записочек.

- Что насчет прошлых любовников? - он пронзил ее горящим взглядом.

- Нынешние?

Она закрыла глаза. Естественно, он сразу предположил, что их было очень много.

Она шла по этой дорожке; это не должно причинять боль. Но черт, причиняло.

- В ту ночь, что мы провели вместе, я сказала тебе, что у меня никого не было уже два года. И никого не было после тебя.

Люк покачал головой, посмотрев на нее так, как будто сотни разных мыслей пронеслись через него.

- Алисса, тебе может угрожать опасность. Мне нужно, чтобы ты была абсолютно честной со мной.

Дернувшись на своем сиденье, она повернулась к нему лицом, сдерживая свой характер.

- Я была честна с тобой. То, что ты мне не веришь, не значит, что я лгу.

- Да ладно, - проворчал он.

- Нет клиента, который хотел немного большего, чем просто увидеть голой твою шикарную грудь? Нет подрядчика, который сделал тебе одолжение и захотел что-то взамен?

Гнев охватил ее, сжимая ее грудь железной хваткой.

- Я не лезу в твои дела.

Он колебался.

- Значит, ты не соглашалась три месяца назад трахнуться со мной, поэтому я твой приглашенный шеф-повар на этой неделе?

Нет, я готов сказать что угодно, потому что я хочу тебя слишком сильно… и надеюсь, что ты тоже хочешь меня. И не слишком ли она отдала ему свое сердце. Он оставил ее до рассвета и прислал цветы. Теперь он почти сообщил ей, что считает ее шлюхой.

Но была еще одна вещь, она осознавала это, это мужчины. Он почувствовал, как это важно для нее. Ее задачей было добиться большего.

- Ты другой.

- Конечно, - фыркнул он, когда остановился на красный свет.

С Алиссы было достаточно этого дерьма. Она схватила его за подбородок и повернула лицом к себе.

- Может быть, я была просто глупа, поверив твоему южному обаянию джентльмена, и хочу знать, на что это похоже, как заниматься с кем-то сексом, кто не видит во мне проститутку. Я глупа. Ты явно был более откровенен, чем кто-либо. Я понимаю, что моя внешность заставляет тебя вести себя как дикарь. Ты обращаешься так с каждой женщиной?

Он освободился от ее захвата и вцепился в руль еще крепче. Он резко выдохнул, явно пытаясь сдерживать свой нрав. Значит его поведение в тот вечер задело ее? Может быть, он не хотел желать ее и был подавлен тем, что чувствовал. И продолжает чувствовать.

- Я спросил тебя о любовниках. Я ловлю тебя на слове, что ты была одна два года до меня.

- Но ты мне не веришь.

- У тебя сейчас есть любовник? Это Тайлер?

Это не его чертово дело. Она была обеспокоена тем, что этот разговор касался ее. Логика подсказывала ей выбросить из головы глупые фантазии о Люке. Он не занимался бы с ней любовью с таким рвением, если бы не чувствовал притяжения между ними. Он сделал это, потому что она открыла эту дикую сторону его натуры, и была с ним безнравственной, бесстыдной. Им, вероятно, нужно просто заниматься сексом, а не думать о чувствах.

Но ее сердце не хочет сдаваться.

- Тайлер никогда не будет пытаться убить меня. Тот, кто сделал это сегодня, никогда не был в моей постели. Это кто-то, кто зол на меня.

Он пожал плечами, затем тронулся с места, так как загорелся зеленый свет.

- Кто, например?

- Парень, который прорвался через толпу сегодня, чтобы поцеловать меня. Питер. Я даже не знаю его фамилию. Он начал приходить около шести месяцев назад. Регулярно. Папочка - богач, и он спустил кучу денег в клубе.

- Кажется, что это дает ему право на специальные льготы.

- Вы объяснили, что с ним случится в противном случае? - голос Люка стал опасно напряженным.

- Безусловно. Тайлер прекрасно с этим справился. Мы вышвырнули его, дав понять, что его авансы здесь не приветствуются. Но ничто не остановило этого парня.

Люк сильнее сжал руль.

- Он никогда не называл тебя шлюхой?

Алисса покачала головой.

- Он обычно очень красочно описывал свои желания - противное, грязное дерьмо - но он никогда не обзывался. В этом преуспел член городского совета Примптон.

- Член городского совета? Официальное должностное лицо называл тебя шлюхой?

Как же наивен Люк?

- Конечно. Его избиратели очень консервативны, если он закроет “Сексуальные Сирены”, то станет народным героем. Даже обычные люди будут рады закрытию клуба. Это была миссия Примптона, когда он был избран полтора года назад. Попытки были небольшими, но с его переизбранием на носу, и он окажет большое давление.

- Как?

Протесты перед клубом, уничтожающие статьи в местной газете о логове греха на городских задворках и о “мусоре”, который управляет им.

- В последнее время он сотрудничал с корреспондентами по телефону и просил меня заняться сексом.

Она фыркнула.

- Я могу вложить много непристойностей в слово из трех букв “нет”.

Наконец, они остановились перед ее домом. Она выскочила и жестом попросила его оставаться в машине. Жонглируя ключами, она открыла входную дверь, отключила сигнализацию, затем подбежала к гаражной двери и нажала на кнопку, чтобы открыть ее. Люк заехал внутрь, затем вылез из машины с сумкой в руке. Он выглядел напряженным и нервным.

- Я думаю, будет лучше, если мы припаркуемся в гараже. Чтобы не случилось никакого вандализма с твоим внедорожником или сплетен. Заходи.

Он кивнул, его взгляд приклеился к ней. Алисса закрыла дверь гаража за ними. Она бы отдала что угодно, чтобы понять, о чем думает Люк. Его напряжение и неослабевающая эрекция сказали ей, что, возможно, он думает о способах, которые помогут избежать с ней секса, которого он знал, что не должен хотеть, но отчаянно желал. А после сегодняшнего допроса, она была в настроении, чтобы заставить его страдать.

Глава 3

Люк закрыл дверь спальни за собой, тяжело дыша. Это было не из-за того, что он поднялся по лестнице Алиссы с ощущением, что его дыхалка не в порядке, это было из-за того, что он смотрел на нее, идущую впереди. Черная короткая юбка обтягивала ее попку. Эти сексуальные красные подвязки, от которых он вспыхивал. Намек на ее голые ягодицы, которые виделись при каждом шаге.

Черт возьми, он хотел трахнуть ее так сильно, что едва мог смотреть прямо.

Но находиться рядом с Алиссой было, как связываться с веселыми наркотиками, - глупо и возможно привыкание.

На прошлой неделе у него было третье свидание с Эмили, учительницей первого класса местной начальной школы в городе Тайлер, Техас. Оно прошло хорошо. Милая, карие глаза, и ямочки, она любит кантри-музыку, терпеть не может ненормативную лексику, у нее прекрасные отношения с семьей и местным священником. Идеальная жена. Прекрасная сидящая дома мать, как и его собственная. Это то, чего он хотел. Он должен сосредоточиться на ней, и держаться подальше от Алиссы на этой неделе.

Тогда он никогда не увидит сексуальную стриптизершу снова.

В гостиной Алиссы, он достал свой мобильный из кармана и пролистал список контактов. Имя Эмили было там. Он отчаянно нуждался в том, чтобы услышать ее милый, звонкий голос, но было бы грубо разбудить ее в половине пятого утра.

Она начнет задавать вопросы, на которые он не сможет ответить. Вместо того чтобы поговорить о ее учениках или ее деятельности в церкви, Люк боялся того, что скажет ей. Aлисса делала его таким грубым, что он сомневался, что сможет контролировать свои слова в разговоре с Эмили. Желания его темной стороны наполнили кровь. Все внутри него кричало о жестком, изматывающем трахе.

Так что он был не в себе.

Душ. Он нуждался в нем отчаянно. Горячая вода обливала его кожу, брызги покрывали его тело, он тяжело дышал …уменьшили бы его вожделение и он смог бы, наконец, заснуть.

И не думать о сексуальной лисице, лежавшей в своей постели меньше чем в пятидесяти футах от него.

Схватив пижамные штаны из своей сумки, он направился по коридору, к затемненной ванной комнате. Мягкий свет лился в коридор из ее спальни. Игнорируй это, сказал он себе. Но когда он повернулся к ванной и нащупал выключатель, то не смог удержаться, чтобы не заглянуть через плечо на приоткрытую дверь спальни Алиссы.

И ее очень заметные, восхитительные ноги купались в золотом свете.

Люк втянул воздух - миллионы картинок с ней в постели засыпали его. Ее руки и ноги широко раскрыты для него, ее хриплые насмешки и шепот поощрения заглушали логику. Боже, ее рот на его члене был самым волшебным опытом…пока он не вошел в ее тугую киску и чуть не сошел с ума. Затем она оседлала его, позволяя исследовать ее восхитительную попку, в которую он погрузился, пораженный от испытываемых ощущений. И то, что она открыла себя полностью для всего, что он хотел на целых шесть часов.

Никакая другая женщина никогда не действовала на него так сильно до этого. Или после.

Таким образом, находиться в доме с ней сейчас, было столь же опасно, как купание в бензине перед танцами вокруг костра.

Неожиданно, она повернулась на кровати. Прекрасный вид, который открылся, как только она передвинула ногу в сторону, позволил ему беспрепятственно смотреть на ее тугие икры и внутреннюю часть бедра.

В нескольких дюймах слева, если бы она сбросила свои трусики, ему бы открылся захватывающий вид на ее влажную плоть. Даже сейчас, его рот помнил восхитительный вкус, который заставлял его возвращаться к ней снова и снова.

Алисса застонала. Затем еще раз.

Черт возьми, она-?

- Да! - Закричала она, затем ахнула, чтобы отдышаться.

Мастурбирует. Черт.

Иди в ванную. Закрой дверь. Держись подальше. Унылый перечень хороших советов проскочил в его голове, и он втянул воздух, пытаясь заставить себя услышать их сквозь биение своего сердца и прилившую к члену кровь.

- О, да!

Ее хриплый, надломленный шепот заставил его кровь кипеть в венах. Он должен был ее видеть. Должен. Да, она была не для него, и он не хотел быть одним из многих в ее постели. Но эта женщина олицетворяла искушение. Он никогда не встречал более подходящей женщины, чтобы склонить мужчину к греху.

Всего один шаг…

Люк оставил свои пижамные штаны на туалетном столике, и подошел ближе к спальне Алиссы, поморщившись, когда его джинсы терлись о его эрекцию. Но одного шага было достаточно, чтобы в его поле зрения попали ее бедра. Милые, но он хотел видеть, как она мастурбирует. Как она делает это, увидеть ее реальное возбуждение, как выгибается ее тело, в момент экстаза.

Черт, он чувствовал себя больным ублюдком, но ничто не могло его остановить.

Сделав еще один шаг, еще один, пока он не приблизился к приоткрытой двери.

Увиденное зрелище, превратило его кровь в огонь. На Алиссе были красные подвязки, прозрачные чулки и , черт возьми, туфли. Одна рука ласкала грудь и другая нырнула в очень влажные складочки плоти.

Люк попятился назад, держась рукой за стену. И смотрел. Пламя охватило его яички, лизнуло член. Черт, черт, черт…

Пальцы Алиссы кружились вокруг ее клитора. Сок лился из нее потоком. Ее бедра напряглись, спина изогнулась. Он задыхался, завороженный от картины, которая была перед ним. Возбужденный, как никогда.

Она снова изогнулась, расставив ноги шире. Затем она погрузила пальцы внутрь влажного входа и изогнулась, всхлипывая.

Люк сильнее вцепился в дверную ручку. Боже, как сильно он хотел войти туда и дать ей облегчение, прижать свой рот прямо к ее воспаленному клитору, пока она не кончит от его языка, затем погрузиться глубоко в ее киску неослабевающими ударами. Как только она кончит полдюжину раз и слегка утолит его голод, тогда он снова повернет ее и использует всю ее восхитительную смазку, чтобы проскользнуть в ее зад и задержаться там, входя медленно, тяжело, глубоко.

Ее шепот внезапно ворвался в его мысли. Она прошептала, и он не мог разобрать ее слова. Он хотел этого , отчаянно. Люк хотел знать. О ком она думала, когда трахала себя? Кого она представляла?

Отключая голос в своей голове, который говорил ему, что он был глупцом, если готов встретиться с опасностью, он толкнул дверь еще на несколько дюймов, и проскользнул в самый темный угол. Ее маленькая лампа возле кровати, пролила свет на ее тело, освещая золотистую кожу, светло-русые пряди ее блестящих волос - и ее почти голую киску.

Она опять что-то прошептала, но он не мог разобрать, что именно. Эта неопределенность убивала его. Он встревожился. Неужели имя Тайлер слетело с ее губ? Кого-то еще?

- Трахни меня… Тихо молила она.

Черт побери, он хотел ее, это очень очень плохо. Он провел рукой вниз по своему лицу, и снова пристально посмотрел на Алиссу. Он не мог оставаться в стороне. Это просто невозможно. Она была его слабостью. Его личным сортом героина.

Люк сглотнул от вожделения. Он должен быть сильным. Однажды он женится на Эмили - или на ком-то вроде нее, и он не сможет думать об Алиссе, только не как о жене, которая сделает так, чтобы сбылась каждая его мечта. Он должен держать свой член под контролем.

Шаг назад. Душ, сон, забыть Алиссу.

Стиснув зубы, проверяя их на прочность, Люк поднял свою ногу и сделал шаг назад.

Но все же, он не мог сдвинуться с места. Она увеличила темп своими пальчиками, растирая ими свой клитор. Теперь ее бедра извивались. Ее кожа раскраснелась, и в воздухе чувствовался запах возбужденной женщины. Испарина выступила между ее грудей. Она была самым красивым, сексуальным созданием, которое когда-либо видел. И когда-либо увидит. Как он может позволить себе уйти?

- Трахни меня. Да. Да!

Стонала она громко и протяжно, кончая.

- Люк!

Она выдохнула его имя? Желание сожгло его. Боже, он собирается кончить прямо в джинсы.

Aлисса упала на кровать, закрыв глаза и тяжело дыша. Люк стоял, замерев. Член болел, сердце стучало как бешеное.

Потом она подняла голову и посмотрела прямо на него. Желание током пробежало между ними. Она дерзко улыбнулась… затем приглашая приподняла бедра:

- Пожалуйста…

Вожделение пронзило его. Оставить ее или трахнуть сейчас. Он должен сделать выбор.

Трахнуть ее было бы потрясающе просто. И не сделать абсолютно ничего, что поможет ему достичь будущего, которое он желал.

Выругавшись, он резко отошел от двери ее спальни и бросился в ванную, заперев за собой дверь. Он прислонился к двери, и слышал каждый свой вдох, вырывающийся из его груди. Но ее образ, ласкающей себя, прожигал его мозг, его имя на ее губах, грохотало в его голове.

Как он мог так сильно хотеть ту, которая так не подходила ему?

Встряхнув головой, он встал под душ. Так или иначе, ему необходимо облегчение сейчас. Если он будет умнее и противостоит Алиссе, то ему поможет только собственная рука. Иначе, он никогда не уснет. Он хотел быть подальше от искушения последовать в ее спальню и иметь ее всеми известными ему способами.

Он быстро сбросил свою одежду, и не проверив температуру воды, встал под медленно-стекающие струи. Он зашипел, когда понял, что вода была холодной, но его тело было слишком перегретым.

Он подставил плечи под струи воды, затем схватил свой член, стараясь представить Эмили - светло-коричневые волосы, карие глаза, нежную привлекательность. Он знал, что она была доброй и оптимистичной, на все шла ради семьи. Но как она выглядит без одежды? Какой любовницей она будет?

Люк вообще не представлял ее сексуальной.

Но ведь секс - это еще не все. Ему нравилось ее чувство юмора, дружба с ней, ее свежесть и … Идея занятия сексом с ней, казалась ему скучной.

Образ Алиссы ворвался через его мозг. Его член подпрыгнул в его руке, и он с нетерпением и с жадностью погладил его.

Почему она? Конечно, она была сексуальна. Мужчине нужно быть слепым, чтобы не заметить ее красоту, ее легкое покачивание бедрами, ее голубые глаза, которые могли толкнуть человека на грех. Но сегодня Алисса показала ему те ее стороны, о которых он не знал.

Она была умной и решительной. “Bonheur” доказал это. Она проделала огромную работу, построив ресторан, несмотря на то, что многого не знала в этом виде бизнеса. И она была храброй - может быть, даже слишком, но как оказалось, для ее же собственного блага. Нож, шутка? Он не думал, что это было именно так. Но она приняла это как должное. Ни драмы, ни слез, ни истерики. Она была хладнокровным человеком. И она понимала окружающих ее людей. Реми, Гомер, Тайлер, даже девочки в ее клубе. Казалось, она знает, что нужно сделать, чтобы добиться максимального результата.

Все это заставило его желать ее еще больше. С ней было очень легко, чем он мог предположить, она была отличной партнершей в постели. Сейчас… она стремительно взнесла его на совершенно новый уровень. Черт возьми.

Он быстрее стал гладить свой член, от возбуждения у него звенело в ушах. Он провел пальцем по головке и зашипел от удовольствия. Его бедра напряглись и он стиснул зубы, представив Алиссу, танцующую на репетиции в тот день, как если бы она танцевала только для него. Он представил ее мастурбирующую, доводя своими пальцами до оргазма, возносящей себя на вершину удовольствия.

В своей голове, он снова услышал, как она просит его трахнуть ее. Удовольствие стремительно росло.

Его рука двигалась быстрее по набухшей плоти, он установил почти яростный ритм. Желание пронзило его от яичек до головки члена. Оргазм был близок… и мысли об Эмили давно покинули его.

В этот момент, наслаждение пронзило его. Он взорвался, представляя Алиссу. Сжав губы, он застонал, когда оргазм поглотил его, сжимая яйца и живот. Сперма брызнула в фарфоровую ванну, затем с водой потекла в канализацию.

Люк прислонился к плитке, более спокойным, но смутно неудовлетворенным. Да, он кончил, но все еще был заведен. Его рука была паршивой заменой Алиссы.

Он прекратил сжимать свой член и выключил душ. Черт, он чувствовал себя хуже. Не похотливым, а запутанным. Подавленным.

Какого черта, что с ним происходит?

Ты хочешь то, что не можешь иметь, говорил его внутренний голос.

Он приказал ему заткнуться….но это было правдой.

Нетерпеливо схватив занавеску от душа в кулак, Люк отодвинул ее.

К его удивлению, в трех футах от него стояла Алисса, опираясь бедром о туалетный столик с полотенцем в руках. В ее взгляде читались ярость и боль.

- Так это то, что нужно тебе?

***

Aлисса все еще в ярости, шесть часов спустя, молотила по боксерской груше, свисающей с потолка в ее спальне. Ворча, она ударила раз, второй, а затем последовал хук справа.

О чем думал Люк? Она предложила ему себя, чего никогда не делала для любого другого мужчины, а он занялся самоудовлетворением в душе. Конечно, он думал, что она предлагает себя любому, кто имеет Y-хромосому и не понял, что она пригласила его потому, что он был особенным, потому что она думала… Может быть между ними есть нечто большее, чем сказочный секс.

Идиот.

Удар, еще удар. Пот градом катился по ее телу. Это не снимало внутреннего напряжения.

Прежде, чем она привезла Люка к себе, он сказал, что он встречается с кем-то еще. У нее сводило живот от мысли о нем с другой женщиной. Неуверенность подкралась к ней исподтишка. Спал ли Люк с этой женщиной? Он хочет свою новую подругу сильнее, чем ее? Был ли он, не дай Бог, в нее влюблен?

Она должна это знать. Бросаться на мужчину, чье сердце принадлежит кому-то еще, было и бессмысленно и стыдно. Какое-то время она была уверена, что это Kимбер, но затем Дик женился на ней. Когда до Алиссы дошли слухи, что Люк выбыл из тройственного союза и у нее снова появилась надежда. Сейчас… она не знала, что и думать.

Лежа на столе у окна, ее сотовый телефон пронзительно зазвонил. Ударив последний раз по груше, она сняла перчатки и схватила телефон. На дисплее высветилось имя “Тайлер”.

- Привет. Я как раз думала о тебе.

- Да?

Он казалось доволен этим.

- Ударяю кулаком по груше и представляю, что это твоя голова,- подразнила она.

- Забавно,- произнес он.

- Слушай, я знаю, что еще рано, но ты должна приехать в клуб.

Алиса замерла.

- Что случилось?

Тайлер колебался - чего он никогда не делал. Этот человек с самого начала был прямолинейным. Она доверяла ему свою жизнь, поэтому то, что он замешкался, не сулило ничего хорошего.

- Просто приходи в клуб, - сказал он, наконец.

Что-то было абсолютно неправильно.

- Дерьмо. Дашь мне час?

- Чем раньше, тем лучше.

Она повесила трубку, выругавшись, выходя в коридор из своего тренажерного зала. И побежала прямо к Люку.

- Извини.

Она отшатнулась от него. Или, это он отпрыгнул от нее.

Она не имела удовольствия в прошлый раз услышать от него “доброе утро”. Алисса взглянула на него, волосы слегка растрепаны, глаза сонные, и поняла, что пропустила что-то захватывающее.

Ее кровь начала закипать.

- Доброе утро.

Эти слова были вежливы… но в них не хватало страсти, которую она хотела услышать. Когда он скажет эти слова, его голова будет лежать на подушке рядом с ее, затем он поцелует ее, и они радостно встретят вместе наступающий день.

Ничего не произошло. Она помрачнела, вспоминая последнюю ночь. Вместо того чтобы снова огорчиться, она постаралась выбросить эту мысль из головы.

- Да. Мне нужно бежать, принять душ.

- Тайлер звонил. Я сказала ему, что буду через час. Если тебе нужно больше времени, чтобы собраться, то он подберет меня.

- Я отвезу тебя.

- Это не проблема и для него.

- Я сказал, что отвезу тебя, - рявкнул он, его взгляд бродил по ее вспыхнувшему лицу и влажной от пота футболке.

Неужели он все еще зол из-за прошлой ночи или это было из-за Тайлера?

- Хорошо. Встретимся на кухне через тридцать минут.

Она пошла прочь, мечтая об уединении в своей спальне, где за закрытой дверью она скроет боль от его отказа.

Люк схватил ее за руку и удержал.

- Насчет прошлой ночи … Прости меня.

- Я не хотел шпионить за тобой. Открытая дверь была -

- Не приглашением, - солгала она. Правда оттолкнула бы его. - Также как дверь гостевой ванной, плохо закрывается и дверь моей спальни. Это старый дом. Но я ценю извинение. Я тоже извиняюсь, что вторглась, когда ты принимал душ. Я только хотела убедиться, что у тебя есть полотенца и …

Он поморщился.

- Послушай, я не собираюсь лгать. Между нами есть невероятная химия.

- Ты заводишь меня больше, чем кто-либо другой.

Люка совсем не радовал данный факт.

- Но не я сама, только мое тело. Понятно, - и это чертовски больно.

Хватка на ее руке усилилась.

- Это не так. Вчера я обнаружил неизвестные мне прекрасные качества, которыми ты обладаешь, - вздохнув, он провел рукой по своим длинным волосам, - То… что я хочу, это не то, что мне нужно. Поэтому, если на этой неделе я буду капризным и раздражительным, то это от того, что ты связываешь меня в тысячу сексуальных узлов, и я пытаюсь поступать правильно.

Поступать правильно - означало не заниматься с ней сексом.

Разве Люк мог подумать, что будет испытывать эмоциональную привязанность к кому-то, кто владел стрип-клубом, где женщины снимали одежду?

Наплевать! Она все еще хотела его. Хотела, чтобы он хотел ее. Двигался в ней.

Потому что все в ней стремилось к Люку, к его знойной улыбке, к его таланту, к тому, как он за одну ночь заставил ее почувствовать себя особенной, больше, чем какой-либо другой мужчина, что у нее были. Она не готова была сдаваться.

- Имеет ли это какое-то отношение к женщине, с которой ты встречаешься?

- Да.

Черт, как же можно одним словом сделать так больно?

- Если ты выбрал ее, я уверена, она отличная девушка.

Она дернула изо всех сил руками, высвобождая их.

- Я бы лучше подготовилась.

Она побежала по коридору, Люк бросился в погоню и прижал ее к стене.

- Она. И она не похожа на тебя. Ты просто другая.

Другими словами, она не стриптизерша.

- Конечно. Хорошо. Увидимся внизу через тридцать минут.

Она проскользнула между стеной и его твердым телом, и убежала к себе в спальню, захлопнув за собой дверь.

Оказавшись в ванной комнате, она закрыла дверь, заперла ее, а затем прислонилась к ней. Алисса закрыла глаза, и слезы покатились по щекам. Она сердито смахнула их кулаком.

Гребаная безнадежность. Она терпела неудачу в отношениях. Нет, это надо оставить. В действительности, она никогда не была одна. С пятнадцати лет ее жизнь представляла собой борьбу за то, чтобы свести концы с концами, добыть еду и крышу над головой. С годами она научилась распознавать людей, но не в романтическом смысле.

Насколько она могла судить, Люк был с ней честен. Но какая-то другая, как он думал, была для него лучше.

Как, черт возьми, она могла соперничать с этим? Могла ли она хотя бы попытаться?

Наверное, нет. Но что-то внутри нее кричало, что она нуждалась в нем.

Люк признался, что желает ее больше, чем кого-либо. Это было началом. Может быть, у них было нечто большее, чем невероятное химическое притяжение, и эта способность его тела говорила о том. Может, другая женщина была для Люка “лучше”, потому что он знал ее. Благодаря лишь одной жаркой ночи между ними, Алисса осознала, что он не представлял ее себе как личность.

Она должна была оставаться привлекательной для него, это было само собой разумеющимся. Использование этого преимущества было крайне необходимым. Но ей также было нужно позволить ему действительно узнать ее. Для нее было не просто разрушить свои барьеры. Полное доверие было дорогим удовольствием - и большой глупостью. Но если она не хотела отдавать Люка этой лучше-чем-она сучке, Алисса должна была выяснить, как позволить ему познать ее внутренний мир больше, чем ее тело.

***

Тишина во внедорожнике была удушающей. Aлисса закусила нижнюю губу.

Ее очки защищали от яркого утреннего солнца и мешали Люку увидеть выражение на ее лице.

Что бы она ни думала, это не должно было иметь значение. Но имело. Хотя она не выдала никаких эмоций, когда он упомянул про его отношения с Эмили, Люк подозревал, что слова причинили ей боль. И он чувствовал себя дерьмово. Ему хотелось что-нибудь сказать… но зачем? Через шесть дней он уйдет и, вероятно, никогда не увидит Алиссу Деверо снова. Это было к лучшему.

Однако… она надела еще одну короткую юбку - белую с причудливым узором на ней - и черные подвязки. Ее прозрачные черные чулки с сексуальным швом сзади почти заставили его проглотить свой язык. Красные туфли имели полнейший трахни-меня вид, так же как и топик, что охватывал ее щедрую грудь и заканчивался на талии.

Сейчас он даже не мог вспомнить, как выглядела Эмили. И он был абсолютно уверен, что если кто-то приколет записку “шлюха” на ее водительское сидение, она будет истерически визжать и плакать.

Люк выругался.

- Твоя работа позволяет тебе путешествовать по всему миру,- предположила Алисса.

Так как загорелся красный свет, Люк остановился, он искал ответ. Она долго размышляла, прежде чем задать ему этот вопрос. К чему все это приведет?

- Да.

- Какое твое любимое место?

- Тебе действительно интересно знать о моих путешествиях?

Не из-за их разговора в коридоре?

Она ощетинилась, откинулась на спинку сиденья и отвернулась.

- Просто поддерживаю разговор.

Но почему? Она не была женщиной, любящей пустую болтовню.

- И ты действительно хочешь знать мои мысли о путешествии? И больше ничего?

- Ничего.

Алисса отвернулась, чтобы посмотреть в пассажирское окно.

Он поморщился. Может быть, она предлагала ему оливковую ветвь, чтобы показать, что у нее нет обид. Если это так, он просто отбросил ее предложение, не раздумывая.

Он не мог позволить себе быть сексуальным с ней, но и не должен быть жестоким.

- Барбадос. Я люблю теплую погоду. И там великолепные пляжи. Плавать вместе с черепахами, умопомрачительно.

Тишина.

- Я учился в кулинарной школе в Париже. Это большой город. Зима слишком холодная для меня. В мире нет ничего похожего, парижские уютные улицы с кафе и культура Франции.

Она натянуто улыбнулась.

- Я верю тебе.

Когда она снова отвернулась, он нахмурился. Что это значит? Разговор о путешествиях стал внезапно скучен… или она не была в Париже. Правда поразила его, и он долго смотрел на нее, прежде чем движение снова привлекло его внимание. Как часто стриптизерши ездят за границу, особенно те, которые имеют собственные клубы? И теперь она вложила все свои сбережения в “Bonheur”.

Так почему же она начала этот разговор? Он не думал, что это действительно имеет какое-то отношение к путешествиям. Неужели она пытается узнать его получше?

После того, как он трахнул ее, оставив, прислал извинения с цветами и снова отдалился от нее несколько минут назад, она, возможно, была чертовски зла. Большинство женщин это бы и чувствовали. Алисса же просто задала вопрос.

Теперь он оказался сильно заинтересован секс-бомбой справа от него.

- Расскажи мне что-нибудь о себе, -потребовал он тихо.

Она пожала плечами, прямые, платинового цвета волосы, рассыпались по плечам.

- Ты знаешь отдельные факты. Мне двадцать девять лет и я открываю ресторан.

- Расскажи побольше о себе. Ты выросла в Луизиане?

Ее пристальный взгляд внезапно остановился на ее коленях. Она закусила губу, глядя задумчиво.

- Нет. Ты вырос в Техасе?

Он покачал головой.

- Клеаруотер-Бич, штат Флорида. Ты не сказала, где выросла.

- Не сказала, - согласилась она.

Люк хотел узнать больше, но они уже подъехали к клубу. И он понял, что это закрытая тема. Почему, черт возьми, она не хочет рассказать о своем родном городе?

Как только он поставил машину на парковку, Алисса выскочила, и направилась к задней двери клуба. Позднее утреннее солнце освящало Тайлера. Вышибала выглядел напряженным. Он сердито посмотрел на Люка.

- Что произошло? Спросила она, подойдя и стараясь протиснуться мимо него.

Тайлер схватил ее за руки и притянул к себе. Затем он взял ее лицо в свои руки, его губы оказались в дюйме от ее губ.

Все внутри Люка закипело. Его разум кричал, чтобы Тайлер убрал свои руки прочь от Aлиссы. Два факта поразили его: во-первых, она не принадлежала ему, поэтому его не должно волновать, что кто-то прикасается к ней. Во-вторых, она не сопротивлялась прикосновениям Тайлера.

Он что-то прошептал, Люк не услышал. В свою очередь, она кивнула с тревогой. Тайлер колебался, поцеловал ее в лоб, а потом взял ее за руку и потянул к двери.

- Что происходит? - спросил он вышибалу.

Тайлер посмотрел на него через плечо.

- Я несу ответственность за ее безопасность, и я отношусь к этому очень серьезно. Возвращайся на свою кухню.

Если бы он плохо контролировал себя, Люк отплатил бы этой сволочи, несмотря на то, что у Тайлера было на тридцать фунтов мышечной массы больше. Люк был уверен, что он ответил бы, по крайней мере, несколькими хорошими ударами.

Но зачем давать придурку то, что он хочет?

- Ты бросил свою рутинную работу шеф-повара, потому что устал?

Aлисса подскочила к ним, гнев исказил ее лицо.

- Не могли бы вы двое притормозить? Люк, кто-то разгромил клуб прошлой ночью, между закрытием и прибытием Тайлера в десять утра.

У Люка все похолодело внутри. Неужели просто случайность, что кто-то воткнул нож в сиденье ее автомобиля, а затем разгромил ее клуб, несколькими часами или минутами позже? Он провел достаточно времени с Джеком и кузеном Диком. Совпадения не были случайными, понял Люк.

- Они залезли через окна верхнего этажа. Реми и парни приехали, но пока еще не все осмотрели. Я пытаюсь выяснить, как они обошли систему безопасности. Мне придется позвонить Джеку и обсудить с ним это.

- Дик сказал мне, что Джек и Морган сейчас в Калифорнии навещают ее мать, - сообщил Люк.

Тайлер сжал зубы.

- Дерьмо.

- Я позвоню Дику, и посмотрим, когда он сможет сделать это, - предложил Люк.

Ее настороженные голубые глаза скользнули по нему, - Спасибо.

Прежде чем он успел ответить, Тайлер потащил ее внутрь. Там царила жуткая тишина. Внутри никого не было. Люку не нравилась эта странная атмосфера.

- Может быть кто-то, кто был на праздновании юбилея вчера вечером, спрятался наверху и пустил приятеля после закрытия? - предположила Алисса.

Тайлер покачал головой.

- Мы всегда все тщательно проверяем перед закрытием. И даже если кому-то удастся ускользнуть от нас, на открытое изнутри окно сработала бы тревожная сигнализация.

- Вы что-нибудь там нашли? - спросил Люк.

- Какие-нибудь… сообщения?

- Люк, я сомневаюсь, что они связаны.

- Но ты не знаешь точно.

Около 11:30 Алисса последовала за Люком обратно на улицу в его внедорожник, и они направились к Bonheur. Пасмурный, сырой октябрьский день делал обстановку внутри темной и душной. Она включила свет и потолочные вентиляторы. Затем повернулась к Люку в ожидании.

- Подрядчик приедет в два, чтобы установить стену. Говорит, что сделает до шести.

Что же дальше? Она пошла на кухню, щелкнув выключателем.

- Ты хочешь поговорить о торжественном открытии? Завтра наступит быстро.

Люк последовал за ней

- Зачем кому-то врываться в клуб?

Она вздохнула:

- Я не знаю. Иногда пьяные мальчики из братства выходят из-под контроля. Я не могу позволить себе сейчас слишком много времени думать об этом. Это работа Тайлера. Твоя, чтобы в день открытия ресторан стал успешным. Что еще я должна сделать?

- Прими эту угрозу всерьез. Он схватил ее за плечи и развернул к себе.

Aлисса изогнула бровь. Он выглядел взволнованным, тяжело дыша. Она медленно моргнула, переведя взгляд вниз на его эрекцию. Определенно возбужденный. Она старалась спрятать улыбку.

- Я хотела бы, но не могу перенести открытие ресторана и сосредоточить все внимание на несколько странных событий. Как ты сказал ранее? Что я не хочу то, что мне нужно.

Она улыбнулась ему, скрестив руки на груди, и ложбинка между грудей обозначилась в вырезе ее кофточки.

Как и ожидалось, он заметил это. Он сглотнул.

- Не игнорируй опасность лишь потому, что сердишься на меня.

Aлисса задавалась вопросом, что она значит для него. Интересный вопрос.

- Я не игнорирую. Просто констатирую факты.

Сказав это, она вырвалась из его рук и отвернулась. Она подозревала, что Люк всегда оставляет за собой последнее слово.

Ему не понравилось, что она повернулась к нему спиной, особенно сейчас, когда юбка низко сидит на ее бедрах и ему вида татуировка розы на пояснице.

Покачивая бедрами, она подошла к ближайшему столу из нержавеющей стали, погладила его гладкую поверхность… и ждала. Она слышала, как он преодолел несколько шагов, разделяющих их, прежде чем сжал ее волосы в кулак и заставил посмотреть на него.

- Прекрати злить меня, - прорычал он.

- Прекрати говорить мне, как реагировать.

Люк с силой сжал губы, также как и ее волосы. Алисса просто многообещающе посмотрела на него и ослепительно улыбнулась.

Что-то было в его словах, заставляющее бурлить кровь.

В этом джентльмене-южанине шеф-поваре была непристойная сторона, и она ее вызывала.

- Будь ты проклята! Его рот обрушился на нее.

Он подтолкнул ее к столу и скользнул языком в жаркую пещерку ее рта, заставив ее задыхаться. Его язык был везде, овладевая, смакуя, ставя на ней клеймо. В одно мгновение ее тело загорелось, кровь с шумом бежала по венам. Она вцепилась в его накрахмаленную белую рубашку, схватила за воротничок, притягивая ближе к себе.

Люк был таким, каким она помнила его - опытный, сильный, настойчивый, «сталь, покрытая шелком». Никогда еще поцелуй мужчины не делал ее влажной и возбужденной, не заставлял ее желать стать ближе к нему во всех отношениях.

Она провела руками по его телу, чувствуя каждую выпуклость его плеч, груди. Ее ладонь быстро скользнула по шести кубикам его пресса и опустилась ниже. Ах, так медленно, она провела рукой по эрекции. Он зашипел, затаив дыхание. Люк прерывал поцелуй и напрягся под ее руками.

Улыбаясь, она потянулась к ширинке.

Он застонал.

- Алисса, мы-

Она снова погладила его, сжимая член, потом, щелкнув кнопкой, расстегнула его брюки. Молния пошла вниз, оголяя его с тихим скрежетом.

Затем Алисса провела пальцем по чувствительному стволу.

- Господи. Он втянул воздух. - Мы не должны…

Она ничего не сказала, а просто опустилась на колени.

Глава 4

Прежде, чем Люк успел остановить Алиссу, она стянула его брюки и трусы с бедер и взяла член в руку.

Чтобы быть честным, стоит признать, что он не очень-то и пытался ее остановить

В тот момент, когда ее ладони охватили его эрекцию, он зашипел, и его тряхнуло, будто ударив током в тысячу вольт. Боже, все в ней было неимоверным, ошеломляющим. Он тонул - ощущая ее тугой захват, шелковистость ее золотистых волос в своих руках, живот сводило от вида ее облизывающихся губ.

- Алисса,- прошипел он.

Черт. Он должен остановить это. Но как, если он так сильно ее хотел?

Он воздерживался от секса в течение нескольких недель. После ночи, проведенной с Алиссой, он возлагал все свои надежды на ребенка Кимбер и Дика, целенаправленно укладывая девушку в свою постель, так же часто, как и его кузен. Но он бы солгал, если бы сказал, что Алисса не задержалась в его мыслях. Быть с Кимбер, было увлекательно. Он понял позже, что тогда это была лишь ситуация… не женщина. После этого, он отодвинул свое сексуальное влечение в пользу будущего, жены, которая будет такой же преданной, какой была его собственная мама.

Сейчас женщина, которую он жаждал с той дикой, темной ночи, стояла перед ним на коленях, и да поможет ему Бог, если у него не хватит силы воли, чтобы остановить себя от желания приблизить ближе ее рот к своему пульсирующему члену.

- Ты хочешь этого?- прошептала она.

- Да!

Проревел он, пытаясь контролировать себя… и не мог.

- Да.

Она открыла рот, чтобы сжать его губами. Потом она остановилась.

-Ты уверен?

Теперь она дразнила его. Это дразнящее очарование и уничтожило его три месяца назад, превратив то, что должно было быть нормальной ночью секса, в незабываемый секс-марафон, в котором он был полон решимости… У него не было слов, чтобы выразить свое сильное желание. Он хотел поставить своего рода печать на ней. Оставить свой след. И если сейчас она не будет очень осторожной, то рискует оказаться уложенной на своей же собственной кухне.

- Соси меня, - приказал он, хриплым и строгим голосом.

Алисса послала ему одну из своих игривых улыбочек.

- Да, сэр.

От ее слов, его кровь вскипела. Боже, она собирается уничтожить его.

Это был глупо, и он знал это. Но в данный момент, это его ни черта не беспокоило.

Он должен получить ее рот вокруг своего члена, должен почувствовать удары ее языка, увидеть ее покорной у его ног.

Почему сейчас? Почему эта женщина?

Она приблизилась, разжимая свои губы. Люк сменил положение своих ног, немного расставив их в стороны, готовясь к первому волнующему облизыванию, все его тело было возбуждено от желания и потребности обладать ею. Затем, Алисса выдохнула на головку его члена, и он вздрогнул. Ощущения взбунтовались в нем, и он затаил дыхание. Задрожал.

Она высунула язычок. Это была самая чертовски эротичная вещь, которую он когда-либо видел. Ближе, ближе…

- Привет?

Раздался голос женщины из столовой.

- Кто здесь?

Её каблуки простучали по деревянному полу, прямо к кухне, что, наконец-то, осознал охваченный похотью мозг Люка. Чёрт!

Aлисса встала с колен. Она с сожалением посмотрела вниз на его член, затем коснулась мягкой рукой его лица.

Даже ее рука на его щеке поднимала искры противоречия внутри него, он выругался и отпрянул, засовывая свой член обратно себе в штаны и подхватив рубашку.

Это было столь болезненно, но, он должен быть благодарен за отсрочку.

Эта женщина в зале спасла его от ужасной ошибки.

Потому что никоим образом не остановился бы только на минете.

Сожаление смягчило лицо Алиссы.

- Люк-

- Посмотри кто это, - рявкнул он.

Она вздохнула и вышла из кухни, чтобы перехватить только что прибывшего. Люк стоял за прилавком, тяжело дыша, заставляя свой член выйти из состояния полной готовности.

С такой эрекцией, он не мог сейчас выйти к своей команде, с которой будет работать в течение недели.

Почему Алисса побуждала его к опрометчивым действиям, которые, как он знал, не были благоприятными для него? Почему он позволял ей это?

Мгновение спустя, она вернулась с одной из су-поваров, Мисой. Он вспомнил ее резюме, и она казалась компетентной и настроенной на работу. Она немного опешила, и ее реакция, заставила Люка покачать головой. Несмотря на наличие большого количества поваренных книг, которые являлись бестселлерами, и солидной репутацией в кулинарном мире, он находил слово “слава” странной вещью. К счастью миниатюрная латиноамериканская женщина быстро пришла в себя, тем самым выбрав правильное направление.

Остальная часть персонала появилась в следующие несколько минут, и Люк объяснил им все в процессе. Он разделил обязанности, и они приготовили несколько специальных блюд в команде для того, чтобы каждый знал, что делать, и они отладили любые неожиданности, прежде чем открывать свои двери. Завтра будет их пробный вечер, таким образом, они будут открыты только для гостей Алиссы, которые согласились поделиться впечатлениями.

Спустя минуту, она извинилась и вышла, чтобы переговорить с обслуживающим персоналом, который собрался в столовой. Запахи кухни развевались вокруг Люка, и он внимательно всматривался на умную, опытную команду поваров, которых собрала Алисса — без его помощи — он был впечатлен этим снова и снова. Она была чертовски умной женщиной.

И восхищение ею могло только еще больше вскружить ему голову.

Он уже хотел ее так сильно, что едва мог сосредоточиться. Полюбить ее саму сильнее, чем ее тело было бы глупо с его стороны. Но он боялся, что было уже слишком поздно. Что произойдет вечером, после посещения ее клуба, когда они приедут в ее дом, и останутся одни?

***

Когда совещания закончились, Алисса забралась во внедорожник, припаркованный на автостоянке Bonheur, и села рядом с Люком. Тяжелое молчание, повисшее между ними, лишь усилило ее нервное напряжение.

Он определенно не хотел вновь продолжать то, что было прервано Мисой. Но его эрекция поднялась снова всего за минуту, что они провели наедине, безошибочная и неослабевающая.

Она постучала ногой, думая. Все внутри неё хотело броситься ему на шею и пробудить его другую половину… Но атмосфера была натянутой, и она понимала это. Он был близок к критической точке. После того как она затащит его в постель, она надеялась, что он расслабится и поговорит с ней. До тех пор, все, что она могла сделать, это продолжать дразнить его и отрицать свои собственные потребности.

Она протянула руку и коснулась его плеча.

- Совещания прошли хорошо. Персонал, по-видимому, очень взволнован. Спасибо, за то, что остался на этой неделе.

Люк вздрогнул от ее прикосновения, затем расслабился.

- Мне нужно выполнить нашу сделку. Ты имела полное право вызвать меня.

- На самом деле, я сожалею об этом. У меня нет особого желания заставлять людей быть там, где они не хотят.

Правда, сказанная ей, заставила ее вздрогнуть. Она молила Бога, чтобы он не стал спрашивать ее, почему.

- Если бы я не разрекламировала тот факт, что ты будешь работать здесь в течение недели после открытия ресторана, и не вложила бы большую часть своих сбережений в это место, я позволила бы тебе уйти.

Он повернулся к ней с угрюмым видом.

- После того, как я — после той ночи, я не заслуживаю твоего сострадания. Я знаю, что был жестким с тобой.

- Люк, я не тепличный цветок.

- Нет, - он сразу согласился.

- Ты гораздо сильнее, чем я подозревал. Мне не забыть того, что я не был нежен с тобой. Мне стыдно за ту ночь. Мне жаль…

- Мне понравилось. Я не жалею вообще.

Она прошептала это в страстном порыве.

- Не смей жалеть об этом.

Он не стал комментировать. Вместо этого он, казалось, обдумывал ее ответ.

- Что, если бы Дик, остался той ночью? Ты бы жалела об этом?

К чему вдруг этот вопрос? Люк что-то выпытывал.

На сколько она должна быть откровенна?

Наконец, она покачала головой.

- Я все равно осталась бы с тобой.

У Люка отвисла челюсть. Потом он закрыл рот, качая головой, пока мчался вниз по дороге.

- Ты почти не знаешь меня. Мы встречались…, всего два раза до этой ночи?

На самом деле три раза. Но в первый раз, она работала, танцевала стриптиз. Они не были официально представлены. Затем были случайные встречи.

- Я сразу поняла, что нам будет хорошо вместе. Я была права.

Изобразив улыбку, Алисса отвернулась. Надеясь, что Люк не станет дальше копаться в этой теме. Она должна сделать вид, что все было как обычно. Он не был готов услышать, что поколебал ее суть в ту ночь, которую они провели вместе, что она полюбила его шокирующий интимный шепот.

«Ни одна женщина никогда не доставляла мне такого удовольствия. Я мог бы утонуть в тебе навсегда. Прикоснись ко мне, сладкая. Дааа…»

Когда они приблизились к клубу, Алисса постаралась отогнать прочь свои воспоминания. В тишине, Люк остановил машину и припарковал ее на стоянке. Она протянула руку к дверной ручке, но, он схватил ее за запястье, останавливая ее.

- Бог знает, сексуально мы подходим друг другу. Но это все.

Десятки возражений пронеслись в ее голове, в основном на тему, что он не может быть уверен в своем утверждении, потому что они не испробовали ничего, кроме секса. Но ее возражения только бы укрепили его мнение. И это было контрпродуктивно. Она должна продолжать играть свою козырную карту.

- Я никогда не говорил, что разговор идет о чем-то, кроме секса.

Прежде чем он успел ответить, она вырвалась из его рук и вылезла из внедорожника. Она ворвалась в клуб через заднюю дверь, Люк следовал за ней по пятам.

- Почему у меня такое чувство, что ты не до конца честна?

Не позволяя себе нервничать, она продолжала идти.

- Я не могу ответить на этот вопрос. И при этом у меня нет времени, чтобы попытаться сделать это. У меня дела, и я должна бежать. Если ты хочешь вернуться в дом, я попрошу Тайлера подвезти меня домой, когда закроется клуб.

В этот момент, подошел ее вышибала, с двухдневной щетиной на лице, одетый в рубашку цвета хаки с Бетти Пейдж в бикини и ажурных чулках, и озорной улыбкой. Он встал рядом с ней, обняв своей рукой ее за талию, лаская ее бедра. Затем он зарылся лицом в ее шею и вдохнул.

- Ммм. Я буду более, чем счастлив подвезти тебя, детка.

Алисса подняла брови, увидев Тайлере. Но это дерьмо было нормальным для его поведения.

Люк стиснул зубы.

- Я подожду и отвезу тебя домой.

Удерживая в себе раздражение на слова, сказанные Тайлером, она просто улыбнулась.

- Отлично. Мне нужно удостовериться, что у всех все в порядке с костюмами и реквизитом. Прошлой ночью был беспорядок. Слава Богу, большинство посетителей были слишком пьяны, чтобы что-то заметить.

Тайлер снова обнял ее.

- Подожди. Я вернулся, чтобы сказать, что твой ненавистный мудак на улице со своими друзьями.

- Примптон? Мммм…

Она вздохнула.

- Что он хочет?

Очевидно внимания. Какие еще могут быть причины?

- Как обычно. Закрыть твой клуб, во имя нравственности.

- Это член городского совета?- спросил Люк.

- Он протестует против твоего бизнеса?

- С отвратительной регулярностью. Она прислонилась к стене и закрыла глаза. Как будто у нее было мало, о чем волноваться. Макет услуг ресторана будет завтра. Люк был удивительно раздраженным. Она, должно быть, была на высоте, чтобы привлечь его внимание. Что ей сегодня не нужно, так это Примптон со своим дерьмом.

- Что ты собираешься делать, детка? Тихо спросил Тайлер.

Он знал, что это дерьмо беспокоило ее. Однажды он нашел ее в одиночестве, рыдающую сразу же после того, как Примптон публично называл ее некоторыми действительно уродливыми прозвищами.

- Игнорируй его и надейся, что он уйдет или рискуем, что он подтолкнет общественность на бойкот Bonheur?

- Это большой вопрос.

Тайлер мрачно улыбнулся.

- Что же он сделает? Спросил Люк.

- Он просто задница.

Последнее, чего бы она хотела, чтобы Люк слышал, как член городского совета называет её шлюхой. Это бы укрепилось в его сознании как истина.

- Сегодня хуже, - мрачно признался Тайлер.

- Он притащил с собой местную прессу.

Черт возьми! У судьбы был он, для нее.

- Он пытается отпугнуть людей от открытия ресторана.

- Это мое предположение.

- Пока он не смог сделать ничего, чтобы закрыть клуб, - отметил Люк.

- Может быть никто его не слушает.

- У него есть последователи, и он набирает силу. Каждый раз, когда Примптон выражает один из своих протестов, это ударяет по моему банковскому счету. Женатые мужчины за тридцать - основная часть посетителей, приносящих прибыль. И я полагаю, что мужья, получившие нагоняй от своих жен, остаются в стороне, по крайней мере, на некоторое время. В конечном итоге я возмещу убытки, но я беспокоюсь, что в ресторане может быть по другому. Я надеялась на смешении бизнеса, но теперь…

- Ты имеешь в виду мужчин, которые могут взять своих жен в Bonheur, в надежде увидеть тебя?

Люк быстро ухватил суть.

- Меня и некоторых других девочек. Некоторые из танцовщиц решили отказаться от сцены и работать официантками.

- Разве они не теряют доход?

- Совершенно верно. Но некоторые из них достаточно умны, чтобы понять, что они не могут танцевать вокруг шеста всю свою оставшуюся жизнь, поэтому они ждут эту работу, чтобы свести концы с концами, и пойти учиться, в свободное от работы время.

Она пожала плечами.

- Это сложно, но выполнимо. Если я сделала это, то и любой сможет.

Изумление отразилось на лице Люка.

- Ты училась в колледже пока… танцевала?

Боже, он думает, что у нее нет других стремлений, кроме стриптиза? Она подняла подбородок. - Две специальности. Менеджмент и коммуникации. В прошлом году я закончила MBA. Я не просто танцовщица у шеста, мистер Траверсон, у меня собственный бизнес. Это обязывает меня знать, какого черта я делаю. Теперь я ухожу, чтобы помешать Примптону.

Алисса повернулась к лестнице, ощетинившись. Она не должна удивляться, что Люк не видел ничего за ее сексуальным фасадом. Когда они встретились впервые, она носила стринги и корсет. У нее было мало возможностей улучшить свой ​​имидж перед ним с тех пор.

- Разве член городского совета сейчас не снаружи? - Люк выглядел смущенным.

- Да, но ты думаешь, что я собираюсь встретиться с человеком, который пытается очернить меня, в мини и подвязках?

Люк смотрел застывшим взглядом, как Алисса поднималась вверх по лестнице, пока не исчезла на верхнем уровне “Сексуальных Сирен”, в джинсах вновь все затвердело и увеличилось. Голова шла кругом.

Дважды майор? И степень магистра? Чтобы сказать, что он понятия не имел, это было бы слабо сказано. Он подозревал, что за этими резкими синими глазами женщины, скрывался не малый интеллект. Ее амбиции удивили его. Владелица своего бизнеса или нет, что уже было достаточным для перевоспитания стриптизерши.

Но сейчас она была также и владельцем ресторана.

Был ли Bonheur частью плана по совершенствованию жизни? И что насчет обслуживающего персонала?

Хотя это и раздражало его, Люк повернулся к Тайлеру. Вышибала уставился на пустую лестницу, его язык практически свисал у него изо рта. Люк знал, что, вышибала хотел ее. Черт, несмотря на все протесты Алиссы, он бы не удивился, если бы они были любовниками.

Но выражение Тайлера, сказало Люку, что тот восхищался ей и испытывал определенные чувства. Это было взаимно?

Внезапный приступ ревности поразил Люка.

Он сжал свои руки. Может ли она, на самом деле любить многословный кусок говядины?

Это не имело значения. У него были вопросы … у Тайлера были ответы. Был ли роман у Тайлера и Алиссы - это его не касалось, даже если это дьявольски бесило его.

- В какую школу ходила Aлисса?

- Какая, черт возьми, тебе разница?

Люк пожал плечами, как бы случайно.

- Любопытно.

- LSU, Лафайеттский университетский городок. Она получила высшее образование, также с отличием. Она умна, и это так чертовски сексуально. Трудно думается, когда она находится рядом с твоим членом.

Тайлер пронзил его прожигающим взглядом.

- Не правда ли?

Абсолютно верно…

- А обслуживающий персонал в Bonheur? Они все учатся и обслуживают столики?

- Большинство. Каждые несколько месяцев Алисса собирает девочек поговорить о жизни после шеста. Если они хотят получить образование, она помогает им найти репетитора и подать заявку на стипендию. Она призывает их сделать больше для самих себя. Пара девушек просто хотят сохранить удобные часы, чтобы проводить больше времени со своими детьми

Ничего себе. Он раньше не видел эту заботливую сторону Алиссы. Эти новости, конечно, вознесли ее в совершенно новое измерение.

- Разве эти женщины не могли зарабатывать больше денег, и работать, так скажем … принимая клиентов на стороне?

- Заниматься проституцией?

Тайлер поднял бровь.

- Тебе чертовски повезло, что Алисса не слышала об этом. Она бы с тебя кожу живьем сняла и поджарила в масле. Это дерьмо здесь не произойдет. Это мое последнее слово!

- Конечно, она не сможет остановить танцовщиц, готовых развлекать клиентов в нерабочее время и вне этого помещения, но обычно она сразу увольняет их, так как они доставляют ей массу проблем.

Ответ, сбил Люка с ног. Образованная и принципиальная? А ведь он, кроме обжигающего секса и коротких юбок, так ничего и не смог разглядеть в этой женщине

И насколько бы неприятно не было это признавать, так и есть.

Но разве это имеет значение? Так, как он хотел ее, он не мог ее взять. Она не была кандидаткой на роль матери. Он не мог даже представить ее в роли чьей-то жены.

Алиссу было бы невозможно приручить, а Люк хотел женщину, которая будет заниматься домашним хозяйством и воспитанием их детей. Он не видел ее в этом образе.

Но ее ценности были гораздо глубже, чем он думал. У нее была чертовски трудная работа, и она заслужила перерыв.

- Ты сказал, что Примптон ждет снаружи?

Тайлер натянуто улыбнулся.

- Со всей местной прессой. Кто-то должен остановить этого мудака. Это не то, что ей нужно, особенно сейчас.

- Потому что ресторан открывается в ближайшее время?

- Поэтому, и из-за ее матери. Алисса сама не своя с тех пор как она умерла.

Умерла?

- Когда?

- Две недели назад. Черт возьми.

Хотя они все еще жили во Флориде, и Люк не видел родителей часто, они регулярно общались. Он их очень любил и будет опустошен, если что-то с ними случится. Конечно, он был бы не в той форме, чтобы открыть новый бизнес.

- Они были близки?

- Нет.

Ответ Тайлер был автоматический и непреклонный. Его лицо чётко сказало, что больше данный вопрос не обсуждается.

- Таким образом, последняя выходка Примптона это единственное, в чем она не нуждается, - Тайлер стиснул зубы.

- Это будет раздражающим дерьмом для нее.

Нет, если Люк поможет с этим.

Спустя несколько минут Алисса вышла в слабый солнечный свет. В этот теплый сентябрьский день, воздух был душным и влажным, и она была рада, что решила воздержаться от завивания своих волос. В этой влажности, ее работа была бы уничтожена в два счета. Кроме того, Французский твист выглядел стильно.

Заслонив рукой глаза от солнца, она пристально взглянула на тротуар. Все там же. Примптон и его ох-какие-нравственные последователи стояли на тротуаре в нескольких метрах с плакатами и злобным видом. Среди них были двое мужчин, которые наблюдали за ее выступлением вчера вечером на сцене, а затем заплатили Седи за ее приватный танец на коленях. Она взглянула на них, выгнув бровь. Они отвернулись - но подняли свои плакаты с протестом.

Конечно. Вне стен этого клуба, она не существует как реальный человек. Просто шлюха.

Фотовспышки прекратились, и хор голосов говорили одновременно, все кричали. Она нахмурилась и посмотрела на группу людей. Репортеры. Тогда она ахнула.

Они все собрались вокруг Люка.

Примтон закричал прессе.

- Там Иезавель! Сфотографируйте её.

- Скажите добрые люди Лафайета, что мы не прославляем женщину, которая обнажает и продает свое тело незнакомым людям.

Алисса вздохнула. Все та же хвастливая болтовня. Этот идиот когда-нибудь скучал? Или предоставить ему чертовы доказательства? Клиенты никогда не занимались сексом в “Сексуальных Сиренах”.

При крике члена совета, камеры повернулись в ее направлении. Объективы защелкали. Алисса скрылась за своими темными очками и открыла рот, чтобы обратиться к репортерам со своим готовым пресс-релизом в руке.

Вместо этого заговорил Люк.

- Спасибо, что пришли сегодня. Я рад быть приглашенным шеф-поваром в Bonheur. Я не сомневаюсь, что это станет главным опытом высокой кухни в Лафейетте. Я лично участвовал в составлении меню на эту неделю, наполняя его ароматами из моих книг. Вы испытаете реальное удовольствие. Все, от декора, до еды и вина - будет на высшем уровне.

- Как Вы попали в Bonheur? - выкрикнул один из репортеров.

Алисса прикусила губу. Из всех вопросов, которые пресса могла задать, этот был одним из тех, ответив на который честно, сделало бы и без того негативное общественное мнение о ней, еще хуже.

- У меня и госпожи Деверо есть общие друзья, которые и познакомили нас несколько месяцев назад. Она была достаточно любезна, чтобы помочь мне с одним вопросом не так давно. Когда у меня появилась возможность отплатить ей той же монетой, я с радостью ответил “да”.

- Что за вопрос? - крикнул один из репортеров.

- Он был сексуального характера?

- Это было семейное дело, на самом деле, - Люк лгал гладко.

- Она помогла мне решить кое-что между мной и моим двоюродным братом. Она очень мудра. И это видно, во всем, что она создала в Bonheur. Чем больше я принимал участие в работе ресторана и его персонала, тем большее впечатление это производило на меня.

Алисса моргнула. Люк был спокоен. И то, что он сказал такие вещи, прессе или нет, поразило ее.

- Какие блюда вы будете готовить на открытие ресторана? - спросил другой репортер.

Ничего себе, с небольшим очарованием и некоторым неверным направлением, пресса внезапно сосредоточила все свое внимание на чем-то другом, помимо общественного объявления о том, что она шлюха. Конечно, наличие в городе знаменитости такого плана, как Люк было новостью для Лафейетта, но все еще…

- Кого волнует, что он готовит? - кричал Примптон.

- Она его шлюха, и он позволяет вести себя по пути греха. Молитесь за него, еще есть время, чтобы спасти его бессмертную душу. Но ее! - Примптон ткнул мясистым пальцем в сторону Алисы. - Осудим любовницу дьявола, которая проникла в чудесный город Лафайет и стремится подорвать нашу общину и ее морали!

- Я буду готовить новые блюда, чем очень взволнован, - Люк продолжал, как будто не слыша Примптона.

- На закуску равиоли из баклажанов - пальчики оближешь. Будет отлично прожаренное филе с жемчужным луком, сыр фета, и глазурь из великолепного бургундского вина, которая будет таять во рту. На десерт вас ожидает сюрприз. Все меню удивительно, и я призываю вас посетить ресторан на следующей неделе и посмотреть, какой особенный Bonheur. Вы не будете разочарованы. Первая сотня столиков получит подписанный буклет с рецептами неделю. Алисса сделает двойной заказ.

Буклеты? Это слишком щедро.

Репортеры задавали Люку все больше вопросов после этого, но он просто включил великолепное очарование. Затем он посмотрел в ее сторону. С его первым взглядом на нее, его глаза чуть не лопнули.

Хм. Она выглядела смешно в тонкой юбке-карандаш и белой, застегивающейся на пуговицы блузке, с классическими туфлями-лодочками?

Хотя выражение на лице Люка не отвечало на ее невысказанный вопрос, он быстро оправился и указал на нее.

- Вот эта прекрасная леди, которая может ответить на все твои вопросы. Алисса Деверо невероятно усиленно работала, чтобы сделать Bonheur реальностью. Я не хочу красть ее славу. Почему бы тебе не рассказать им все те удивительные вещи, о твоем новом месте?

Что-то защипало в ее глазах. Слезы? Проклятие! Но там были именно они. Люк сделал что-то… хорошее для нее. И пресса была ошеломлена этим.

Она ничем не отличалась. Алисса смахнула слезы со своих глаз.

Взглянув в сторону, она увидела Примптона и его последователей, застывших в тишине. Радуясь внутри, она подошла к Люку, разрываясь от благодарности. На данный момент, все, что она могла сказать это, Спасибо.

Позже, она показала бы ему, как сильно его поддержка значит для нее.

Люк испытывал головную боль, которая исходила от его стиснутых челюстей и стучала в висках. Она разрывала затылок и отдавалась пульсацией во лбу. Источник боли стояла от него не более чем в пяти футов, одетая в дерзкую, почти-не-существующую юбочку и подойди-сюда улыбку.

После того, как Примптон ушел с поражением, действие у Сексуальных сирен начало развиваться. Теперь Алисса улыбнулась группе мужчин, которые столпились вокруг нее.

Люк не мог слышать разговора, но нельзя было не заметить, как она медленно скрестила свои длинные ноги, потирая одну о другую, потом уселась на край стула с застенчивым взглядом. Мужчины — всех возрастов — почти проглотили свои языки. Так же, как и Люк.

Тайлер маячил за спинкой ее стула, для возможной защиты. Это была его работа. Но один из ребят придвинулся слишком близко к Алиссе и попытался украсть ее поцелуй. В мгновение ока, вышибала схватил его за свитер и отпихнул назад. Прежде, чем мужчина закончил спотыкаться, Тайлер успел властно положить свою руку на плечо Алиссы.

- Никаких прикосновений, мальчики. Вы знаете правила.

Тайлер выглядел слишком счастливым, чтобы напомнить им об этом.

Но это не отпугнуло аудиторию Алиссы. Один парень упал на колени на расстоянии вдоха от ее бедер, получив возможность любоваться ее ножками - и выразительно проследил взглядом до ее груди.

Теперь у Люка пульсировала не только голова, но и кровь. Придурок раздевал ее взглядом, уставившись на коллекцию частей ее тела. Какого черта он мог знать о ней, как о женщине?

Разве ты не виновен в том же преступлении? Люк велел голосу в своей голове заткнуться.

Когда Тайлер переместил придурка от ног Алиссы в вертикальное положение, самый огромный из молодых мужчин наклонился к ней. Он уперся одной рукой в спинку стула и зашептал ей на ухо.

Она выглядела пойманной в ловушку сидя на стуле. Тайлер все еще был занят с другим отморозком. И Люк уже достаточно насмотрелся.

Подавляя рычание, он направился к Алиссе, готовый проломить кому-нибудь голову.

Но Тайлер оказался там первым, уложив шептуна на спину, он прорычал: - Ты знаешь правила. Отошел назад, Питер.

Питер? Парень, имя которого упоминалось после того, как они нашли нож в ее машине?

Тогда Тайлер поднял Алиссу, сел в кресло, и посадил ее к себе на колени. Одна рука легла на ее бедро, другая на талию. И пальцы вышибалы не были неподвижными. Они бродили по ее телу, его большой палец легко прикоснулся к изгибу ее груди, другая ладонь исчезла под её юбкой, на бедре.

Алисса и глазом не моргнула, и тем более не стала с ним бороться.

Эта близость не выглядела так, как будто это было чисто для шоу, так как Алисса, казалось, чувствует себя вполне комфортно от прикосновений этого придурка. Они были похожи на возлюбленных.

Люк взглянул на часы. Дерьмо. Только 9:00. Он не мог смотреть на это еще в течение пяти часов без тошноты. Или желания кому-нибудь врезать. Или схватить ее и предъявить свои права..

Телефон в его кармане завибрировал, Люк схватил его, радуясь, возможности сделать хоть что-то. Дик.

- Где ты?

- И тебе привет. У меня был прекрасный день, спасибо, что спросил.

Закрыв глаза, Люк попытался взять себя в руки.

- Извини. Просто нервничаю. Я думал, что вы придете сегодня посмотреть на систему безопасности Алиссы.

- Почти что. Мне нужно поговорить с тобой пару минут. Встретишь меня у задней двери?

Дик не был разговорчивым парнем. Скорее казалось, что ему отрезали язык, так что его предложение вызвало неприятные ощущения у Люка. Чтобы там ни было, это не к добру.

- Уже в пути, - ответил он мрачно, радуясь оставить вне поля зрения Тайлера, терзающего Алиссу.

Через несколько минут Дик, стучал кулаком в заднюю дверь. Его было почти невозможно услышать из-за оглушительных звуков музыкальных колонок, но Люк распахнул настежь дверь перед своим кузеном. Дик вошел в клуб с напряженным выражением на лице и настороженным взглядом. Человек может перестать служить в армии, но…

- Что случилось?

Потребовал Люк.

Оглянувшись вокруг, Дик спросил: - Есть ли место, где мы можем поговорить?

Люк заколебался.

- Пойдем со мной.

Возвращаясь назад через зал клуба, Люк был благодарен, что толпа вокруг Алиссы увеличилась, и он не мог больше видеть как Тайлер прикасается к ней. Он продолжал направляться к передней части зала, затем остановился в баре, двигая пятидесятидолларовой купюрой по всей поверхности.

- Дай мне столько Heinekens, насколько хватает.

Бармен, которого Люк встречал лишь мимоходом, пожал плечами и положил деньги в кассу, а затем передал восемь бутылок с длинным горлышком по гладкой, хорошо изношенной поверхности.

Люк передал первые четыре своему кузену, остальные взял сам.

- Пойдем со мной.

Дик приподнял бровь, но ничего не сказал, когда проследовал за Люком в личный звукоизолированный кабинет Алиссы. Люк захлопнул дверь, со стуком поставил бутылки на стол Алиссы, и сорвал крышку с одной из них. Он выпил ее всего за три глотка.

- Иисус! Дик был в шоке.

- Ты в порядке?

Как, черт возьми, он должен ответить на это?

- Дерьмовый день.

Дик поставил бутылки, затем опустился в кресло. Он выглядел нервным. Чертовски нервным. Люк мгновенно пожалел о своем поведении. Дика явно что-то беспокоило, что находилось далеко за пределами мелочной ревности к женщине, которая даже не была его.

- Это пройдет. О чем ты хотел поговорить?

Дик схватил пиво, открыл его… замер на время.

- Мужик, я не знаю с чего начать. Я планировал быть здесь пораньше, - он сглотнул. - Но вместо этого мы навещали этим утром семью Кимбер.

Длинная поездка ради краткосрочного визита?

- С ее отцом все в порядке?

- Даа, Эджингтон крепкий старый ублюдок, - Дик сделал большой глоток пива.

Люк чувствовал, что готов закричать. Что, черт побери, Дику нужно сказать ему, чего бы он не хотел?

- Хантер? Логан?

- С братьями Кимбер все в порядке. Мы просто подумали, что должны им - Черт возьми.

Дик подался вперед, отставил пиво в сторону и бросил на Люка прямой, извиняющий взгляд.

- Я хотел сказать тебе об этом лицом к лицу. Сам. - Он сглотнул.

- Кимбер беременна, уже шесть недель.

Глава 5

- Что случилось? спросила Алисса, когда Люк ехал на огромной скорости, сквозь ночь, к ее дому.

Три часа ночи не лучшее время для откровенного разговора, но от него исходила такая негативная энергетика, которую она никогда не чувствовала ранее. Что-то мрачное исходило от него удушливыми волнами, и, хотя она знала, что сейчас он вряд ли будет рад разговору, но она почувствовала его боль и не могла оставаться безучастной.

- Ничего.

Он выплюнул это слово.

- Таким образом, ты всегда проносишься на этот чертов, красный сигнал светофора?

Тело Люка напряглось.

- Дерьмо. Извини. Я не обратил внимания.

- Этот мужчина сказал тебе что-то, что расстроило тебя?

Его руки напряглись на руле.

- Дик все еще проверяет вашу систему безопасности. Он позвонит через некоторое время, когда закончит.

Без ответа. Люк был хорош в уклонении от ответов на заданные вопросы. Опять же, может быть, это не имеет ничего общего с его двоюродным братом.

- Послушай, если твое дурное настроение имеет какое-либо отношение к тому, что произошло ранее на кухне—

- Все кончено, все уже сделано, и снова это не случится.

Какого черта. Она скрестила руки на груди.

- Я должна сказать тебе, шеф-повар, я не думаю, что твоя новая подруга сделает тебя удовлетворенным.

- Держи ее подальше от этого.

- Если я в чем-то и разбираюсь, так это в мужчинах. И ты был доволен, что бы сегодня ни случилось.

- Ничего не случилось.

- Что-то, почти произошло.

Люк молчал несколько долгих секунд. Алисса выругалась себе под нос. Она слишком сильно давила на него. Может быть, завтра будет лучшее время для разговоров.

- Мы давно не видели друг друга. У нас не было… Секс не самый важный пункт в отношениях.

Если перевести слова сказанные им то: Он не спал с этой женщиной. Столь сексуальный мужчина, как Люк, не спал с ней, серьезно? Алисса была более довольной этим фактов, чем должна была бы.

- Что? Вы оба, вместе, играли в Эрудита?

- Просто забудь об этом, - прорычал он.

Пока.

- Хорошо. Спасибо за то, что помог мне сегодня с Примптоном. У меня не было возможности сказать тебе, насколько сильно я ценю то, что ты защищал меня.

- Он - лицемерный мерзавец, пытающийся вызвать волнения среди других людей, тем самым возвысив себя или свою бредовую идею. Я защитил бы любого, кого он вновь стал бы поливать грязью.

Может быть, это было правдой. Но если бы Люк не испытывал к ней ничего, кроме презрения, он бы не стал беспокоиться насчет нее. Должно быть, у него были к ней совсем другие чувства. Она просто должна выяснить, какие именно и как усилить их.

- Это одна из причин, почему ты привлекаешь меня, - нежно сказала она.

- У тебя доброе сердце.

- Алисса -

- Да, я знаю. Я хорошо трахаюсь, и теперь ты не хочешь говорить об этом.

Черт побери, она должна быть более нежной. Удерживать свои эмоции под контролем и пользоваться своими мозгами, или он просто напросто убежит.

И снова тишина; но потом он удивил ее, спросив: - Что случилось с твоей мамой?

- Кто сказал?

Она вздохнула.

- Чертов Тайлер. Он не знает, когда нужно заткнуться.

- Две недели не большой срок для скорби.

Алисса колебалась. Ответить ему и тем самым открыться для возможной боли?

Не подпускать его к себе и закончить связь, получив тем самым шанс показать ему, что она была настоящей женщиной под подвязками?

- Мы не были близки. Ее отсутствие ничего не меняет в моей ежедневной жизни. Мы были одной крови, и я знаю, что должна чувствовать, будто ушла часть меня… как-то так, я полагаю. Когда я только узнала об этом, я испытала шок и отрицание. Злость захлестнула меня на несколько дней. Сейчас я просто чувствую… оцепенение.

Его пристальный взгляд смягчался.

- Ты все еще переживаешь.

- Я так думаю. Я никогда раньше никого не теряла.

Она обняла себя руками.

Когда она думала о смерти матери, то ощущала пустоту внутри. Но не могла заставить себя плакать. Может быть, прошло слишком много лет. Может быть, она была все еще слишком сердита.

- Аллергическая реакция, - пробормотала она.

- У моей матери была сильная аллергия на арахис. Кто-то добавил его, ей в пищу и … она не успела вовремя принять лекарство.

- Мне очень жаль.

Он потянулся через расстояние, разделяющее их, и схватил ее за руку.

Она сжала ее. Сейчас, когда она говорила о своей матери, это не было так тяжело.

- Я думаю, больше всего меня беспокоит понимание того, что она ушла, и мы уже не сможем разрешить произошедшее между нами. И оно никогда не будет исправлено.

- И ты сожалеешь о времени, которое ты провела, отдалившись от нее?

Важный, сложный вопрос.

- И да и нет. Я бы желала, чтобы все было по-другому. Но это невозможно.

Люк выпустил ее руку, чтобы снова сосредоточиться на дороге, и от отказа в его прикосновении, она ощутила острую боль. Почему она жаждет этого человека, который хотел ее гораздо больше, чем любил? И кстати, намного больше, чем уважал ее?

- Я знаю, это не мое дело, но она тоже… не одобряла твою профессию?

Алисса горько усмехнулась.

- Танцы у шеста это не профессия, это способ свести концы с концами. И нет, моя мать не знала. Я ценю то, что ты меня слушаешь, но ты ничего не можешь сделать, чтобы изменить тот факт, что у нас никогда не будет возможности поговорить еще раз.

- Твоя мама - одна из причин, по которой ты помогаешь другим танцовщицам улучшить свою жизнь?

- Нет. Я совершенствовалась для себя и только для себя. Я не предлагаю то дерьмо, как думают некоторые. Но если у этих девочек есть желание, я хочу, чтобы они улучшили их собственное положение, потому что они хотят большего для себя. Им понадобится сила духа, чтобы справляться с изматывающим графиком.

Люк кивнул.

- Звучит так, словно по восемнадцать часов в день.

- Как правило.

Он послал ей пристальный взгляд.

- Но ты делала это, и не раз.

- Как я уже сказала, у меня есть свой бизнес. И амбиции.

Алисса увидела момент, когда он понял.

- Так вот, что значит для тебя Bonheur. Ты хочешь… чего? Нормальной жизни?

- Уважения?

Люк слишком близко подобрался к истине, и это, вероятно, заставит его смеяться над ней. Наверное, он думал, что ее шансы на то, чтобы быть порядочной умерли, когда еще Клинтон был президентом.

- Это просто ресторан, - она слабо запротестовала.

- Нет. Bonheur твое счастье.

Она сглотнула. Он быстро догадался, в чем даже она боялась признаться себе, и тем более говорить об этом вслух. Будет ли он смеяться? Что ей делать, если ресторан потерпит неудачу, и она должна будет продолжать танцевать у шеста? Что произойдет, когда она станет слишком старой даже для этого?

- Мне не стыдно за себя, - отрезала она.

Он понял ее, но не полностью — и она не могла позволить ему этого.

Она хотела чувствовать его тело около своего, его сердцебиение рядом с ее. Она хотела его любви, и да, его уважения. Он мог быть таким сексуально-требовательным, каким хотел, но он не имел никакого права ожидать, что она просто вручит ему свою душу на блюдечке с голубой каемочкой. Он изучал ее прошлое, которое она никогда не обсуждала. Ни с кем. Болтовня об этом не собиралась изменять ее проклятую сущность. Да и кто нуждался в боли, от которой был лишь отрицательный результат?

Люк повернулся к ней, с поразительно торжественным выражением на лице.

- Я сожалею о твоей утрате. Я надеюсь, ты найдешь счастье, которое заслуживаешь.

Когда они добрались до дома, Алисса выскочила из машины прежде, чем он смог придержать ей дверь или сказать хоть слово. Она что-то скрывает. Люк начал понимать ее… но было в ней еще что-то, чего он не осознавал. Не имеет значения. Он не останется и не может снова стать ее любовником - даже временно.

Тогда почему он чувствует возбуждение, даже от желания понять ее?

Боль. Она слышалась в ее голосе, усиливая ее знойные черты.

Прошлое, ее мать - что-то большее, чем просто печаль - причиняло ей боль. Но гордость там тоже была. Несмотря на свои занятия танцами у шеста, она находила время заниматься своим образованием. И она помогала другим делать то же самое.

И что же, черт возьми, это говорит о том, что в этот момент он был готов ради нее сразиться с пресловутыми драконами?

Люк ворвался в дом, всего на несколько шагов отстав от нее. Беседа должна быть завершена… но все же он был готов закончить. Ему во многом еще нужно разобраться.

Но в кармане завибрировал телефон, и он вытащил его с проклятием.

Дик.

Он нажал на кнопку телефона.

- Поговори со мной.

- Ничего хорошего, мужик. Дерьмовая подделка. Кто-то, кому известно хоть что-нибудь о системах безопасности, испортил датчики на окнах верхнего этажа. Затем внес изменение в панель управления для автоматического обхода этой зоны.

Таким образом, преступник не был пьяным мальчиком из братства или шутником.

- Вот дерьмо.

- Я исправил неполадки и установил туда датчик. Если кто-нибудь хотя бы дыхнет на устройство, зазвучит сигнал тревоги. Когда вернется Джек, мы посмотрим с ним вместе, можно ли сделать что-нибудь еще, чтобы сохранить это место недосягаемым.

- Спасибо.

- Сохрани это втайне от Алиссы. Кто-то так сильно хотел до нее добраться, что проник в первоклассную систему безопасности. Экспертиза или замена стоит хренову тучу денег. Что заставляет меня задаться вопросом, насколько тяжел этот прокол для нее.

Люк задался тем же самым вопросом, и выругался.

- Я буду находиться рядом с ней, особенно до возвращения Джека.

Не будет ли это испытанием для его самообладания? Но он не мог беспокоиться об этом теперь, когда безопасность Алиссы была под угрозой.

- Необходимо какое-то оружие?

Люк не любил пистолеты, но Дик убедил его в их эффективности и меткости. У Люка не было разрешения на ношение оружия в Луизиане, но ситуация была слишком серьезной, чтобы волноваться о такой формальности.

- Наверное, это мудрая идея.

- Дай мне день или два. Я вернусь со всем, что тебе необходимо.

- Я ценю это.

Дик колебался.

- Я хочу сделать что-нибудь для тебя, мужик.

Кроме того, чтобы позволить исполнять роль папы для будущего ребенка. Не то чтобы Люк ожидал этого. Или заслужил это, после того, как он манипулировал Кимбер и своим двоюродным братом.

- Я тоже, - сказал он, наконец.

- Все в порядке с ребенком и со всем остальным?

Нет. Новости Дика в ожидании отцовства почти бросили Люка на колени, он едва дышал. Дик теперь имел все, что Люк когда-либо хотел. Кимбер и его двоюродный брат едва попытались зачать и…

Люк вздохнул. Он волновался за них. По поводу себя был в отчаянии.

И он не хотел говорить об этом снова. Даже думать об этом. Его собственные неудачи как для мужчины были довольно сильными, без сомнения.

На этой неделе он ни черта не сделал, чтобы приблизиться к своей мечте.

Прежде, чем вернуться домой, он должен сосредоточиться на своем обещании Алиссе, а теперь и на ее безопасности.

Главным в его списке было выяснить, кто же был ее преследователем. Лучшим подозреваемым был Примптон, придурок, какого он когда-либо видел. Или Питер, мальчик из братства, который имел деньги и, видимо, так и не выучил значение слова ‘нет’.

Но как насчет Тайлера? Стал бы вышибала намеренно пугать, чтобы Алисса посчитала необходимым быть ближе к нему? Он был достаточно хитрый, но после сегодняшнего показа в клубе Люк не мог понять, зачем тому это было бы нужно. Тейлор мог касаться ее любым способом и в любое время, когда хотел.

Наконец, Люк ответил Дику, как только смог.

- Ты заслуживаешь того, чтобы быть счастливым. Я счастлив за вас обоих.

- Может быть тебе стоит… пройти тест еще раз. Ведь прошло время, не так ли?

Года, но ничего не изменит того факта, что сперматозоидов было смехотворно мало. Снова выдержать унизительную маструбацию в пластиковую трубку, не имело смысла.

- Есть и другие способы. Я читал недавно об операции, при которой извлекают сперму. Я также рассматриваю усыновление. Или может, я найду кого-нибудь с маленькими детьми или… есть варианты.

- Совершенно верно. Все это подойдет.

- Я буду работать над этим. А ты в это время, позаботься о своей милой жене и передай ей от меня привет.

- Сделаю, - неохотно произнес Дик, но Люк сменил тему и закончил разговор.

Как только Люк засунул трубку в карман, он выругался и приложил все свои усилия, чтобы отодвинуть в сторону суматоху, назревающую в его желудке. Сейчас у него были более насущные проблемы.

Он должен был проверить дом, прежде чем позволить Алиссе войти туда. Если кто-то взломал ее машину и клуб, казалось логичным, следующее, что он может, проникнуть в ее дом - и, возможно, сделать нападение более личным.

Благодаря Бога за то, что ничего в доме не выглядело поврежденным, Люк взлетел по лестнице, перескакивая через ступеньки, с бьющимся сердцем в груди. Он быстро добрался до лестничного пролета. Свет проливался из двери ее спальни, и он испытал внутреннее облегчение.

Смятая постель, женские безделушки, разбросанные на туалетном столике, книга на тумбочке. Все на своих местах.

Но след из ее одежды привлек его внимание. Разбросанные по блестящему деревянному полу, ее топ, прозрачная белая юбка, шелковистые чулки, черный пояс с подвязками, и кружевной лифчик, лежали в шаге или двух друг от друга. Сердце забилось еще сильнее, и он следовал по ее одежде, упираясь в полуоткрытые двери ванной. Подойдя, он увидел тонкие прозрачные стринги, украшенные стразами и с надписью “Богиня” спереди, которые свисали на ручке двери. Люк наклонился вправо и заглянул внутрь.

И потерял способность дышать.

Алисса заколола волосы, беспорядочно скрутив их на своей голове, и наполнила свою гидромассажную ванну мыльными пузырьками. Она откинулась назад и чувственно намыливала свою блестящую кожу розовой мочалкой. Закрыв свои глаза, она вздохнула.

Его член мгновенно затвердел.

Люк убедился, что она в безопасности, и что никто не ломился в ее дом. Он знал, что нужно немедленно убираться из этого ада. Но, как и прошлой ночью, когда он видел ее, когда она доводила себя до оргазма, он, казалось, не мог заставить свои ноги сдвинуться с места.

Вдруг, она подняла к нему свой знойной синий взгляд.

- Что-то нужно?

Провокационный вопрос. Да! На самом деле он опасался, что уже вышел за пределы желания, нуждаясь в ней.

Люк судорожно перевел дыхание. Нет. Ему просто было необходимо заняться сексом. Его половое влечение, наконец, вновь заявило о себе после того, как между Кимбер и Диком, было принято решение стать парой, и исключить его. Алисса просто, оказалась, единственной женщиной, находящаяся в пятидесятиметровом радиусе от него.

За исключением… если бы он встретил ее совсем недавно, и она выглядела бы как идеал матери, что он искал, он бы подталкивал ее в постель и во взаимоотношения так быстро, как только смог. Он не просто хотел ее, она начинала ему нравиться. И это делало ее еще более опасной.

И ее прекрасные розовые соски, упругие и подпрыгивающие на поверхности воды, не помогали прояснить его мысли.

- Алисса, не делай этого со мной.

Боже, он едва узнал свой собственный голос.

- Пожалуйста.

Она подняла бровь и увидела его, потом провела мочалкой по одной из своей груди, вокруг соска, облизнула губы, и испустила тихий стон. Люк отшатнулся назад, вцепившись в ручку двери. Шелк, который терся о ее киску весь день, заполнил его руку. Она была всюду, жаря его мозг, обжигая его кровь.

Для него это подобно крушению поезда, и его страстное желание к ней, было как смена мечты.

- Делать что? Вообще-то, ты находишься в моей ванне.

Он сжал руки в кулаки и сосчитал до десяти, закрыв глаза.

- В следующий раз, закрой эту чертову дверь.

- Я привыкла жить одна. Если тебе не нравится представление, не входи.

Она умышленно не понимала.

Выругавшись, он открыл глаза.

- Если ты не перестанешь дразнить меня, тебе не понравится то, что произойдет дальше.

Потому что он чувствовал, что вот-вот взорвется. То, что он делал в последний раз, когда провел с ней ночь, будет выглядеть невинным держанием за руки по сравнению с необходимостью разрядки, бушующей в его крови. Если он даст себе с ней волю, да поможет Бог им обоим.

Алисса послала ему спокойный, уважительный взгляд.

- Тогда уходи.

Он с трудом выдохнул и уставился в потолок.

- Я пытаюсь.

- Позволь мне помочь тебе, - предложил Тайлер, его голос прозвучал в нескольких дюймах позади Люка.

Когда Люк повернулся, вышибала протиснулся в маленькую ванную комнату. Он застонал, от вида купающейся Алиссы.

- Черт, ты выглядишь великолепно, детка. Где же фотоаппарат, когда он так мне нужен?

- Что, черт возьми, ты здесь делаешь? - потребовал Люк.

- Убирайся!

Тайлер оглянулся через плечо.

- Что ты здесь делаешь?

- Я остался здесь, потому как, Гомер сдал мой номер.

Люк скрестил руки на груди.

- Как ты сюда попал?

Вышибала послал ему злорадную улыбку.

- У меня есть ключ от дома.

От этих пяти слов Люка передернуло. Да, он подозревал, что они были любовниками, но это лишь окончательно утвердило его предположение.

Если Алисса собирается позволить Тайлеру прийти и остаться, то Люк не сможет находиться здесь, зная, что они трахаются - или хуже того, слышать их. Его уход в данном случае - будет единственно-правильным решением.

Но он не мог заставить себя уйти и оставить ее, чтобы она разделила свою постель с Тайлером.

Мужчина обошел вокруг Люка, потянулся и схватил полотенце с вешалки и протянул его ей.

- Ты идешь. Я должен был увидеть тебя.

Алисса пронзила его нетерпеливым взглядом.

- Сейчас?

Тайлер кивнул.

- Я пытался позвонить и предупредить, что еду к тебе.

- Я думаю, что оставила свой телефон во внедорожнике Люка.

Она вздохнула.

- Разве девочка не может побыть в тишине?

Несмотря на свои протесты, Алисса встала. Вода сбегала каплями вниз по ее золотистой коже и бусинкам сосков. Этот вид снова наполнил Люка желанием. Турбо-реактивное и огненное, его половое влечение перегружало его здравый смысл.

- Пойдем, - потребовал Тайлер.

- Она останется со мной, - прорычал Люк.

Качая головой, Алисса послала ему улыбку с извинениями.

- Это должно быть что-то срочное. Надеюсь, мы с Тайлером не задержимся надолго.

Что было таким срочным? Желание Тайлера трахнуть ее? Оно не могло быть более срочным, чем его собственное желание.

Черт возьми, Люк не мог поверить, что Алисса выбрала мускулистого дикаря, вместо него. И это после того, как она безжалостно мучила его, почти подарив ему минет всего несколько часов назад? Намекая в течение всего дня, что она хочет его? Она уделила Тайлеру все свое внимание.

Алисса вышла из ванной и позволила Тайлеру, чтобы тот обернул вокруг нее полотенце, привлекая ее тело и прижимая к себе. Он слизнул капли воды с ее мягкого плеча и застонал.

Чертов, сукин сын! Люк схватился за дверь, с трудом подавляя желание ударить Тайлера в лицо.

В чем виноват мужчина, если женщина, которую они оба хотели, сделала выбор? Если он и должен на кого-то сердиться, то на самого себя, желавшего ее сильнее всего.

- Делайте все, что вы, к чертям, хотите. Такое впечатление, что вам все по барабану.

Люк хлопнул дверью и вышел в ночь.

Не гордясь собой, Люк встал через дорогу от темного дома Алиссы, с бутылкой виски в руке, и стал ждать. Он был здесь в течение последнего часа, и теперь, когда было почти четыре часа утра, он был уже прилично пьян и зол, как никогда.

Она выбрала Тайлера. Даже сейчас они были внутри, трахаясь как сумасшедшие, пока он бродил по парку, со своим пресловутым членом в руке, чертовски желая, чтобы это он был на месте Тайлера. Но, в конце концов, только такой чертов идиот, как Люк мог отвергнуть её более одного раза.

И что еще хуже, он отправил Эмили сообщение.

Вместо того чтобы почувствовать облегчение, услышав ее голос, пронзительный, счастливый-счастливый тон казался раскаленным стальным прутом, который засунули в его мозг. Она пригласила его на церковный пикник на следующие выходные, и его первой реакцией был страх.

Что с ним случилось?

Алисса Деверо.

Она приняла вторжение Тайлера, прошедшего через тонкий отпор Алиссы, а его собственное опьянение заставляло задуматься, что, может быть, лучше всего было бы трахнуть ее и выкинуть из своей вселенной. Конечно, сейчас этот вариант был недоступен, так как она была занята.

Слава Богу, он купил эту бутылку у бармена Алиссы, после визита Дика.

Что делает с ней Тайлер, чтобы она получила удовлетворение? Был ли он оральным Богом? Был ли он исключительно одарён? Люк поморщился при мысли о мужском достоинстве Тайлера. Единственное, в чём он очень сомневался, так это в том, что Тайлер сможет превзойти его выносливость. Люк знал, что тот был вышибалой, но не было никого лучше его в этой игре.

Не то чтобы он когда-либо был горд этим, что иногда приходил в сексуальное безумие на несколько часов… и не спрашивал свою любовницу о её комфорте или удовольствии. Он брал и давал неустанно, пока она не становилась рабой своих желаний. В своем измененном состоянии, он ждал её ногти в своей спине, ее хриплые мольбы, и, прежде всего, её крики.

Вдруг, на веранде Алиссы включился свет. Дверь отворилась. Тайлер шагнул за дверь, и она вышла вслед за ним, одетая в бледное атласное платье, которое флиртовало с ее оголенными бедрами, а ее волосы рассыпались по спине, словно сияющий Маяк.

Вышибала подошел к двери своего грузовика, затем повернулся. Он обхватил плечи Алисы, прижав ее к своему большому телу, погладил мягкую корону ее волос. Она положила голову ему на плечо, выглядя спокойной в его руках.

Люк отвернулся и сделал еще один глоток виски. Жидкость рухнула в нижнюю часть его живота, вызывая жжение. Или его живот в огне, потому что он продолжал проигрывать в воображении как Тайлер трахает Алиссу, снова и снова?

Теперь он не мог избегать правды. Ревность буквально сжигала его. Что за ирония?

Алисса выпрямилась. Тайлер что-то пробормотал ей, потом поцеловал в лоб. Она кивнула, затем отступила назад.

Люк нахмурился. Если последние пару часов под ними пылали простыни, разве они не должны были бы попрощаться более затяжным поцелуем?

И, наконец, мужчина запрыгнул в свой элегантный черный грузовик и уехал.

Алисса наблюдала за ним до тех пор, пока он не повернул за угол. Потом она захлопала глазами, посмотрев на внедорожник Люка.

- Люк?

Черт. Он должен был покинуть это место, уехать куда-нибудь, чтобы не видеть ее с Тайлером - и чтобы она не знала, что он наблюдал за ними. Но нет, он был слишком занят, выпивкой и ревнивыми мыслями.

Вздохнув, он оттолкнулся от дерева, его взгляд приклеился к ее стройным формам, ветерок шуршал ее шелковистыми волосами, ее соски приподнялись вверх, в её мерцающего глубоким вырезом неглиже, атлас льнул к её бедрам.

Тайлер, вероятно, просто тащился между ее бедер, и чёрт, если Люк не хотел тащиться между ними сам. Он хотел ее так сильно, что не стал бы терять ни секунды, если бы у него была возможность..

Он был в таком глубоком дерьме.

Наконец, он шагнул на место, освещенное уличным фонарем.

Алисса ахнула, затем заглушила звук рукой. Она посмотрела на бутылку, которую он сжимал.

- Ты пьян.

Люк хотел, чтобы это было правдой. Он покачал головой. “Не из-за отсутствия попытки.”

- Заходи в дом, и выспись немного.

Она повернулась к двери.

Он бросился за ней. В холле, он схватил ее за руку.

- Тебе больше нечего сказать?

Она направила на него свой суровый взгляд.

- Никто не просил тебя уходить.

- Так я должен был смотреть, как он лапает тебя?

Люк захлопнул дверь, заключая их в темную тишину. Потом, с ним произошло что-то страшное.

- О, черт, конечно же нет. Ты хотела, чтобы мы оба трахнули тебя? Вместе? Этого никогда не произойдет. У меня нет особых прав на тебя, но я никогда не буду добровольно разделять тебя снова.

Алисса вырвала свою руку из его захвата и ударила его.

- Будь ты проклят! Я так устала, что ты ищешь любой предлог, чтобы назвать меня шлюхой. Будь мужиком и скажи это. Давай же! Ты думаешь, что я трахаю всех, кто носит брюки.

- Разве ты сейчас не занималась сексом с Тайлером?

Ее рот напрягся. На мгновение, боль отразилась на ее лице, уступив место ярости.

- Так как ты уехал, ты никогда об этом не узнаешь.

Она вошла в гостиную и повернулась к лестнице. И Люк не выдержал. Он должен отпустить ее; этот дикий гнев не был нормальным, это был не он. Но он не мог этого сделать.

Он бросился вперед и схватил ее за талию, привлекая к себе.

Она мгновенно поняла, каким сильным он был, но какого черта? Он был невероятно крепким, обнимая её. И если бы она не знала раньше, то у него было нечто большее, чем небольшой “ключик” для нее.

- Ты позволила ему трахать тебя сегодня вечером?

Черт, его голос дрогнул. Люк не хотел, чтобы её ответ волновал его, но он не мог притворяться, что это так.

Она попыталась высвободиться, но он крепко держал ее. Когда она сдалась, он развернул ее лицом к себе.

- Ты позволила? - потребовал он.

- Ты ни черта не знаешь обо мне, и твой вопрос лишний раз доказывает это.

- Даже если я скажу тебе правду, ты не поверишь. Ты хочешь услышать, что я пошла с ним в ванную, затем мы переместились в спальню, чтобы он мог сосать мою грудь, пока я объезжаю его, после игры в наездницу, он бы заставил меня кончить, трахнув сзади. Достаточно деталей для тебя?

Люк закрыл глаза, чтобы избавиться от картинок, которые появились после её слов. Боже, казалось, что сейчас его вырвет виски Jack Daniels.

Он крепче сжал ее руку.

- Это что, правда?

- Разве это не сделает твою жизнь проще? Ты сможешь быстро вычеркнуть меня из неё.

- Ох, черт возьми, конечно. Это имеет значение? А затем ты сможешь просто уйти, так как я всего лишь шлюха. Но знаешь что?

- Да пошел ты!

Алисса толкнула его локтем в живот.

Люк выругался и согнулся, схватившись за живот, впиваясь глазами на ее удаляющуюся спину.

- Чёрт возьми, Алисса!…

- Чего ты хочешь?

Что он собирался сказать ей? Разве это важно? Ясно только одно, что он оскорбил ее - но он все еще не знал, был ли он прав в своих догадках. Одно он знал точно, и это его ужасно пугало, что, если он сейчас отпустит ее наверх, в ее спальню, одну, то, возможно, у него больше никогда не будет возможности прикоснуться к ней снова.

- Я не знаю, - признался он, наконец.

- Ты прав! - закричала она.

- Ты не знаешь. Ты ни черта не знаешь обо мне. Ты когда-нибудь думал о том, что женщина с таким макияжем и в такой провокационной одежде, может иметь настоящие чувства, не имеющие ничего общего с сексом?

- Ты когда-нибудь задумывался над тем, что, возможно, я хотела, чтобы ты увидел во мне что-то другое, чем стриптизершу или потаскуху? Что, может быть, ты кое-что значишь для меня?

Она покачала головой.

- Конечно же, нет.

Алисса всхлипнула и зарыдала. Этот звук разрывал грудь Люка на части.

Господи, он никогда не хотел ее обидеть.

- Прости.

- Забудь, это больше не имеет значения.

Ее слова зародили в его сердце панику, с которой он не мог бороться.

- Подожди! Я -

- Нет. Она отступила назад, подальше от него.

- Забудь об этом. Я не могу забрать свою машину у Реми до среды, но до тех пор меня будет подвозить Тайлер. Я получу для тебя номер у Гомера утром. Это не должно быть сложно, так как я заплатила ему, чтобы он сдал твой номер в первую очередь.

О, боже. Его желудок сжался, и он, наконец, понял - слишком поздно. Она хотела, чтобы он был с ней. Проводил с ней время. Посмотреть, что было между ними, в сексуальном плане и не только. А он относился к ней с молчаливым презрением. Как к грязи. Но даже если он волшебным образом влюбится в неё завтра, она не вписывается в его планы на будущее.

Люк сделал еще один большой глоток из бутылки.

- Мне… жаль.

- Я поняла. Ты считаешь, что мы из разных миров. Ты все решил и мне тебя не переубедить. Она выпрямила спину и направилась к лестнице, затем повернулась к нему.

- Между прочим, визит Тайлера был связан с проникновением в клуб. Сегодня вечером он тщательно обследовал все наверху. Кажется, что мой преследователь оставил мне еще один нож и “любовную записку”, приколотую к подушке в моей спальни в клубе. И он не только назвал меня шлюхой, но и сказал, что скоро мне придёт конец.

Глава 6

Алисса двинулась вверх по лестнице. Одна нога впереди другой. Зайти в спальню. Закрыть дверь. К черту, она не покажет Люку Траверсону свои слезы. Она уже дала ему слишком много власти, чтобы причинить ей боль. И он использовал её бездумно.

- Что ты сказала? - спросил он.

Мгновение спустя он бросился за ней и схватил ее, развернув так, чтобы она посмотрела ему в лицо.

- Тот же самый извращенец, который пробрался в твой автомобиль, вломился в твой клуб?

- И угрожал мне. Не нужно утруждать себя, беспокоиться о моей безопасности. Это работа Тайлера, поэтому он и пришел сюда сегодня вечером. Теперь, если ты меня извинишь.

Она попыталась вырваться из рук Люка. Его тепло и мускусный аромат его тела добрались до нее. Эти горящие глаза, его напряженное мускулистое тело, сделали ее слабовольной. Она никогда не думала о себе, как об одной из тех глупых женщин, которые вступали в разрушительные отношения с человеком, который испытывал бы к ним больше презрения, чем привязанности. Видимо ее сердце было столь же восприимчивым, как и любое другое.

Это была горькая пилюля.

- Люк, отпусти.

Он покачал головой, взял ее лицо в свои руки.

- Я не могу.

На темной лестничной площадке, Алисса увидела в его блестящих глазах желание, за момент до того, как он опустил свою голову. Боже она хотела его поцелуя, и это плохо.

Мышцы, кости, кровь, все потянулось вперед, чтобы соединиться с ним. Прикоснуться к нему. Дать ему все, что он хочет. Почему он неожиданно возжелал её? Потому что решил, что Тайлер уже поимел её.

Она отвернулась, кусая внутреннюю часть своей щеки до боли, в случае отказа. Изнурительная острая боль появилась в ее груди. Затем его губы коснулись ее щеки, слезы стрельнули из ее глаз.

- Не делай этого, - взмолился он ей на ухо, притягивая ее к себе так крепко, что она почувствовала, запах свежескошенной травы на его одежде и аромат виски в его дыхании. Его прикосновение было пронизано отчаянием, поскольку он вытер ее слезы. Алисса поняла, что она сдалась.

Боже, как она может хотеть мужчину так сильно, который такого низкого мнения о ней? Она должна быть слишком умной для этой игры.

- Ты не хочешь меня только потому, что занималась этим с Тайлером.

Она всхлипнула.

- Я не сексуальный трофей, в каком-то чертовом конкурсе. Просто … дай мне уйти.

Она попыталась вывернуться, мысленно ругая себя за глупые надежды, которые сподвигли ее сначала соблазнить Люка, заманив его к себе, глупо надеясь, что он может в нее влюбиться. Он, вероятно, хотел кого-то наподобие Кимбер: здравомыслящую, с блестящим будущим и безупречно чистым прошлым. Кого-то без вереницы бывших любовников и резюме в секс-торговле. Если это было то, что он хотел видеть в женщине, то Алисса была полностью обречена.

Он сжал руками ее лицо и заставил посмотреть на него.

- Ты не трофей для меня, я клянусь. Я знаю, что не вправе указывать тебе, что делать.

Он притянул ее еще ближе, и даже в темноте она увидела, как от боли исказилось его лицо.

- Я ревновал. Я так чертовски ревновал, это съедает меня живьем. Думая, что ты дала ему то, чего я так отчаянно хотел.

Ревновал? Может быть, он немного заботился…

- Я предлагала себя тебе — и не раз.

Слова прозвучали как обвинение.

- Я пытался быть джентльменом. Сильным. Использовать свою сдержанность, чтобы не опустошить и разграбить тебя снова. Я не хочу, чтобы ты думала, что я - пещерный человек, или сумасшедший. Я не хочу терять контроль. У меня есть определенный вид на будущее, и я не вижу, чтобы мы подходили друг другу на этой фотографии. Но …

Боль звучала в его голосе, затем он хрипло и прерывисто выдохнул.

- Я не могу игнорировать или отрицать то, что я чувствую больше. Да, я волнуюсь за тебя. Я в ужасе от мысли, об этом больном, преследующем тебя человеке и причиняющем тебе боль. Я сделаю все возможное, чтобы защитить тебя. Чего бы это ни стоило.

Его слова звучали так, как будто она действительно имела для него значение. Да, было больно слышать, что она не вписывается в его будущее, но прямо здесь и сейчас . Его слова, разрывали ее сердце и сломали плотину, сдерживающую ее эмоции. Еще немного, и из нее потоками хлынут слезы.

- Люк -

- Я не могу больше жить, не прикасаясь к тебе. Я нуждаюсь в тебе больше, чем в дыхании.

Неподдельная честность читалась на его лице, когда он снова наклонился к ней, поглаживая большими пальцами по ее губам. Его прикосновение, как и его пристальный взгляд, умоляли. У Алиссы не было желания отказываться от него.

Она запустила свои руки в его волосы и притянула его к себе. Их губы встретились в порыве, у него перехватило дыхание от их слияния, и он застонал. Сильный запах алкоголя и желания, ворвались в ее разум. Люк обхватил ее руками и приподнял, прижимая к себе, как будто он хотел сделать их одним целым.

Инстинкты завладели ею, она обвила своими ногами его талию. Он поддерживал ее рукой за задницу, не разрывая страстного поцелуя.

Он углубил поцелуй, испытывая жгучее желание от их слитых губ. Они никогда не были настолько близки. Он поцеловал, как бы смакуя ее, запоминая ее навсегда. Алисса поцеловала его в ответ с таким же рвением, хотя она его помниала.

Она понимала, что это объятие не может означать для Люка тоже, что и для нее. Очевидно, он хотел ее сейчас. Но что он действительно чувствует к ней? Хоть что-нибудь?

Разве она не зашла слишком далеко, утратив осторожность? Завтра придет достаточно скоро, а вместе с ним и груз взаимных обвинений. Но сейчас до рассвета будет только чистое удовольствие. Они снова сольются в объятиях друг друга.

Люк снова прижался к ее губам и шагнул к ней в спальню. Их тела терлись друг о друга при каждом движении. Алисса с трудом дышала, когда их тела соприкасались. Он действительно был здесь. С ней. Она сильнее прижалась к нему и стонала в его губы. Затем стала целовать его в шею, снизу до покрытой щетиной щеки, пока снова не впилась в его рот. Он ждал этого, открытый и ненасытный. Она таяла под его натиском.

Спустя несколько мгновений, ее мир перевернулся. Она лежала на кровати, а Люк склонился над ней, опираясь на руки. Тяжело дыша, он смотрел на нее в лунном свете.

- Я хочу тебя с того момента, как пришел в твой клуб.

Она встретилась с ним взглядом. Его взгляд пылал от страстного желания и правды. Его слова были правдивы, несмотря на те слухи о ней, которым он верил. Несмотря на то, что он думал, что она делала с Тайлером сегодня вечером. Несмотря на пустые месяцы, с тех пор, как они последний раз занимались сексом.

- Я тоже, - призналась она.

В самом деле, она мечтала о Люке, поскольку, проснувшись с болью, тогда, три месяца назад, она понимала, что он не вернется.

- Я скучала по тебе, - выпалила она.

- Ты, наверное, не хочешь это слышать, и я знаю, у тебя есть другая -

- Не сегодня. Сейчас есть только мы.

Он откинул волосы с ее лица.

- Я так часто думал о тебе… О том, как ты лежала подо мной несколько месяцев назад, охваченная страстью. Я не могу забыть, постоянно думаю об этом.

Не признание в любви, но она приняла это. Он что-то чувствовал к ней. И, честно говоря, она не могла назвать свои чувства к нему. Она всегда отрицала любовь … пока не встретила Люка.

- Будь со мной, - прошептала она.

- Ничто не заставит меня уйти сейчас.

Люк глубоко проник в ее рот, со страстным желанием в каждом нажиме его губ, в каждом скольжении его языка.

Несколько бесконечно долгих мгновений спустя, он приподнялся, что расстегнуть рубашку. Алисса стала торопливо помогать ему, касаясь пальцами его твердых мускулов под шелковой кожей. Наслаждение нахлынуло на него. Кончики ее волос ласкали его кожу от пупка к члену. Она повторила это языком, заставляя его стонать и дрожать.

Она даже не пыталась сейчас сопротивляться. Вместо этого, она прижалась к нему ртом, направляясь к низу живота.

Он замер, а потом зашипел.

- Ты играешь с огнем.

Скромная улыбка появилась на ее лице.

- Мне нравится пылать.

Со стоном она лизала его сокровище, смакуя пряный аромат его кожи с легкими оттенками пота, аромат настоящего мужчины на своем языке.

Так увлекательно.

Напрягшись, он запустил свои руки в ее волосы и прижал ее ближе.

- В первый раз ты сделала это для меня, тогда это почти свело меня с ума. На этот раз, я хочу тебя еще больше. Дорогой Боже …

Она улыбнулась в его живот, затем пощипывая губами его живот, поднялась к его груди, расстегивая оставшиеся маленькие белые пуговицы рубашки. Наконец, она коснулась его твердых маленьких коричневых сосков. Алисса смотрела на них с жадностью.

- Не надо, - он мягко предупредил.

- Мой самоконтроль … и я висим на волоске.

- Поддайся желанию, - горячо шептала она, смотря на него страстным взглядом, сжав губами его сосок и посасывая его.

Он вскрикнул, прерывисто и резко. Воодушевленная Алисса осторожно укусила за сосок и снова его пососала. Она руками прикоснулась к ремню его джинсов.

Он схватил ее за руки и отстранился.

- Не делай этого, если не хочешь, чтобы я оказался внутри тебя, в ближайшие десять секунд. Я бомба замедленного действия, с серьезно коротким фитилем.

- Я хочу снова почувствовать тебя во мне,- честно призналась она.

- Я думала о тебе… Наша ночь была невероятной. Сейчас я снова хочу почувствовать это.

Люк хрипло и прерывисто выдохнул.

- Я не хочу тебя обидеть. Последний раз, я был слишком груб, слишком требователен.

- Слишком идеален. Сделай это снова.

Он замер. Что-то мелькнуло на его лице. Принятие решения? Сильное желание? Что бы это ни было, это заставило колотиться ее сердце в груди, как сумасшедшую погремушку.

Отступая назад, он слез с кровати. Она села. Беспокойство охватило ее. Что она сделала неправильно? Почему он уходит? Вместо этого, он сбросил рубашку, обнажил свои великолепные, бронзовые от загара плечи, играя мускулами и шестью кубиками своего пресса, заставив ее ахнуть. Боже, он был … всем. Чувственный, сильный, такой умный и интересный, не говоря уже о его талантах. И он хотел ее прямо сейчас.

Люк расстегнул пуговицу на ширинке, и дернул молнию вниз, безжалостно снял свои джинсы и нижнее белье, и отпихнул одежду в сторону, оставаясь голым. Он сжал кулаки. Его грудь вздымалась, когда он впился взглядом в ее губы. Желание пронзило ее, заставляя тело пылать. Киска стала влажной.

Ни один мужчина, не делал это для нее, но Люк.

- Если я сделаю тебе больно, ты должна найти способ, чтобы остановить меня, - сказал он.

И это была еще одна причина, почему она испытывала к нему сильные чувства. Хочет ли он ее или нет, это случилось. Ее безопасность была важна для него. Он принял ее профессию и образ жизни, но он никогда не относился к ею благополучия, как к чему-то незначительному.

Женщина, которая завладеет его сердце, будет самой дорогой для него, и Алиссе очень хотелось быть ею.

- Ты не сделаешь.

Жесткий блеск проскользнул в его шоколадных глазах.

- Встань.

Дрожа, от охватившей ее страсти, она подчинилась. Люк наклонился к ней, и нежно погладил ее ноги, касаясь пальцами чувственных линий ее попки, спускаясь вниз по лодыжкам. Нежное прикосновение его рук заставило ее дрожать, колени слабеть. Сильное желание и нетерпение нахлынуло не нее.

- Люк…

Без предупреждения он схватил подол ее неглиже и потянул. Неглиже скользнуло с ее плеч вниз, обнажая тело, упав мягкой лужицей вокруг ее ног. Мгновенно, она стала голой.

Прохладный ночной воздух коснулся ее тела, превращая соски в маленькие пики. Или это было вызвано видом его хищной улыбки? Ее живот задрожал, когда он сжал руки вокруг икр и раздвинул ноги. Его горячие губы скользили по ее голеням, внутренней стороне коленей и бедер. Она тяжело дышала, слепо хватая пальцами его волосы, чтобы почувствовать их мягкость.

Он встал на колени и поцеловал ее плоский живот.

- На спину.

Она подчинилась, когда он поднял ее одним нетерпеливым движением. Она крепко схватилась за него. Он впился в ее губы, требовательно, целуя. Она перестала думать и дышать. Тогда он положил ее на кровать и посмотрел на нее сверху вниз. Голый, его член подрагивал от возбуждения. Эти греховные, темные глаза обещали удовольствия, которого она никогда не знала. Его обжигающий взгляд медленно остановился на ее груди, затем скользнул вниз на ее живот и остановился на киске.

- Раздвинь ноги.

Она и раньше видела его доминирующие стороны. Но у Алиссы было чувство, что она собиралась испытать его на совершенно новом уровне. Его порочный тон заставил ее вздрогнуть. Властный взгляд на его лице, подтвердил серьезность его слов, - и у нее захватило дух. Ее грудь едва могла сдерживать биение ее сердца. Но она сделала, как он просил, раздвинув свои бедра на несколько сантиметров.

- Ещё.

Выражение его лица требовало, чтобы она открылась ему во всех отношениях. Алисса не сомневалась, что он возьмет все, что она была готова ему дать. Затем как в прошлый раз, добьется от нее большего, пока она не охрипнет и насытится удовольствием. Она шире раздвинула бедра.

- Ещё, - прорычал он.

Затаив дыхание, она остановилась. Но, несмотря на все волнения, она ни в чем не могла ему отказать. Она раздвинула ноги шире, пока мышцы внутренней поверхности бедер не напряглись. Желание бурлило в ее крови. Она почувствовала пустоту внутри. Она хотела, чтобы он заполнил ее своим членом и страсть нахлынула на них, когда они кончат вместе.

Он схватил ее за бедра, затем его руки сомкнулись на ее пояснице и потянули вверх. По его молчаливой команде она выгнулась для него, сгибая колени, толкая к нему свою грудь.

- Идеально, - пробормотал он, а затем вытянулся над ее телом, потерся своей грудью об её, так что она ощутила покалывание.

Жесткое давление его губ превратилось во влажную линию поцелуев по ее шее, ключице, прямо к груди. Когда он обхватывал одну, то пожирал другую, его рот был горячим потрясением для её тела. Он жёстко сосал её сосок, и она почувствовала дрожь между ног. Одновременно он сжал другой сосок.

Застонав, она притянула Люка ближе к себе, желая, чтобы ночь никогда не кончалась. Он уже заставил ее чувствовать гораздо больше, чем все предыдущие любовники. Более женственной, более естественной, более готовой ко всему.

- Я люблю это, - пробормотал он, переключая свое внимание на другую грудь.

- Я помню, как набухали твои соски, когда я сосал их раньше.

- Болели ли они после этого?

- Да, - закричала она, вспомнив его оральную неутомимость-почти час-воспоминания ещё свежи в ее уме.

- Я все еще чувствовала тебя там на следующий день.

- Я хочу, чтобы завтра, ты снова чувствовала меня здесь.

Дрожа, она кивнула.

- Пожалуйста.

Люк застонал, когда еще раз взял ее сосок в свой рот и сильно втянул, нежно царапая его своими зубами. Волнующее желание охватило ее тело. Покусывая, он скользил по ее груди, затем прильнул к другому соску и повторил процесс.

Он был более резким, чем прежде, более требовательным. Его прикосновения становились более нежными, и не было никаких признаков, говорящих о том, что он готов остановиться. Даже если бы она стала просить его о пощаде, она подозревала, что он бы ее не услышал. Она ощущала, что он ищет некоторый способ заклеймить ее сегодня вечером, доказать себе, что именно он обладал ею, не Тайлер. Вместо того, чтобы уверять его, что у него и так была каждая часть ее тела, она обнимала его, поощряя и умоляя его.

Его свободная рука блуждала по ее плечу, спускаясь, вниз по изгибу ее талии, к ее ногам … к раздвинутым бедрам.

Она выгнулась.

- Ты мокрая?

- Это мое постоянное состояние, когда ты рядом.

Его пальцы флиртовали с ее пупком, затем один палец опустился ниже, вырисовывая небольшие круги по ее коже, так близко от ее клитора, что ей хотелось кричать.

- Прикоснись ко мне, - воскликнула она.

- Ммм, потрясающе. Я так хочу погрузиться в эту сладкую киску.

- Последний раз, ты была такой тугой, сжимая меня и высасывая до последней капли. Твои руки вокруг меня, твои губы, кричащие мое имя… Такое горячее траханье. Незабываемое.

Алисса могла только хныкать, и она ждала его, чтобы он, наконец прикоснулся к ней там, где она больше всего нуждалась. Вместо этого он играл с нею.

Ее умноженная боль, взлетела. Возбуждение пронзило все ее тело. Она чувствовала себя раздутой, нуждающейся, готовой просить и умолять, если это принесет пользу. Но он просто коснулся своим пальцем ее складки, даря ее клитору небольшое прикосновение.

Алисса ахнула.

- Люк…

- Я хочу слышать, как ты произносишь моё имя сегодня множество раз. Моё имя. Больше ничьё.

Прямо сейчас, она не могла вспомнить даже свое собственное имя, и тем более чье-либо еще.

- Да, - рыдала она.

- Да…

Бесконечные минуты он обхватывал, сосал, и гладил ее грудь. Он тянул за их кончики, жестко их сосал, бормоча, как ему нравится, что они распухли, покраснели, заострились еще ​​больше. Ее соски были такие жесткие, ее желание таким острым, что она запустила руки в его волосы, используя его в качестве спасательного круга, пока она тонула в этой потребности.

Проводя большим пальцем сначала по одной тугой бусинке, потом по другой, он немного отстранился и сглотнул.

- Такие нежные и напряженные. Великолепно.

Теперь без его прикосновений, Алисса испытывала перенапряжение и начала гладить свою грудь. Но этого было недостаточно, чтобы облегчить её дикий голод. Она скользнула руками вниз, по своему животу, прикоснувшись к влажным складкам. Облегчение. Оно необходимо ей, чтобы обуздать боль. Сейчас.

Прежде чем она достигла цели, Люк схватил ее за запястье.

- Нет. Я говорю, что, как и когда. И сегодня вечером, мы сделаем это без твоей руки.

- Но-

Алисса не закончила мысль. Он обрушил свой рот на ее губы и проник внутрь, делая поцелуй глубже. Без предупреждения, его пальцы скользнули в ее мокрую киску, и он погрузился внутрь. Она закричала от удовольствия в его рот.

- Черт,- выдохнул он.

- Так приятно тебя ощущать.

Его пальцы играли с ней совершенно, как если бы он вспомнил ее тело и как именно заставить ее кричать. Его дьявольские прикосновения пересекли эту чувствительную точку внутри нее; затем он чередовал, давление и растирание, большой палец также наигрывал с ее раздутым клитором. Огонь появился внутри, снаружи, дергая, рисуя, закручиваясь, и продолжая расти. Снова он задушил ее крики своим поцелуем. Она впилась ногтями в его плечи, и он зашипел. Тогда он послал ей хищную улыбку - вспышка сексуального обещания и белые зубы в темноте.

- Вот так. Ты готова кончить?

Ему не нужно было спрашивать, он знал. Но он хотел, чтобы именно она сказала ему об этом. Люку нравилось слышать признания в ее желаниях. Сейчас, она никак не могла скрыть этого.

- Да! Прошу тебя….

Вместо того чтобы довести её до оргазма, он вытащил пальцы и потёр ими её киску.

- Очень распухли. Ты будешь так туго сжимать меня.

Он придвинулся ближе, накрывая её собой, его грудь вжала её глубже, в матрас, он устроился между её ног, разводя широко её бёдра. Его руки развели её еще ​​шире. Алисса задохнулась в ожидании. Она хотела, чтобы Люк вошёл в неё глубоко, так глубоко, чтобы он никогда не вспоминал других женщин и никогда бы не хотел уйти.

- Сегодня у тебя не будет времени, чтобы думать о ком-то, кроме меня, - поклялся он.

Она, в любом случае, никогда и не думала по-другому, но он не понимал этого. Пока.

- Так много греховные вещей я хочу с тобой сделать, но…

Он сжал ее голову в руках, и она встретилась с ним взглядом в темноте, утонув в нём.

- Я должен быть внутри тебя.

Алисса попытался кивнуть, но он держал ее слишком сильно, зажав под пылающим жаром своего тела и её собственным желанием. Она задыхалась, желая, ожидая…

- Посмотри на меня, - потребовал он.

Она закрыла глаза. Она не была уверена когда. Не имело значения… Теперь она открыла их. Бип! Их пристальные взгляды встретились, и ее сердце подчинилось.

Это дикое чувство связи, принадлежности, полностью разбили ее. Она больше не могла избегать его сверкающих темных глаз, так же как и свою тягу к нему.

- Я уже чувствую тебя всем телом. Как это, чёрт возьми, возможно? Опять?

Он не ответил на свой вопрос и не позволил ей попытаться. Она только удивилась, что он чувствовал это также хорошо..

Она не думала ни о чем, когда он схватил ее за бедра и ринулся вперед, чтобы погрузить в нее свой член так глубоко, как сможет. Она закричала от такого восхитительного вторжения. Уже сейчас она чувствовала полное единение с ним и знала, что, возможно, он был на полпути к этому. Его спина напряглась. Он чертыхнулся, вращая своими бедрами.

- Всегда настолько тугая, - стонал он.

- Боже, ты убиваешь меня. Ты расслабилась для меня, сладкая?

Его пристальный взгляд походил на самый темный сироп, подслащивая, плавя и покрывая ее. Она полностью попыталась расслабиться, впуская его.

Он отступил назад, затем вошёл вновь, на этот раз дальше. Она задохнулась от его стального проникновения, в своём болезненном удовольствии.

- Вот так.

Голос напряжен, Люк схватил ее за бедра искусанными пальцами.

- Расслабься. Тебе будет так хорошо.

Алисса чувствовала, что он был на самом краю своего контроля. И она не могла дождаться, когда он его потеряет. Под ним, она извивалась, приподнималась, приняв его глубже. После нескольких месяцев без секса, она горела… но чувствовала себя, ох как хорошо. Никто и никогда, не занимался с ней сексом, как Люк. Больше того, никто и никогда не заставлял ее чувствовать своё сердце во время акта.

- Даааа, - прошипел он, сжимая её крепче.

Наконец, он скользнул глубоко и полностью в ней.

Ощущения от его погружения в ее тело вызвали новый всплеск желания - и поток тепла в ее груди. Когда их взгляды снова встретились, она перенеслась назад, в их первую совместную ночь и прилив воспоминаний затопил ее - еще больше увеличивая наслаждение.

Но когда он чуть вышел из ее тела, она прижалась к нему, вознеся ощущения этого вечера на совершенно новый уровень. Люк подсунул руки под Алиссу, провел ими по всей длине ее спины, дотянувшись до плеч. Затем с ревом, он глубоко вошел в неё снова.

Один раз. Второй. Потом она потеряла счет.

Ощущения обожгли её, затем взорвались через её тело. Она впитала в себя его силу, двигаясь с ним, полностью открывшись для него с криком. Еще больше тепла разлилось в ее груди, когда ноющие ощущения сконцентрировалась в ее киске. Ее ноги обвились вокруг него, пытаясь крепче захватить, прижать поближе. Он стонал, задыхался, погружаясь глубже, еще глубже.

Люк набирал скорость, установив жесткий ритм. Его взгляд пронзал ее, также как и его член, нисколько не робея. Каждая мысль и ощущение струилось от его тела к ее, а затем обратно. И Алисса знала, что он тоже мог прочесть все, что она чувствует. Как только ее тело реагировало, он приспосабливался, чтобы ухватиться за это, углубить это, использовать в своих интересах.

О Боже, она начала догадываться. Стойкость и боль, осторожность и страх, что сохраняли ее целостность в течение многих лет, разваливались на части. Да, она кончала для Люка раньше, но это… для нее это было нечто недостижимое, то, что она никогда не разделяла ни с кем. Он собирался получить от нее наслаждение, украсть его прямо из ее души, без разрешения или извинения.

Она напряглась. Могла ли она отдать ему еще больше самой себя?

- Люк…- Алисса зажмурилась.

Слишком интимно. Слишком реально. Слишком глубоко. Он был везде. Почему у нее не было любовной связи несколько месяцев после него? Или несколько лет до него? Потому что никто не мог заставить ее чувствовать то, что секс представлял собой нечто большее, чем середина между обязанностями и функцией организма. Даже если бы она позволяла каждому клиенту, что бывал в клубе, уходить с ней, только Люк мог сделать ее особенной, наполнить ее чем-то таким настойчивым и сладким, и остро тоскливым, что изменяло ее.

- Посмотри на меня! - потребовал он под неустанным движением своего тела.

И этот убедительный голос… Ни в коем случае она не могла игнорировать его.

Закусив губу, и готовясь к взрыву чувств, Алисса сделала, как он просил. Она соединилась с его темным испытующим взглядом, как будто он протаранил дом. Энергия изменилась, собралась, превратилась в ядерную, внутри нее. Потом она взорвалась.

Цепляясь за Люка, выкрикивая его имя, она взорвалась на миллион кусочков, ее сердце билось для него, ее душа рассеялась от совершенно галлюциногенного удовольствия. Он скользнул за ней через оргазм от гребня до взрыва, потянув назад, слившись в нежной боли, которая заставила её всхлипывать.

В этот как раз, как и в предыдущий, Люк использовал этот как стимул, продолжать дарить ей окончательное удовольствие.

Утреннее солнце проникало сквозь прозрачные шторы на паркетный пол.

Задыхаясь от хриплого дыхания, Люк снова скользнул вверх в горячую киски Алиссы, когда она двигалась на нем сверху. Она застонала и прижалась к нему, ее ногти царапали его грудь. Находясь над ним, она была похожа на чувственную нимфу, созревшую, поразительную, созданную для удовольствия. Она давно разрушила его сдержанность и благие намерения. Опять же он потерял всякий контроль, и когда снова скользнул в жесткие рамки от удовольствия до оргазма, он попался в ее ловушку. И он жаждал этого.

Ее взъерошенные светлые волосы качались возле нее, некоторые кончики цеплялись за талию. Волосы покороче, что возле лица, флиртовали с ее напряженными сосками, которыми он все еще не мог достаточно насладиться. Даже сейчас они будто подавали знак.

Обвив вокруг нее руки, он прижал ее к себе, затем притянул ладонью затылок. Другая рука удерживала ее поясницу, заставляя прогнуться. Да… Вот так. Он снова взял языком манящий маленький сосок, его зубы сдавили его ровно настолько, чтобы ужалить. Она зашипела, затем сжала его член.

- Кончи снова.

Он требовал ее удовольствия всю ночь, и она отдавала его с полной энергией. И все равно этого было не достаточно. Теперь он снова должен был увидеть ее, разомкнутые от вожделения губы, когда заставит ее хныкать. Он жаждал почувствовать, как она сжимается на нем и услышать ее, кричащую его имя.

Она охрипла еще час назад, ее плоть набухла до такой степени, что каждый толчок давался с трудом. Люк довел ее до оргазма так много раз, что сбился со счета. Он падал с обрыва в огненную яму удовольствия три раза, каждый раз насыщая ее, упиваясь примитивным желанием пометить ее, что он оставлял без ответа. Необычное облегчение охватывало его каждый раз, когда он изливался внутри нее. Нет, он не мог сделать ее беременной, но будь он проклят, если он не будет насыщать ее в любом случае.

- Люк,- Алисса прорыдала его имя.

Триумф пронзил его, проследовав за безумным желанием отметить ее. Он снова лизнул один из ее сосков, затем другой. Ее киска менялась, стремительно нагреваясь. Тот факт, что она снова была почти готова, заставил его продолжить.

Он приблизил свой рот к ее губам, вынуждая их широко раскрыться под ним, и затонул в них, на сколько это возможно. Такты его поцелуя соответствовали ритмам его толчков, двигая их к разрядке настолько сильной, что, скорее всего, она опустошит их обоих.

Он продолжил это с отчаянной энергией. Его тело готово было сдаться, и он был в ярости. Он провёл часы, проникая в нее, но не вкусил ее крема своим языком, пока бы она не вскрикнула от капитуляции. Он также не разработал дорожку в эту узкую, идеальную попку. Завтра. Нет, позже сегодня. Он сделает то и другое. Но сегодня вечером, погрузившись в ее мокрую киску, он целеустремлённо трахал ее, наблюдая, как она кончает в руках.

- Кончи еще раз, сладкая. Для меня.

Он накрыл ее бедра, пока они полностью не прижались к нему, затем потер ее вверх и вниз своим членом, движениями стимулируя клитор. Алисса изгибалась вместе с ним, ее стоны превращались в хныканье, становились мольбой, затем…

- Лююююююк!

Она кричала его имя, как будто это было слово с двадцатью слогами, поскольку ее влагалище сжало его. Он использовал всю свою силу в руках и ногах, чтобы удерживать ее передвижение. Удовольствие было мучительным, обжигающим, лучше всего, что он когда-либо испытывал или представлял. Ощущения охватили его, сконцентрировавшись в тугую боль в его яичках. Затем он взорвался в оргазме.

Люк обнял ее крепче, схватившись за волосы, обвив рукой ее талию. О, черт возьми. Это поставит его на колени. Уничтожит его. Это росло и создавалось и приближалось, большое, как гора, мощный, как землетрясение.

- Алисса, - выдохнул он.

- О, Боже. Дерьмо. Я не могу … О-о, мой - слиться с ней всеми возможными способами; это стало его основным инстинктом.

Он бросился к ее губам, и целуя ее, нырнул в сладкое тепло. Его сокрушил оргазм. Пока всё в нём разбивалось вокруг его сердца, он сжал ее крепче, зарываясь лицом в ее шею, в то время как шторм бушевал у него внутри.

- Да! Лисс, да. .

Его сердцебиение гремело в ушах, и он чувствовал только ослепляющий экстаз. И Алиссу.

Несколько долгих минуты спустя, истощение накрыло его. Пришло осознание горькой действительности. Она все еще была стриптизершей, вероятно, у нее был и другой возлюбленный. Он все еще должен был найти подходящую жену. И он хотел ее больше, чем когда-либо хотел какую-либо женщину в своей жизни.

Он медленно поднял голову. Алисса гладила его волосы, пытаясь отдышаться.

- Посмотри на меня, - потребовал он.

Она закусила губу и посмотрела на него. Ее лицо покраснело от удовольствия. Его внутренности сжались, наркотические призывы уснуть прошли сквозь его вены.

- Что мы сделали?

Ее рот напрягся. Взгляд стал осторожным.

- Просто трахались.

Были ли они? В самом деле? Поскольку в течение долгих минут-часов-он забыл обо всех остальных женщинах этого мира. Он хотел схватить этот момент и никогда не отпускать.

Сигналы тревоги покинули его голову. Люк знал, что должен что-то сказать.

Прежде чем он смог, сделать хоть что-то еще, истощение накрыло его.

Глава 7

- Ты собираешься рассказать мне, что, черт возьми, произошло? рявкнул Тайлер.

Я влюбилась в кое-кого, кто не может полюбить меня в ответ.

Алисса вздрогнула при этой мысли. Задерживаясь на акте отодвигания жалюзи в Bonheur, чтобы впустить солнце полудня, она пыталась решить, что сказать.

Наконец, она повернулась к нему.

- Ничего.

Это была огромная ложь. Самая восхитительная приятная ночь в ее жизни, приниженная одним банальным словом. И если она еще не успела попасть в ад, ложь отправила бы ее туда.

Он приподнял свои рыжие брови.

- У теней под твоими глазами настолько большие сумки, что в них можно было бы упаковать вещи для поездки в Европу. Как только мы добрались до Сексуальных Сирен этим утром, ты закрылась в своей спальне. Я, черт, слышал, как ты плакала. Мне не нужно быть гением, чтобы понять, что, ты провела прошлую ночь, с этим подвыпившим неудачником, и возможно занималась с ним оральным сексом.

- Слезы не большое дело, - кроме того, что Люк не любит ее.

Они просто трахались, и она скатилась в пучину сильной, застаревшей душевной боли, не имея представления как притормозить.

- Ты не плакала из-за своей матери, но ты рыдаешь из-за этого болвана? Детка, да брось ты.

- Ты никогда не звонила мне в 8.30 утра, если это не была чрезвычайная ситуация. Когда ты пила кофе, я заглянул в твою комнату для гостей. Кровать была не тронута. И в твоем доме есть только одна другая кровать, - Тайлер скрестил на груди руки, его взгляд обжигал злостью.

- Учтя, что сразу после рассвета ты мне звонишь, если случается что-то серьезное. Теперь ты не хочешь мне рассказать, что, черт возьми, случилось?

Этот ублюдок был слишком наблюдательным.

- Нет.

- Ты занималась с ним сексом

Удивительным, неутомимым сексом. Зачем отрицать очевидное?

Алисса подошла к следующему окну, и сосредоточила свое внимание на шторах.

- Черт побери! сказал Тайлер сквозь зубы.

- Он сделал тебе больно?

- Тайлер, просто забудь об этом.

- Нет, черт подери! Если он причинил тебе боль, если он заставил тебя, я выбью из него-

- Нет. Мы достаточно взрослые, и у нас все произошло по обоюдному согласию, и это - конец разговора.

Внезапно, Тайлер пересек комнату, и его руки обняли ее.

Он действительно был ее лучшим другом все эти дни, на него можно легко положиться. Но она была к нему столь несправедлива.

- Ты не можешь быть все время сильной, - прошептал он.

- Скажи мне. Я помогу тебе всем, чем смогу.

Она поднесла свою руку к его щеке.

- Ты не сможешь. Но я ценю тебя гораздо больше, чем ты думаешь.

Он вздохнул и еще крепче сжал ее, наклонившись к ней, и прикасаясь своим лбом к ее губам. Было бы достаточно легко оказаться в постели с Тайлером, который, возможно, смог бы ей помочь, забыть ее сокрушительные чувства к Люку. Алисса никогда раньше не играла в такую игру, но она была уверена, что это было бы бессмысленно.

- Детка, ты должна дать мне нечто большее. Я умираю здесь.

Прежде чем она успела ответить, хлопнула входная дверь ресторана. Задыхаясь, Алисса резко обернулась, приготовившись сказать, что ресторан закрыт для посетителей до завтрашнего вечера. Но это был не просто прохожий, который стоял там. Это был Люк. Он был настолько возмущен, что рвал и метал.

По всей видимости, у Тайлера не существовало такого понятия, как инстинкт самосохранения, потому что, вместо того, чтобы отступить, он еще сильнее сжал ее в объятиях. Она толкнула его в грудь и легонько подтолкнула локтем от себя. Неохотно, он позволил ей отойти, бормоча мерзкое проклятие.

- Какого черта ты здесь делаешь? - спросил его Люк.

Скрестив свои мощные руки на широкой груди, Тайлер выглядел накачанным от ярости.

- Это моя работа. А ты?

- С каких это пор, твоя работа заключается в том, чтобы залезть Алиссе в трусы?

- На самом деле, она носит только стринги.

Алисса ахнула.

- Тайлер!

Люк стиснул челюсти, сжал кулаки. Выяснить отношения можно было бы в туалете, если бы не вмешалась Алисса.

- Прекратите, вы оба. Тайлер, ты можешь оставить нас наедине на несколько минут?

- Я не сдвинусь с места, чтобы у него не было шанса обидеть тебя.

Люк выпрямился и зашагал по комнате.

- Я бы никогда не причинил ее боль. Никогда.

- Но тебя, я бы поколотил, ради удовольствия.

- Давай же, придурок.

- Прекратите! - закричала Алисса.

- Сегодня нам есть чем заняться, но выбивание вами дерьма друг из друга, в эти планы не входит.

Она посмотрела на Тайлера, с мольбой в глазах.

- Все будет в порядке. Пожалуйста … Ты окажешь мне большую услугу, если заберешь мое платье от портного.

Выдергивая свои ключи из кармана джинс, Тайлер стиснул зубы, он был охвачен яростью.

- Если тебе что-нибудь понадобится, и если он тронет хоть один волосок на твоей голове, позвони мне. Ты знаешь, я здесь ради тебя.

Она кивнула. Его преданность, едва не довела ее до слез. Почему она не может любить его так, как он любил ее? Жизнь была бы куда менее сложной. Но ее жизнь, никогда не была легкой.

- Спасибо, - пробормотала она.

Когда он подошел ближе, на его лице торжественно читалась его преданность и забота. Затем он взял ее лицо в свои руки и приложился к ее губам нежным поцелуем. Через секунду, он исчез.

Теперь, они с Люком, были совершенно одни. Тишина была оглушительной.

- Ты пришел рано, - сказала она, чтобы нарушить ее.

- Другие уже сделали большую часть подготовительной работы, на кухне, так что ты должен -

- Перестань. Он подошел к ней, невероятно близко.

- Когда я проснулся в одиночестве, я беспокоился о тебе, но ты покинула постель еще до того как она остыла, чтобы бежать к нему?

Алисса расхаживала по комнате. Как он только посмел подумать, что она могла прыгнуть в постель к Тайлеру, после того, что произошло между ними ночью? Она была в ужасе, от того, что доверила свое сердце человеку, который никогда не сможет по-настоящему любить ее, и еще он думал, что она сбежала к очередному любовнику.

Это лишь подтвердило то, что, независимо от того, насколько близки они были вчера вечером, насколько укрепились ее чувства к нему, для него ничего не изменилось. Она не могла отдать свое сердце тому, кто не уважает ее. Тому, кто, вероятно, оставит ее через пять дней и, уходя, даже не обернется.

- Разве мы не просто трахались? - с вызовом спросила она.

Он последовал за ней и схватил ее за руку.

- Черт побери, отвечай на мой вопрос.

- Ты думаешь, что я способна прыгать из твоей постели, в его? То, что я настолько ненасытна, что мне не хватило того, чем мы занимались прошлой ночью и сегодня утром?

Люк ничего не ответил, он просто стоял и смотрел на нее сверкающими глазами.

- Я не хочу так думать. Боже, женщина. Ты опаляешь мою кожу. Это было удивительно. Я надеялся проснуться этим утром и снова заняться сексом. Но ты даже не спала рядом со мной, не так ли? Я отвернулся всего на несколько минут, и, повернувшись, обнаружил, что тебя уже нет. Теперь я узнаю, что ты была с Тайлером, он обнимал . .

Он взглянул на часы.

- Три часа. Я вхожу, и он обнимает тебя. Черт возьми, он поцеловал тебя.

- Это было по-дружески! - возразила она.

- По-дружески, да, - Люк хмыкнул.

- Я уверен, что у него, к тебе только платонические чувства.

- Я не контролирую его чувства, только свои. Для меня, они только платонические, веришь ты этому или нет.

- Назови мне причину поверить в это, - его темные глаза умоляли ее.

- Ты выглядишь обессилившей. Первое, что я слышу из его уст, это призыв к тебе позволить ему больше, потому что он умирает. Из чего следует, что ты позволяла ему что-то раньше.

Алисса закрыла глаза. Возможно, в Люке говорила ревность — по крайней мере, частично. С другой стороны… Он никогда не собирался менять свое мнение о ней, и независимо от того, насколько она будет заботливой, насколько искренней в выражении своих чувств, насколько целомудренной с любым другим мужчиной, он бы никогда не поверил ей, что она не шлюха.

- Стоя здесь, я могу честно сказать тебе, что в последние три месяца, я дважды занималась сексом, и оба раза с тобой. Можешь ли ты мне сказать то же самое?

Люк сделал паузу и сглотнул. Его темные глаза вспыхнули от чувства вины. Его безмолвный ответ, отозвался в ней болью. Горечь наполнила ее рот.

- Три месяца назад я был в отношениях.

Помогая своему двоюродному брату трахать его будущую жену красавицу. Он обидел Алиссу тем, что покинул ее постель ради Кимбер, и никогда не оглядывался назад. Пока Дик не отстранил Люка от этого дела.

Внезапно, Люк сделал паузу, затем нахмурился.

- Ты и Тайлер… вы встречались?

Не имело значения, что она сказала ему. Он никогда не поверит ей.

- Скажу тебе так - ты рассказываешь мне обо всех деталях, когда ты был в отношениях с Кимбер, и тогда я пролью свет на свои тайны. По рукам?

Его лицо замкнулось.

- Здесь нечего обсуждать.

Алиссе не нужно было знать всю историю, чтобы понимать, что он лжет.

- Так ты не трахал её, после того как покинул мою постель?

Люк закрыл глаза, тревожно напрягая лицо, заставляя ее душу кровоточить.

- Этот разговор не о том, что я делал или не делал с Кимбер.

- Тогда почему он о том, что я делала или не делала с Тайлером?

- Три месяца назад, мы не давали друг другу каких-либо обещаний, - отметил он.

- Прошлой ночью, мы также, ничего не обещали друг другу, - Алисса бросила ему в ответ.

- Ночь секса не дает тебе права, вникать в подробности моих отношений с Тайлером.

- И после такого разговора, прошлая ночь, проведенная с тобой, была ошибкой, которую я не буду повторять.

Его глаза вспыхнули от ярости, и он протопал через всю комнату.

- Как в аду.

- По какой-то причине, ты прошла через множество неприятностей, чтобы соблазнить меня. Миссия выполнена. Просто потому что прошлая ночь прошла, не значит, что между нами все кончено.

Слова Люка были произнесены, как обет, и внутренности Алиссы задрожали. Она все еще хотела его, но они больше не могли продолжать быть вместе. Еще прошлой ночью, она поняла, что, чем дольше она будет оставаться в его объятиях, тем сильнее он разобьет ей сердце. В течение многих месяцев, она навыдумывала себе, что между ними существует связь.

Она хотела от него гораздо большего, чем просто секс. Теперь она знала, вне всякого сомнения, что сильная тоска не работает в обоих направлениях.

- Ошибаешься, Ромео. Прошлая ночь была замечательной, но ты уже в других отношениях, и я не вписываюсь в твое будущее.

Она пожала плечами.

- Жажду утолили. Двигаемся дальше.

- Черта с два, - зарычал он.

- Ты говоришь, что у тебя теперь новая жажда, на этот раз для Тайлера? Это то, что было сегодня утром?

Алисса получила то, что он мог подумать. Если бы мужчина также быстро исчез из ее постели, и она бы нашла его в объятиях другой женщины, даже если это было бы утешением, она была бы смущена и расстроена. Несмотря на ревность Люка и то чувство, что он испытывал к ней, это не приводило к чему-нибудь прочному.

И если она постоянно будет делиться с ним своим телом, она никогда не получит свое сердце обратно. Что-либо меньшее, чем взаимность с его стороны, разрушит ее.

- Речь идет не о Тайлера. Да, я потратила много усилий, чтобы соблазнить тебя, но когда ты приехал, ты сказал, что секс между нами не был шикарным. Позволь мне признаться, что ты был прав.

Она посмотрела на свои часы.

- Миса будет здесь через пять минут, и она будет ждать твоих распоряжений. Через час прибудет остальная команда. Ты должен будешь готовить каждую минуту. Сегодня вечером, в ресторане, мы ожидаем аншлаг.

Мгновение спустя, она услышала, как хлопнула дверь автомобиля. Тайлер вернулся в рекордные сроки. Она промчалась мимо Люка, направившись к входной двери ресторана.

Он схватил ее за руку и притянул поближе.

- Куда ты идешь?

Она резко дернула, высвободила свои руки и бросилась к двери. Люк не хотел ее … но он также не хотел, чтобы у нее был кто-то еще. Алисса больше не будет играть в эту игру. Она надеялась, что возвратив ему его собственное заблуждение, она отдалит их друг от друга на некоторое расстояние.

Улыбнувшись, она язвительно заметила:

- Может быть, сейчас самое время, чтобы кто-то другой потискал меня.

Обслуживание был доведено до совершенства. Вечер был безупречный. Душный полдень сменился прохладным вечером, и Алисса распахнула двери в патио, привнося внутрь наружную свежесть. Еда была безукоризненной, нанятые Алиссой помощники великолепны. Ни намека на недожаренный стейк или переваренные овощи. Обслуживающий персонал был почтительным и подготовленным. Все гости улыбались - и у Bonheur уже было много забронированных столиков на будущее.

Как специалист Люк не мог быть счастливее.

Лично для него, глотать гвозди было менее болезненным, чем заставить ярость, бушующую внутри него, затихнуть.

Он находился недалеко от кухни, без дела слоняясь по залу, наблюдая за некой великолепной блондинкой… Там. Она переходила от одного столика к другому, изящно покачиваясь, ее элегантное черное платье идеально обнимало ее превосходное тело. Ее волосы были убраны классически и женственно. Небольшие бриллианты поблескивали на ее ушках и запястье. Утонченно, изыскано. Идеально подходя для этой атмосферы. И она, по-прежнему, вызывала у него дикую эрекцию.

Любезно улыбаясь, Алисса остановилась у следующего столика, занятого гостями, принимая объятия этой пары. Их малышка ухватила своими ручками длинные волнистые волосы Алиссы, и та, улыбнувшись, поцеловала лоб маленькой девочки. Вид ее ласкового жеста потряс Люка. Он испытал ощущение, которое можно было назвать только сильнейшей тоской. Боже, что за невыполнимое желание.

Просто потому, что Алиссе понравился ребенок, не значит, что она захочет своего собственного. Или станет такой же замечательной матерью, как была у него. Кроме того, даже если, в конце концов, окажется, что она обладает задатками настоящей матери, Алисса была не той, что ему нужно. И путь к отцовству и материнству не будет для них легким.

Кроме того, Тайлер испытывал сейчас к ней неодолимое желание. И Люк был один - стараясь не чувствовать смятения и боль, скручивавшие его внутренности.

Мгновение спустя, Алисса вышла наружу, останавливаясь под внешним освещением, чтобы поприветствовать пожилую супружескую пару. В пяти футах от нее, Тайлер, подмигивая, смотрел на нее.

Чем они занимались, проводя день вместе? Если это было то, чего Люк так боялся, то это была его вина. Он оттолкнул ее, своими обвинениями и поведением? Какого черта, ведь они могли наслаждаться временем, проведенным вместе и просто заниматься сексом?

Поскольку, ничто между ними не было простым. Он не мог касаться Алиссы и ничего не чувствовать. Это дерьмо пугало его.

Кто-то помахал, привлекая его внимание, он поднял голову, и увидел, стоявшую рядом Кимбер, неуверенно улыбающуюся и с поднятой рукой. Беременную.

Обида кольнула его. Дик жил жизнью, о которой мечтал Люк, с прекрасной женой, которая никогда не откажет ему в своем теле или не скажет ему, что у нее есть кто-то еще для интимных отношений. Она понимала эмоциональные проблемы Дика, и была терпелива, пока он не научился их преодолевать. Алисса… Что бы она подумала, если бы узнала о его невозможности иметь детей? Пожмет плечами - или посчитает его менее мужественным?

Вздохнув, Люк направился к Кимбер, и к своему двоюродному брату.

Дик встал и протянул руку.

- Хорошая работа. Еда была невероятной.

- Ты всегда готовил изысканные блюда, когда жил со мной, но на этот раз, ты превзошел даже самого себя.

- Супер восхитительно, - улыбнувшись, добавила Кимбер.

Люк пожал Дика за руку, потом обнял Кимбер.

- Благодарю вас. И поздравляю.

Он заставил себя посмотреть на Кимбер и задумался над сказанными словами. Он был счастлив за нее. За Дика. Однажды, он найдет свое идеальное будущее, чтобы избавиться от удушающей зависти.

- Спасибо, - пробормотала она.

- Мы ужасно волнуемся.

- Так и должно быть.

Дик просиял от радости.

- Я сделаю все возможное, чтобы быть прекрасным дядей и буду портить ребенка как сумасшедший.

Кимбер улыбнулась и обняла Люка.

- Ты такой замечательный человек, я не сомневаюсь, что ты сможешь добиться успеха.

- Ты закончил с готовкой? - спросил Дик.

Люк кивнул.

- Около десяти минут назад, закончил с последним заказом.

- Хорошо. Присядь. У нас есть некоторое оборудование, которое нужно обсудить.

- На этой ноте, я откланяюсь в дамскую комнату. Я уже провела три часа, глядя на это оборудование, в течение всей поездки. Хороший материал. Я надеюсь, что с Алиссой все будет в порядке.

Не задумываясь, взгляд Люка искал эту женщину. Она проходила через внутренний дворик, ночной ветерок шевелил светлые локоны на ее шее. Заставляя его страстно стремиться к ней.

Но он должен был вернуться своими мыслями к настоящему.

Как будто недостаточно, что их сексуальная жизнь, была чертовски неудачной, у Алиссы был некто, угождавший ей. В этой связи Люк был рад, что Тайлер старательно выполняет свою работу. Даже если Люку и не нравилось, что другой мужчина смотрел на Алиссу, как будто она была ужином и десертом одновременно.

Дик посмотрел на него, потом на Алиссу. Затем перевел взгляд обратно.

- Что происходит между вами двумя?

Люк начал обходить вопрос. Но затем он остановился. Уклониться от этого … от происходящего между ним и Алиссой не было решением вопроса. И это тоже было необходимо; он знал. Почему он не мог справиться с этой проблемой?

- Я не знаю. Она …

Он потер лоб, подбирая нужные слова.

- Под моей кожей.

- Тот парень её телохранитель? - Дик кивнул на Тайлера.

- В каком-то роде, да.

Дик поднял брови.

- Он выглядит так, как будто хочет сделать с ее телом гораздо больше, чем просто охранять его.

- Я уверен, что Тайлер уже сделал это.

Иначе, почему она позволила ему, поцеловать ее? Почему у него есть ключи от ее дома? Почему разрешила смотреть на ее обнаженное тело? Прикоснуться к ней на публике?

Наклонившись, Дик смотрел на Люка долго и упорно. Он сглотнул, и был уверен, что его кузен мог видеть его насквозь.

- Если я не ошибаюсь, на днях, у тебя было повторное сексуальное представление с Алиссой.

Это так очевидно?

- Ну и что?

- Значит, тебя не волнует, что она трахает и его, тоже?

Люк сжал своими руками скатерть в кулак. Он понимал, что тот имеет в виду, но, черт возьми, Дик, в любом случае все узнает.

- Это чертовски, выводит меня из себя. В последнее время, меня все чаще посещают мысли, разбить каждую косточку в теле этого громилы.

- Она значит для тебя гораздо больше, чем простое траханье? - Дик казался удивленным.

Как же Люку хотелось уйти от ответа на этот вопрос, но он не мог.

На самом деле, он спрашивал себя о том же самом.

- Я сам не понимаю. Она - все что мне нужно. Сомнительная профессия, полное отсутствие скромности, такая чертовски независимая. Вероятно несколько любовников, - Люк зарычал.

- Я не вижу ее в роли счастливой женщины, с кольцом на пальце, детьми на руках и живущей при этом в пригороде.

- Но ты не знаешь, так ли это все на самом деле?

- Нет, - признался он.

- Позволь мне спросить тебя кое о чем. Ты когда-нибудь ревновал, наблюдая за мной в постели с Кимбер?

Люк помолчал. Но ответ был прост.

- Нет. Хотя я долгое время желал, быть полностью вовлеченным в отношения с вами двумя.

- Я не мог просто стоять и наблюдать, как ты прикасаешься к ней, - признался Дик.

- Каждый раз, когда ты касался ее, я думал, что это, чертовски убивает меня. Как это отличается от того, что ты чувствуешь, когда Тайлер поддерживает Алиссу?

- Я знал, что ты не навредишь Кимбер, - Люк уклонился от ответа.

Неужели он действительно полагал, что Тайлер сможет причинить Алиссе боль, когда тот наоборот, так старался охранять ее?

- Ладно, забудь об этом парне. Что насчет Джека Коула? Если бы Морган не было в его жизни, ты бы смог разделить Алиссу с Джеком? Он износоустойчивый парень, и я уверен, что это будет не первый его раз, когда он занимался с ней сексом. Конечно, это было несколько лет, -

- Заткнись, мать твою, - проворчал Люк.

Образ Джека Коула, раскрывающего свои цепи и манжеты, и раздающего Алиссе команды, пропустил его кишки через мясорубку.

Правда была в том, что он не хотел, чтобы кто-то другой касался ее.

- Ладно, ладно.

Дик поднял руки.

- Но поверь мне на слово. Когда у тебя есть чувства к женщине, ревность, это нормальное состояние на твоей территории.

Он встал, когда подошла его жена.

- Особенно тогда, когда женщина прекрасна. Все в порядке?

- Замечательно.

Затем она нахмурилась, посмотрев на Люка.

- С тобой все в порядке?

Нет. Оставив, это Дику он отринул тот факт, что чувствовал больше, чем вожделение к Алиссе. Какого черта он должен был делать?

- Прекрасно, - он сделал все возможное, чтобы голос звучал искренно… и знал, что не достиг цели.

- У меня назначено следующее посещение врача в течение нескольких недель, а Дика не будет в городе. Ты мог бы отвезти меня? - спросила Кимбер.

- Как долго ты пробудешь здесь?

Жаль приглашения, и он был в таком отчаянии, чтобы ухватиться за это. Любое, даже самое малое участие в жизни ребенка Дика и Кимбер, скорее всего, было большим, чем когда-нибудь будет у него самого. Особенно если он продолжит игнорировать Эмили и преследовать Алиссу как идиот.

Благослови Кимбер за заботу о том, что он чувствует. Он привлек ее к себе для долгого объятия.

- Я бы с удовольствием. Я здесь только до четверга.

- О, всего несколько дней.

Она улыбнулась.

- Это здорово!

Дик хлопнул его по спине, и послал ему многозначительный взгляд.

- Максимально используй их.

Сразу после полуночи, Алисса закрыла двери Bonheur. Груз упал с ее плеч. Вечер прошел с огромным успехом, и каждый, кто пришел сегодня, сказал, что еда и обслуживание были впечатляющими. Все снова хотели вернуться сюда, и она, наконец, поверила в свое будущее, в котором ей больше не придется снимать с себя одежду для посторонних лиц. Вечер действительно, прошел очень хорошо.

Кроме наблюдения за Люком с Диком, и Кимбер. Казалось очевидным, что у сексуального шеф-повара остались чувства к красавице-жене своего кузена. Он обнял ее и посмотрел ей в глаза.

Данный момент не казался сексуальным, но они были в общественном месте. И Дик, якобы больше не разделял свою жену. Тем не менее, эти объятия расстроили Алиссу.

Была ли другая женщина причиной того, что Люк не мог дать ей большего?

- Ты готова идти? спросил Тайлер, кружась около нее, как и весь прошедший вечер

- Я отвезу ее домой, - сказал Люк, появившись за ее спиной.

- Это моя работа.

Тайлер скрестил руки на груди, и надел злобное выражение на лицо, так же плотно, как и свои кожаные штаны. Люк проигнорировал его. Вместо этого, он повернулся к ней, с торжественным выражением на лице.

- Я бы хотел, отвезти тебя домой. Нам нужно поговорить.

Она заколебалась, и он немного поднажал на нее.

- Пожалуйста.

Что он хочет? Если она согласится, то рискует продлить свои мучения. Но если она ему откажет, то никогда не узнает, что он хотел ей сказать. А что, если он собирается и дальше ругаться и спорить? Или может, опять просто заняться сексом. Она вздрогнула.

- Хорошо.

Она избегала смотреть на Тайлера.

- Я собрала твои вещи. Они у меня в холле. Гомер ждет тебя.

Тайлер улыбнулся на это. В то время, как на лице Люка читалась боль. Для сохранения ее душевного равновесия, она должна была отправить Люка, пожить к Гомеру в гостиницу, но вот сказать ему об этом, ей стоило бы, когда они останутся одни.

- Прекрасно, - огрызнулся он.

Говоря ей тем самым, что это действительно было не лучшей ее идеей.

- Ты уверена, что хочешь поехать с ним? спросил Тайлер, явно подыскивая любой повод, чтобы иметь преимущество перед Люком.

- Я могу последовать за вами, чтобы удостовериться, что он не создаст тебе лишних проблем.

Она одарила его деловым, пристальным взглядом.

- Он шеф-повар, а не серийный насильник. У меня все будет в порядке. Мы поговорим завтра.

Нахмурившись, он подплыл к ней. Но Люк стоял ближе, поэтому опередив Тайлера, подошел к ней, и обнял ее рукой за талию. Она проигнорировала тихие проклятия Тайлера. Она заперла дверь ресторана и позволила Люку проводить ее к своему внедорожнику. Его прикосновение задержались на ее талии, и она старалась не замечать свои дрожащие колени. Как только они выехали на дорогу и ночной воздух начал гулять по ее красивым волосам, она повернулась к Люку.

- Выкладывай. Так о чем ты хотел со мной поговорить?

- Обо всем.

У Алиссы закралось смутное подозрение, что Люк собирался уговорить ее, чтобы она снова оказалась с ним в постели. Но он выглядел таким озабоченным, а она была настолько уставшей.

Хотя она должна была поощрить его к откровенному разговору, она действительно не знала, что сказать, что не привело бы ее к откровенным признаниям в ее глубоких чувствах к нему, окажись они обнаженными и сплетенными вместе.

- Я устала, и уже поздно, - умоляла она.

- Это не может подождать до завтра?

- Чтобы извиниться, мне нужно всего лишь несколько минут твоего времени, не больше.

Покачав головой, она посмотрела на него, не сказав ни слова. Он сглотнул, его длинные темные волосы развевались на ночном ветру. Он выглядел великолепно, настолько умелым и чутким, что она влюблялась в него все больше.

- Не смотри на меня так удивленно, пожалуйста. Я уже несколько часов думаю о том, что произошло между нами. Я был неправ, когда взбесился этим утром, на твой отъезд к Тайлеру. Это не мое дело. У тебя есть своя голова на плечах, и потом он работает на тебя…..

Люк пожал плечами.

- Я не буду лгать тебе и говорить, что мне нравится, как он смотрит на тебя, хотя это не так. Я сомневаюсь, что его мысли носят чисто профессиональный характер. Я также не буду лгать и говорю правду, что мысли о тебе рядом с ним, сводят меня с ума.

Люк сильнее вцепился в руль.

- Но, в то, что происходит между вами двумя, я не имею права вмешиваться.

Итак, он уже не гневался, и зная, что разозлил ее, соответственно принес свои извинения. Но…

- Другими словами, это не твое дело, если я трахаюсь с Тайлером, но ты все еще думаешь, что я это делаю. И постараешься не рычать на меня по этому поводу?

- Это не имеет значения, что я думаю. Это твоя жизнь, и я не имею права диктовать тебе, как жить. У нас осталось всего четыре дня. И Я предпочел бы провести это время не в ругани, а наслаждаясь тобой.

- Так значит, мы должны оставить позади все наши волнения, чтобы оставшиеся четыре дня трахаться как кролики?

Боже, почему ему просто не ударить ее в лицо, вместо того чтобы медленно вонзать нож в ее сердце?

- Я имею в виду, что ты права. Я не был монахом, когда мы впервые встретились, и это неправильно было с моей стороны ожидать, что у тебя нет своей личной жизни. Я не знаю, есть ли в действительности что-то между тобой и Тайлером. Я не осуждаю тебя. Я просто говорю, что предпочел бы провести время с тобой, и не важно, будет это секс или что-то другое, чем просто ссориться.

Он вздохнул, и уставился на нее темным загадочным взглядом.

- Ты удивительная женщина. Я хочу больше узнать тебя.

Хороший парень или игрок? Это было проблемой. В глубине души она не знала Люка. Либо он искренне извинялся, что его неуместная ревность взяла над ним верх; либо он говорил то, что думал, что она хочет услышать, надеясь, что это заставит ее сбросить одежду и раздвинуть свои ноги. В любом случае, он не сказал ничего эмоционального… но это был первый раз, когда он добивался ее. Может ли это к чему-нибудь привести?

- Мне бы действительно хотелось, чтобы ты поверил мне, что у меня не было сегодня секса с Тайлером.

Люк пожал плечами.

- Ты не должна мне ничего объяснять.

- Не должна, - согласилась она.

- Но я хочу знать, что ты действительно думаешь.

Наверное, это было бессмысленно, но ее раздражало, что она была одной из его женщин, которые его окружали. Он промолчал, и казалось, погрузился в свои мысли, перебирая их.

- Ты слишком зациклен на своем будущем, чтобы смотреть так далеко вперед, когда твое счастье открывает свои двери.

Слезы захлестнули ее. Он добился своего. Он получил ее! Это было только начало.

Алисса закусила губу, чтобы сдержаться. Проклятое истощение делало ее сентиментальной, и это дерьмо нужно было остановить. Он сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

- Точно. Мне жаль, что я подвергаю тебя лишнему напряжению.

- Прости, что исчезла сегодня утром. Я должна была оставить записку или что-нибудь, чтобы объяснить…

Что? То, что она была слишком поражена их проведенным временем вместе и потеряла свое сердце?

- То, что ты была слишком взволнована? - предположил он.

Это было столь же хорошее оправдание, как и любое другое. Она кивнула.

- Я понимаю.

Он немного наклонился к ней, смотря на нее заинтересованный взглядом, нахмурившись.

- Ты ужинала?

Она отсортировала события этого вечера, затем покачала головой.

- Ланч?

Нет, она была слишком занята своим появлением сегодня, чтобы оно было идеальным, и ей просто некогда было волноваться о своем питании.

- Я пропустила его.

- Завтрак?

Его голос звучал недоверчиво.

Алисса вздрогнула. Вспомнив, как утром она свернулась калачиком на своей постели в Сексуальных Сиренах, выплакав все глаза.

- Черт возьми! Ты совсем не заботишься о себе. Ты хотя бы спала сегодня?

Потому что Господь знал, Люк убедился, что она не заснула прошлой ночью. Она снова тряхнула головой. Мгновение спустя они подъехали к ее дому. Он выпрыгнул из машины и одним стремительным движением обошел внедорожник, чтобы открыть ей дверь.

Усталость окончательно подкралась к ней, и она, спотыкаясь, вышла из автомобиля - прямо в его объятия. Он притянул ее к себе, делая вид, что она действительно имеет для него значение, и она позволила себе расслабиться, и ощутить безопасности и тепло, исходящее от его тела.

- Ну все!

Он был сыт по горло.

- Я знаю, тебе не терпится выгнать меня, но ты должна позволить мне, позаботиться о тебе.

Если бы она сделала это, она бы снова оказалась голой рядом с ним, позволяя ему глубоко проникать в ее тело, в ее сердце.

- Люк…

- Или ты хочешь сказать, что я не стою твоего внимания и уважения. Ключи?

Он протянул свою руку.

Алисса колебалась. Как было бы прекрасно позволить Люку позаботиться о ней еще несколько минут. Она всегда за все отвечала сама - с того самого дня, как ушла из дома. Прямо сейчас позволение ему принять на себя ее заботы звучало как смехотворно-чудесная фантазия. Опасаясь, что она будет сожалеть о своем решении, но, не желая уходить, она уронила ключи в ладонь Люка.

Глава 8

Как только Люк закрыл ключом дверь с внутренней стороны, он наклонился и привлек ее в свои объятия. Она прильнула к его шее, и мужской аромат сосны, мускуса, и мыла, окутали ее тело. Хорошо, что он держал ее, потому как ее колени подогнулись.

- Ч-что? - пробормотала она.

- Что ты делаешь?

Он открыл дверь и остановился, чтобы отключить сигнализацию. Когда писк прекратился, он пошел на кухню и усадил ее на мягкий диван. Он достал одеяло, которое всегда лежало не спинке и спасало в холодные утренние часы, и накинул ей на ноги.

- Ты в порядке?

- Устала больше, чем я думала…, - пробормотала она.

Боже, она не была даже уверена, что ей хватит сил на то, чтобы самостоятельно раздеться, при том, что если она уснет в этом платье, она полностью испортит его.

Вздыхая, девушка попыталась встать на ноги. Люк опрокинул ее на спину вниз. Ей не хватило сил и воли, чтобы сопротивляться, она откинулась на подушки с мятежным выражением на лице.

- Никуда ты не пойдешь.

- Мне нужно переодеться и смыть макияж.

- Не надо, не прямо сейчас. Дай мне пять минут. Просто посиди здесь, немного. Я тоже могу быть полезным.

Она понятия не имела, что он собирается делать, и слишком устала, чтобы спорить.

- “К”.

Когда ее глаза закрылись, она услышала его шаги, когда он отходил от нее. Следующее, что она почувствовала, это как Люк слегка покачивал ее.

- Алисса?

- Хм.

Она что заснула на диване, а он … что? Смотрел?

Запах еды ударил ей в нос, и ее желудок заурчал в ответ. Она открыла глаза, и увидела яйца, тосты и немного фруктов в йогурте на тарелке рядом с ней. Прежде чем она успела спросить, он достал тарелку и поставил на колени, послав на нее мрачный взгляд.

- Ты должна поесть. Кроме того, ты не должна больше проводить целый день без еды и сна. Теперь, открой рот.

Люк выглядел так, будто речь шла о бизнесе. В глубине души она была тронута. Он что, пытается заставить ее влюбиться в него еще сильнее? Даже в моменты наибольшей заботы, Тайлер никогда не стал бы готовить для нее. Он для себя-то едва готовил. Да, это была профессия Люка, но тот факт, что он занимался этим, почти не выспавшись и проведя на ногах весь вечер, растрогало ее.

- Я в состоянии покормить себя.

Она потянулась за вилкой.

- Я уверен, что ты сможешь сделать это, начиная приблизительно со своего первого дня рождения. Но я, частично виноват в твоей усталости и твоем голоде. Позволь мне.

Она не согласилась с его суждением. У нее была некоторая возможность слегка перекусить в клубе или найти несколько минут, чтобы отдохнуть, прикрыв глаза, если бы она действительно этого хотела. Она была большая девочка. Но Люк всю вину взвалил на свои плечи. Когда-нибудь он сделает какую-то женщину счастливой и этот факт, не заставит ее плакать.

- Алисса?

Слишком голодная и слишком уставшая, чтобы спорить, она открыла рот. Воздушные яйца с сыром и чем-то пряным коснулись ее языка. Ох, затем лук, помидоры, грибы - так восхитительно приготовленные, что таяли во рту. После них последовал кусочек тоста, намазанного маслом, несколько ложек ягод, политых йогуртом. Полнейшее блаженство.

- Почему? - спросила она, жуя.

- Ты, ведь, тоже сильно устал. Чувствуешь себя виноватым?

Он помолчал, потом опустил вилку и пристально посмотрел ей в глаза.

- Мне жаль, если я огорчил тебя и испортила тебе день. Но я заботился о тебе не из чувства вины.

Коварная надежда закралась внутрь. Алисса открыла рот, чтобы задать вопрос.

Он положил палец на него.

- Ш-Ш-Ш. Не сегодня. Мы разберемся с этим завтра.

Люк был прав. Они не смогут решить свои проблемы и понять, что происходит между ними, когда они оба так близки к истощению. Не в ее правилах было откладывать на завтра то, что должно быть сделано сегодня, но она увидела в словах Люка логику. И еще ей захотелось прожить в этой фантазии хоть на мгновение дольше. Кивнув, она открыла рот, и он протянул ей следующую порцию.

Когда ее тарелка опустела, он откинул ее волосы назад и заправил за уши.

- Ты все еще голодна?

- А что насчет тебя?

- Я поел перед приготовлением обеда. Я в порядке.

Равнодушный мужчина не позволил бы ей беспокоиться о нем, но Люк настоял на том, чтобы позаботиться о ней. Это было преступное удовольствие. Все равно, что объедаться мороженным, которое она никогда не могла себе позволить, если по-прежнему хотела влезать в свою одежду. Но один раз… только в этот раз, это было так, чертовски вкусно.

- Ты достаточно поела? - спросил он.

Алисса положила руку на живот.

- Наелась.

Он нежно улыбнулся, и ее сердце перевернулось. Как легко было влюбиться в него… Как глупо.

- Хорошо, - Люк помог ей подняться.

Когда она покачнулась, он посмотрел на ее ноги и нахмурился.

- Что? Спросила она

Качая головой, Люк наклонился к ней и снял с нее туфли. Ааа… Облегчение было сродни оргазму. Она не догадывалась, как сильно болят ее стопы. Новые туфли были кошмаром, но она настолько устала к окончанию вечера, что перестала замечать боль в ногах.

- Так больно, да? - Люк выругался и снова поднял ее к своей груди.

- Я могу ходить, - настаивала она.

Он пристально смотрел на нее, и ее взгляд попал в сети этих темных, непостижимых глаз.

- Да, но ты не должна. А сейчас включи сигнализацию.

Когда они проходили мимо клавиатуры, он остановился и позволил ей ввести код. Как только все было сделано, он убедился, что дверь заперта, затем поднялся по лестнице.

- Я слишком тяжелая,- настаивала она.

Люк усмехнулся.

- Однажды я провел лето, таская стофунтовые мешки с зерном вверх и вниз в погрузочный док, по одному на каждом плече. Твой вес для меня как ветерок. Сладкий обманщик. Она улыбнулась и закрыла глаза, наслаждаясь близостью и заботой. Боже, это было так хорошо. Но она не сомневалась, что завтра заплатит за это каждым кусочком своего сердца.

***

Люк подвинулся, глубже зарывшись в высокой удобной кровати. Пахло чем-то хорошим, словно персиками и корицей. Хмм. И рядом с ним покоилось теплое женское тело, такое расслабленное, полностью доверившееся ему. Решив проверить, он провел рукой - и почувствовал пышные бедра под своими пальцами.

Его утренняя эрекция подскочила от многообещающей, до требовательной.

Он открыл глаза и взглянул на бледные стены, занавески, тени позднего утра. Сверкающие платиновые волосы и мягкое, ритмичное дыхание.

Алисса.

Внутри него все сжалось от возбуждения, тревоги и растерянности.

Что, черт возьми, вчера произошло? После их умопомрачительного секса он отключился, затем внезапно пробудился, как только понял, что Алиссы не было рядом с ним в постели. Она не отвечала на свой мобильный телефон, и его тревога росла. Когда он несколько часов спустя разыскал ее в “Bonheur”, то обнаружил ее в объятиях Тайлера. Собственнический инстинкт Люка включился на полную мощность. Он почти сошел с ума от ревности.

Люк не понимал этого чувства по нескольким причинам. Во-первых, он не лгал, когда говорил, что казалось маловероятным, будто Алисса позволила своему вышибале трахать ее тогда днем. Люку потребовалось некоторое время, чтобы прийти к такому выводу, но он знал, что это правда. Алисса была слишком амбициозной, чтобы рисковать открытием “Bonheur” ради своей очаровательной попки.

Это, по-прежнему, не облегчало его раздражения, потому что Люк сомневался, что их отношения были платоническими. Тайлер не оставался бы, если бы не получал что-либо, так что, вероятно, в любой другой день вышибала имел бы Алиссу обнаженную и распростертую для своего удовольствия. Крепче обняв ее сонную фигуру, он попытался отбросить видение прочь. Люк не мог понять, почему его заботит, кто трахает Алиссу.

Вспоминая все свои отношения за последнюю дюжину или около того лет - большинство из них ménage - он никогда не чувствовал в себе желания схватить девушку и удерживать ее в полном своем распоряжении. Сейчас он едва мог сдержать этот порыв.

Когда у тебя есть к женщине чувства, вполне естественно появляется ревность.

Чувства, предположил Дик. И у Люка оставалось всего несколько дней, чтобы понять их. Вчера она отстранилась. Он на самом деле почувствовал появившуюся дистанцию межу ними. Эта вызывало у него смутную панику, причины которой он не понимал. По окончании этой недели он, скорее всего, никогда больше не увидит Алиссу снова. Как он мог включить ее в свою жизнь, если она не вписывалась в его предполагаемое будущее? Ничего в ее внешности или поведении не было такого, что давало бы возможность сказать про нее “будущая мать”, особенно из-за ее отношений с собственной матерью. И если бы он пошел на операцию интрацитоплазматической инъекции сперматозоидов или они обратились бы в банк спермы, беременность при ее профессии была подобна смертельному поцелую. Да, у нее был “Bonheur”, и она могла бы управлять рестораном будучи беременной… но она все еще проводила много времени в “Сексуальных Сиренах”. Кроме того, один взгляд на нее, и искусственное оплодотворение - последнее, что приходило на ум. Он не видел другого варианта, кроме как выкинуть Алиссу из своих планов, с тем чтобы, когда он вернется в Восточный Техас, он мог сосредоточиться на Эмили, и своих мечтах об отцовстве.

Проблема была в том, что он на самом деле любил Алиссу. Как женщину. Как человека. И все, что у них было, это был не просто секс. Хуже того, вчера вечером, он получил странное удовольствие, заботясь о ней. Она так чертовски тяжело трудилась, претворяя в жизнь потребности своего бизнеса и своих сотрудников, прежде чем увидеть результаты.

Как только он уйдет, кто будет заботиться о ней?

Тайлер.

Боже, даже имя этого человека обжигало, будто кислота в кишечнике. Он зажмурил глаза. Какого черта он так завидует другому мужчине, когда сам был тем, кто лежал обнаженный рядом с ней?

Потому, что это не будет продолжаться.

Отодвинув неприятные мысли прочь, он приподнялся и взглянул на часы Алиссы. Десять восемнадцать. Ничего себе, они оба были вымотаны и проспали добрых девять часов. Неожиданно она перевернулась и медленно открыла глаза. Сонно моргнула, макияж под глазами немного расплылся. Слегка напоминающая енота, она выглядела очень уязвимой.

Едва увидев Люка, Алисса, со смутной паникой на лице, отвела взгляд.

- Что случилось?

Черт возьми, она опять отдалялась, и все, что он хотел, это ее доверчивое тепло возле него снова, ее руки вокруг него, ее губы поднимающиеся к его губам.

Он погладил ее плечо, мягко касаясь.

- Ничего. Ты была голодная и обессилившая. Помнишь, как ела прошлой ночью?

Она покраснела и кивнула.

- Ты накормил меня.

Улыбка тронула его губы.

- Да. Потом я повел тебя в постель. А ты заснула на полпути вверх по лестнице.

Она закрыла лицо руками, затем глянула одним глазом.

- Правда?

Люк кивнул.

- Мертвым сном. Ты что-то пробормотала о нежелании испортить свое платье перед тем, как отключилась, так что я снял его и засунул тебя под одеяло.

Алисса изогнулась, моргнула.

- Ты снял все.

- Я не знал, в чем ты обычно спишь… и ты мне нравишься в таком виде.

Вздохнув, она закатила глаза.

- Который час - Ох! - взглянув на часы, она выругалась.

- Мы должны быть в “Bonheur” около двенадцати. Я думаю, другие будут там после двух.

- Хорошо. Тогда у нас есть время.

- Для чего?

Ее глаза подозрительно сузились.

Ее тело было прижато к нему; у нее не должно было быть никаких сомнений, как сильно он ее хотел. Но выражение ее лица говорило ему, что секс не был на первом месте в ее списке, и у нее все еще были вопросы о вчерашнем.

- Надлежащий завтрак, с одной стороны, - его тон распекал ее.

- И?

- Что бы ни произошло.

Она села в постели и обернула вокруг себя одеяло. Простыня скрывала ее пышные изгибы, придавая им желаемую форму. Люк почувствовал головокружение от охватившего его желания.

- В интересах экономии моего и твоего времени и прочей ерунды, ответь мне на один вопрос. Что происходит между нами?

Это было напрямую. Люк на самом деле восхищался ею за мужество, которым она обладала, чтобы спросить о том, что она действительно хотела, не ища легких путей.

- Я не знаю, - честно ответил он.

Я люблю тебя, я хочу тебя, и мысль о том, что ты можешь быть с Тайлером, разрывает меня в клочья. Это все, что я знаю.

Она сделала паузу.

- Неизведанная территория для тебя?

Люк кивнул. Он понял, что во всех своих “отношений”, он никогда не находил времени, чтобы действительно узнать женщину, если она не соответствовала его цели. Раньше он полагал, что если он собирается добиться женщину, то достаточно оказывать ей знаки внимания. Он хотел знать, почему Алисса так очаровала его.

- Я тоже, - призналась она.

- Я не… встречаюсь.

Он нахмурился.

- Здесь не замешаны эмоции?

Алисса подняла колени к груди и обвила их руками.

- Доверие - это довольно сложно для меня. Я обычно не позволяю мужчинам проникать в мое личное пространство.

Она пристально посмотрела на него.

- Этот дом должен был стать моим уединенным местом, отсюда и светлые стены, черно-белые фотографии природы. Я прихожу сюда, чтобы отдыхать, а не трахаться.

Если он правильно понял, она утверждает, что ни один мужчина не был здесь. А как насчет Тайлера, который имеет ключи от ее дома? Это только для охраны? Дело в том, что она нарушила свое правила, дважды сказал Люку о своих чувствах. Ответ на этом вопрос сильно испугал его. Боже, он действительно может трахать ее в течение четырех дней или он просто погиб?

- Секс по дружбе не для меня. На самом деле, это чертовски непонятно для меня.

Так вот, что она думала о нем. Это не было большим чувством, но это было только начало. Вопрос был только в том, к чему это приведет? Он и понятия не имел.

- По какой-то причине ты ничего не чувствуешь?

Он по опыту знал, что эмоции делал секс более ярким. Это была одна из причин, почему он всегда пытался чувствовать что-то к своей партнерше.

- Мне не нужны проблемы и постоянного счастье, - это все фигня. Каждую ночь я вижу много женатых мужчин, которые отрезали бы себе яйца, лишь бы только трахнуть меня или одну из девочек в моем клубе, им наплевать на своих жен, - она грустно улыбнулась.

- Ты со мной изменяешь своей подруге. Я не дура, Люк. Я не собираюсь страдать.

Так вот, почему она ушла вчера утром, не сказав ни слова, потому что он затронул ее чувства? И почему ему так нравится эта мысль?

- И что это нам даст? - прошептал он.

- Если мы будем умными, мы завершим это сейчас.

Только не раньше, чем он будет добр и готов. Она выглядела такой печальной, что он не думал, что она тоже чего-то хочет. Он наклонился ближе и прикоснулся своими губами к ее губам.

- Я не думаю, что могу быть умной, когда дело касается тебя.

Она задохнулась от его поцелуя, и он скользнул губами вниз по ее шее, позволяя вздоху пройти сквозь него.

- Люк…- Алисса положила руку ему на плечо.

Он был уверен, что ей хотелось его оттолкнуть. Вместо этого она сжала в кулаке его волосы и притянула к себе, ее губы скользнули по его челюсти, зубки прикусили ухо. Дрожь сотрясала все его тело. Боже, что же было в этой женщине? Рядом с ней он не мог здраво мыслить. Или, он опасался за свое сердце.

Алисса приподнялась над ним на колени и толкнула его в спину. Он охотно поддался, застонав, когда она сорвала простыню с его тела и упала на него сверху, ее рот начал свой искушающий путь по его груди. Она снова проделала эти порочные маленькие трюки с его сосками, и проклятье, если он был уже не таким сильным, что не мог собрать все мысли воедино.

Когда ее рука скользнула вниз по его животу и пальцы сжали член, он закричал.

- Тебе нравится это? - спросила она, как скромная лисица, и погладила его член по всей длине..

- Черт, да.

- Все еще думаешь, что можешь контролировать себя. Большой Южный джентльмен.

Она рассмеялась.

- Но ты такой невоспитанный в спальне.

Она снова погладила по его члену вверх и вниз, крепко сжав ладонью и увеличивая темп. Когда ее большой палец потер по головке члена, его спина выгнулась, а глаза широко распахнулись. Иисус!

Алисса заново переопределяла его наслаждение. Практически каждая капля крови в его теле сконцентрировалась межу ног. Сжатие было интенсивным, и каждое движение сводило ощущения к пику удовольствия.

Затем она скользнула вниз по его телу.

- Не очень хорошая идея, - прохрипел он.

Но его руки погрузились в ее волосы, удерживая ее между ног. Он направил ее на свой член. При первом прикосновении ее губ, его тело как будто пронзили шипами. Он стиснул зубы.

- О, Боже.

Он мог только смотреть на нее. Люк не хотел упустить момент, когда она коснется его своими губами. Она захлопала ресницами, взгляд ее голубых глаз такие живые и возбужденные потрясли его. Она раскрыла сладкие розовые губы. Ее пухлые губки были идеальным местом для его члена. Она высунула язычок и провела им по головке, как будто она лизала леденец. Когда она застонала и облизнула губы, он чуть не сошел с ума.

- Соси,- потребовал он.

- Возьми мой член в рот и жестко соси.

Вместо этого она подняла бровь, а затем облизнул яички, проведя большим пальцем вверх по всей длине его члена. Необыкновенные ощущения нахлынули на него, как будто кто-то добавил бензина в костер его сдержанности.

- Я не подчиняюсь приказам. Если я отсасываю у тебя, то это будет лишь тогда, когда я захочу и как я захочу.

Его кулаки сжали ее волосы. Алисса дразнила его. Ее движения вели его к погибели. Теряя контроль над своим телом, он сжал зубы. Но она провела языком по всей длине его члена, легко царапнув его зубами. Он зашипел от удовольствия. Он никогда раньше не испытывал такого желания, почти на грани боли, которое дарила ему Алисса … Черт.

Взяв себя в руки, он ввел свой член в ее рот.

- Соси его сейчас, - рявкнул он, его голос стал напряженным.

Он извиниться позже. Но прямо сейчас ему необходимо было чувствовать влажный шелк ее рта, нагревающий его член до лихорадки. Когда его член прижался к ее языку, Люк резко втянул в себя воздух. Наслаждение нахлынуло на него. Желание опалило его тело, когда он увидел, как голова Алиссы движется вперед, назад. Великолепное зрелище.

Она настолько сильно всосала его в свой рот, что он коснулся членом задней части горла. Люк почти сошел с ума. Ее язык ласкал головку, а ногти впились в его бедра. Желание росло, сокрушая его стойкость и контроль. Ей хватило тридцать секунд, чтобы довести его до предела. Черт! Его дыхание сбилось. Он сжал руками ее голову, пытаясь замедлить движение ее губ. Боже, это не продлится долго.

Нет, он не кончит ей в рот. Только в киску. Он должен быть там и очень быстро. Это было его любимым местом. Как бы он ни любил ее рот и не жаждал снова исследовать ее задницу…он должен быть глубоко внутри самой ее женской части, доставляя ей множественные оргазмы, прежде чем он, наконец, кончит.

Но сначала, он накажет эту наглую сексапильную женщину за ее поддразнивание.

Вытаскивая свой член и покидая ее рот, он услышал громкий хлопок. Она потянулась к нему снова, хныкая от неудовлетворения.

- Я еще не закончила, - прорычала она.

- В данный момент закончила. Сейчас моя очередь.

Предвкушая удовольствие, он обхватил ее руками и поднял ее вверх над своими бедрами, животом и положил на спину, плечами широко разводя ее бедра.

- Люк!

Запротестовала она. Он не ответил ей. Ее мускусный аромат усилил его желание. Кровь бурлила в его венах, когда он схватил ее за бедра и провел языком по мокрым складкам ее киски, пока не добрался до клитора. Влажный, набухший, твердый. Идеальный.

Когда он втянул его в рот, она пронзительно вскрикнула и вцепилась в спинку кровати. Люк улыбнулся и продолжил быстро облизывать языком ее чувствительный комочек нервов.

- О, мой, О … Люк, - выдохнула она.

- Вот так. Черт! Быстрее. Я не могу …

Он нежно прикусил ее клитор, надавив достаточно сильно, чтобы она почувствовала. Да, сейчас.

Алисса кричала от удовольствия, и это был самый сладкий для него звук. Ее оргазм наполнил его примитивным желанием и удовлетворением. Он всегда доводил партнерш до оргазма, но это было и приятно и неприятно. Невероятно… но чего-то не хватало. Совсем не хватало. Сливки вытекали из ее тела и он был в восторге. Они понадобятся позже, без сомнения. Но сейчас он больше хотел почувствовать их на языке. Очень сильно.

Держа ее одной рукой за бедра, он провел другой по внутренней стороне ее бедра, а затем вошел в нее пальцем. Ее тепло медленно окутало его, плоть сжимала его палец, все еще содрогаясь после оргазма.

- Перестань играть со мной. Просто трахни.

Нет, пока она не была готова. Только пока он не разрушит стену, которую она возвела между ними. Только когда она полностью отдаст ему свое тело.

Люк молчал. Вместо этого, он скользнул двумя пальцами в ее киску. Тугая. Боже, каждый раз, когда он был внутри нее, был восхитительным, и он с нетерпением этого ждал. Сегодня было все еще лучше, потому что ее плоть была по-прежнему набухшей после оргазма.

Он глубоко вошел в нее пальцами. Несколько секунд спустя он погладил чувствительное место внутри нее, это свело ее с ума. Затем продолжит беспощадно поглаживать и прижался ртом к клитору. Она задохнулась, сжимая руками простыни. Ее тело извивалось, охваченное невероятными ощущениями.

Своими пальцами и языком он чувствовал, как ее плоть становится более влажной и набухшей. Она стала задыхаться, а затем простонала:

- Люк. О, Люк. Пожалуйста… Это слишком. Слишком. Оооо!

В этот момент, он хотел доставить ей такое удовольствие, чтобы опустошить ее, сломить ее сопротивление.

Он посасывал ее клитор, как леденец. Ее гладкие бедра напряглись, она неистово сцепилась в спинку кровати. Ее набухшая киска была такая красивая. Люк оторвал от нее свои губы и посмотрел на нее. Да! Ее плоть пульсировала, такая красная, требуя завершения. Она тяжело дышала, желая облегчения от его сводящих с ума ласк.

Потом она всхлипнула.

- Люк!

- Не хочешь, чтобы я остановился, не так ли?

- Нет пожалуйста, не надо.

Это все, что он хотел слышать. Улыбнувшись, он снова обхватил губами ее клитор и стал сосать. Он ласкал, используя зубы и язык. Ее тело пульсировало, от пронзительного удовольствия. Она кричала до боли в горле.

Люк был удовлетворен. Боже, он любил доставлять удовольствие. Но он еще не закончил с ней. Он навис над ней, широко разводя ее ноги коленями, держа свой член другой рукой.

- Подожди!

Ее голос звучал так , как будто она пыталась отдышаться.

- Презерватив? Мы… забыли в последний раз.

Он был слишком напряжен и ошеломлен, чтобы думать об этом. Люк поколебался, потом, наконец, сказал:

- Я чист.

- Я тоже, но могу забеременеть.

Приподнявшись, он накрыл ее рот своим. Но не хотел, чтобы закончила это предложение. Он не хотел думать об этом, а тем более признаться в своем бесплодии. Он, наверное, должен одевать презерватив с ней… но, прошлым секс с Алиссой без презерватива был таким потрясающим, что он не мог отказаться.

Она секунду боролась, но он упорствовал, сжигая ее в медленном огне наслаждения, что вскоре она растаяла под его поцелуями и жадно впилась в его губы. Сгорая от страсти, он вошел в нее еще на несколько сантиметров.

Входить в нее в этот раз было немного легче. Она было очень тугой. Но такая горячая и потрясающая, как он и ожидал. Трение заставило его закрыть глаза, вырывая стоны из его горла. Он стиснул зубы, чтобы держать себя в руках, особенно когда она ахнула и схватила его за волосы.

Ему было вдвойне трудно сдерживать свои ощущения, когда она извивалась под ним, пока головка его члена не ударилась о шейку матки. Он не мог бы проникнуть глубже.

Это было прекрасно. Нет, чертовски, прекрасно.

-Тебе нравится, сладкая моя?

Алисса хныкала в ответ. Он улыбнулся. Затем медленно вошел в нее.

Как только он начал двигаться в ней, удовольствие пронзило его тело. Ошеломительное ощущение. Он хотел, чтобы это было волнующе и незабываемо. Теперь она была наполнена им, и он надеялся, что не станет с силой трахать ее. Она должна кончить снова, несмотря на его стремительное растущее желание.

Сжимая руками ее бедра, он начал входить в нее глубокими, жесткими ударами. Все его тело напряглось от обжигающего сжатия мышц ее плоти. Один удар за другим, все быстрее и быстрее. Ему нужно больше, намного больше. Быть с ней…Это было больше, чем секс. Интенсивно, невероятно. Сдерживать удовольствие было все труднее с каждым выпадом в ее роскошное тело, тем более что она извивалась под ним, задыхаясь и хныкая.

- Да! - крикнула она ему в ухо, сильнее прижимаясь к его телу.

- Люк…О, Боже!

Он потерял контроль над своим телом, когда услышал, как она выкрикнула его имя. Он хотел дарить ей удовольствие часами, днями. Но наслаждение сжигало его. Тем более он пообещал Алиссе, что они кончат вместе.

Ее груди покачивались перед его губами, и он сжал ее твердый сосок губами и пососал. Она выгнула спину, прижимая сосок к его языку.

Он прошептал:

- Кончи для меня.

- Да, - рыдала она, сжимая его член.

Он не мог больше сдерживаться. Его яйца напряглись. Киска Алиссы крепко сжимала его, доя его член. Алисса покрывала поцелуями его лицо, руки крепко обнимали его за шею. Люк входил в нее все глубже и глубже, касаясь шейки матки.

На минуту, он представил, что Алисса его жена, спит рядом с ним в постели каждую ночь, в их доме, с его ребенком, растущем в ее животе. Это мысль заставила его потерять контроль над собой и оргазм накрыл его. И он излился глубоко в ее тело.

Он содрогнулся в последний раз. Похоже, оргазм взорвал его мозг. Это была, чертовски глупая фантазия по очень многим причинам.

Тяжело дыша Алисса упала на кровать рядом с ним. Хотя он и не должен был, но Люк наслаждался слушая их сердцебиение, чувствуя как ее тело нежно прижимается к его. Он успокаивающе провел рукой по ее влажной спине.

- Ты в порядке, сладкая?

Она вскинула голову и откатилась от него на край кровати.

- Да.

Ее голос был уставшим и смущенным. Он никак не мог забыть, что последние слова, произнесенные ее перед тем, как он соблазнил ее, были о прекращении их отношений.

Отличный шанс, особенно сейчас. Люк не был связан с нею. Она не для него. Это доказывала глупая фантазия о будущем. Во всяком случае, она копнула глубже, сказав ему, что он должен работать у нее еще три дня. Его разум принял это.

***

Кухонный персонал “Bonheur” суетился, убирая столовый сервиз. Весь вечер Алисса обходила каждый квадратный дюйм основного зала и патио, чтобы проверить, что все идет прекрасно и ее гости удовлетворены. Она взглянула на часы. До закрытия осталось меньше десяти минут.

Осталось меньше десять минут, прежде чем Люк выйдет из кухни и направится к ней, чтобы поинтересоваться как у нее дела. Его забота была подобно удару в сердце, и если он продолжит давить … Алисса не знала, что она будет делать.

Ей требовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. Тогда она сможет снова встретиться с ним, оберегая свое сердце. Она надеялась на это.

Закрыв дверь в свой кабинет, она включила свет и выдохнула. Люк просто ошеломлял ее. Он был таким настойчивым, требовательным. Она знала, что может быть и нежным. Но что-то было в нем. Он настойчив, но она не понимает почему.

Вздохнув, она направилась к своему новому столу. Если “Bonheur” станет посещаемым местом, то она сможет перевести всю бухгалтерию сюда, свой ноутбук. Она перевела бы одну из танцовщиц Сэди в менеджеры, чтобы она проводила здесь больше времени, в своем счастье. Она упорно трудилась, чтобы достичь успеха, изменить свою жизнь. Мысль о том, что она никогда больше не разденется на публике, приносила глубокое удовлетворение. И если ей это удалось, она сможет сказать, что сделала это сама.

На мгновение Алисса спросила себя, радовалась бы мать ее достижениям. Потом она поняла, что жива благодаря “Сексуальным Сиренам” и стриптизу… и всему, что было задолго до этого. Старая добрая Триша всегда была домохозяйкой из Беверли-Хиллз, ловко прячущей голову в песок, особенно если сталкивалась с безвкусием.

И это не имело значения. Ее мама умерла, и ее будущее пошло в нужное русло… в основном. Люка прочь, у Bonheur прекрасно шли дела в этот вечер. Это было многообещающее начало.

Надежда появилась в ней, когда она отодвинула свой стул от стола, посмотрела вниз и… закричала.

Глава 9

Шлюха. Слово, написанное большими красными буквами на белой странице, было приколото ножом к ее кожаному офисному креслу. Дерьмо!

Буквы расплывались у нее перед глазами. Дрожа, она наклонилась, стараясь не трогать, и прочитала: “Ты трахаешься со своим шеф-поваром. Этим лезвием я гарантирую, что ты никогда не соблазнишь парня снова.”

Она дрожала. Похоже, этот чокнутый, был серьезен. Больше не нужно пренебрегать этим. Этот человек был ужасно хорошо информирован о ее отношениях с Люком. Презирающие женщин обычно не используют тактику запугивания. Так что, если виновник не был ревнивцем… кто хотел бы сделать это с ней? И почему?

Люк бросил взгляд на ее лицо, и схватил ее за плечи:

- Что случилось?

Она указала на стул. Его взгляд остановился там. Мгновение спустя его ругательства заполнили комнату, и она вздрогнула. Насилие витало в воздухе, в этой небольшой комнате без окон. Кто-то проник в ее офис в этот вечер, чтобы угрожать ей. В третий раз за много дней. Люк, казалось, был готов пойти на убийство.

- Мы должны разобраться с этим. Кто бы это ни был, он становится все более наглым и смертельно опасным.

Согласен.

- Я позвоню Реми.

Люк нахмурился.

- Он делает все возможное, чтобы остановить этого урода? Что-то уже известно?

- Пока что еще не готовы результаты экспертизы по моему автомобилю, так что…

Выругавшись, он взглянул на открытую дверь.

- А что ты думаешь насчет Тайлера?

- У него тоже нет никаких предположений.

- Нет. Я имею в виду, как ты думаешь, он может стоять за этим?

Что? Она наняла Тайлера, чтобы выбрасывать людей из клуба и защищать ее, пока она была там. Он всегда добросовестно исполнял свои служебные обязанности. Он очень хорошо выполнял свою работу. С тех пор, как Тайлер устроился на работу, несколько месяцев назад, возможность застать голого мужчину или насильника в ее кабинете или спальне в клубе снизилась почти до нуля.

-Тайлер не сделал бы этого.

- Кому еще не нравятся наши отношения?

Люк подумал. Неужели у них есть отношения или они просто трахаются?

Давай посмотрим … Он знаменитый шеф-повар, нежно заботившийся о ней прошлой ночью, а ты, в принципе, его шлюха. Что еще думать?

- Кто угодно мог это сделать, - заметила она.

- Например, Примптон. Ты видел, что у него не в порядке с головой. Или Питер. Я слышал, как он спрашивал обо мне в клубе вчера вечером и разозлился, когда узнал, что я не пришла. По-видимому, он потребовал, чтобы кто-нибудь, пригласил меня туда как можно скорее.

- Ты не видела никого из них здесь сегодня вечером?

Она покачала головой.

- Но я не видела всех, кто пришел. Или это может быть кто-то, кого я не знаю и кто только что начал приходить в клуб и составил какую-то больную фантазию в голову, что я принадлежу ему. Я разговаривала с другими бизнесменами, и они сказали, что это происходит часто.

- Я думаю, что мы должны в первую очередь исключить наиболее очевидных подозреваемых, -сказал Люк.

Жесткое, решительное выражение появилось на его лице.

- Клянусь, если бы этот гад попал мне в руки, от него не осталось бы и мокрого места.

Алисса посмотрела на него. Люк был возмущен, потому что ей угрожали? Конечно, он возмущался бы, если бы любой женщине угрожали, но все же…

- Это конечно ужасно, но он пока просто угрожает. Будем надеяться, что он ничего не предпримет.

Люк поджал губы и мрачно посмотрел на нее:

- Я бы не стал надеяться на это. Он следит за тобой. Как можно быстрее, позвони Реми. Он должен искать его в первую очередь.

Тайлер остановился в дверях.

- Извините. Я закончил.

Он пристально посмотрел на них.

- Что, черт возьми, происходит?

Возможно ли, что Тайлер мог сделать ей такое, потому что она отказалась спать с ним? Был ли он зациклен на ней?

Алисса почти сразу отбросила эту мысль. Он постоянно помогал ей, следил за ее безопасностью. У него был миллион возможностей остаться наедине с ней, и он не сделал ничего, чтобы причинить боль или подвергнуть ее опасности.

Но кто еще знал наверняка, что ты занимаешься сексом с Люком?

- Посмотри сам,- наконец сказала она своему вышибале, отойдя в сторону от стула.

Она наблюдала за его выражением лица: удивление там или угроза.

Он обошел стол, выглядя немного развязно в расстегнутой белой рубашке и свободно болтающемся на шее бордовом галстуке. Пиджак он бросил уже давно.

Тайлер посмотрел на стул, напрягшись, когда прочитал небрежно нацарапанные буквы. Он подошел ближе, чтобы прочитать записку, затем грязно выругался.

- Я убью этого сукиного сына.

- Ты и Люк, вы оба. Молодцы. Вы оба попадете в тюрьму за самосуд, и оставите меня беспомощной перед этим подонком.

Ее шеф-повар и ее вышибала посмотрели друг на друга, как будто договариваясь о чем-то.

- Позвони Реми, - потребовал Тайлер.

- Я хочу поговорить с этим ленивым кажуном.

- Он всегда не выполняет свою работу? спросил Люк.

Алисса ответила, прежде чем это смог сделать Тайлер.

- Он не сталкивался с проблемой, подобной моей. Он хорош в борьбе с наркотиками, шайками и вандалами. Типами, которых он может прижать. Расследования не его конек.

- Я это исправлю,- сказал Люк, доставая сотовый телефон из кармана, направляясь к двери.

- Кому ты звонишь? спросила она.

Он не ответил.

Бормоча себе под нос о неуправляемых мужчинах, она пошла за ним.

- Куда ты идешь? требовательно спросил Тайлер.

Очевидно, заинтересовавшись ее ответом, Люк повернулся и загородил перед ней выход.

Избыток тестостерона в таком маленьком помещении мог серьезно повлиять на нее. Она могла бы разливать его по флаконам, и женщины всего мира будут платить кучу денег, чтобы ощутить непреодолимое возбуждение.

Отбросив эту мысль, она посмотрела в темный коридор за спину Люка.

- Мне нужно попрощаться с последними гостями, проводить их до двери, поблагодарить за внимание.

- Я сделаю это.

Предложение Люка больше походило на требование.

- Оставайся здесь и позвони Реми.

- Это мои гости!

- Они ели, приготовленную мною еду. Я не играю словами, пока твоя жизнь под угрозой.

Затем он повернулся к Тайлеру и свирепо посмотрел на него.

- Не выпускай ее отсюда и охраняй. Клянусь Богом, если хоть один волосок упадет с ее головы, я раскрою тебе череп и вышибу мозги.

Тайлер проворчал.

- Не находишь странным, что все это дерьмо стало происходить с Алиссой, как только появился ты? Все было спокойно, пока ты не появился в ее жизни и все не испортил.

- Ты ревнуешь? Не можешь видеть меня рядом с ней?

Бросил он вызов Люку.

О, Боже.

- Может Вы оба перестанете запугивать друг друга в течение следующих десяти минут? Давайте закроем дверь. Когда автостоянка опустеет, вы можете пойти туда и продолжить.

Люк посмотрел на нее, а затем бросил мрачный взгляд на Тайлера:

- Я вернусь.

Когда он ушел, Тайлер нарушил напряженную тишину и неодобрительно произнес:

- Я не понимаю. Если ты выставишь его за дверь, то опасность исчезнет.

- Может быть. А может, и нет.

Он покачал головой.

- Вероятно. Но ты позволяешь ему оставаться. В своем доме. В своей гребаной постели! Я работаю на тебя несколько месяцев, но это на тебя не похоже, начать роман или подарить сердце. Ты … любишь его?

Вопрос огорошил ее. Когда Тайлер когда-либо действительно говорил о чувствах? Почти никогда, пока Люк не приехал в город. Действительно ли он ревновал?

Алисса колебалась. Она думала о его истинных мотивах. Но если он хотел причинить ей боль, наказать ее, то почему уже не сделал это?

Наконец, она заставила себя посмотреть ему прямо в глаза и прошептала:

- Да.

***

Люк обаятельно улыбался, когда провожал последнего посетителя “Bonheur” до двери. Он кивал, улыбался, ставил автографы, медленно направляясь с ними к выходу. Наконец, около одиннадцати часов он закрыл за последним гостем дверь и запер ее, а затем достал телефон.

Не раздумывая, он набрал номер кузена. Дик сразу ответил.

- Что случилось?

- Есть новости?

Дик фыркнул.

- Ты бы никогда не позвонил так поздно, если бы все было так здорово.

В точку. Ни все так замечательно.

Люк вздохнул.

- Кто бы ни ворвался в клуб Алиссы, он угрожал ей и не раз. Сегодня вечером он ворвался в “Bonheur” и снова угрожал ей.. Местные, кажется, либо не могут, либо не хотят разобраться в этом. Мне нужна твоя помощь.

- Я уезжаю в командировку послезавтра. Я зайду завтра к Джеку, так как я должен переговорить с ним. Думаю, что смогу привезти брата Кимбер.

- Которого?

Выругался Люк. Они не одобряли отношения его и кузена с их сестрой и не скрывали этого.

- Хантера.

Люк снова выругался. Логан, младший, был подлым ублюдком, с широкими взглядами на жизнь и он был здравомыслящим…в конце концов. Хантер был холодным, расчетливым. Хитрым. Таким же разговорчивым как каменная стена. Он не будет говорить о своей неприязни.

- Джек и я пытаемся убедить Хантера уйти в отставку. Нам нужен кто-то, похожий на него в нашей команде.

- А что он может здесь сделать? Мне нужен кто-то, способный выяснить, кто стоит за этими угрозами.

- Хантер один из лучших. Поверь мне, вы не должны любить друг друга, просто знай, что он может решить проблему.

Он слышал, что Хантер осторожен и безжалостен.

- Главное, чтобы Алисса была в безопасности.

- Мы будем там до полудня, так что ты сможешь ввести нас в курс дела.

Люк закончил разговор. Алиссе это не понравится. Дик, Джек и Хантер будут настаивать на проверке ее окружения и ограничении ее передвижений, но Люк хотел, чтобы она была в безопасности. И точка.

Когда он вернулся в небольшой кабинет, Тайлер распекал Реми из-за нового телефонного мудака. Люк почти любил его за это.

Алисса увидела, как он вернулся.

- Заставь его отпустить меня.

Она подняла руку, прикованную к ящику стола наручниками.

Люк повернулся к Тайлеру.

- Ты всегда носишь их с собой?

Вышибала улыбнулся.

- Она собиралась пойти пожелать спокойной ночи гостям, а затем направиться в “Сексуальные Сирены”.

- Черта с два!

Взорвался Люк. Разве она не понимает что, как только этот больной ублюдок поймает ее, он скорее всего изнасилует ее, это в лучшем случае, или, возможно, убьет?

- Я собиралась взять с собой Тайлера, пока он не предал меня. Но мне нужно попасть в клуб. Позвонила Сэди и сказала, что одна из девушек пришла на работу под кайфом. Никто не может уволить ее, кроме меня. Кроме того, это субботний вечер, самый напряженный. Девушки могут справиться без меня на одну ночь, но не две подряд.

Люк понимал, как важен для нее ее бизнес, но сейчас самое главное ее безопасность.

- Единственное место, которое мы знаем, где не было этого урода - это твой дом. Ты будешь находиться там. Позвони девушке, и уволь ее по телефону. Тайлер может заменить тебя там, быть твоими глазами и ушами. Но ты останешься в безопасности.

- Это мой клуб. Я не могу позволить себе уклоняться от своих обязанностей, потому что вам это не нравится.

Его глаза сузились

- Ты не пойдешь.

Если бы руки Алисса были свободны, Люк не сомневался, что она оторвала бы ему голову.

- Ты не мой муж или друг. Ты сам сказал, что мы просто трахаемся, так что тебе меня не остановить.

- Я не спорю. Что сказал Реми?

Тайлер рассказал ему о разговоре, который был полон пустых рассуждений. В итоге: с юридической точки зрения, кроме небольшой порчи имущества и сего вандализма и угроз, преступника не за что арестовывать.

Люк не мог сдержать проклятия. Он разберется с ленивым шерифом позже. На данный момент, у него было около двенадцати часов, чтобы защищать Алиссу. Пока Дик, Джек и Хантер найдут этого психопата, он должен испытать Алиссу. Они должны найти выход, а не только трахаться..даже если он еще не знал какой.

- Типично для Реми, - Алисса пожала плечами.

- Поскольку вы безмозглые мужчины пытаетесь помешать мне сегодня заниматься моим бизнесом, то по крайней мере, можно мне сходить в ванну, прежде чем мы уедем? Мне нужно переодеться.

Люк посмотрел на Тайлера, который смотрел на него. Молча, они оба решили, куда она сможет деться без автомобиля.

Конечно, она была не настолько глупа, чтобы идти шесть кварталов до “Сексуальных Сирен” ночью, пока преследователь, охотиться на нее.

- Конечно. - Тайлер, наконец, поднялся на ноги, достал ключ от наручников и отпустил ее.

- Ничего смешного.

Алисса разминала запястье и смотрела на них обоих.

- Подождите здесь.

***

Пять минут прошли. Люк стал беспокоиться, но женщины и переодевание… Он знал по собственному опыту, что это не всегда быстрый процесс.

Особенно когда на женщине чулки, подвязки, и ,черт возьми, обувь. Все это занимает время. Кроме того, он и Тайлер стояли возле парадного входа в ресторан, не спуская глаз с двери в ванную комнату. Алиссе было некуда больше идти.

Тайлер начал нервно постукивать пальцем по спинке стула.

- Если ты разобьешь ей сердце, я убью тебя, - вдруг сказал Тайлер в тишине.

- Что происходит между мной и Алиссой не твое дело.

Тайлер стоял, вытянувшись во весь рост, возможно, на полдюйма выше Люка и на тридцать фунтов тяжелее.

- Да? А что между Алиссой и мной тоже не твое собачье дело.

Люк стиснул зубы, не желая признать, что он прав.

- И, когда ты уйдешь, - продолжал Тайлер, - Я еще буду здесь. С ней. Каждый день. Каждую ночь. Ты можешь быть яркой новой игрушкой для нее сейчас, но она бросит тебя. И я помогу ей.

Хотя он не был удивлен словам Тайлера, они были, как удар ножем в сердце. Слышать о его подозрениях и страхах - об отношениях вышибалы с Алиссой было ужасно больно.

Он, молча, переваривал слова Тайлера. Еще несколько минут и начнется воскресенье. Люк был вынужден уехать не позднее, чем в четверг утром, так что быть в Лос-Анджелесе в пятницу, чтобы завершить окончательные переговоры по кулинарному шоу на кабельном канале. Он также не закончил кулинарную книгу, и его редактору было, наверное, интересно, почему он не отвечает на его e-mail сообщения.

Но даже если он останется, то, что он скажет Алиссе?

Неважно, если он хочет стать отцом, то ему не обойтись без женщины на картине. Даже если Алисса поддержит его решение об усыновлении ребенка или сделать эко, воспользовавшись спермой донора, она должна согласиться пройти все это с ним вместе, чтобы иметь ребенка. И они должны найти способ разобраться в своих страстных, сложных взаимоотношениях.

Какой матерью она будет? Конечно, не такой, как его собственная. И это только предположение, что она хочет иметь детей. После попытки предупредить его этим утром, что она не предохраняется, Люк был абсолютно уверен, что она не собирается в ближайшее время становиться матерью. Это не меняло факта, и он чувствовал, что это что-то глубокое и новое для нее.

Так чертовски сложно.

Тем не менее, он не мог просто оставить ее с Тайлером.

- Я буду делать все возможное, чтобы она не ушла от меня.

Тайлер зарычал на него.

- Ты, чертов эгоист, хочешь разбить ей сердце своим уходом? Ты хочешь видеть ее несчастной?

Нет. Но Люк не думал, что у Алиссы было много чувств к нему, которые не были связаны с оргазмом. И он ненавидел мысль, что у нее, вероятно, были те же самые чувства к Тайлеру.

- Где она, черт возьми?

Люк сменил тему и принялся ходить по комнате, желая, прижать ее к себе прямо сейчас. Он нуждался в ней, как и пять минут назад, не мог ждать, чтобы вернуть ее в свою большую кровать, плавно двигаться в ее теле, и забыть обо всем, что было так неправильно между ними до этого.

Тайлер пожал плечами.

Люк взглянул на часы, затем на дверь ванной.

- Пятнадцать минут, чтобы переодеться?

Вышибала тоже взглянул на часы и нахмурился.

- Что-то долго?

Да. И он точно знал, почему.

- В ванной есть окно?

Тайлер замер, лихорадочно соображая.

- Черт! Он ворвался в ванную, открыв плечом дверь.

- Она сбежала.

Люк выбежал в дверь “Bonheur”. За ним следовал Тайлер, он остановился, чтобы запереть дверь.

- Черт ее возьми. Клянусь, она не знает, что означает слово „порка”, но узнает, когда я найду ее, - зарычал Тайлер.

А что сделает Люк? Она узнает, что такое повиноваться ему, когда он был раздражен и хотел защитить ее.

Несколько минут спустя Люк ворвался в клуб, а за ним Тайлер.

Алисса не была удивлена, что они быстро нашли ее. Она была удивлена тем, каким невероятно злым был Люк.

- У вас проблемы,- отметила Сэди, кивнув в сторону мужчин.

Алисса не могла не прислушаться к словам стриптизерши. Ее сердце заколотилось так, как будто она без остановки протанцевала два часа.

- Я буду наверху. Если кто спросит меня, направь его в мой офис.

- Тайлер не дурак, но хорош. Игриво улыбнувшись, Сэди кивнула.

- Ты знаешь, что они еще больше рассердятся, когда найдут тебя.

Алисса пожала плечами.

- Он будет сильно кричать, несмотря ни на что. Еще раз спасибо, что подвезла до “Bonheur”, чтобы я могла позволить наркоманке Джессике уйти, прежде чем она все испортила.

- Вызывать суматоху среди мужчин для меня только в радость.

Сегодня вечером, Алисса не могла отрицать, что она так и сделала. Крадясь по лестнице, она вошла в свою спальню. Сняла платье и надела короткую юбку и топик, красные сапоги на высоких шпильках. Интересно, они подействуют на Люка, как красная тряпка на быка? Чулки и подвязки она надевать не стала, потому что знала, что ей не хватит времени.

Прежде чем она успела выйти и спуститься вниз, Тайлер ногой открыл дверь в ее спальню. Она хотела бы видеть Люка. Но он был один. Итак, Сэди оказалась права: Люк поверил стриптизерше, а Тайлер нет.

Проблема стояла в одном-двух шагах от нее.

- Черт бы тебя побрал!

Он ворвался в комнату, и она стояла прямо перед ним. Увидев ярость, кипящую в его глазах, она отступила. На его лице было написано гораздо больше, чем просто беспокойство и раздражение.

Все его тело было напряжено. Бросив на него быстрый взгляд, она увидела, что он ужасно зол.

- Тайлер, она попыталась урезонить его.

- Оставайся на месте. Ты знаешь, что не можешь…

- Ты не можешь! Ты наняла меня, черт возьми, чтобы я тебя охранял. А сама сбегаешь, когда тебя подстерегает опасность.

- Сэди подвезла меня сюда, - пыталась она его успокоить.

Охвативший его гнев был неконтролируемым. И он ничего не соображал. Он направлялся вперед. Приближаясь к ней. Алисса оставалась на месте, отказываясь уступать еще больше.

Вдруг он оказался рядом с ней, тяжело дыша ей в лицо. Он схватил ее за волосы и потянул к себе. Ярость и желание были написаны на его лице, и ее сердце остановилось.

- Тайлер…

Его губы обрушились на ее губы, заглушая протесты. Она попыталась отвернуться, но он только крепче сжал ее за волосы и прижался к ее губам. Его язык скользнул внутрь, но она продолжала сопротивляться.

Воздух. И здравый смысл. Как они нужны ей были сейчас. Черт побери, она не хотела бороться с тем, кого считала другом. Она должна найти способ, успокоить его. И она укусила его за язык.

Он прервал поцелуй и отступил на шаг.

- Трахни меня!

- Не сегодня, - Люк зарычал и набросился на Тайлера.

- Убери от нее свои гребаные руки! Ты угрожал ей?

- Вот оно что. Я измочалю тебя, женоподобная задница, за этот глупый вопрос.

Алисса встала между ними. Они не будут драться в ее спальне.

- Перестаньте. Сейчас же.

Тайлер посмотрел на нее, затем перевел взгляд на Люка, прежде чем снова остановить взгляд на Алиссе.

- Мы поговорим об этом позже.

- Мы обязательно поговорим, - пообещала она.

Его поведение было неприемлемым, и он должен был понимать это. Он никогда раньше ничего не делал против ее воли, не набрасывался на нее, не целовал ее. Черт возьми, что в него вселилось?

Ревность. То же самое выражение читалось на лице Люка. Ее великолепный шеф-повар едва удостоил Тайлера хмурым взглядом, и вышибала вышел из комнаты, хлопнув дверью. Оставив ее с Люком наедине. Он протянул руку и одним движением запер дверь. Затем он бросил взгляд на ее белый, плотно облегающий топ, едва держащийся на одной пуговице, и выругался. Его взгляд привлекли ее короткая черная юбка и сексуальные красные сапоги. Новая волна ярости отразилась на его лице. Также, как и у Тайлера, все его тело было напряжено.

Но в отличие от Тайлера, если Люк ее сейчас коснется, то она тот час сгорит в огне.

Но нет, этого не будет. Он использует секс, чтобы манипулировать ею или обуздать ее независимость.

- Я все время была в полной безопасности. Я бы никогда не подвергла себя опасности. Меня подвезла Сэди. Кроме того, я знаю некоторые приемы самообороны, и в моей сумочке всегда находится перцовый аэрозоль.

Люк фыркнул.

- Ты никогда не будешь в безопасности от человека, который смог сделать это.

Еще минуту назад он стоял в трех футах от нее. Теперь же он вторгался в ее личное пространство, задевая ее, прижимая к стене, грубо прижимаясь своими губами к ее губам.

Алисса хотела быть сильной. В действительности, такой она и была. Но Люк самым удивительным образом действовал на нее. Она не могла удержаться и разжала губы.

Вкус его поцелуя, яркость ощущений… Она не почувствовала боли, когда он жадно прижался к ее губам, сейчас она ощущала лишь желание. Когда он придавил на ее подбородок и застонал, она почувствовала жажду. Когда он сорвал топик с ее тела и сдернул лифчик, она задрожала. И она почувствовала его член, прижимающийся к ее плоти. Никто не мог сделать ее настолько нетерпеливой и влажной… только Люк. Все, что он сделал, заставило ее желать его.

Как только он обнажил ее тело до пояса, он наклонился к ее груди и сильно пососал сначала один сосок, затем другой. Она выгнулась, жадно сжимая пальцами его шелковистые темные волосы. Под его натиском, ее соски превратились в пики.

Кровь бешено бурлила в ее теле, и она беспокойно задвигала бедрами, прижимаясь к нему, приглашая его войти внутрь. Когда она была с Люком, она теряла всякий стыд. Делала все, чтобы соблазнить его. Да, она была в ярости. И она позже посвятит его, что никогда не позволяет мужчине контролировать себя. Но она не могла его остановить. Его желание было подобно ее. Они оба чувствовали, что теряют контроль, как только оказываются рядом.

- Никогда больше не обманывай меня, - выдохнул он, когда оторвался от ее губ, тяжело дыша.

- Никогда больше не оставайся наедине с Тайлером.

- Он бы не причинил мне боль.

Что-то вспыхнуло в глазах Люка.

- Может быть, нет, но он бы трахнул тебя. И, черт возьми, я больше ни с кем не делю женщин. Пока я здесь, с тобой, твое тело принадлежит только мне.

Его слова звучали в ее голове, так приятно и тревожно.

Прежде чем она успела разобраться в своих чувствах и ответить, Люк пробрался к ней под юбку и разорвал ее стринги, бросая их на пол. А затем скользнул пальцем по ее складкам, прямо к набухшему клитору.

Приятные ощущения немедленно нахлынули на нее, делая слабовольной. Боже, что этот мужчина делал с ней… Стоило ему лишь коснуться ее, и у нее сразу же кружилась голова.

Она безуспешно хваталась руками за стену. Алисса желала сдаться ему. Она злилась, что он имеет власть над ее телом, но ничего не могла поделать.

- Вот именно, - хрипло прошептал он.

- Такая влажная. Всегда влажная.

Люк погрузил два пальца в ее киску. Для него она была всегда готова. Несмотря на то, что она была набухшей после их последних активных действий, она таяла, абсолютно готовая к тому, что он хотел.

Он не мог себе представить, что она может также желать кого-то еще.

- Тайлер не…

- Ни слова о нем, - заревел Люк, добавляя к двум пальцам третий.

Она ахнула от полноты, а затем снова, когда он беспощадно стал потирать ее точку G.

- Нет больше Тайлера, и точка. Я наблюдал за ним, когда он тебя целовал… - он сделал глубокий вдох, словно пытался взять себя в руки.

- Люк…

- Нет! Пока я трахаю тебя, черт побери, ты не трахаешься с ним.

Его слова, наконец, проникли в туман ее удовольствия.

- Что ты говоришь? Я могу возобновить свой бурный роман с ним, как только за твоей задницей закроется дверь?

Он глубоко дышал. Его шоколадные глаза стали черными. Опасными. Его щеки порозовели, и лицо окаменело, когда он схватил ее за бедра и сжал. Ярость и возбуждение отражались на его лице. Он выглядел как воин, готовый к драке.

Боже, она желала, чтобы он постоянно предъявлял на нее права, пока он не уедет через три дня. Значила ли она для него нечто-то больше, чем просто партнерша в постели?

Он не ответил, просто свирепо впился в ее губы, заставив ее задохнуться. Алисса старалась не потерять сознание, но он прижался к ней, и она перестала думать от пронзившего ее желания. Мгновение спустя он нагнулся и сжал ее сосок зубами. Она выгнулась и выкрикнула.

- Раздвинь ноги.

Алисса колебалась. Она знала, что они достигли наивысшей точки … но она также знала, что их время быть вместе ограничено. Она желала, чтобы он влюбился в нее за неделю, но выдавала желаемое за действительное. Он скоро уедет и она не сможет остановить его. Все на что она могла надеяться, это сохранить приятные воспоминания.

Закрыв глаза от сладкого желания, она подчинилась. Он покусывал ее вторую грудь, затем поднял ее ноги, и прижал ее плотно к стене. Мгновение спустя, его член прижался к ее складочкам. Она едва успела подумать, когда он расстегнул брюки и погрузился в нее, преодолевая сопротивление ее мышц.

Он мучительно медленно входил в нее. Задыхаясь, Люк, наконец, глубоко погрузился в нее до самых яиц. Теперь, когда ее влажная плоть окружила его, он старался контролировать себя, пристально посмотрел на нее, обжигая взглядом.

- Бог знает, я не могу держать тебя подальше от гребаного Тайлера. Как только я уйду, если это то, что ты хочешь, но сейчас… Ты моя, и я сделаю так, чтобы ты точно знала, кто заставляет тебя кричать.

- Я не трахаюсь с ним, - призналась она, тяжело дыша.

- И никогда не делала этого. Я наняла его как телохранителя. Только для этого.

Люк втянул в себя воздух. Затем покачал головой.

- Это не имеет значения.

Поскольку они только трахались. Да… Его отказ заботиться о ней был связан не столько с Тайлером. Ее вышибала был просто удобным поводом. Это обстоятельство уничтожило что-то в ней.

В этот момент он вознес ее на небеса.

Притянув ее бедра к себе, он сжал их, увеличивая темп, затем нырнул внутрь так быстро и глубоко, что она впилась ногтями в его плечи.

- Люк!

Волнующее желание сжигало кожу, бурлило в ее крови. Он чертовски быстро двигался в ней, и у Алиссы перехватило дыхание. Его бедра прижимались к ее, создавая трение о клитор, унеся прочь мысли, возражения, сожаления.

Наслаждение переполнило ее клитор. Он с силой погружался в ее нежную плоть, усиливая желания настолько, что она уже не могла дышаться.

Внезапно наслаждение взорвалось в ее крови. Она выкрикнула его имя, потом вцепилась в его плечо, кусая, ничего подобного она еще никогда не чувствовала.

- Еще, - потребовал он, не переставая двигаться.

Он снова прижался губами к ее губам, сливаясь в бесконечном поцелуе. Она не знала, где она заканчивалась, а он начинался, но ее это не волновало. Она только знала, что безвозвратно отдала ему часть себя.

И он уедет через несколько дней и никогда не оглянется назад.

Мысли унеслись прочь, когда он резко отошел от стены, прижимая к себе ее тело, и направился к кровати. Он наклонился, чтобы положить ее на матрац и глубоко вошел в нее, одним резким движением.

- Раздвинь шире. Согни ноги в коленях. Возьми меня глубже.

Его голос был почти неузнаваем. Он не дал ей времени выполнить его приказ, просто сжал руками ее бедра и широко развел ее бедра. Она застонала, когда он погрузился глубже. Боже, идеально. Люк всегда точно знал, как лишить ее воли.

Ее руки и ноги отяжелели, мысли улетучились, восхитительное удовольствие усиливалось. Он продолжал проникать глубоко длинными, тяжелыми ударами. Вскоре она стала задыхаться, сильно сжимая его внутренними мышцами.

Он сжал ее бедра руками и стал двигать ее бедра навстречу своему члену. Сильно. Касаясь шейки матки. Их тела ударялись друг о друга и, о-о, дорогой Боже, наслаждение, как надвигающаяся буря росло внутри ее.

Еще мгновение и она кончит, но он вышел и перевернул ее, поставив на локти и колени, а затем снова вошел. Он ударил ее попку, заставив ее задохнуться от сладостной боли. Люк прижался к ней своей влажной грудью, и одной рукой сжал ее талию, а другой начал мучить ее клитор.

- Тайлер делал так?

Прошептал он ей на ухо. Наслаждение внутри нее нарастало, приближая развязку.

Его пальцы оставили ее клитор, и она протестующе выкрикнула. Он кусал ее шею, почти выходя из нее, а затем снова входил в ее киску одновременно погружая влажные пальцы в ее задницу.

Люк выругался и снова погрузился в нее. Алисса прижалась к нему, с жадность отвечая на каждый его толчок.

Миллион различный ощущений окутывали ее как удары молний. Оргазм пронзил ее тело от клитора до пальцев ног.

- О, Боже.

Алисса сжала простыни и захныкала.

Люк застонал, чувствуя приближение оргазма. Этот звук пронзил ее, вызывая покалывание в сосках и дрожь в теле. Его пальцы сжались, член пульсировал, подталкивая ее снова к краю. Восторг пьянил, уничтожая ее здравомыслие. Она кричала от удовольствия так громко, что ее горло онемело и свет померк перед глазами. Мгновение спустя, его семя горячо выплеснулось внутри нее.

Черт, они снова забыли о презервативе.

Алисса закрыла глаза. Она не могла думать об этом сейчас. Она не могла думать ни о чем, за исключением того, что Люк сделал невозможными любые ее отношения с другими мужчинами и продолжал верить в ее несуществующие отношения с Тайлером, вбивая клин между ними.

Она должна побыть одна, чтобы успокоиться. Сейчас. Алисса не могла послать его к черту. Он разрушил бы ее сердце.

Не дожидаясь, когда он начнет двигаться, она, изогнувшись, встала на негнущиеся ноги. Не говоря ни слова, она пересекла комнату и достала из ящиков чистые бюстгальтер и рубашку, все время чувствуя, как Люк пристально наблюдает за ней.

И чем больше она думала об этой встрече, тем злее она становилась.

Ей сейчас просто необходимо выбраться из этой комнаты. Она должна подумать. Одна. Прежде, чем он снова коснется ее, и она будет снова хотеть его и все мысли вылетят из ее головы.

Прямо сейчас, она почувствовала себя глупой, бесхребетной девкой. Как она могла отдать свое тело в его полную власть, когда она так мало значила для него?

Страсть, которую они разделили, была подобна живому пламени, горячему и разрушительному. Она не могла стоять в центре костра и не получить ожог.

Повернувшись к нему, она прижала чистую одежду к груди, заскрежетав зубами.

- Вот и все, Люк. Вот …- она осеклась, отказываясь плакать перед ним.

- Нет.

- Aлисса, я прошу прощения. Я был зол и я… - прохрипел он в тишине, вставая и застегивая брюки и рубашку.

- Я сделал тебе больно?

- Ты думаешь? - она саркастически улыбнулась.

- Для тебя это соревнование. Тайлер не касался меня, но ты в это не веришь. Не то чтобы это действительно имеет значение. Ты не хочешь чтобы я была с тобой, но и не хочешь, чтобы у меня был другой мужчина. Ты как собака на сене. Не потому что я что-то значу для тебя, а потому, что ты боишься своих чувств ко мне. Тебе проще убедить себя, что я шлюха, которая трахается с другими парнями. Я не буду больше мириться с этим дерьмом.

- Это не правда. Ты заставляешь меня чувствовать к тебе то, что я…

Он провел рукой по волосам, ища подходящие слова. Оправдывается, подумала она. Не более того.

- Кончай. Меня это не волнует. Я попрошу Сэди отвезти меня домой около четырех. Лучше бы тебе уже съехать. “Bonheur” и “Сексуальные Сирены” закрыты по воскресеньям, не показывайся мне на глаза до обеда в понедельник. Даже тогда? Не надо мне ничего говорить. И никогда снова не прикасайся ко мне.

Люк не сказал ни слова, пока она не исчезла в ванной комнате. Его молчание разбивало ее сердце снова и снова. Слезы жгли ей глаза, как капли кислоты.

Она знала, что сказала, но какая-то часть ее хотела, чтобы он заботился, боролся за нее. По-видимому, он это не хотел. Смешно, выдавать желаемое за действительное. В пятнадцать лет, она узнала, что все сказки полное дерьмо. Как же она смогла забыть этот ценный урок?

Выкупавшись, она надела новые стринги и расчесала волосы, удивляясь тому, какие красные и распухшие губы у женщины в зеркале. Она, наконец, влюбилась первый раз в жизни. Какой жалкий гребаный опыт.

Отвернувшись от зеркала, она промчалась мимо Люка, прямо к двери своей спальни. Он стоял у нее на пути.

- Мне жаль, если я тебя обидел. Не делай этого - раскаяние было написано на его лице.

- Что? Быть умной? Ты планировал когда-либо встретиться со мной снова после четверга?

Чувство вины появилось на его лице. Он отвел взгляд.

- Нет.

Боль разрасталась внутри нее.

- Я слишком много пережила, чтобы ты вытирал об меня ноги. Поскольку ты видишь во мне только шлюху, тебе не составит труда забыть меня.

С этими словами она скользнула мимо него и пошла к двери. Как только она выскочила из спальни, слезы побежали из ее глаз. Никогда больше. Когда он уйдет, она никогда не сможет смотреть на этого мужчину. Оставаться с ним наедине.

Он уже убил ее своими словами, а она до сих пор, готова упасть к его ногам, и просить о любви.

Черт возьми, она отказалась от искушения унизиться перед мужчиной, который не ценил ее.

Она бросилась вниз, в холл, к лестнице, опираясь на стену, пробираясь за кулисы.

- Алиса?

Она слышала, что Сэди зовет ее, но сейчас она не готова с кем-либо разговаривать. Она подняла руку, и побежала в свой кабинет, открыв, захлопнув и заперев дверь, она включила свет.

Слезы застилали глаза, она подошла к стулу и рухнула в него. Нужно высморкаться. Она открыла глаза, чтобы достать платок.

Питер стоял там, и осоловело, смотрел на нее.


Глава 10

Люк смотрел на закрытую дверь спальни. В его голове все еще звучал грохот, с которым она закрыла дверь. Он заслужил ее гнев. Проведя рукой по своему лицу, он почувствовал усталость во всем теле.

Тем не менее, глубоко внутри, он желал, хотел, мечтал. Он был честен с собой, поэтому должен позволить ей уйти.

Все внутри него перевернулось, когда увидел, как Тайлер целует Алиссу. Зверь внутри него кричал, требуя ее тела и подчинения. И всего остального, что она могла ему дать. А он даже не мог до конца понять, что ему нужно от нее. Но это был не конец.

Да, она позволила Тайлеру поцеловать ее, но знал, что Люк, из них двоих облажался больше. После сегодняшнего вечера, после потери контроля с ней в очередной раз, он заслужил того, что она его бросила.

Теперь, когда Алисса ушла, он должен был ответить на самый главный вопрос, который крутится в голове: Почему он ревнует, когда думает, что у нее есть другой любовник? Он не мог остаться. Почему она так волнует его сексуально?

Потому, что ты влюблен в нее, и это чертовски пугает тебя.

Он слез с кровати, а затем снова сел на нее. Возможно ли это?

Мог ли он действительно влюбиться в нее за несколько дней?

У них было так много общего, они много раз занималась жарким сексом. Но с Алиссой это было нечто большим. Определение, большим. По сравнению с другими девушками. Умная. Прагматичная и смелая … за исключением того, что позволила ему увидеть раз или два ее уязвимую сторону. Она скрывала эту часть своей души от него, и он бы умер, лишь увидеть это. Все в ней привлекало его.

Несмотря на то, что она занималась стриптизом, Алисса была такой…настоящей. Более реальной для него, в самом деле, чем любая из его предыдущих любовниц.

Но она не вписывалась в его будущее.

Поскольку она не была только его женщиной и никогда ею не будет, то он должен перестать вести себя, как осел, даже если это убьет его. Она потребовала, чтобы он оставил ее в покое и уехал из Лафайетта. Так или иначе, он это сделает. Это к лучшему, и он должен сделать это для нее. Он просто должен найти способ забыть ее. Или научиться жить с открытой раной в сердце.

Мгновение спустя кто-то постучал в дверь. Вздрогнув, он побрел через всю комнату и открыл дверь. Тайлер.

Люк не знал, что думать об этом человеке. Он вел себя фамильярно, как любовник Алиссы. Этот парень, должно быть, один из ее лучших друзей? Но Алисса поклялась, что Тайлер не был одним из них. Люк хотел верить ей.

- Где она?- Тайлер посмотрел на смятую постель, на растрепанного Люка, на разорванную одежду Алиссы на полу. После чего он стиснул зубы.

- Черт побери, ты причинил ей боль? Где она, черт возьми?

Как, черт возьми, ему ответить?

- Я не причинил ей физической боли.

- Но ты разбил ей сердце, ты ханжеский ублюдок.

Тайлер сжал руку в кулак. Люк видел, что он хочет его ударить и ничего не сделал, чтобы остановить его. Хук правой был убийственным, его голова откинулась назад, и боль пронзила его.

Он потер ноющую челюсть и посмотрел на Тайлера.

- Если это тебя утешит, в ту минуту, когда она ушла, это было подобно твоему удару. Она бросила меня, и я чувствую себя зверем, попавшим под машину.

- Хорошо. Алисса создает вид чертовски сильной женщины, но в глубине души, она хрупкая. Она никому не показывает своих чувств, но, когда ты приехал сюда, ее чувства были написаны на ее лице. И выглядит она чертовски одинокой.

Люк опустил голову. Он обращался с ней как со шлюхой, занимался с ней сексом, чтобы потом обвинить в том, что она спит с кем попало. Он был поражен ее умом. Ему никогда не приходило в голову, что стриптизерша может иметь ученые степени. С любой другой женщиной, он бы просто восхищался ее достижениями и не был бы так шокирован. Он был в ее теле и попытался пробиться в ее сердце без намерения остаться рядом с ней и затем отдалиться от нее.

Он заслужил свое разбитое сердце и все остальное.

- Это больше не повторится.

- Чертовски верно! - Тайлер зарычал.

- Я люблю эту женщину, а тебе на нее насрать. Ты знаешь, как трудно было стоять в стороне и смотреть?

Люк был уверен, что невероятно трудно. Ему не понравилось, когда Тайлер ее целовал, но если бы он был вынужден смотреть, как другой человек соблазняет и обижает ее, он бы обезумел и оторвал ублюдку голову. Он восхищался сдержанностью Тайлера.

- На данный момент, я могу только сказать, что сожалею. Я буду готовить и держать себя в руках, пока я не уеду, в четверг.

- Сделай это. Но сейчас мы должны найти Алиссу. Сэди видела, как она плача, убежала за кулисы несколько минут назад.

Люк закрыл глаза. Он не думал, что он может чувствовать себя так плохо. Ужасно.

Он знал, что причинил ей боль — снова — и это было похоже на удар острого, ржавого лезвия прямо в сердце.

Тайлер явно не закончил свою тираду.

- И после того, как мы найдем ее, начнем охоту, придурок. Если ты хоть на мгновение причинил ей боль, я с наслаждением разорву тебя на части голыми руками.

Как правило, Люк, не реагировал на угрозы. Но эта…Он просто кивнул.

- Когда она убегала, она не сказала, куда направляется?

- Нет, она ничего не сказала.

Тайлер колебался, стиснув зубы.

- Питер был в гостевой зоне, около сцены, пятнадцать минут назад. Он не ушел. Его нет в туалете. Он пропал. Как и Алисса.

Страх вывел Люка из ступора. Он бросился к двери.

- Мы должны найти ее.

Кивнув ему, Тайлер выскочил из комнаты и побежал вниз по лестнице. Люк за ним.

- Может Сэди знает, куда она пошла?

Вышибала покачал головой.

- Она проверила несколько гостевых комнат, Алиссы там нет. Мы проверим ее кабинет.

Люк понял, что она пошла туда. Расстроенная и в слезах, она хотела побыть одна в звуконепроницаемой комнате. Закрывшись на замок.

У Люка было плохое предчувствие.

- Беги!

Крикнул он Тайлеру. Через несколько секунд они стояли у дверей ее кабинета. Дверь была закрыта и заперта изнутри. Страх сжал сердце Люка. Он и Тайлер стали стучать в дверь, выкрикивая ее имя. Никто не ответил.

***

- Что ты здесь делаешь?

Потребовала Алисса, вставая.

Даже в своих красных на шпильках сапогах она была ниже Питера, но она не собиралась давать ему психологическое преимущество, позволяя ему возвышаться над ней. И все же, этот парень из братства был верзилой, по крайней мере, шесть футов и два дюйма высотой и, вероятно, двести тридцать фунтов мышечной массы. Молодой и пьяный, и возбужденный.

И она оставила свою сумочку с перцовым аэрозолем в своей спальне наверху. Спокойно. Осторожно с ним.

Питер просто рассмеялся и начал вытаскивать рубашку из брюк. Он смотрел на нее похотливым взглядом, который заставил ее содрогнуться.

- Ты постоянно крутишь передо мной своей задницей. Ты всегда позволяешь тому вышибале тискать себя, и я знаю, что ты трахаешься с поваром, который готовил на этой неделе. Теперь моя очередь.

Глаза Алиссы расширились.

- Ты знаешь о Люке?

Не он ли писал те записки с угрозами?

Питер усмехнулся.

- Да, черт побери. Как вы оба смотрите друг на друга, это очевидно. Кроме того, я был наверху, прямо за дверью, двадцать минут назад, когда он дарил тебе удовольствие. Детка.

Он улыбнулся и расстегнул джинсы.

- Я лучше его оттрахаю тебя.

Она почувствовала страх и отвращение. Но она должна была оставаться спокойной.

Сбежать отсюда. Она не станет его жертвой.

- Я не собираюсь заниматься с тобой сексом. Я не трахаюсь с клиентами, особенно с сопливыми, навязчивыми парнями, которые думают, что могут получить все, что хотят. Так подойди и открой дверь…

Он бросился на девушку, схватил ее за руку и завернул ей их за спину.

- Я мужчина и могу заставить тебя стать мокрой и пронзительно кричать. Я не подчиняюсь приказам женщин, особенно такой шлюхи, как ты. Так что заткни свой поганый рот, раздвинь свои красивые бедра, и займись делом.

Желудок Алиссы сжался и страх забурлил в крови. Она извивалась, чтобы освободиться, но Питер крепче сжал ее руку, и завернул ее за спину. Морщась от боли, она поднялась на цыпочки. Если он еще сильнее будет выкручивать ей руку, то выдернет ее из плеча или сломает ее. Дерьмо!

- Хорошие сапожки, - прокомментировал он.

- Они классно будут не тебе смотреться, пока я трахаю тебя. Так, что там под юбкой?

Используя ее руку, чтобы удержать ее на месте, Питер подтолкнул ее вперед и толкнул лицом на стол. Она ударилась щекой о твердую столешницу. Также она ударилась животом и правой грудью о край стола. У Алиссы перехватило дыхание.

Пока она не пришла в себя от боли, Питер воспользовался случаем и задрал ее юбку, оголяя ее бедра, которые тут же принялся поглаживать. Она вздрогнула.

- Прелестно. Задница просто класс. Я знаю, что не зря ждал.

Он разорвал ее стринги и холодный воздух коснулся ее голой промежности.

Она вздрогнула.

Это происходит. На самом деле происходит. Боже. О, Боже. Она должна остановить его. Она не станет его жертвой. Она должна ударить ему локтем по ребрам или шпилькой по ноге. Что-то … Он удерживал ее, угрожал что сломает руку, и она, скорее пожертвует рукой, чем позволит изнасиловать себя. Но сначала она должна убедиться, что точно продумала свои действия.

Питер склонился над ее телом, сжимая рукой ее волосы, и ударил ее лицом о стол, затем еще раз. Наконец, он отпустил ее руку, но продолжал сжимать ее тело. Все равно, это была возможность, и она должна ею воспользоваться.

Его рука опустилась на ее поясницу, потом он провел пальцем между ягодицами и коснулся ее ануса.

- Тебя трахали сюда? Да, я готов поспорить, что да. Шлюхи, как ты любят это, извращения и грубость. Я тоже трахну тебя туда.

Она слышала чавкающий звук, а затем Питер надавил мокрым пальцем на ее анус. Она вздрогнула, пытаясь перестать чувствовать, но режущая боль не позволила этого. Дело принимала серьезный оборот. Нужно быстро действовать.

- Ах, да. Это чертовски горячо. Я не могу дождаться, чтобы войти туда и жестко тебя трахнуть.

Он извлек из ее тела свой палец.

- Но сначала я должен увидеть твои сиськи.

Алисса ожидала, что он перевернет ее на спину и освободит ее руку.

Вместо этого он сжал в кулак тонкий хлопок ее рубашки на шеи и разорвал, отбрасывая одежду прочь. К ее ужасу он успешно одной рукой расстегнул ее лифчик. Затем выдернул одежду из-под нее. Ее голые, воспаленные соски прижались к холодному столу. Она зашипела.

Он удерживал ее за запястье между их телами, и она почувствовала, что он обернул ее бюстгальтер вокруг одного запястья. Затем, вокруг другого. Черт побери, он собирался связать ее, ее же одеждой. Черт, нет. Никогда!

Не думая о том, что он может сломать ей руку или вывихнуть, она потянулась назад. Он повернул ее лицо вправо. Ее левая рука была свободна, но она не могла ее видеть. У нее есть шанс попробовать. Слава Богу, у нее острые ногти.

Она потянулась назад, наметив цель. С первой попытки она схватила его за яйца. И сжала беспощадно.

Он хрюкнул и попытался отступить, но она держала крепко и повернулась к нему.

- Ты, сука! Я отплачу тебе за это.

Алисса стояла над ним, гнев душил ее.

- Сначала я сделаю тебе больно.

Она ударила ее каблуком по ступне. Хотя он надел теннисные туфли, она решила, что попала в яблочко глаз, когда он взвыл и начал прыгать на одной ноге. Затем, просто для удовольствия, она сильнее сжала его яйца.

Он кричал, как девчонка. И она улыбнулась.

Вдруг он бешено заревел и замахнулся на нее кулаком. Она сделала ложный выпад в сторону, отпустила его и побежала к двери. Он напал на нее прежде, чем она успела сделать шаг, схватил за волосы, чтобы посмотреть ей в лицо, а затем снова толкнул вниз. Она ударилась затылком о стол. Боль взорвалась в ее голове, и она задохнулась.

Этого не было достаточно для Питера. Он удостоверился, что ее голова ударилась о бетонный пол, когда он тащил ее по нему. Боль пульсировала в ее голове, в висках. Она чувствовала боль. Затем он схватил ее руку и зажал предплечье другой, и дернул. Она услышала хруст костей и чувствовала, что боль взорвалась в ее руке, пронзая до самого запястья. Она закричала, а он улыбнулся.

- Это за то, что схватила меня за яйца, сука. Теперь лежи спокойно и я трахну тебя как шлюху, которой ты и являешься.

Грубо сказал он, а затем схватил ее за руки и прижал их над ее головой. Она всхлипнула от боли.

Псих. Он был настоящим психом. И она понятия не имела, как она собирается освободиться, когда он прижал ее тело к полу. Затем он расположился между ее бедрами, его твердый голый член был между ними. О, Боже.

Алисса знала, какой кошмар ей придется пережить.

Зная, что стены ее офиса звуконепроницаемы и это не принесет никакого результата, она закричала.

Питер взял член в руку и прижал к ее набухшим складочкам.

- Вот и все. Мне нравится, когда кричат. Ты будешь громко кричать для меня, прежде чем я тебя трахну.

Мгновение спустя она услышала стук в дверь, и Питер замер.

- Черт!

Покачав головой, он повернулся и попытался войти в ее тело. Мгновение спустя дверь распахнулась.

Тайлер и Люк смотрели на Питера как безумные. Ее вышибала схватил его за волосы и за пояс джинсов, и бросил его через комнату. Люк подбежал к нему и пнул Питера по ребрам, затем стал избивать его. Питер кричал. Тайлер присоединился к Люку, и схватив его за волосы ударил лицом о пол.

Она замерла на мгновение, в затем два пары ног, остановились рядом с ней.

- Я звоню девять-один-один.

Голос Люка звучал обеспокоенно. И сердито. Она нахмурилась. Почему? Он не любил ее. С другой стороны, это ничего не значило. Он просто не мог видеть страдания людей.

Она была напугана, и ей было холодно. Хотя Алисса и не хотела признаваться, но она понимала, что ей нужна помощь. Кто-то из мужчин должен помочь ей.

- Тайлер, - хрипло сказала она.

- Я здесь, детка.

Осторожно, Тайлер прижал ее к своему теплому телу. Она задохнулась от боли, когда он коснулся ее запястья. Она замерла. Ах, как тепло.

- Скорая уже в пути, - заверил ее Люк, прижимая трубку к уху.

- Полиция, тоже. Питер без сознания.

- Скажи мне, что случилось, - мягко потребовал Тайлер.

- О-он … - говорила она бессвязно, заливаясь слезами - пытался изнасиловать…

- О, черт…-Тайлер прижал палец к губам.

- Не думай об этом сейчас. Все кончено.

- Снова.

Ее голос дрожал, все сжималось внутри от воспоминании о Питере, нависающем над ней, сжимающим ее, с силой проникающим в нее.

- Н-никогда больше.

Одинаковые шок и ужас появились на лицах Тайлера и Люка, когда ее сознание начало мутнеть. Правда осенила Люка. Она закрыла глаза, ненавидя тот факт, что он узнал о ее вечном позоре.

***

Люк походил из угла в угол в зале ожидания скорой помощи. Три долгих часа, а врачи все молчат. Снова и снова он прокручивал в голове картину, как Питер прижимает сопротивляющуюся Алиссу своим большим телом к полу и выражение жестокости на его лице.

В сотый раз Люк ругал себя за то, что так дурно поступил с ней и дал ей выйти из комнаты в одиночку. Неважно, насколько зла она была на него, как подавлен он был, он должен был пойти с ней, и она была бы в безопасности. Обжигающий взгляд Тайлера говорил ему об этом. Вместо этого, Питер напал на нее. Люк опустился в неудобное зеленое кресло и обхватил голову руками. Боже, что он наделал? Он скверно вел себя с ней, и она убежала от него, попав прямо в ловушку Питера.

В тревожном шуме приемного покоя автоматическая дверь со свистом открылась, и вошли три знакомые фигуры.

- Дик.

Люк встал и пожал кузену руку и обнял его.

- Что ты здесь делаешь?

- После того как ты позвонил, я понял, что должен приехать. Я подумал, что тебе потребуется помощь. Джек тоже захотел помочь.

- Спасибо, что пришел.

Люк пожал руку Джеку.

- Особенно в три тридцать утра.

Джек пожал ее.

- Алисса тоже мой друг.

И, наверное, бывшая любовница. Люк не хотел сейчас об этом думать. Джек был счастлив в браке. Алисса… Люк знал, что она больше не хотела иметь с ним ничего общего.

Сделав глубокий вдох, он повернулся к третьему человеку, старшему брату Кимбер Хантеру. Сказать, что он никогда не нравился Хантеру, было бы грубым преуменьшением.

- Как ты, Хантер?

Он протянул руку.

Хантер Эджингтон многозначительно посмотрел на протянутую руку Люка, пока он ее не опустил.

- Испоганил жизнь другой женщине, да?

Люк втянул в себя воздух и закрыл глаза. Хантер был прав, он никогда не сможет тягаться с ним.

Дик хлопнул Хантера на спине.

- Перестань, приятель. Сейчас не время..

К счастью Хантер сменил тему.

- Кто хочет кофе?

Джек первый согласился, затем Дик с Люком, и Хантер оставил их.

- Что говорят врачи? спросил Джек.

Люк покачал головой.

- Скажи мне, что случилось.

Джек начал ходить из угла в угол.

- Этот ублюдок, который преследовал ее, оставляя ей ужасные записки, заперся с ней наедине в кабинете. Он напал на нее. И мы не знаем, изнасиловал он ее или нет.

- Сукин сын,- Дик сплюнул.

- Я надеюсь, что они посадили его в Каунти.

Джек мрачно улыбнулся.

- Если парни узнают, что он обидел их любимую хозяйку “Сексуальных сирен”, ему не поздоровится.

Может быть, это должно было бы и утешить Люка, но это не принесло облегчения. Он не мог ответить на вопрос, который мучил его в течение нескольких часов.

- Как давно ты знаешь Алиссу?

Спросил он делового партнера Дика и известного Доминанта.

Джек вздохнул, поскольку его явно переполняли воспоминания.

- Около десяти лет. Она стала танцевать в “Сексуальных Сиренах”, когда он принадлежал этой суке по имени Maркесса. Видел бы ты, Алиссу. Даже тогда, она могла осветить комнату. Я еще служил в армии и был в отпуске, когда мы встретились. Я помогал приятелю выследить наркоторговца, который продавал наркоту его младшему брату, учащемуся средней школы. Видимо ему нравилось спускать деньги на стриптизерш. Когда Алисса узнала, что я разыскиваю наркоторговца, она разыскала меня и помогла мне. Я знал, что она хороший человек.

Да, она защищала обездоленных, помогая, чем могла. Ее жизнь была далека от совершенства, но она все же нашла способы и средства для оказания помощи другим. Такая чертовски хорошая. Почему он никогда не замечал этого, а всегда думал о ее профессии и о том кто согревал ее постель?

Люк сглотнул, с трудом произнося следующие слова.

- Когда мы оттащили этого придурка от нее, она, прорыдала. Опять. Когда ее изнасиловали в первый раз?

Джек отпрянул.

- Изнасиловали ранее? Не за последние десять лет. У нас с Алисой были близкие отношения. Она бы пришла ко мне. Я знаю точно.

Ужас охватил Люка.

- Если не десять лет назад, то тогда раньше?

В восемнадцать? В девятнадцать?

Джек поморщился.

- Да.

- Черт,- пробормотал Дик.

Кто-то изнасиловал Алиссу, когда она была подростком.

Сцена с Питером, ее боль и беспомощность, снова всплывали в его памяти. Черт побери.

Люк чувствовал себя погано. Он обращался с ней как с грязью и осуждал ее. Все это время он думал, что она не вписывается в его будущее и не достаточно хороша, чтобы стать матерью его детей… По правде говоря, он сам не был достоин ее.

Может быть, Тайлер был прав, ничего не случилось бы с ней, если бы он не появился в ее жизни. Видит Бог, он не видел дальше ее внешности, не понимал ее, пока не стало слишком поздно.

- Здесь есть члены семьи? - деловым тоном спросил доктор, оглядываясь по сторонам.

- Нет,- ответил Тайлер.

- У нее нет семьи. Я привез ее —

- Мы привезли ее сюда, - перебил Люк и подошел к врачу.

Тайлер бросил на него тяжелый взгляд, а потом кивнул.

- Мы привезли ее сюда.

Сэйди, Джек, и Дик тоже подошли. Доктор едва взглянул на короткое шелковое платьице стриптизерши и яркий макияж.

- У госпожи Деверо легкое сотрясение мозга, множественные ушибы, переломы двух ребер и перелом запястья.

С каждым словом врача Люку хотелось побить Питера снова и снова. Как получилось, что богатый мальчишка мог думать, что он имеет право сделать больно Алиссе?

Все же Люк спрашивал себя, а чем он отличается от Питера. Он не причинил ей физической боли, но он смотрел на нее так, как будто человек ее профессии не может иметь сердца, никаких чувств. Он растоптал ее чувства. Как Питер ее тело. Он чувствовал себя чертовски мерзко.

- Она была в шоке в машине скорой помощи, - продолжал врач.

- Но ее состояние стабилизировалось. Жизни ничего не угрожает. Она полностью восстановится со временем. Она сейчас спит. Мы хотим подержать ее под наблюдением эту ночь. Ей будет нужен постельный режим, на несколько дней, - после он заколебался.

- Она отказалась от освидетельствования на изнасилование.

- Что?

Они не смогут посадить Питера за решетку, если факт изнасилования не подтвердится.

- Она не может этого сделать, - вставил Тайлер.

Врач бросил взгляд в его сторону.

- Я пытался уговорить ее. В вагинальной области имеются характерные признаки проникновения и беглый осмотр обнаружил следы спермы.

Вот дерьмо! Люк прочистил горло.

- Мы занимались с ней сексом.

- У вас был незащищенный секс с жертвой?

Люк не смотрел на Тайлера, он знал, вышибала был готов ударить его.

Вместо этого он просто кивнул.

- Около десяти утра и снова около 23:30 сегодня вечером, как раз перед нападением.

- Это все усложняет. Если она не начнет говорить, я не могу сказать, было ли изнасилование.

Врач провел рукой по взъерошенным каштановым волосам.

- Если она изменит свое решение относительно освидетельствования, я полагаю, что полицейские захотят, чтобы вы оставили образец спермы, чтобы мы могли исключить вашу ДНК и найти следы подозреваемого.

Люк не колебался.

- Если она это сделает, я сделаю все возможное, чтобы помочь прижать этого ублюдка.

- Ну, у него есть свои травмы, в том числе перелом носа. Некоторое время он не сможет навредить кому-либо.

Люк не чувствовал радости. Сломанный нос? Это не остановит Питера и он снова приедет к Алиссе.. Только заключение за решеткой, на долгое время помогло бы. Все те записки, которые ублюдок оставил ей ранее, перед нападением, надо надеяться, помогут упрятать его в тюрьму лет на десять - двадцать.

- Я могу ее увидеть? спросил Люк.

Врач послал ему извиняющийся взгляд.

- Мы дали ей успокоительное, и она спит. Она пока отказалась принимать посетителей.

Конечно. Она предпочитала страдать молча. И почему она не хочет его видеть?

Подавив боль, он повернулся к Тайлеру и Сэди.

- Пока она поправляется, вы можете присмотреть за клубом? Она будет переживать, если не будет знать, что все в порядке.

- Конечно, - сказала хорошенькая брюнетка.

Тайлер кивнул.

- Это часть моей работы.

- Я буду присматривать за “Bonheur” до среды. Она, вероятно, к этому времени поправится.

Он повернулся к Джеку.

- Ты можешь позаботиться о ее безопасности?

Кажун нахмурился.

- Ты так говоришь, как будто уходишь.

- Я оставляю ее в покое.

- Черта с два! Сейчас она нуждается в тебе.

Люк горько рассмеялся.

- Нет, я последнее, что ей нужно.

Он увидел брата Кимбер, идущего к ним с подносом, заполненным кофе.

- Спросите у него. Он скажет вам.

Похлопав кузена по спине, Люк повернулся и увидел как медсестра, оставила свой пост, чтобы помочь роженице. Он успел дойти до двери, прежде чем она захлопнулась и оказался в коридоре. Палаты первичного осмотра располагались вокруг стола дежурной сестры. На доске в центре комнаты были указаны номера палат и фамилии, находящихся в них пациентов. Найти палату Алиссы было очень легко. Он вошел туда.

Тонкая занавеска была задернута. Он видел ее силуэт, но не более того. Она не хочет его видеть, и он уважал ее желание, поэтому не стал отодвигать занавеску, как хотел. Чертовски тяжело. Люк хотел сам убедиться, что с ней все в порядке, она цела и невредима, но она ясна высказала свое желание.

Сейчас это его единственный шанс попрощаться.

Он слышал, как за занавеской работает насос, подающий кислород в легкие, сигналы мониторов. Капельница стояла у стены. Он сглотнул, желая увидеть ее, взять за руку…

Она не хотела иметь с ним ничего, и это причиняло чертовски сильную боль.

Желая, чтобы она не спала и услышала его, он вздохнул, от его дыхания зашевелились синие занавески.

- Я так чертовски сильно сожалею о многих вещах. Рядом с тобой я превращаюсь в кого-то, кого я не знаю. Как себя вести и ты была права, что прогнала меня.

Он схватил занавеску, заставляя себя держать ее на месте, не побежать к ее кровати и разбудить ее, взять ее на руки.

- Я сожалею, что мое поведение заставило тебя убежать от меня, прямо в лапы Питера. Очень жаль. Ты не знаешь, насколько я близок к тому, чтобы влюбиться в тебя. Очевидно, что для нас обоих будет лучше, если я уйду.

Он постоял еще мгновение. Одним словом, это все, что он хотел сказать.

До свидания. Теперь он мог уйти, дать ей прийти в себя и продолжить жить дальше.

Люк не мог выдавить ни слова. Вместо этого, он сжал кулаки, чтобы сдержаться, чувствуя как слезы, вот-вот появятся на его глазах, и вышел из больничной палаты навсегда.

Глава 11

- Люк?

Он обернулся на знакомый голос, стараясь скрыть раздражение.

Эмили. Она подошла к нему. Она выглядела, как модель из каталога Lands’ End в удобных туфлях-лодочках, новых брюках цвета хаки, шикарной белой блузке, и маленьком красном кардигане. Эти цвета идеально подходили к ее бледному лицу и темным волосам.

На ней были одеты стильные аксессуары, делая ее элегантной и скромной, одновременно. Когда она улыбнулась, ее карие глаза, были полны удовлетворения. Она действительно была совершенной, во многих отношениях.

Махнув рукой, в ответ, он послал ей улыбку, которая больше походила на гримасу.

Взглянув на часы, он с облегчением увидел, что раздача автографов и демонстрация приготовленной им еды, закончится через десять минут.

Встречая и приветствуя гостей, позируя фотографу и отвечая на вопросы журналистов, он сразу почувствовал присутствие Эмили за своим левым плечом. Он перевел на нее свой взгляд. Черт возьми, она выглядела решительной.

Закончив с раздачей автографов, он поднялся и подошел к переносной кухне, схватив микрофон.

- Спасибо всем, кто пришел сегодня. Я ценю, ту поддержку, которую вы оказали мне, и думаю, что вечер удался.

После бурных аплодисментов, толпа начала расходиться. Остались только двое репортеров, которые продолжали слоняться вокруг него, но персонал магазина поспешно вывел их наружу. Люк весь напрягся и повернулся к Эмили.

Все внутри него пошатнулось. Она была прекрасной, культурной, образованной и доброй. Она любила детей, и в целом, это означало, что если бы он сделал ей предложение руки и сердца, она бы сразу его приняла. В кармане у Люка было даже кольцо, простое, с каплевидным алмазом в два карата - по ее словам, ее любимым - на тонкой золотой полоске, которое просто ждало подходящего момента.

Она обладала всеми качествами, которые он искал в женщине. Но он выжидал этот самый момент, так же как и три недели назад, и кольцо, было все еще спрятано в коробке, находясь в кармане его пиджака.

Он вздохнул, потом подошел к ней и поцеловал в щеку.

- Ты прекрасно выглядишь.

Это была не ее вина, что он умирал от желания, увидеть на ее месте другую женщину, одетую в сексуальную короткую юбку, подвязки, и имеющую дерзкий характер.

Черт! Он никогда не увидит ее снова, и Люк знал, что нужно продолжать жить дальше. Сегодня ему бы исполнилось тридцать шесть. Сегодня было так хорошо, что можно с надеждой смотреть в будущее. Если он хочет иметь детей, то ему нужно попробовать создать семью. Это может занять несколько лет, но Эмили уже двадцать восемь, и она готова.

С виноватым видом, Люк почувствовал облегчение, да возможно, он хотел иметь от нее детей, но у него не было желания для занятия с ней сексом. Она была прекрасным и замечательным человеком. Возможно, он почувствует влечение к ней…..когда-нибудь. Может быть.

Эмили улыбнулась.

- Ты тоже замечательно выглядишь. И сейчас, я хотела бы пригласить тебя на ужин, в честь твоего дня рождения. Ну, куда мы пойдем?

Люк попытался изобразить заинтересованность

- А ты куда хочешь?

Улыбка медленно спала с ее лица.

- Новые головные боли? Ты был у врача?

После возвращения из Лафайета, шесть недель назад он выдумал, что страдает от головной боли, так как потерял интерес к их свиданиям и старался как можно меньше времени проводить вместе. Он терпеть не мог врать ей. Эмили заслуживает лучшего. Либо ему нужно на самом деле попытаться создать с ней семью, либо уйти.

Его сердце желало последнего. Логика спрашивала его, какого черта он будет делать завтра, если уйдет от Эмили. Алиссы уже не было рядом с ним. Независимо от того, насколько он хотел, чтобы Алисса была рядом, он не находил в себе сил, сделать это по-своему.

Он изобразил улыбку.

- Я в порядке.

Эмили нахмурилась.

- Ты ведь не чувствуешь себя подавленным в свой день рождения, не так ли?

Не в том смысле, что она имеет в виду, но это был хороший повод.

- Может быть, немного.

- Тогда я должна поднять тебе настроение!

Она улыбнулась, сверкнув ямочками, и взяла его под руку.

Это и целомудренные поцелуи. В прошлом месяце между ними были только невинные поцелуи. Что он будет делать в брачную ночь, если даже не может себе представить, что они занимаются сексом? Хуже, что он будет делать, когда возникнет желание, ведь Алисса буквально впиталась в его кожу и только она может его удовлетворить? Может быть, его решимость расстаться с ней было неправильным? Неужели он не сможет выполнить свои брачные обеты? Если он будет молчать, обидится ли Эмили?

- Не беспокойся обо мне.

Он очень медленно собирал свои принадлежности, ноутбук, ручки в рюкзак, давая себе больше времени успокоиться и унять желание к Алиссе.

- Люк.

Она коснулась его плеча.

- Я хотела подождать, пока мы останемся вдвоем, но…Ты изменился с тех пор, как вернулся из Луизианы. Я не хочу давить на тебя, но…

- И не надо, - тихо сказал он.

- Ты ничем не можешь мне помочь.

Улыбка появилась на ее лице.

- Я умею слушать.

- Я знаю, Эмили. Но я сам должен разобраться в себе.

- Если я больше тебе не нравлюсь, просто скажи мне.

Он закрыл глаза. Цепляться за прошлое или сказать правду?

Люк.

Он услышал, женский голос, произносящий его имя. Но знакомый голос воспламенил его чувства, как электрический заряд прошел через его тело, вызывая мурашки по всему телу. Он скучал по ней так сильно, что ему мерещится ее голос?

Он обернулся, надеясь увидеть ее. И она стояла в другом конце комнаты.

- Алисса?

Он испытал шок, увидев ее. Люк почти не мог дышать.

В последний раз он видел ее, когда она вышвырнула его из своего клуба и из своей жизни. Почему она здесь, сейчас? Все ли с ней в порядке? Скучала ли она по нему, хоть немного?

Он упивался ею. Несмотря на прошедшие шесть недель, от одного вида Алиссы у него перехватило дыхание. Она осторожно подошла. Она заколола половину своих длинных платиновых волос на затылке, а остальные свободно лежали на ее плечах. Потертые джинсы облегали ее маленькую фигурку, свободнее, чем он помнил. Она казалась еще более хрупкой.

На ней была футболка с красной надписью “Сексуальные сирены исполнят ваши фантазии”. Легкий макияж.

Несмотря на это, ее глаза были ярко синими. И она выглядела очень уставшей.

Алисса остановилась в нескольких футах от них, потом взглянула на Эмили, а затем перевела взгляд на Люка.

- Твоя подруга?

- Да,- быстро ответила Эмили.

Подняв брови, Алисса холодно посмотрела на него.

- Я поговорю с тобой в другой раз.

Она повернулась и пошла в сторону главного зала универмага. Люк не раздумывал. Он обошел демонстрационный стол и бросился за ней.

Она услышал его шаги, и повернулась к нему. Разочарование было написано на ее лице. Люк остановился как вкопанный. Он так сильно хотел прикоснуться к ней…но она велела ему никогда больше не делать этого. Даже сейчас, выражение ее лица предупредило об этом.

- Не уходи.

Мольба слышалась в его голосе.

Боже, как он сильно скучал по ней. Он скажет любую чепуху, лишь бы провести еще пять минут с ней. В этот момент Люк со страхом понял почему.

Он влюбился.

Она перевела взгляд на Эмили. Люку не нужно было смотреть на нее, чтобы чувствовать ее смятение и боль. Часть его была рада, что Эмили видит, кому принадлежит его сердце. Так гораздо легче, чем ужинать с ней, не испытывая влечения.

- Твоя подруга не хочет видеть меня здесь, - сказала Алисса.

- Я рад видеть тебя. Не уходи.

Он бросил на нее отчаянный взгляд, желая чтобы она поняла.

- Мы можем где-нибудь поговорить? Я не займу слишком много твоего времени.

- Конечно.

Алисса чуть прикусила свою пышную нижнюю губу, а затем посмотрела на него сквозь ресницы. Этот жест был таким чертовски сексуальным. Но он беспокоился о ней…

Она выглядела тоньше, бледнее, и более уязвимой.

- Ты в порядке?

Он едва сдержался от желания обхватить ее за плечи.

Она сильнее закусила губу.

- Не здесь.

Что-то личное. Точно.

- Подожди минуту.

Люк вернулся в демонстрационный зал, пытаясь придумать, что бы сказать Эмили. Он был смущен.

- Я должен идти.

- А как насчет ужина в честь твоего дня рождения? - взвизгнула она.

Что с ним? Он открыл рот, но не знал что сказать. Он покачал головой.

Эмили изучала его лицо умными карими глазами.

- Ты познакомился в ней в Луизиане.

Проницательная. Он втянул в себя воздух и ответил с вызовом:

- Да.

Женщина взглянула на Алиссу.

- Она невероятно красива.

- Внутри и внешне.

- У меня никогда не было шансов.

Эмили попыталась скрыть свое потрясение и разочарование натянутой улыбкой, давясь словами.

Черт, в последнее время казалось он причиняет людям боль везде, куда бы не пошел, но сначала он должен сказать правду Эмили. Это было не хорошо с его стороны, но он должен перестать обманывать ее. Он никогда бы не был ей хорошим мужем. И хотя Люк не знал, почему Алисса была здесь, это не имело значения. Если бы она снова стала частью его жизни, даже на мгновение, то он хватался бы за эту возможность обеими руками. Возможно, горячее пламя страсти и сожгло бы их, но он так не думал. Если бы она снова позволила ему войти в ее жизнь и приехала сейчас, чтобы довериться ему, он сказал бы ей о своем бесплодии и будь, что будет.

- Ты любишь ее, - мягко сказала Эмили.

Это был не вопрос, и Люк решил не лгать ей.

- Да.

Она упала духом..

- Ты больше не позвонишь мне, не так ли?

Люк взял ее руки в свои.

- Ты действительно хочешь этого?

Она вздохнула, слезы покатились по ее лицу. Она покачала головой и освободила свои руки.

- Я знаю, лучше этого не делать. Если это имеет значение…Я очень сильно люблю тебя.

Черт, он знал, что такое душевная боль.

- Ты замечательная женщина, и когда-нибудь, кто-то сделает тебя очень счастливой, потому что полюбит тебя, но не я.

Он наклонился и поцеловал ее в щеку. Сдержанно кивнув, она пронзила Алиссу убийственным взглядом и выбежала из универмага.

Как только она ушла, Люк повернулся к Алиссе. Она отступила назад, когда он приблизился, удрученно глядя на нее.

- Я не слышала, что она говорила, за исключением того, что у тебя сегодня день рождения?

Люк ободряюще улыбнулся.

- Ты стала подарком, которого я не ожидал.

- Я испортила тебе вечер.

Нет, она спасла его.

- Вовсе нет. Давай перекусим и поговорим.

Люк ожидал, что она откажется. Алисса поколебалась, а затем нервно кивнула.

Приятно удивленный ее согласием, он привел ее к своему новому Ягуару, который купил после подписания договора с кабельным каналом две недели назад.

Когда они приблизились к автомобилю, к ним подбежал фотограф. Люк пытался заслонить Алиссу своим телом от вспышек камеры, довольный, что она надела солнцезащитные очки, скрывающие пол лица.

- Эмили Адамс убежала в слезах. Это ваша новая подруга?

Кричал фотограф, без остановки делая снимки.

Ой!

- Без комментариев. Пожалуйста, прекратите.

Когда они приблизились к машине, фотограф последовал за ними. Люк выругался и побежал, потянув Алиссу за собой.

- Я должна поехать с тобой, чтобы тебе не пришлось везти меня сюда… после, - предложила она, идя вместе с ним.

- Я не против,- заявил он.

Она улыбнулась.

- Ты уверен.

Что это значит? Питер снова стал скверно себя вести, теперь, когда вышел под залог и ожидает суда? Джек не сказал ни слова, черт побери! Он разговаривал с Диком почти каждый день.

- Если мы хотим скрыться, то будет лучше, если ты просто сядешь в машину,- он нажал на брелок, открывая машину.

- Я настаиваю.

Неисправимо упрямая.

- Ладно…В двух кварталах к востоку есть тихий уютный итальянский ресторан. Я не думаю, что фотограф будет искать нас там, если мы быстро уедем.

- Они теперь постоянно преследуют тебя?

Он поморщился.

- С тех пор, как я начал вести ток-шоу. Я все надеюсь, что они потеряют ко мне интерес. Неужели Итальянская кухня производит на них такое впечатление?

- Конечно.

Само слово обозначало восторженное чувство, но тон, которым оно было произнесено, указывало на безразличие.

Люк скрипнул зубами. Эта неопределенность его убивала. Теперь, ко всему прочему, добавилось еще и беспокойство, которое напрочь перемешало в нем все чувства. Что-то определенно было не так.

После того, как она согласилась поехать с ним в ресторан, он ждал, когда она сядет внутрь автомобиля. Фотограф побежал за ними, но его бег трусцой, был не достаточно быстр, чтобы и дальше преследовать их автомобили.

Поездка к Джорджио длилась пять минут, и они были самыми длинными в его жизни. Почему Алисса предположила, что он не останется с ней после обеда? Почему она выглядит такой похудевшей и усталой? Что черт возьми происходит? Может какие проблемы в “Bonheur”? Неужели она пришла к нему за советом?

Наконец, он въехал на стоянку ресторана, с большим количеством свободных мест. Припарковав свою машину, место рядом с ним было свободно, но она, почему то, поставила свою машину совсем в другом ряду. Черт. Если Алисса, так хотела находиться от него подальше, тогда почему она здесь?

Все это время, пока они сидели в тихом уголке, она молчала. Была суббота, вторая половина дня, обед давно прошел, а ужин еще не успел начаться.

- Как “Bonheur”?

Спросил он, соблазняющим тоном, в надежде, что она оторвет свои глаза от меню и поговорит с ним.

- Прекрасно. Первый месяц, Тэлли очень хорошо справлялась со своей работой, а сейчас она делает большие успехи. Благодарю тебя за твою помощь.

Люк улыбнулся ей, хотя ее таинственный визит тревожил его.

- Ты сделала всю трудную работу. Я просто предоставил свое скромное имя на неделе открытия.

- И много чего еще. Я видела тебя на «Эллен» на прошлой неделе.

Он поморщился.

- Все еще не привык ко всем этим телевизионным штучкам.

- Ты хорошо справляешься.

- Спасибо. Сейчас они часто транслируют передачи с моим участием. Но с января, ток-шоу будет по максимуму занимать эфирное время.

Подошел официант и принял их заказы на напитки. Он заказал Каберне Совиньон. Она, лишь попросила воды, и отказалась от коктейля. Он нахмурился, и попросил официанта, чтобы тот вернулся позже, когда они будут готовы заказать себе что-либо на ужин.

- Давай сначала закажем.

Так настойчиво? Она действительно была голодна… или просто не хотела находиться с ним в одном помещении, дольше положенного времени?

Конечно второе. Ты обращался с ней, как со шлюхой.

Неохотно, Люк согласился, и они озвучили свои заказы, после чего официант, наконец, оставил их в покое.

Люк повернулся к Алиссе, надеясь, что она заговорит с ним. Он очень сильно хотел прикоснуться к ней, но не против ее желания. И был очень многим ей обязан.

Минуты проходили, она все молчала, нервно ерзая на стуле.

- Это насчет Питера? - мягко спросил он.

- Джек сказал мне, что Питер не насиловал тебя. Я знаю, что он на свободе и ждет суда. У окружного прокурора есть полное основание засадить этого ублюдка за нападение и попытку изнасилования.

Она кивнула.

- Питер все еще настаивает, что не он писал эти записки с угрозами. Я не думаю, что мы когда-нибудь узнаем правду. Но это не та причина, почему я здесь.

Он наклонился вперед, и еще ближе рассмотрел, насколько бледной и дрожащей она была. Его беспокойство только усилилось.

- Что с тобой? Скажи мне что-нибудь.

- Черт подарок на день рождения …

Ее глаза закрылись, лицо напряглось и она плотно сжала губы. После чего уставилась на него с видом глубокого сожаления.

- Я беременна.

Люк отшатнулся, часто часто заморгал и уставился на нее.

- Беременна?

Почему она сказала ему об этом? Или она пытается сказать ему, что ребенок… его?

- Ты уверена?

Медленно, она кивнула.

- Я не обратила внимания на задержку, несколько недель назад, и подумала, что, может быть, это от стресса. Но проходили дни, и я заметила изменения в своем теле.

- Как?

Рявкнул он, обращаясь к ней с вопросом. Может быть, она ошиблась.

Даже если она и действительно была беременна, этот ребенок не может быть его.

После ужасающей болезни с длительной лихорадкой, которой он переболел в подростковом возрасте, его лечащий врач сказал ему, что после того, что с ним произошло, шансы, что он когда-либо станет отцом, практически равны нулю, из-за малого количества сперматозоидов. Тогда ему было семнадцать, и его реакция на данную новость была смешанной, смутная печаль с радостным возгласом “ура”, что его подруга не сможет от него забеременеть.

Он активно занимался сексом в подростковом возрасте и после двадцати. В двадцать семь лет он обратился к врачу, чтобы снова сдать анализы. Участвуя с Диком в ménages он стал спрашивать себя сможет ли он встретить подходящую женщину и создать семью. Доктор быстро развеял его фантазии. Люк даже принимал лекарства по рецепту врача в течение нескольких месяцев, чтобы улучшить качество спермы. Но результаты показали, что его шансы воспитывать детей по-прежнему были равны практически нулю.

С тех пор он больше не сдавал анализы. Зачем повторять эти унизительные процедуры, разрушающие все его надежды?

Но Алисса либо думала, что ребенок его, либо хотела, чтобы он так считал. Он барабанил пальцами по столу, гнев сотрясал его тело. Не зная тайну Люка, она, вероятно, думала, что процентов на пятьдесят он может быть отцом ее ребенка. Но, видимо, им был Тайлер. Так почему она отыскала Люка в Техасе, чтобы сообщить ему эту новость, а не своему вышибале? Потому что он был на «Эллен»?

Потому что он подписал договор с кабельным каналом? Это так не походило на упрямую независимую Алиссу, но другой причины не приходило ему в голову.

Черт бы ее побрал! Ее ложь причиняла такую сильную боль. Боль после их расставания шесть недель назад была ужасной, а сейчас стала еще сильнее.

- Моя… грудь стала болезненной, - продолжила она в тишине.

- Я-я почувствовал себя так, как будто заболела гриппом. Внезапно, я не могла есть острую пищу. Быстро начала уставать.

- Вчера я ходила на прием к своему лечащему врачу. Я беременна.

Не от меня… И не была ли эта реальность действительно горькой? Он снова стал барабанить пальцами по столу. Что, черт возьми, она хочет, чтобы он произнес?

Поздра-гребаные-вления?

- Я……. хм, предполагаемая дата родов - седьмое июня.

Люк должен был отдать ей должное. Все подсчеты, которые он мысленно произвел в своей голове, работали в пользу того, что ребенок мог быть от него. Хотя, в это же время, она также могла трахаться и с Тайлером.

- И… ты здесь потому, что он мой?

Она закатила глаза.

- Веришь ты мне или нет, но ты единственный человек, с которым у меня был секс за последние три года. Так что да.

Люк хотел истерически рассмеяться, но подавил в себе это желание. Интересно, такая реакция была на то, что она только что сказала, или на то, что другой мужчина оплодотворил женщину, которую он любил, и которая сейчас сидела и лгала ему в лицо. У него подскочило давление, и он еще быстрее забарабанил пальцами по столу.

Люк открыл рот, чтобы сказать ей, что ребенок не может быть его.

Затем он остановился. У нее будет ребенок, которому нужен отец.

Он сглотнул с трудом. Мысли неслись в голове. Что если… он не станет разубеждать ее? Ведь должна же быть какая-то причина, почему она решила выбрать именно его. Имело ли это значение?

Когда-то он очень хотел жениться на Кимбер, несмотря на то, что не был в нее влюблен; но он мог стать отцом ее будущего ребенка, когда Кимбер думала, что забеременела. Когда ушла Эмили, еще один шанс на отцовство исчез за дверью. Сейчас Алисса стала прекрасной возможностью, упавшей прямо ему на колени. И у нее было преимущество; в отличие от Эмили или Кимбер, у него были к ней глубокие чувства. Больше, чем он когда-либо чувствовал к другой женщине, вот и все.

Внезапно Люк точно понял, чего он хочет. Он также понимал, что после их предыдущего расставания в Лафайетте, ему нужно повести себя осторожно.

- Скажи что-нибудь, - она задохнулась.

Люк заколебался, обдумывая свою тактику поведения.

- Ты кому-нибудь говорила об этом?

Она нахмурилась, и начала подниматься из-за стола.

- Если ты думаешь, что я хочу навредить твоему новому образу или испортить твои отношения с подругой, то ты ошибаешься. Мне ничего от тебя не нужно. Я думала, что как порядочная женщина, должна сообщить тебе об этом. Свой долг я выполнила.

Интересная тактика с ее стороны. Реверсивная психология?

Люк вернул ее обратно в кабинку и преградил путь.

- Это не совсем то, что я имел в виду. Я хотел просто знать, сказала ли ты кому-нибудь в Лафайетте об этом.

Алисса ощетинилась.

- Тайлеру что-ли? Зачем? Абсолютно никакого шанса, что ребенок его, так что нет. Я думала, что должна сказать в первую очередь тебе. Когда я скажу Тайлеру, он, вероятно, будет придумывать какие-нибудь абсурдные варианты, чтобы жениться на мне.

Желудок Люка скрутило. Алисса выйдет замуж за Тайлера?

Вышибала будет отцом для этого ребенка? Только через его труп.

- Теперь, когда я рассказала тебе о своей беременности, дай мне уйти - она толкнула его в грудь.

Он не сдвинулся с места. Наконец, понимая, что он не отойдет, она рухнула в кресло и уставилась на него.

- Теперь, когда я знаю об этом, мы должны обсудить что делать и сделать выбор, - сказал он, садясь снова.

Люк попытался успокоиться, но его сердце бешено стучало в груди.

- Выбор? - громко спросила она.

- Я пришла сюда, чтобы сообщить тебе об этом в лицо, вместо того, чтобы просто позвонить. Но я хочу этого ребенка. И тебе не удастся дать мне денег и убедить меня прервать -

- Это последнее, что я хочу!

Одна только мысль об этом привела его в ужас.

- О-о.

Она отвела взгляд.

- Послушай, я ничего не прошу. Это было бы замечательно, если бы ты участвовал в жизни ребенка, а если нет …

Она пожала плечами.

- Много одиноких мам делают это своими силами.

Она была достаточно независимой и полна решимости сделать это в одиночку. Его восхищало ее упорство, несмотря на то, что ему хотелось встряхнуть ее.

Люк тщательно подбирал слова.

- Значит, ты не собираешься выходить за Тайлера, если он попросит?

- Я не задумывалась над этим. На самом деле, он не спрашивал, я просто предположила, что он мог бы спросить.

Довольно точное предположение, оценил Люк. Тайлер любил ее и захочет жениться на ней. Кроме того, он может утверждать, что ребенок его. И он был бы прав. Люк не собирался давать Тайлеру этот шанс. Он хотел этого ребенка. И несмотря на ложь, он также хотел и Алиссу.

Это желание не поддавалось его контролю. Какая-то его часть была даже очень этим довольна.

На этот раз, для нее он будет лучшим. Он никогда не позволит другому мужчине прикасаться к ней.

Он никогда не даст ей повода для сожаления.

- Ты что-то имеешь против Тайлера или брака в общем?

Алисса нахмурилась.

- Тайлер в последнее время выводит меня из себя. Я не очень много знала о его жизни, когда он появился на пороге моего клуба и предложил свои услуги. Но он надежный. Брак… Я не думаю, что из этого что-то получится. Я видела парней, внешне любящих отцов, которые приходят в мой клуб чтобы заказать приватный танец, ища что-то дополнительно на стороне.

- Не все мужчины обманщики, - Люк упрекнул ее.

Алисса подняла свои золотистые брови.

- Большинство.

- Некоторые, - поправил он.

- Женщины тоже обманывают.

Как она будет реагировать на это заявление? Будет ли испытывать чувство вины?

Она только пожала плечами.

- Я не вижу их в своем клубе каждую ночь.

Своими вопросами он ничего не разузнал. Время менять тактику.

- Обман в сторону, ты бы вышла замуж? Ради ребенка?

- За Тайлера?

Она колебалась некоторое время, потом вздохнула.

- Может быть.

Люк переваривал полученную информацию, по-прежнему барабаня кончиками пальцев по столу. А она, кажется, не в восторге от этой идеи, но и не сказала ” нет”. Он должен быстро решить эту проблему.

- Я пришла к тебе не для того, чтобы испортить тебе день рождения. Я просто….думаю, что ты должен был знать. Я позвоню тебе, когда родится ребенок.

- Подожди! выпалил Люк, проклиная, что она может играть им, как на скрипке.

Он пока еще не знал, чего она хочет, но он должен был протянуть ей свою руку, сказать или сделать все необходимое, чтобы удержать ее и этого ребенка в своей жизни.

- Не уходи. Я рад, что ты беременна.

- В самом деле?

Она нахмурилась, и выглядела при этом не убежденной.

- Ты счастлив?

- Я в восторге. Это лучший подарок на день рождения, который когда-либо получал.

Он сжал кулаки, чтобы не потянуться к ней.

- Я не хочу, чтобы ты звонила мне, когда родится ребенок. Я бы хотел участвовать в его жизни. Я хочу быть рядом, вместе с ним, когда он сделает первый свой шаг, когда у него вылезет первый зубик, когда он скажет первое слово, когда он в первый раз влюбится и пойдет на свое первое свидание. И так же я хочу быть рядом с тобой в течение всей беременности.

Ее глаза округлились.

- Чт… что ты имеешь в виду? Ты хочешь пойти со мной к моему лечащему врачу?

- Да. Я хочу быть частью всех этих ощущений. Я готов стать отцом. Хорошим отцом.

Преуменьшение тысячелетия.

- Я не подведу тебя.

Люк заколебался, прежде чем продолжить. Может быть, его энтузиазм соблазнит ее?

Или заставить ее двинуться в другом направлении? Умышленный риск. Она боялась, и он должен был быть осторожным.

- Хорошо.

Она кивнула, выглядя немного потрясенной.

- Спасибо. Это было бы… любезно с твоей стороны.

Он планировал сделать гораздо больше, чем быть просто любезным.

- Ты знаешь, в том, чтобы быть замужем, есть свои преимущества, - указал он.

- Финансовые, конечно. Но дети требуют много внимания. Второй родитель поможет, особенно, когда другой болен или на всю ночь задерживается на работе. А как насчет безопасности? Это было проблемой для тебя в последнее время. Муж даст необходимую защиту тебе и ребенку. Тебе будет легче. Ребенку хорошо в семьях с двумя родителями, когда мама и папа любят его.

Алисса замерла.

- Ты хочешь, чтобы я вышла замуж за Тайлера?

Черт возьми! Время остановилось, он должен прекратить эти словесные игры в покер и бросить свои карты на стол.

Люк встал и наклонился к ней, взяв ее лицо в свои руки. Она посмотрела на него, и он чувствовал, как взгляд ее синих глаз пронзает его.

Когда она снова появилась в его жизни, он и представить себе не мог, что она будет лгать ему. Несмотря на это, он все еще, так сильно хотел ее.

- Нет, я хочу, чтобы ты вышла замуж за меня.

***

“…Так чего мне еще желать.”

В “Сексуальных Сиренах” было почти четыре утра. Сейчас, клуб был уже закрыт, проходя по помещению, Алисса, нервничая, столкнулась с Сэди и Тайлером,

- Этот ублюдок оставил тебя, беременную, одну и ушел?

Тайлер кричал, а его напряженное тело, вне всяких сомнений, было готово порвать кого-либо, предпочтительно конечно, если бы это был Люк.

- Где он? Я хочу знать прямо сейчас.

Алисса вздохнула.

- Он не оставлял меня. Он сказал, что хочет жениться на мне. Не знаю, по какой такой причине. Думаю из-за ребенка.

Тайлер фыркнул.

- Ты красивая, умная, добрая - и у тебя будет его ребенок. Какого хрена, он не хочет на тебе жениться?

- Он также думает, что я шлюха и может даже считает, что ребенок твой.

- Я хотел бы, - Тайлер пробормотал себе под нос.

Тем не менее, Алисса услышала. Могла ли она чувствовать себя еще хуже?

- Его предложение потрясло меня.

- И ты еще думаешь, даже после того, как ты выставила эту задницу, когда он был здесь в последний раз? После такого дерьмового отношения к тебе?

Алисса закусила губу. Она думала, о том, через что ей пришлось пройти. Будучи женой Люка, его имя в свидетельстве о рождении, будет иметь преимущества. Стабильность.

Деньги, если с ней что-нибудь случится. Может быть, она была старомодной, но она предпочла бы, чтобы ребенок воспитывался в полной семье с двумя родителями.

Тайлер задал хороший вопрос. Непостоянство и игры разума, в которые она и Люк играли в прошлый раз, не повторяться снова. Если она приняла его предложение, они должны перелистнуть эту страницу.

Но в конце дня, хотя это было глупо, она любила Люка слишком сильно, чтобы сказать нет.

- Я справлюсь с этим.

- Как? зарычал Тайлер.

- В последний раз, он практически пробежался по твоему сердцу и оставил его умирать.

- Я сказала, что справлюсь с этим.

Вероятность потери Люка из-за его сказочной провинциальной подружки… Холодный озноб даже близко не передавал ощущения. Чрезвычайный страх. Паника. Ужас. Беспокойная, ноющая грусть.

- Это все дерьмо, - крикнул Тайлер.

- Учитывая, как плохо он обращался с тобой, каким он может быть отцом?

- Я думаю, он будет прекрасным отцом, - ответила Алисса, положив руку на живот.

- Как только он пришел в себя, от новости о моей беременности, после, казалось, он действительно был в восторге от ребенка. Утверждал, что очень хочет участвовать в его жизни и в его воспитании.

- Может быть, это будет достаточно для него, - утвердительно заявил Тайлер.

- Без замужества.

- А может быть, нет, - вставила Сэйди.

- Я познала это на собственной шкуре, когда суд постановил Кеннету, моему бывшему, забрать у меня маленького Бена из-за моего прошлого.

- Ты не можешь выйти замуж за Люка, потому что будешь бояться, что он может снова так поступить с тобой. Черт, я могу жениться на тебе. Я бы с удовольствием сделал это.

Алисса прикрыла глаза. Она не сомневалась в искренности этих слов и должна бы радоваться. Наличие Тайлера на ее стороне как второго воспитателя даст ей преимущество в суде, если дойдет до этого.

Но она не могла отрицать, что хотя предложение Люка было практичным, оно наполняло ее сердце надеждой на то, чего бы она хотела, от чего не могла отказаться.

Предложение же Тайлера наполняло ее только сожалением.

Правда, она могла бы подождать и посмотреть, будет ли Люк злопамятным или станет проявлять собственнические чувства к ребенку. Если да, то она всегда могла забрать ребенка или ответить на предложение Тайлера.

Но если быть честной с самой собой, ей было плохо без Люка в течение последних шести недель, как будто кто-то лишил Алиссу части ее души. С ее стороны было безрассудством иметь романтические мечты о заборчике из штакетника, так как весь ее мир рухнул, когда ей было пятнадцать. А также осуществить те мечты с человеком, которого она любила. Единственное, что могло бы улучшить ситуацию, это если бы он влюбился в нее в ответ.

Если бы у них впереди была вся жизнь, а не только лишь неделя, может быть когда-нибудь… Если нет, у них был ребенок, которого нужно растить, и это должно стать для нее главным.

- Я ценю это Тайлер. Но я не хочу, чтобы ты жертвовал своей жизнью ради меня.

- Это не жертва, - торжественно сказал он.

- Это было бы большой честью для меня.

- Ты должен найти кого-то, кто любит тебя и хочет от тебя детей, - сказала она нежно, но твердо. Тайлер должен был понять, что она была бесперспективна для него, особенно сейчас.

Она вытерла остатки слез, затем встала.

- Куда ты идешь? спросила Сэйди..

Взгляд Алиссы упал на Тайлера, который сжал челюсти и благоразумно не смотрел на нее. Она причинила ему боль, и вина разрушала ее сердце. Ну почему она не могла любить его? Он всегда был рядом, всегда добрый, веселый, интересный…

Приятель, но не любовник. Люк был лишен простоты, сложнее всего, о чем она могла бы подумать. Они не должны были бы иметь ничего общего.

За исключением… того, что было его сутью. Алисса испытывала особые чувства с ним. К нему.

У каждого из них были свои аргументы, но когда он брал ее на руки или обращал к ней свою нежную сторону, что-то внутри нее говорило, что это было правильно.

Она погладила напряженные плечи Тайлера, тихо извиняясь.

- Я собираюсь позвонить Люку.

- Прямо среди ночи? - Сэйди взглянула на нее так, будто мыслительные способности Алиссы нуждались в проверке.

Алисса пожала плечами, пытаясь избавиться от своей нелепой взбалмошности. Возможно, она пожалеет об этом решении, но на данный момент она заартачилась. Она должна была думать не только о ребенке, но это был ее последний шанс на сказку, и она пыталась не упустить его.

- Он сказал звонить в любое время. Я думаю, если мы собираемся пожениться, мне следует сообщить ему об этом.


Глава 12

Поправив галстук, Люк стоял у стены Bonheur, наблюдая, как золотые лучи солнца проникали в окно, в этот ноябрьский полдень. Слегка приторный запах роз и лилий наполнял воздух. На другом конце ресторана, Алисса в белом вышла из коридора. Она выглядела такой воздушной, элегантной и очень нервничала.

- Ты уверен, что хочешь это сделать? прошептал Дик ему на ухо.

По другую сторону от Люка, Сэди, одетая в синее платье, приложила палец к губам.

И да, и нет. Он все еще был взволнован из-за ребенка, но, стоя сейчас рядом с судьей, пока Алисса шла к нему, до него дошло, что, как муж и жена, они должны вежливо относиться друг к другу. Они также должны жить вместе изо дня в день. До конца жизни. Найти общий язык. Привыкнуть жить вместе, привыкнуть к приоритетам и чувствам друг друга. Стать хорошими супругами и родителями. И они должны доверять друг другу.

Могут ли они это сделать в браке, основанном на большой лжи? Он сглотнул.

На стороне жениха в первом ряду сидели его родители, по-прежнему держась за руки, даже спустя почти сорок лет, и выглядели неуверенно. Они оба говорили ему об обязательствах, компромиссе, честности и связи между мужем и женой. Он и Алисса, возможно и принимают на себя обязательства, но что касается остальных трех добродетелей – то до сих пор они их не проявляли.

Когда он позвонил своим родителям, чтобы сказать, что через шесть дней он женится, он умолчал о причине, которая побудила его к этому. Со вчерашнего дня, его мать, дважды, пыталась отговорить его от женитьбы. Но, он не изменил своего решения. Теперь, так или иначе, он должен сделать то, чего так ждал.

- Я в порядке, - прошептал он в ответ Дику.

За родителями Люка, сидели его сестры и их семьи, далее группа тетей, дядей и двоюродных братьев, жена Дика, Кимбер, со своими братьями Логаном и Хантером, даже несколько близких друзей и коллег Люка. С его стороны зал был наполнен до отказа и у него была еще масса людей, которых можно было пригласить. Со стороны Алиссы, зал был практически пуст.

Тайлер сидел во втором ряду, нахмурившись, как будто хотел кого-то убить.

Люк был озадачен, почему этот мужчина, не пытался остановить свадьбу, чтобы потребовать свои родительские права и произвести тест на отцовство. Может быть, Алисса попросила его отойти в сторону, а гордость Тайлера не позволяла ему и дальше бороться за нее. Тем не менее, Люк не был уверен, что парень сможет сдержать себя. Сам он, точно не сдержался бы. А с другой стороны, может парень просто не хотел взваливать на себя ответственность за своего ребенка.

Джек и Морган Коул, сидели за вышибалой. Некоторые из танцовщиц и обслуживающего персонала ресторана сидели в разных сторонах зала, одетые в свою лучшую воскресную одежду. Первый ряд, как правило, который должны были занимать члены семьи, был абсолютно пустым.

На самом деле, он бы очень удивился, увидев на первом ряду, кого-либо из членов ее семьи.

От этого факта, ему стало обидно за нее. В больнице, после совершенного на нее нападения, Тайлер утвердительно сказал ему, что у нее нет семьи. Серьезно? Ни одного кровного родственника, который бы заботился о ней, и который мог бы увидеть и поддержать ее в день ее свадьбы?

Люк повел плечами, и уставился на свою невесту. Боже, это конечно покажется странным, но она действительно выглядела, как невеста. Волосы были уложены в элегантную прическу, в ее сексуальных ушках были вставлены серьги с жемчугом, прозрачная фата, была отделана сверкающими бусинками, и мягко спадала вниз по ее спине, доставая до бедер. Ее платье было простым. Рукава скрывали ее женственные плечи, а V-образный вырез намекал на декольте, обхватывая ее упругую грудь рюшами из шелка. Расшитый бисером корсет, окружал ее тонкую талию. Подол платья, каскадом спадал вниз к ее ногам, оканчиваясь коротким шлейфом. В дрожащих руках, она несла небольшой букет, состоящий из красных роз, который по цвету полностью соответствовал ее помаде.

Кроме того, что она была невероятно красива, Алисса выглядела бледной и испуганной. Люк стиснул зубы, и решил для себя, что сделает все возможное, чтобы ложь больше не вставала между ними и будет хорошим для нее.

Она подарила ему подарок, который он и не надеялся когда-либо получить. Несмотря на чудовищность ее обмана, часть его, все еще любила ее.

Как только Алисса приблизилась, он протянул ей руку. Она смотрела на него своими бледно-голубыми глазами, которые были еще красными и опухшими. Это от того, что она не выспалась или проплакала всю ночь. Очевидно, второе, наверняка ее мысли мучили ее. Или это было чувство вины? Все внутри него напряглось.

Люк заставил себя улыбнуться. Наконец, она вздохнула и вложила свою холодную руку в его ладонь. Ее взгляд спросил его о том, что не могли спросить губы в присутствии всех этих людей. Почему он захотел жениться на ней? Он не мог ответить на этот вопрос. Правда не даст ничего, только раскроет его унижение, разлучит их и отправит ее обратно в объятия Тайлера. Он сохранит свою тайну. А если ребенок будет похож на этого вышибалу… Люк сжал кулаки. Это ничего не изменит.

Сейчас, самое лучшее решение для него, это, успокоить свою невесту и быть добрым к ней всю свою оставшуюся жизнь.

“Красивая”, прошептал он ей одними губами. И на ее лице начала появляться робкая улыбка.

Затем, судья начал церемонию. Слова были размытыми, как в тумане. Когда его спрашивали, он коротко отвечал. Алисса, делала то же самое, при этом ее голос был тонким, высоким и дрожал.

Затем настала очередь колец.

Он протянул руку к Дику, который наклонился и прошептал:

- Ты действительно уверен, чувак?

Люк лишь от нетерпения пошевелил пальцами. Со вздохом, его двоюродный брат положил кольцо в середину его ладони. После чего, Люк повернулся к Алиссе, и начал скользить кольцом по ее пальцу, читая свою клятву.

Любовь. Честь. Забота. До смерти. Сработает ли это с ними?

Она посмотрела на кольцо и вздохнула. И он улыбнулся.

В начале недели она спросила, чего бы он хотел. Он сказал, что простого кольца будет достаточно. Судя по всему, она предположила, что он ей подарит такое же. Но когда он отправился, чтобы вернуть кольцо Эмили и поискать что-то еще, это кольцо попалось ему на глаза. Три камня - как символы их прошлого, настоящего и будущего. Как он представлял свою новую семью. Средний камень был почти в два карата, камни по обе стороны от него - около карата каждый. В платиновой оправе. Без накладок, без обрамления, без филиграни. Простое сияющее великолепие. Как Алисса.

- Тебе нравится? прошептал он.

Широко распахнув глаза, она кивнула. Глупое приятное чувство, пронеслось через все его внутренности. В последствие, этот брак можно будет сравнить с крушением поезда, и это заставляло чувствовать себя особенной. Пока, для нее этого было достаточно.

Тогда судья обратился к Алиссе. Все еще трясущимися руками, она надела кольцо из матового золота с платиновой полосой, на его палец. Стильное, но не вычурное - именно такое он бы выбрал для себя.

- Этим кольцом - она сглотнула - Я беру тебя в мужья. Впредь, с этого дня, клянусь любить, уважать и лелеять тебя, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас.

Алисса глубоко вздохнула и встретилась с его взглядом. Ее обычно самоуверенное выражение исчезло. Она выглядела потрясенной и встревоженной. Она волновалась, что он узнает про ее ложь?

Сглаживая свою ироническую улыбку, он взял ее руки в свои, теперь уже на законных основаниях. Старик сделал паузу и окинул его тяжелым взглядом.

- Поцелуйте невесту.

Он так долго ждал этого момента, с той самой субботы, когда она снова появилась в его жизни. Все подробности, касающиеся организации свадьбы, они обсуждали по телефону или с помощью электронной почты, тон их общения был невыносимо деловым.

Ранее, на этой неделе, он уезжал в Нью-Йорк, проводя эту проклятую PR компанию, и до вчерашнего вечера не возвращался в Лафайетте. Обычная церемония не требовала репетиции, поэтому по прибытию, вчера вечером, он устроил тихий ужин со своими родителями, чтобы они могли поближе познакомиться с ней. На этой неделе, он ни одной минуты не провел наедине в Алиссой. Он не прикасался к ней, с той самой катастрофической ночи, проведенной в ее спальне над клубом. Он умирал от желания поцеловать ее.

Люк приподнял ее подбородок и наклонился. Алисса сжала свои руки вокруг его талии, как будто он был ее якорем, и ждала, затаив дыхание. Медленно, он прижался своими губами к ее. Касаясь своей мягкой щетиной. Общий вздох. Он медлил, наклоняя под углом свои губы, сильнее прижимая ее к себе. Голод бушевал у него внутри - резкий, свежий, требовательный. Под ним, Алисса была такой податливой и так открывалась ему. Люк испытывал неимоверное желание глубоко проникнуть в нее, утонуть в ней, и черт с этими гостями.

Позже. Ведь сейчас шла речь об их первом поцелуе на глазах их семьи и друзей, только теперь, они оба были в статусе мужа и жены. Позже, она поймет, что именно он хочет от нее и как сильно он желает этого.

После мгновения, когда их губы встретились, все еще смакуя ощущения от поцелуя, он осторожно отстранился и уставился на ее золотистое лицо. Она послала ему нервную, робкую улыбку.

Дамы и господа, - сказал судья.

Господин и миссис Лукас Tравэрсон.

Гости вежливо зааплодировали, когда пара повернулась к алтарю. Джек Коул протянул ему руку и пожал. Кимбер поцеловала его в щеку и прошептала: -Будьте счастливы. Сэди обняла Алиссу. Тайлер все еще хмурился.

Фотограф, друг Люка, уже ждал их. Поставив их рядом друг с другом, он сделал несколько снимков. Что-то жадное проскользнуло внутри Люка, когда этот мужчина предложил им снова поцеловаться, чтобы сделать очередной кадр. На этот раз, сдерживать себя, оказалось более сложным. Первый поцелуй лишь разжег аппетит, и сделал и без того голодного зверя, сидевшего внутри него, готового к активным действиям.

Что бы там ни было между ними, прикосновения к ней - всегда были прелестными и захватывающими дух. А право, которое у него теперь было, прикасаться к ней всякий раз, когда он только пожелает, опьяняло.

Остаток трапезы прошел в уютной, праздничной атмосфере. Они вместе разрежут торт, который он сделал своими руками сегодня рано утром. Торт был простым, трехъярусным, покрытый белой помадкой, каждый ярус которого украшали маленькие бисеринки. Также, он был перетянут белыми лентами, вдоль каждого борта, напоминая элегантную упаковку.

Свежие цветы стояли вокруг торта на белоснежных скатертях.

Они с Алиссой не оговаривали специфику приема, после того, как он вызвался сам справиться с этой частью. И теперь, Люк был странно взволнован, полагая, что возможно она думала, что все будет немного по другому.

-Т ы сделал это?

Она задохнулась от восторга.

- Это великолепно.

- Амаретто со швейцарской масляной начинкой. Я надеюсь, тебе понравится.

Под вспышки фотокамер, они вместе разрезали торт. Когда он нежно кормил ее, она простонала, от чего он испытал нереальное удовлетворение. Затем, трясущимися руками, она также мягко и нежно, ухаживала за ним. Желание внутри него только усиливалось, разрывая напрочь его сдержанность и самоконтроль.

Люк все еще пытался контролировать себя , когда Дик встал и произнес тост.

- После многих неблагоприятных встреч, вы, наконец, выбрали друг друга, чтобы разделить будущее, которое, я надеюсь, будет наполнено любовью и всем наилучшим, что может предложить жизнь.

- Поздравляю.

Держа бокал с газированной водой, Алисса наклонилась к нему.

- Он не мог написать это сам.

Люк рассмеялся в первый раз за сегодня.

- Я уверен, что Кимбер помогла ему.

Затем поднялась Сэди, с бокалом вина, и произнесла свой тост.

- Большой босс, друг и просто прекрасный человек, которая всегда готова выслушать каждого своего сотрудника, будь то, просто поплакаться в жилетку или протянуть руку помощи. Ты достойна большого счастья. Люк, я не так давно знаю тебя, но я надеюсь, что ты будешь сильным и позитивным мужчиной в ее жизни, и будешь ее любить также, как она любит тебя. За долгую и счастливую жизнь вместе, навсегда.

Спустя несколько мгновений, из динамиков распространилась мягкая инструментальная музыка, которую он выбрал сам. Люк поднялся и протянул руку Алиссе. Она отскочила, удивленно посмотрев на него.

- Потанцуем?

Она закусила губу, потом встала. В зале повисла мертвая тишина, гости наблюдали, как он берет ее в свои объятия. Она чувствовала себя так хорошо рядом с ним, слишком хорошо.

Чувство голода, нараставшее в нем, сделало еще один оборот, и Люк уткнулся лицом в ее шею. Она пахла персиком и корицей, со смешанным запахом ее легких духов, что сводило его с ума от необходимости схватить, раздеть и взять ее.

- Церемония была прекрасна, - прошептала она.

- Я сожалею … Я уверена, что твои родители предпочли бы более роскошную свадьбу.

Об одном, что невеста была беременной стриптизершей, эти слова Алисса не произнесла вслух, а Люк услышал сожаление в ее голосе. Он пальцем поднял ее подбородок.

- Они будут хотеть все то, что делает меня счастливым. Это был мой выбор, и я не жалею об этом. Сэди хочет, чтобы у нас была долгая и счастливая совместная жизнь. Так давай начнем ее прямо сейчас, и будем смотреть только вперед, не оглядываясь назад.

Слова Люка, произнесенные ранее на танцполе, до сих пор вращались у нее в голове. Могут ли они действительно смотреть вперед, и не оглядываться в прошлое, которое преследует их?

- Что я делаю? вслух спросила Алисса, когда Сэди помогала ей со свадебным платьем в ванной комнате Bonheur.

- Ранее, ты мне уже задавала этот вопрос, когда мы надевали твое свадебное платье. Ответ все тот же.

- Я знаю, что это обеспечит более стабильную жизнь этому ребенку.

Она вздохнула с сожалением, жестикулируя руками.

- Но я не собираюсь влюбиться в Люка окончательно и бесповоротно, потому как знаю, что я никогда не буду для него чем-то большим, чем просто любовница, чьей яйцеклетке довелось познакомиться с его спермой.

- Ты не знаешь этого. Когда он смотрит на тебя, я вижу в его взгляде что-то другое.

- Досаду?

Она знала, что это не так, но не понимала, почему он женился на ней. Она была вполне готова позволить ему все родительские права, которые он хотел. Люк дал ей несколько причин для свадьбы… но они все были с пользой только для нее. Что он получал от этого?

И неопределенность на лицах его родителей, в отношении ее. Пока……это было не неодобрение. Но что будет, если до них дойдут сведения о ней? Что, если ее работа, ее жизнь, ее прошлое, станет яблоком раздора между Люком и его семьей? Или между Люком и ей самой? А было много, про что он не знал. И даст Бог, никогда не узнает.

Сэди покачала головой.

- Досаду, нет. Серьезную похоть, однозначно. Но я думаю, что там было даже больше, чем просто похоть.

Алисса боялась надеяться на то, что Люк испытывал к ней настоящие чувства. Толкая ее в сторону, она шагнула из своего свадебного платья, потом повернулась спиной к Сэди.

- Можешь помочь снять мне это?

Ее подруга колебалась.

- Нет. Белый корсет слишком сексуален! Люк просто погибнет, когда увидит его.

Закусив губу Алисса хотела бы представить, насколько это будет хорошо. Она вкусила желание в его поцелуе, почувствовала, как нарастает ее собственная страсть. Черт, это происходило, когда он находился с ней в одной и той же комнате. В одном и том же городе. Но они должны начать строить свой брак основываясь на чем-то большем, чем секс и будущий ребенок. И они не смогут это сделать, если он будет продолжать смотреть на нее как на стриптизершу.

- Я не хочу.

- Но это твоя брачная ночь, - напомнила Сэди.

- Да, никогда бы не подумала, что стану одной из них.

Возможно надеялась, но после испытанного в четырнадцать лет чистого романтического дерьма, она научилась не доверять мужчинам. Они всегда говорили или что-либо делали лишь для того, чтобы заняться с ней сексом. Так почему же она связала себя с одним из них, кто скорее всего станет лживым ублюдком и разрушит ее жизнь?

Потому что ты была настолько глупа, влюбившись в него, и еще надеешься, что ребенок станет завершающим звеном в вашей идеальной семье, так чтобы жить долго и счастливо. Ага, как же…..

Она не могла и предположить, даже если и пройдет миллион лет, что на земле появится мужчина, который заберется ей под кожу, и к которому возникнет желание удержать его рядом с собой навсегда. Но она слишком сильно желала Люка, чтобы отказываться от него. Что, если он понял, что она любит его? Что, если он зайдет слишком далеко?

- Разве ты не хочешь произвести впечатление в свою первую брачную ночь?

Алисса была уверена, что она уже это сделала.

- Просто сними его.

Сэди хмыкнула.

- Предполагаю, что у тебя припасено что-то более сексуальное.

- Абсолютно, - солгала она.

Хихикая от радости, Сэди расшнуровывала корсет. Алисса освободила свое тело от стягивающего предмета и поблагодарила свою подругу. Затем помахала и вышла из комнаты, неся ее свадебное платье в чехле для одежды. Она сунула корсет в свою сумку, затем надела белый кружевной лифчик и стринги. Подняв глаза, она обратила внимание на вешалку, на которой висел костюм шоколадного цвета и простую белую блузку. Сменив обувь, она сняла и упаковала фату, после чего направилась наружу.

Возле двери Люк шепотом разговаривал со своими родителями. Немногие оставшиеся гости толпились у двери Bonheur. Выглянув, она увидела новый Ягуар Люка, припаркованный на тротуаре.

Она подошла, он поднял глаза, и у нее нервно свело живот. Когда она просто хотела его в сексуальном плане, то была полна уверенности и куража. Удержать мужчину ночью было легко. Но сберечь его, когда ее сердце обнажено… Вся ее самоуверенность исчезла. Что, черт возьми, ей теперь делать? А завтра? И каждый последующий день?

Взяв ее сумку в свои руки, Люк повел ее в сторону своих родителей. Они выглядели где-то между сдержанными и смирившимися. Она знала, что Люк рассказал им о ребенке - и подозревала, что он также рассказал им о Сексуальных Сиренах.

Но Алисса не могла позволить себе испытывать чувство стыда или извиняться. Что это изменит? Наверное, все выглядит еще гораздо хуже, потому как ее семья и вовсе не присутствовала на свадьбе. Вероятно, родители Люка думали, что ее семья избегает общения с ней. Таким образом, она полагала, что они вынуждают себя терпеть ее присутствие.

Чтобы подумала ее мать, если бы она была здесь сегодня?

Алисса оттолкнула от себя эту мысль. Потому как женщина, которая умерла всего несколько месяцев назад и которая родила ее, сделала ее по отношению к себе виртуальной незнакомкой.

- Спасибо, что проделали такой долгий путь за столь короткий срок, - сказала она им.

- Я очень взволнованна, и благодарна вам, что вы были сегодня с нами. Я знаю, как много это значит для Люка.

Мать Люка, Кларисса, посмотрела на своего мужа, Энтони, который одарил ее смутно теплой улыбкой.

- Мы желаем, чтобы вы с Люком были счастливы.

Это не было приглашением в семью, но это было началом.

- Спасибо.

- Во сколько у вас завтра рейс? спросил Люк.

Через несколько мгновений, они уже договаривались о том, чтобы пообедать с ним завтра, после чего он проводит их до вокзала. Обняв и поцеловав сына, они вежливо пожали ей руку, затем уехали.

Теперь, когда все гости разошлись, она осмотрела зал. В Bonheur требовалась уборка, необходимо было сменить скатерти на чистые, разобрать гору грязной посуды на кухне, убрать беспорядок на полу и вычистить его до блеска, но сейчас она не хотела думать об этом. Она займется всем этим утром.

Во-первых, у нее и Люка должна быть первая брачная ночь, с которой ей необходимо справиться.

- Готова ехать? - мягко спросил он.

Нет. Боже, нет. Что я знаю о супружеских обязанностях?

Алисса судорожно перевела дух.

- Конечно.

Люк явно не собирался возвращаться в ее дом. Когда он выехал за пределы Лафайетте, Алисса занервничала. Тишина в автомобиле была выжидающей, и без того накаляя атмосферу. Она очень не хотела нарушать ее, но…

- Куда мы едем?

Он бросил на нее взгляд своих темных глаз, опаливший ее до кончиков пальцев. Послеполуденные тени намекали на предвкушение, интимность витала в салоне автомобиля.

Алисса затаила дыхание.

- Это наша первая брачная ночь.

Смысл ему что-то планировать?

- Я-я подумала, что мы просто поедем ко мне домой.

Люк покачал головой.

-Мы должны отпраздновать нашу первую ночь, как муж и жена.

Они не разговаривали об этом. Она будет целую ночь с Люком - как его жена? От нахлынувших эмоций, ее желудок сжался в тугой узел. Само собой разумеется, что они будут заниматься сексом. Но, сказанные им слова, звучали так…..что для него это значило гораздо больше, чем просто секс. С другой стороны он устроил их романтический свадебный танец, сам приготовил торт, купил ей это огромное кольцо, которое шокировало ее своей красотой. Почему? Что все это значит для него?

Конечно, он женился бы на ней, по крайней мере, отчасти, из-за ребенка. И из-за секса тоже? Если так, то она точно знала, что произойдет, когда он устанет от нее. Она видела таких мужчин в своем клубе каждую ночь. Так зачем планировать что-то особенное сегодня? Свадьба была не больше, чем шоу для его родителей; она поняла, это. Теперь, когда они остались наедине, что будет со всей этой романтикой?

- Ты все время смотришь на свое кольцо.

Его замечание поразило ее.

- Оно прекрасно.

Люк остановился.

- Оно напоминает мне о тебе.

Алисса пыталась не позволить его словам растопить ее.

- Благодарю тебя. Ты не должен был……

- Да, должен. Я хотел этого, несмотря на то, что решение вступить в брак было слишком быстрым, это не повод для того, чтобы не скрепить наш союз такими твердыми символами, как кольцами.

Она прикусила губу. Все вещи, которые сейчас произнес Люк, были правильными…..но что-то беспокоило ее, возможно, появившийся намек на гнев. Или, может, это было просто ее нервное состояние.

- Твоей семьи не было сегодня? спросил он.

- Я знаю, что твоя мать умерла…

Боже, зачем эти вопросы?

- Я единственный ребенок в семье, и я не видела отца, так как он ушел от нас. Мне было четыре.

Люк нахмурился.

- А тети, дяди, двоюродные братья?

Она покачала головой. По правде говоря, она не вспоминала о них много лет.

Она не решилась связаться с ними. Ее двоюродные братья и сестры, скорее всего уже были женаты и замужем и имели детей. Ее тетя Анна, вероятно, уволилась и больше не преподавала в школе.

- Нет. Мы можем прекратить этот разговор?

Он был готов сказать ей что-то еще, но закрыл рот. Прошла длинная минута в тишине, прежде чем он, наконец, сказал:

- Если ты когда-нибудь захочешь рассказать мне о своей семье, я с удовольствием выслушаю тебя.

- Ты сам сказал, что нам нужно смотреть вперед, а не назад. Я думаю, что это отличное предложение.

Вздохнув, Люк сжал руль.

- Ты не голодна? Ты не много съела сегодня за праздничным столом.

Нет, но она начинала чувствовать себя слабой. Начиная с момента, когда она забеременела, она заметила, что больше не могла пропускать прием пищи, как привыкла делать до этого. Ведь в большинстве случаев, она жила исключительно на крекерах и яблочном соке.

- Я должна поесть.

Он улыбнулся.

- Я позабочусь об этом.

Также, как он позаботился обо всем на этой неделе. Большинство мужчин просто бы спросили, когда свадьба. Вместо этого он организовал приглашения, обед, торт, кольца, фотографа. Лишь только она вспоминала о чем-либо из ее списка дел, как все уже было исполнено. Алисса не могла усомниться во вкусе Люка. Все было элегантно, вероятно чтобы порадовать его респектабельных родителей. Ей оставалось только купить готовое платье и заказать цветы.

Она сидела и грызла изнутри щеку. Она будет чувствовать себя намного лучше, если сможет выяснить, почему он женился на ней. Просто для ребенка … или причина в чем-то другом.

- У нас не было шансов, чтобы действительно поговорить о ребенке.

Он снова нарушил молчание

- Каково это быть беременной?

Безопасная тема.

- Кроме того, что я очень устаю, в остальном неплохо. Витамины наконец-то помогают. И еще лучше от того, что ем на ужин больше овощей и фруктов. Не могу есть много в течение дня. У меня конечно уже нет утренней тошноты, но слово еда - звучит плохо, до момента, пока не наступит вечер.

- Ты скажешь мне, если что-то изменится.

Это был не вопрос, но она не могла упустить озабоченность, прозвучавшую в его голосе. Она должна отступить и защитить себя … но этот голос уж слишком согрел ее.

- Хорошо.

Несколько минут спустя они добрались до гостевого коттеджа в соседнем городке. Солнце садилось за большим старым кирпичным домом и окружающими коттеджами, стоявшими на расстоянии. Это было великолепно, напоминало об ушедшей эпохе. Романтично. Ее сердце попало в плен.

У них был брак по расчету и неразделенная любовь. Он так много уже сделал и привез ее сюда для настоящей брачной ночи… Ошеломлявший ее мужчина. Что было глупо. Он, вероятно, просто не падал духом в их ситуации. И все же слезы жгли ей глаза.

Она вздохнула, стараясь сдержать свои эмоции.

- Это прекрасно. Спасибо.

Люк припарковался на дороге.

- Подожди здесь. Я сейчас вернусь.

Когда он вернулся, в его руке лежал большой латунный ключ; затем он поехал по проселочной дороге. Оставив позади главный дом, перед ними показался маленький синий домик с небольшим старомодным крыльцом, в комплекте с кресло-качалкой. Читалась надпись на дверях “SWEET SURRENDER”.

Желудок Алиссы еще сильнее сжался, подскочил пульс.

Он отпер дверь и толкнул ее. Прежде, чем она смогла заглянуть внутрь, Люк заключил ее в свои объятия. Она завизжала.

- Традиция, - упрекнул он ее, потом поднял на руки и внес внутрь, пнув дверь с внутренней стороны, чтобы та закрылась.

Внутри дома, было уютно по-домашнему, плетенные коврики лежали на деревянном полу. Стены были покрыты яркой краской и деревянными панелями. Стеганые одеяла, кружевные шторы и мебель в стиле кантри, лишь добавляли очарования той атмосфере, которая царила вокруг.

Он опустил ее вниз на состаренный кожаный диван, затем встал на колени, чтобы снять с нее туфли, ладонями, задержавшись на ее икрах. Она задрожала от жара в его глазах.

- Я могу сказать тебе, что прошлой ночью ты почти не спала. Отдыхай. Я приготовлю ужин.

Никто кроме Люка никогда так не заботился о ней, это был рай. Ей следовало отказаться, настоять на том, что сделает все сама. Но это особое отношение, вероятно, не продлится долго, и положиться на Люка было так заманчиво.

- Закрой глаза, - потребовал он.

Наконец, она подчинилась. Если бы у нее имелся индикатор, она бы однозначно нуждалась в подзарядке, но до которой она сможет добраться чуточку позже.

Чуть позже она проснулась, когда он поставил перед ней пасту с курицей и овощной салат. Как и каждый день прошедшей недели, к обеду, она испытывала голод, поэтому наслаждалась каждым кусочком.

- Это было невероятно.

Люк закончил со своей тарелкой.

- У меня есть десерт, если ты готова.

Удивительно…

- Когда ты приготовил все это?

- Сегодня утром. Дик и Кимбер доставили его раньше.

Он продумал обо всем — и проехал дополнительную милю, чтобы сделать что-то особенное для нее. И снова, этот вездесущий вопрос накрыл ее: Почему?

Не дожидаясь ее возражений он встал и исчез в небольшой кухне. Мгновение спустя он вернулся с бутылкой шампанского и одним бокалом, вытащил пробку и налил. Она предложила, чтобы он выпил без нее, так как алкоголь ей было нельзя. Прежде чем сделать глоток он снова исчез и вернулся с двумя полными чашками шоколадного мусса и подносом клубники в шоколаде.

- Выглядит потрясающе. Ты не должен был это делать, это так хлопотно.

- Поскольку я планирую быть женатым только один раз и навсегда, я сделал это.

Он выглядел очень торжественно, когда протягивал к ней свой бокал.

- За красивую невесту и начало нашей совместной жизни.

Спросить или оставить его в покое?

- Ты действительно веришь в это Люк? Кроме того, что я ношу нашего ребенка и головокружительного секса, между нами нет ничего общего.

Люк приподнял темную бровь и довольно долго водил пальцем по краю бокала.

- Когда ты приехала в Даллас на прошлой неделе, ты разволновалась, увидев меня? Скучала ли ты по мне хоть немного?

Алисса заколебалась. Но зачем лгать, когда она сама искала правду?

- Да.

- Я скучал по тебе, а когда ты вошла через дверь, я был чертовски рад, что ты оказалась там. Там в… что-то есть между нами.

У нее перехватило дыхание. Зародилась надежда. Было ли возможным, что он когда-нибудь влюбится в нее? На самом деле, каковы были ее шансы? Крушение надежды. Это слишком больно, но она не могла избавиться от страха. Это кровоточило, подобно занозе в ее душе. Разве кто-нибудь хотел ударить ее и избить?

Она должна оставить все свои волнения на завтра и жить сегодняшним моментом. Несмотря на произнесенные им обеты и слова, он может слишком быстро исчезнуть.

Люк поднял бокал и сделал глоток, смакуя шампанское. Затем он нахмурился.

- Могло быть и лучше.

- В каком смысле?

Его чувственный рот расплылся в улыбке.

- Было бы вкуснее на тебе.

Это все, что она услышала, перед тем как Люк макнул палец в бокал и смазал шампанским губы Алиссы. У нее было лишь мгновение, чтобы почувствовать запах, ощутить шипение пузырьков, перед тем как Люк склонился над ней, сверкнув темными глазами, и поглотил ее в опаляющем поцелуе.

Воздух покинул ее тело, устремляясь с возбуждением и нуждой. Она покачнулась, и он сильно прижал ее, снова скользя своими губами по ее губам и глубоко погружаясь в них. Так глубоко. Как будто не было расставания последних семи недель. Ее тело узнавало его, увлажнялось, болело, открывалось, тосковало.

Застонав Люк прижался сильнее, подавляя остатки ее сопротивления и рассудительности своим горячим поцелуем. Неосознанно ее руки проложили путь в его волосы, аккуратно завязанные на затылке. Ей было необходимо зарыть в них свои пальцы, так же как ей было необходимо погрузиться ощущениями в его запах.

Внезапно он отстранился и нанес на ее губы еще больше шампанского. Теперь они покалывали и дрожали, она не могла дождаться, чтобы почувствовать снова, его рот на своих губах. Люк не подвел, он дегустировал ее, пил из нее, как будто не мог насытиться.

Алиссе было интересно, удастся ли ей когда-нибудь выпить его.

- Мне нужно больше тебя, - сказал он, снимая с нее пиджак и атакуя пуговицы на ее блузке.

- Сейчас.

Его взгляд оставался прикованным к ней, опаляя обещанием подарить экстаз, молчаливо говоря о своем намерении удовлетворить ее, до того, как она станет изможденной и будет стонать под ним. Она уже дрожала. Желание пульсировало между ее ног. Кровь прожигала ее вены. Она не могла дождаться, когда ощутит его кожа к коже. Почувствует бушующий внутри нее, все еще непривычный, но оглушающий, пульс желания и дикий всплеск кульминации, настигающий ее тело и запреты.

Затем он сорвал с нее лифчик, сдернул юбку и руками в клочья разорвал стринги. Теперь абсолютно голая, отданная на милость мужчине, который казалось совсем не реагировал, Алисса трепетала.

- Раздевайся, - сказала она скрипучим голосом, добравшись до его пальто.

Он стряхнул пальто, по ее просьбе, а затем потянулся за клубникой в шоколаде.

- Открой.

Спорить с грозным приказом казалось невозможным. Как только ее губы раскрылись, он положил сладкую ягодку ей на язык. Вкус обрушился на ее ощущения, и она раскусила сочный плод, растапливая языком большую часть шоколада. Люк смотрел, потягивая шампанское. Его взгляд медленно тлел. Когда она проглотила, он снова приблизился к ней. Его рот заставил открыться ее губы и прижаться к нему. Шоколад на ее языке встретился с игристым вином. Ароматы смешались, создавая нечто непреодолимое.

Еще ближе прижавшись к нему, она ела из его рта, и он позволял, проникая в нее еще глубже. Она задыхалась.

Несколько секунд спустя он отстранился, потянувшись за чем-то на соседнем столике.

- Мусс?

Задыхаясь, не в состоянии ответить, Алисса смотрела, как Люк взял чашку и зачерпнул ложкой из нее, после чего отправил ложку в ее рот.

О-о, Боже! Этот мужчина мог создавать самые удивительные вкусовые ароматы. Она закрыла глаза и застонала. Когда она вновь их открыла, он поглощал очередной глоток шампанского - наклоняясь вниз, к ее губам, для еще одного поцелуя.

На этот раз она предвидела ощущение, богатый, тянущийся вкус, теперь сливочный, гладкий и чрезмерный. Каждый раз, когда его язык касался ее, аромат игристого вина добавлял идеальную ноту к сладости десерта.

Она схватила его за плечи, чтобы избавиться от куртки и притянула его ближе. Он прошел немного боком, и снова схватил мусс. Бросил ложку в сторону, и она приземлилась со стуком на стол.

Алисса вздрогнула, не заостряя свое внимание на этом звуке. Он просто сунул два пальца в эти гладкие сладости и зачерпнул из чашки.

- Ч-что ты делаешь?

Ошеломленная, потрясенная, она едва могла перевести дыхание. Он поцеловал ее, раздетую и обнаженную, и ей опять угрожала опасность полностью потерять голову. Но она не беспокоилась. Просто сейчас ей нужно было больше этого изменчивого, ускользающего удовольствия, которое лишь он мог ей доставить.

Люк положил ее на диван, развел ее ноги, и смазал муссом опухшие складки ее киски. Она задыхалась от ощущения ледяного десерта на ее теплой коже, и изо всех сил пыталась удержать свою голову.

Он никогда не делал ничего подобного. После, он схватил бутылку шампанского и наклонил ее над телом Алиссы. Холодная, пузырьковая жидкость разлилась на ее груди, спускаясь к животу, собираясь в ее пупке……рассеиваясь по ее киске, даря невероятные ощущения, вырывая из уст Алиссы стоны.

На лице Люка появилась дьявольская улыбка и он уставился на ее мокрое тело и покрытый шоколадом клитор.

- Получаю свой десерт.

Глава 13

Его личный кусочек рая. Стоя на коленях около дивана, он ближе придвинулся к ней, разводя еще шире ее бедра и втискивая свои плечи между ее ног. Люк пронзил ее киску своим языком, шоколад, шампанское и естественный вкус Алиссы - эти ароматы мгновенно захватили его. Как только он снова попробовал ее, бедра Алиссы приподнялись, а тело забилось. Она выкрикнула, и от этих звуков он лишь ускорился, его действия стали более интенсивными. Приближаясь к тому месту, где он полностью потеряет контроль.

Сегодня ему было все равно.

Еще одно соблазнительное вкушение ее, еще одно облизывание клитора. Она задохнулась и сжала его волосы своими руками. Жалящая боль на коже головы чертовски возбуждала его. Он снова схватил мусс, стоящий на столе рядом с ним, и зачерпнув пальцами, нанес его на складки ее горячей плоти, затем полил шампанским прямо над ее клитором. После того, как у нее перехватило дыхание, она сделала неровный вдох, который возбудил его до предела. Он просто напал на нее, взяв в свой рот ее твердый бутон и начал сосать его, сунув два пальца в ее влажный вход. Она закричала.

Ее тело стиснуло его пальцы, такое голодное и требовательное, и он не мог себе представить, что именно она будет чувствовать, когда его член окажется внутри нее. Рядом с этой женщиной, со своей женой, он чувствовал себя жизнелюбивым и ненасытным. Черт, он больше не должен оправдываться из-за этого. Она возбуждала его, как никакая другая женщина, и это не было тем, что он мог или хотел остановить.

Ее приближающийся оргазм немного утих, и он снова намазал на свои пальцы еще больше мусса и растер его по ее соску. После, облизав сосок своим языком, он глубоко засосал его, она выгнулась и застонала.

- Люк! Ох …

Она задыхалась, ее лицо, грудь и щеки горели.

Черт побери, она выглядела просто прекрасно. Сорвав с себя одежду и беспорядочно бросив ту на спинку дивана, он взглянул на сверкающий бриллиант, на пальце ее левой руки. Она была его.

Приподнявшись над ее телом, Люк потянулся за бокалом с шампанским и наклонил его над впадинкой между ее грудей. Она ахнула, когда шипучая жидкость накрыла ее грудь. Влага нагревалась между их телами, когда они чувственно скользили друг против друга. Он схватил клубнику и приложил ее к ее губам.

- Съешь это, - скомандовал он низким голосом.

Алисса смотрела на него своими широко открытыми голубыми глазами, сверкающими от волнения и любопытства, и он почувствовал, что еще больше влюбляется в нее. Она разомкнула свои пышные губы, и прежде чем принять его предложение, немного смочила свой язычок. Сначала Люк поднес к ее рту шоколад, после вложил ягоду. Немного прикусив ее, она застонала. Ее глаза закрылись. Его член подскочил от нетерпения и необходимости, которое гудело в его крови. Он умирал от желания проникнуть в нее.

Пока она пережевывала ягоду в шоколаде, он отшвырнул последний бокал с шампанским. Дождавшись момента, когда она закончит с этим, он набросился на ее губы жадным поцелуем, дегустируя вихри вкусов, окружающие ее, смакуя, она открылась ему, глубже принимая его внутрь своего рта. Но он хотел еще глубже погрузиться в нее. Сжимая ее бедра своими руками, он исследовал ее гладкие, сливочные складки своим членом, а затем начал немного проталкиваться в нее, в ее пристанище, которое он жаждал все эти последние семь недель.

Тугая. Такая чертовски тугая. Ему всегда было сложно пробиться в нее, и сегодняшний вечер не стал исключением. Один неглубокий толчок, второй, третий… Каждый раз, когда он погружался немного дальше, ее нежные стеночки создавали греховное трение, заставлявшее его с шипением выдыхать. Стиснув зубы от нетерпения и гибельного удовольствия, он был почти уничтожен. Наконец, он полностью погрузился в нее. С нетерпеливым стоном Алисса приподнялась, чтобы встретить его язык и его член. Что в ней было такого? Такая роскошная, такая совершенная, такая… в общем, чего он никогда не мог получить в полной мере.

Под ним, ее тело стало таким тугим. Ее ногти впились в его плечи, ногами она обвила его бедра. Она поймала его ритм, и извивалась под его более жесткими толчками. Он почувствовал ее горячее дыхание на своей шее, это опаляло и без того чувствительную кожу. Ледяно-горячая дрожь прошла по его телу. Секс с Алиссой был всегда более ослепительным, более сногсшибательным, чем он когда-либо мог испытывать ранее с другими женщинами. Но сегодня, зная, что она была ЕГО во всех отношениях, напрочь убило его контроль.

Да, - пробормотала она.

Боже, да… Люк!

- Черт, тебе хорошо, сладкая. Ты вся дрожишь.

- Я уже близко……

Этот факт он не мог пропустить. Она продолжала напрягаться вокруг него с каждой секундой, и он закрепил свои руки на ее бедрах, чтобы глубже проникнуть в нее. С каждым толчком, он все ближе приближал и ее и себя к экстазу, тяжело дыша и рыча, он умирал от необходимости излиться в ее тело.

Кончи для меня, - потребовал он.

Сейчас!

Она жадно вдохнула и еще больше напряглась. В этот момент глаза ее распахнулись. Когда взгляды их встретились, неприкрытая связь пронзила его, схватив его за член, что-то шевеля в груди. У него не было ни единого шанса в адском противостоянии ей. Удовольствие пронзило все его тело, достигнув кульминации, вскипело в нем, затем мощно взорвалось. Он закричал, содрогнулся и глубоко погрузился в нее. Ощущение было настолько прекрасным, что Люку хотелось, чтобы оно никогда не оставляло его.

Если бы у него было что-то, чтобы сказать об этом, он никогда этого не скажет. Они были женаты. Официально, во всех отношениях. Пора оставить в стороне происхождение ребенка и двигаться дальше. По крайней мере, он хотел заслужить ее доверие, стать ее лучшим другом, мужчиной, к которому она вернулась, не смотря ни на что. Но в глубине души, Люк знал, что он обманывал себя. Он хотел гораздо большего. Все, что она могла дать ему. Он не успокоится до тех пор, пока она не станет его, полностью.

Лунный свет лился через окна, когда Алисса потянулась, ее тело болело в миллионе восхитительных местечек. Она чувствовала себя защищенной и насыщенной. Всякая ночь, что она проводила с Люком, заканчивалась умопомрачительной страстью, но эта… Она не могла сдержать вздох блаженства.

В конце концов он опустил ее на диван, так как она почти засыпала. Ее неуместная ночная бессонница в сочетании со стрессом и беременностью утомили ее тело. Люк никогда бы ничего не сказал по поводу перерыва в их брачную ночь, которую он так тщательно спланировал. Вместо этого Люк отнес ее в ванну на ножках в виде лап с когтями и посадил ее отмокать в теплую воду. С бесконечной осторожностью он мыл ее тело, ее волосы - даже когда она настаивала, что может сама справиться с этим. Также она, возможно, не могла себя контролировать.

После этого он расчесал ее волосы, даже подсушил их, затем отнес ее на самую привлекательную кровать, которую она когда-либо видела, накрытую плюшем, с подушками и одеялами, созданными для комфорта. Он уложил ее меж мягких простыней, голую, как в день, когда она родилась, затем последовал за ней, нежно целуя в губы. Алисса заснула в тот момент, когда голова ее коснулась подушки.

Теперь, спустя несколько часов, она проснулась, успокоенная глубоким дыханием Люка с ней рядом. Затем она ощутила его запах. Поддавшись искушению она придвинулась к его теплому телу и провела вниз ладонью по его твердой груди, очертила его рильефный живот, направив свои нежные пальчики к его растущей эрекции.

Вспышки его страсти и заботы обрушились на нее - романтическая брачная ночь, какую она никогда не ожидала; чувство одновременной наполненности ее рта и ее тела; его успокаивающие прикосновения, когда он мыл ее с головы до пальчиков ног.

Слезы наполнили ее глаза, сковали горло. Вот она думала, что не могла любить его сильнее, но его забота той ночью заставила раскрыться ее чувства, пока они почти не затопили ее. Алисса не обманывала себя. Даже если этот брак закончится плохо, Люк навсегда останется в ее сердце.

Она была очарована им, с того самого момента, когда познакомилась с ним. Он был умным, добрым, интеллигентным, она редко видела эти качества у клиентов ее заведения. Когда она и Люк впервые встретились, он не хотел иметь с ней ничего общего. Он не был груб или неуважителен по отношению к ней, а просто оставался в стороне и держался от нее подальше.

Затем, неожиданным воскресным утром, прошлым летом он позвонил ей с возмутительным предложением: в обмен на согласие потрахаться с ним и Диком, он соглашался стать ее кулинарным выбором, ее временным шеф-поваром. Ему было известно о скором открытии ее ресторана, также как он знал, что она не была настолько глупой, чтобы ему отказать. Ее согласие было слегка сродни проституции, но учитывая ее прошлое и то, насколько правдоподобно он был готов одолжить ей себя на время открытия ресторана, быть брезгливой казалось глупостью.

В тот дикий вечер, когда Дик ушел, так и не коснувшись ее, Люк был ненасытен. Он был невероятным. Но он никогда не относился к ней, как к шлюхе. На самом деле, он наоборот, вел себя так, будто он никогда не был настолько увлечен сексом и никогда не желал женщину так сильно, как ее. Бог знал, что она никогда так сильно не сгорала от желания к любому другому мужчине, как это было с Люком. На следующее утро, когда она проснулась, переживая за него……. она обнаружила свою кровать пустой.

Глубоко в душе, она надеялась, что их поразительная ночь, может перерасти во что-то большее. И она бы солгала, если бы сказала, что ей не будет больно, если он уйдет и оставит ее одну. Также, она бы соврала, если бы сказала, что это будет неожиданно.

В течение нескольких недель после этого она пыталась придумать хоть что-нибудь, чтобы завлечь его обратно, надеясь, что воспоминания об их удивительном сексе дадут ей основу, чтобы строить отношения дальше. Но она увидела Люка снова только тогда, когда заставила его выполнять свои обязательства. Дело в том, что он сопротивлялся ее натиску, а его новая подружка была ей словно нож в сердце… но вместо того, чтобы отказаться от Люка, Алисса соблазнила его - только чтобы понять, что он считал, будто она трахалась с Тайлером и думал о ней немногим лучше, чем о шлюхе.

Таким образом, не смотря на “разъяснение” Люка, его настойчивость в этом браке до сих пор не была ей понятна. Она была тем же человеком, с той же профессией, и Люк также считал вышибалу ее любовником. В чем разница?

Она была беременна. Да, он утверждал, что скучал по ней в течение этих нескольких недель, когда они были врозь… но было ли достаточно этого, для того, чтобы жениться на ней?

А сейчас для нее все стало намного глубже. Прошлой ночь своей страстью и нежностью он разрушил ее. Не было другого способа описать это. Он начал ломать ее защитные стены, куда она никогда никого не пускала, разрушая ее оборону. Хотел он того или нет, он сделал ее своей безвозвратно.

Алисса надеялась, что, возможно, хоть какая-то часть Люка принадлежит ей тоже.

- Ты слишком много думаешь, - пробормотал Люк и развернулся к ней лицом.

Его иссиня-черные волосы упали на плечи, кончиками флиртуя с его грудными мышцами. Его сонные глаза казались черными и затуманенными. Ее пульс, вновь, начал набирать обороты.

Ей бы так хотелось просто и легко упасть в его объятия, и пусть все, что должно было произойти между ними, просто произойдет. Раньше, она никогда не могла позволить себе такую роскошь, как ношение розовых очков. Поэтому Алиссе было просто необходимо узнать, почему Люк женился на ней. Выяснить, почему он не оставил ее в столь трудном положении. И если она узнает, что он женился на ней только из-за ребенка или секса, то ей придется сменить тактику поведения с ним.

- Много мыслей крутится у меня в голове, - ответила она, наконец.

- Вчера был знаменательный день.

Она кивнула.

- Жениться - это огромная ответственность, а мы ведь, действительно не так много знаем друг о друге. Я имею в виду, что в общей сложности мы провели вместе всего лишь около пяти дней.

Люк убрал волосы с ее лица.

- Похоже, это не так много, но … так или иначе, между нами, это так.

Алисса понимала, что именно он имел ввиду. Каждое их мгновение было наполнено открытием и притяжением, сводя их вместе, когда они проявляли свои лучшие стороны и противопоставляя их друг другу, когда они обнаруживали свои худшие стороны.

- Мне нужно -

Боже, ее желудок взбунтовался, и в данный момент это не имело ничего общего с ее беременностью. Что если Люк посмеется, разозлится или будет издеваться над ней, после ее вопроса?

Тогда ты и узнаешь.

- Нужно что? - повторил он, проводя своими пальцами по ее обнаженному плечу.

Она вздрогнула.

- Что ты ко мне чувствуешь?

Ее вопрос явно удивил его. Люк заколебался, потом продолжил свои легкие касания.

- Прямой вопрос, и честно сказать, я ожидал, когда ты спросишь об этом.

- Я очень практична.

- Да, ты такая.

Она рассердилась.

- Я должна быть такой.

Когда он поцеловал ее в щеку, ее лицо смягчилось.

- Я не осуждаю тебя. На самом деле, я даже восхищаюсь этим.

От этих слов она немного оживилась.

- Ты восхищаешься мной?

Как ребенок, пойманный за руку с банкой печенья, Люк улыбнулся.

- Ты умная, стойкая и цепкая. Джек рассказал мне, как быстро ты восстановилась после того, как Питер напал на тебя, и что сказать, он был впечатлен до чертиков твоей смелостью.

Замечательно, но он не добавил ни одного слова о любви. Хотя, она и не ожидала чего-то большего, и на нее обрушилось разочарование.

Алисса прогнала прочь это чувство. Может быть, ее любви хватит на них обоих.

Затем она вздохнула. Она ничего не знала о взаимоотношениях, но сомневалась, что односторонняя преданность сработает. После этой ночи ей нужно было отступить, сделать все возможное, чтобы восстановить стены вокруг своего сердца.

- Спасибо, - пробормотала она, отодвигаясь.

Он схватил ее за руку и притянул спиной к себе, еще ближе прижимаясь к ней своим телом.

- Куда это ты собралась?

- Одеться и добраться до работы. После вчерашнего в Bonheur полнейший беспорядок, с ним надо разобраться.

Он немного развернул ее и вдавил спиной в матрас.

- Ресторан очищен сверху до низу, все, включая посуду и скатерти. Еда уже подготовлена для сегодняшнего приема посетителей.

Ее рот открылся от удивления.

- Кто это сделал… ? Откуда ты узнал?

- Я позвонил нескольким людям, и попросил позаботиться об этом.

Также, как он позаботился обо всем остальном. Она продолжала влюбляться в Люка все больше и больше, и конца этому не было видно.

- Спасибо.

Он был так внимателен, прекрасно предупреждая ее потребности и понимая их. Означало ли это, что он мог бы испытывать больше, чем восхищение ею? Или она позволила глупой надежде увлечь себя сильнее, чем следовало?

- Ты слишком много работаешь.

Его большой палец вычерчивал полукруг на ее лбу, когда он смотрел в ее лицо с таким выражением, которого она не могла прочитать.

- Как я уже сказал, я восхищаюсь тобой, и очень беспокоюсь за тебя.

- Восхищение в браке…

Этого не достаточно, но она заставила себя произнести, - Это поможет, я уверена.

Люк взял ее лицо в свои руки.

- Я не сказал, что это все, что я чувствую.

Сердце Алиссы екнуло. Его рука обвила ее талию, и он расположил ее бедра над своим бедром, раскрывая ее к себе. Он прижимался губами к ее рту, покусывал шею, дышал в ее ушко. Легое покалывание и мурашки пронеслись по ее коже. Ее тело уже было согласно, будто узнало своего господина и учителя, и готовило себя в ожидании его распоряжений. Но от того, как он смотрел на нее, у Алиссы перехватывало дыхание. Выражение лица Люка говорило о том, что она для него много значит. Очень много.

- О-о, - выдохнула она.

Теперь, когда мы женаты, мы должны быть честными друг с другом. Больше общаться, - он снова приблизился своими губами к ее, и Алиссе пришлось заставить себя сосредоточиться на его словах, когда он немного отстранился, чтобы прошептать.

- По правде говоря, я никогда не ощущал ни к какой другой женщине таких глубоких чувств, какие испытываю к тебе.

Даже больше, чем к Кимбер? Тук, тук, тук. Ее сердце грозило выпрыгнуть из ее груди.

- Ты выглядишь удивленной.

- Так и есть. Я знаю, что у тебя были отношения до….

- Они остались в прошлом.

Он положил голову на свои руки и начал сверлить ее взглядом.

- А как ты относишься ко мне?

Такая насмешка над любовью чертовски пугает меня.

- Тоже забочусь о тебе. Больше, чем я думала будет возможным после нескольких дней.

Алисса не смела признаться в большем. Признаваясь ему слишком во многом, слишком открываясь, как ей было известно по опыту, она давала бы мужчине именно то, что ему было нужно, чтобы поставить ее на колени - прямо у его ног.

Хорошо, - улыбнулся Люк.

В темноте выражение его лица было таким интимным, что заставляло ее пальцы сжиматься.

- От нас зависит, чтобы наш брак стал удачным.

И что она знает об этом?

- Договорились.

Чего ты хочешь от меня? - прошептал он.

- Что ты ищешь в муже?

По правде говоря, она никогда по-настоящему не задумывалась об этом.

- Того, кто любит и уважает меня, кто понимает то, что мною движет. Я наслаждалась тем, как ты заботился обо мне последние несколько дней, и я не ожидала этого. Мне нужно, чтобы ты верил, что я могу стоять на своих двоих.

Он провел большим пальцем по ее губам, затем завладел ими в роскошном, но кратком поцелуе, заставившим Алиссу растаять еще сильнее.

- Я считаю, что ты можешь справиться со всем, к чему приложишь свой ум.

Гордость наполнила ее.

- Спасибо. Я не всегда умею хорошо делиться тем, о чем я думаю. Думаю, это из-за того, что я слишком долго жила и работала в одиночестве.

Это и то, что она едва выжила от полного предательства ее чувств и доверия. Но ему не нужны эти кровавые подробности.

- Не удивляйся, что я задаю много вопросов. Мне нравится узнавать, что происходит с тобой и помогать с Bonheur или чем-нибудь еще. Я помогу, чем сумею. Тебе нужно только попросить. Я не буду вникать в твой бизнес, только, если что-то покажется опасным или неправильным. Я знаю, что ты прекрасно справлялась на протяжении многих лет без меня, и я никогда не позволю тебе думать, что это изменится.

Боже, а она то думала, что стены, возведенные вокруг ее сердца, не смогут разрушиться еще больше.

- Спасибо.

- Если ты думаешь, что я перешел границы, мы должны поговорить об этом. Взамен, я попрошу от тебя, только три вещи.

Было ли это то, что она искала?

- Какие?

- Во-первых, больше никакого стриптиза. Мужскому населению Луизианы на обязательно видеть мою жену обнаженной.

- Договорились.

Последнее, чтобы она сейчас хотела, это снова раздеться перед толпой пьяных, пускавших слюни, незнакомцах. То, что его заботило, что кто-то может увидеть ее тело, согревало ей сердце.

- Хорошо. Во-вторых, мне нужно, чтобы ты мне доверяла. После того, как Питер напал на тебя, мне стало ясно, что кто-то когда-то изнасиловал тебя. Мне не нужны подробности сегодня или завтра. Но я хочу, чтобы ты знала, что можешь доверять мне, если вдруг решишься рассказать мне об этом.

Она предполагала, что он сделал некоторые, довольно точные выводы, но факт, что он не собирался давить на нее? Ее облегчение было почти осязаемым. Она много наслушалась от других танцовщиц, чьи доисторические мужья полагали, что клочок бумажки дает им право знать все и заставлять бояться их. Алисса не думала, что она была способна поделиться самым сокровенным, чтобы снова глубоко увязнуть.

- Я ценю это.

- Хм-м.

Люк шумно выдохнул через плечо и прижался губами к ее ключице.

- Я обожаю твою кожу.

Когда его ладонь сжалась на ее груди, она схватила его за запястье и остановила его. Да, она снова хотела его, чувствуя его глубокое, сильное и требовательное желание, распаляющее ее. Она была также голодна, и от касаний Люка ее голод становился лишь сильнее. Но этот разговор был слишком значимым, чтобы останавливать его сейчас.

-А в-третьих?

Он замер, яростно сжимая свою челюсть.

- Полная преданность.

Ее пронзило жгучая боль, как если бы ее ударили, и она попыталась отодвинуться от него.

- Ты все еще думаешь, что я шлюха.

Лежа справа от нее Люк обвил руками ее талию и перетащил ближе к себе.

- Нет. Ты не крутишь шашни и не трахаешься с клиентами. До того, как узнать тебя как человека, я считал, что это стереотип - женщина, которая скидывает одежду за деньги также готова ради этого и раздвигать ноги. Но это не ты.

Алисса подавила в себе желание расплакаться, ведь облегчение было столь глубоким. Затем, она заметила. что ее муж тщательно избегает темы под названием “Тайлер”. Ведь у Люка имелось с десяток причин, чтобы предполагать, что она и ее вышибала были любовниками. Тайлер открыто и публично прикасался к ней, у него был ключ от ее дома, он часто видел ее обнаженной…. На месте Люка, она бы предположила то же самое.

Снова настаивать на том, что Тайлер был ее единственным другом, было нецелесообразно. Ведь рано или поздно, Люк узнает правду.

- Я знаю о браке не много, но считаю, что верность очень важна. Если ты собираешься требовать ее от меня, я хочу того же самого взамен. Когда ты на следующей неделе отправишься в Лос Анджелес на съемку своего шоу, не думаю, что будет нормальным, если ты свяжешься с какой-нибудь безмозглой старлеткой, прыгнувшей тебе на колени.

Люк рассмеялся.

- Я не заинтересован в безмозглых будущих звездочках, чтобы положить их к себе на колени, в кровать, или в любое другое место. Я в абсолютном восторге от тебя, от желания быть с тобой, внутри тебя…..

Его голос понизился на октаву, взгляд стал темным и призывным. Намеренно сощурив глаза Люк, прежде чем она смогла подумать или вдохнуть, погладил ее между бедер и толкнулся внутрь. Его проникновение опалило ее опухшие складочки. Не удивительно, что она была влажной для него. Соски превратились в бусинки. Он захватил один из них ртом и потянул его с жалящим удовольствием и болью, от чего его член еще сильнее увеличился внутри нее. Алисса сильнее раздвинула бедра и приподняла их, отчаянно пытаясь принять его так глубоко, как только возможно. Он надавливал на ее стеночки, испытывая ее способность принять его.

Принять всю его длину и толщину за один толчок было невозможно. Нарастающее ощущение, когда он погружался внутрь нее, было восхитительно и сводило с ума. Ее плоть горела, и жжение под клитором почти лишало разума. Люк продолжал обрабатывать ее соски. Они уже слега побаливали после прошедшей ночи. Сейчас они торчали упруго и прямо, и реагировали на малейшее его лизание, даже дыхание Люка ощущалось на них. Но когда от всосал их в рот так нежно и погрузился в нее до конца…

Она закричала.

- Да, - он замурлыкал.

- Мне нравится находиться внутри тебя, когда твоя плотная, горячая киска принимает каждый мой дюйм. Я обожаю заниматься с тобой сексом. Я стал зависимым.

Он вышел из нее медленно, так медленно, что она всхлипнула. А он все медлил, только лишь касаясь своими пальцами ее тугих сосков, и прежде чем укусить ее за шею, он одним быстрым рывком погрузился в нее настолько глубоко, заставив ее ахнуть еще раз.

- Когда я не могу трахать тебя, меня трясет и я весь на взводе. Мне больно. Я не могу думать ни о чем, кроме того, как заполучить тебя обнаженной и с моим двигающимся членом внутри тебя, полностью подавляя и доводя до кипения. И голой. Всегда голой. Я не хочу, чтобы что-нибудь находилось между нами.

Алисса всегда использовала презервативы, когда речь шла о ее сексуальной жизни. Она никогда не позволяла мужчинам заниматься с ней сексом без дополнительной защиты, но то, что Люк делал с ней…. Боже, это невозможно было описать словами. Даже его слова распаляли ее, чтобы глубже брать его.

- Сладкая, ты не сможешь долго удерживать меня на расстоянии от твоей киски. Ты делаешь меня чертовски твердым, так что не рассчитывай, что будешь много спать, мы будем заниматься горячим сексом. Я люблю тебя, когда ты набухшая, мокрая, и готовая, и я планирую держать тебя в этом состоянии очень долго.

Каждое его слово заставляло ее таять. Когда мужчины в прошлом говорили это ей, она чувствовала себя униженной. Но что-то в Люке и то, как он это шептал ей, почти благоговейно и страстно, заставило ее чувствовать себя особенной и нужной ему.

Люк продолжал двигаться в ней, ее кровь забурлила и хлынула прямо к клитору. Ощущения переполняли ее, когда он вышел с ошеломляющим трением. Она ахнула, когда он снова вошел в нее и впилась ногтями в его спину, обвив ногами его ягодицы. Он не хотел торопиться. На самом деле, он не хотел давать ей руководить процессом.

- Плохая девочка, - пробормотал он ей на ухо заплетающимся языком.

- От того, что ты такая нетерпеливая, я буду еще медленнее трахать тебя.

Ее мозг превратился в яичницу, поэтому она не могла понять, что именно он имел в виду. Люк вышел из нее и поменял ее положение. Затем снова глубоко вошел, и его удары стали безумно неторопливыми и мучительными.

- Пожалуйста. Быстрее.

Сзади, Люк наклонился к ней, и поцеловал ее в губы и шею.

- Что именно ты хочешь, чтобы я делал быстрее?

Боже, неужели он намерен заставить ее сказать об этом. Они уже играли в эту игру вместе, в ту их первую ночь, несколько месяцев назад. Она сопротивлялась, а он ломал ее, в конечном счете, заставляя ее просить, после чего исполнял десятки ее фантазий. То, что он мог бы сейчас сделать также, заставляло кровь в ее венах сгущаться подобно лаве.

Алисса крепко сжала челюсти, чтобы удержать слова, но его неспешные удары полностью погубили ее. После чего он, забавляясь, начал ласкать своими пальцами ее клитор, от чего тот начал набухать.

- Скажи мне, я хочу услышать, и ты знаешь, я дам тебе то, что ты хочешь.

Да и тогда он приобретет над ней полную власть. Она уже отдала ему свое сердце. Это… был бы знак, что она отдает последнее, что осталось у нее. Ее душу.

Кончиками пальцев он коснулся ее клитора, и она ахнула. Он укусил ее за мочку.

- Я мог бы делать это все утро. Ты такая мокрая, и я люблю, подводить тебя к краю. И ты так сильно сжимаешь меня…

- М-м-м.

Удовольствие пронзило ее тело. Живот сжался.

Наслаждение росло в ней, сметая последние барьеры, уничтожая желание сопротивляться. Он почти вышел из нее, затем глубоко вошел снова, пока он не коснулся чувствительного местечка внутри. Она перестала дышать. Голова закружилась. Люк снова коснулся пальцем ее жаждущего ласки клитора.

- Люк!

Требовательный крик был больше похож на рыдание.

Вот так, сладкая. Да. Продолжай также крепко сжимать меня.

Он сжал ее плечо, продолжая размеренно двигаться внутри ее тела, заставляя терять голову от наслаждения.

- Скажите мне, что ты хочешь. Я не могу дать тебе этого, если ты будешь продолжать молчать.

Он играл с ней, бросая ей вызов. Люк подавлял ее волю, играя на ее теле, как на музыкальном инструменте ради своего удовольствия. Ошеломительное желание накрыло ее и она не могла больше сдерживаться.

Она снова всхлипнула.

- Пожалуйста ….

- Скажи мне. Открой этот прелестный ротик и скажи, что ты хочешь.

- Быстрее! Трахни меня быстрее!

Все-таки он колебался, его горячие, тяжелые вздохи, которые она ощущала на тыльной стороне своей шеи, заставляли ее дрожать.

- Быстрее? Если я сделаю то, что ты просишь, что ты можешь сделать для меня?

Он чего-то хотел, и Алисса понятия не имела, что именно. Если бы она была в здравом уме, она бы отказалась. Как можно что-то обещать, не зная, на что именно ты подписываешься? Но сейчас, Алисса была не в том состоянии, чтобы торговаться.

- Что угодно, - выдохнула она, пытаясь толкнуться на его член.

Люк схватил ее, предотвращая любые движения.

- Все, что угодно?

Удовольствие набирало силу внутри нее, становясь тягучим, острым и тяжелым. Малейшее движение… Она нуждалась в нем. Сейчас. Ее разум гневался, а ее тело уже стало его рабом.

- Что угодно.

- А что, если я хочу все? - прорычал он.

Алисса не могла нормально дышать, и она лишь судорожно кивнула.

Скажи это, моя маленькая женушка.

Он провел пальцем по ее лобку, отказывая ей в прикосновении к ее клитору, которое сразу же вознесет ее на небеса.

Боже, ей ничего не оставалось, кроме как перестать бороться с ним и сдаться. Она выгнулась под ним, и он скользнул немного глубже в нее. И все же ей этого было мало.

- Все!

Ее крик эхом отозвался в ее ушах.

Как хищник, ощущающий кровь, Люк приближался к своей добыче.

- Абсолютно все?

- Да, - выдохнула она.

- Пожалуйста, Боже, да!

- Именно это я и возьму, - рыча поклялся он, глубоко и беспощадно входя в ее тело, увеличивая скорость фрикций и все же достаточно медленно, чтобы насладиться удовольствием забыться в ее глубине.

Он снова нажал пальцами на ее клитор и потирал его круговыми движениями. Ее кровь кипела, рассудок помутился, и удовольствие взорвалось в ней. Секс с ним приносил такое неземное удовольствие, что она теперь будет постоянно сравнивать других мужчин с ним. Им с ним не сравниться. Она погружалась в экстаз и готова была с радостью утонуть в нем.

Едва отдышавшись, она вспомнила свое имя, но Люк снова притянул ее к себе, на сей раз прикасаясь своими гладкими пальцами ко входу в ее анальное отверстие.

О-О, Боже. Он не просто пытался сорвать с нее ее защиту, он хотел уничтожить ее.

- Нет.

- Ты сказала - все, - напомнил он, и его пальцы, мокрые от смазки по-прежнему кружили вокруг ее небольшого отверстия.

- Это слишком много.

Алисса услышала нотки мольбы в своем голосе, но больше ее это не беспокоило.

- Я сделал тебе больно в прошлый раз, в ту нашу первую ночь?

Он знал лучше. Она столько раз кончила в ту ночь, что он точно знал. Но, как и в этот вечер, он хотел услышать это от нее.

- Нет.

Проводя языком по ее плечу, он прижал к ануса два своих пальца, немного проникая внутрь.

- Сладкая, я сделаю так, чтобы тебе было приятно. Так приятно.

Она не сомневалась.

Алисса ахнула, когда его пальцы проникли глубже, одновременно с его членом, пронзившим ее киску, возвращая к жизни нервные окончания, которые как она думала были перевозбуждены. Она попыталась приспособиться к этому, когда он вышел из ее тела и выше поднял ее бедра. Он прижался членом к ее маленькому анусу и начал входить в нее. Она почувствовала боль, когда он преодолевая сопротивление ее мышц, вошел в нее. Люк прижался к ее спине, и она могла поклялась, что чувствует как он окружает ее со всех сторон.

Черт, да!

Он сжал ее плечи, затем провел ладонями по ее телу до талии и крепко сжал ее бедра и приподнял их.

- Потри клитор. Это будет немного больно и быстро.

Немного сожалея, что за все то время, что они были вместе, ей, наверное, следует сказать ему, что она не будет подчиняться его приказам. Она потрет клитор, если хочет сама. Но он уже вызвал в ней такую жажду, которой она не могла противиться.

Как только она прикоснулась к себе, Люк установил такой темп, что она перестала дышать. В считанные секунды он сломил ее. Она не испытывала эти ощущения уже несколько месяцев, пробуждавших жадное желание и чертово либидо. Она прикоснулась к себе, пока он безжалостно двигался в глубоких тайниках ее тела, разжигая ее самые темные фантазии, где Люк брал ее именно так, как хотел, так долго, как того хотел, заставляя ее кончать, когда захочет.

Он ущипнул ее за сосок, погружаясь в ее тесный канал. И тяжело вздохнул в ее затылок:

- Кончай!

Мир взорвался на миллионы кусочков. Слезы облегчения полились из глаз. Люк опустошил ее, обнажая ее чувства. Он все еще был в ней толстый, жесткий и требовательный. Слезы текли по ее щекам. Она уже не сможет охранять от мужа свое разбитое сердце.


Глава 14

В воскресенье, после их свадьбы, Алисса прислонилась к дверному косяку спальни и смотрела как Люк упаковывает последний чемодан. Она жила одна больше десяти лет. Одной ей было комфортнее. Люк переехал в ее дом на следующий день после свадьбы. Это было логично, ведь скоро начнется телешоу и его выступления, и ему придется переезжать с места на место, в то время как она была привязана к Лафаетту клубом и рестораном. Но сейчас он жил в ее доме, его вещи были в ее шкафу, ванной комнате. И он был более аккуратным, чем она.

Он был решительным, и ей это нравилось. Но в начале, в первые дни ей казалось, что он захватил ее дом, тело и сердце. Сейчас, наблюдая, как он готовится к отъезду, Алисса почувствовала грусть. Ей будет не хватать Люка, вероятно, больше, чем она думала.

Она привыкла видеть его на кухне “Bonheur”, как он наблюдает за ней в предрассветные часы в “Сексуальных Сиренах”. Два дня назад появилось сообщение об их свадьбе в газетах. С тех пор, каждую ночь Люк провожал ее до машины, крепко держа за руку. Она привыкла, что он делает ей легкую закуску перед сном, находится рядом с ней, пока она не заснет, будит ее по утрам восхитительными, сумасшедшими прикосновениями, доводя ее до умопомрачительного оргазма.

И всего этого ей придется лишиться на ближайшие две недели. Конечно, это не конец света, но все таки, находясь вдали от него, она волновалась и нервничала.

- Я позвоню тебе, когда приеду, - пообещал он.

- Спасибо.

- Ты хорошо себя чувствуешь сегодня?

Алисса кивнула.

- Немного устала, но это нормально.

- Не слишком перегружай себя работой. Сэди сообщит мне, если ты будешь много работать.

- Она ябеда.

Алисса скрестила руки на груди и капризно надула губки.

- Вот почему я попросил ее держать меня в курсе дела.

Люк закрыл чемодан и поставил его на пол.

- Я вернусь, чтобы провести с тобой неделю Благодарения и мы сходим к врачу на следующей неделе.

Первый визит к ее акушеру-гинекологу. В первый раз она услышит сердцебиение ребенка.

- Я очень ценю, что ты будешь рядом со мной.

Он пересек комнату и взял ее лицо в свои руки. Решительные темные глаза смотрели на нее.

- Мне бы не хотелось, чтобы было иначе.

Боже, его голос и волнение на лице сильно растрогали ее. Он должен знать об этом.

- Прежде чем я уйду, у меня есть кое-что для тебя.

Она смотрела, как он нахмурил брови и на его лице появилось смятение. Он отвернулся и вытащил что-то из портфеля. Это была коробка размером примерно с буханку хлеба, завернутая в плотную фольгу. Подарок был обвязан элегантным белым бантом.

Люк протянул ей.

- Это запоздалый подарок на свадьбу.

- Подарок? Ты не должен…

- Но я хочу.

С трудом сдерживая свое волнение, она сняла оберточную бумагу и обнаружила простую коричневую коробку. Сняв крышку, она вытащила содержимое и ахнула. Внутри была фоторамка в форме двух сплетенных серебряных колец. Слева - ее фото в свадебном платье. Справа - фото их свадебного поцелуя. В середине, где два кольца сплетались, он сделал гравировку с их именами и датой свадьбы.

- Это великолепно!

Она чуть не задохнулась от смеси благодарности и любви. Их брак не был идеальным. Они все еще узнавали друг друга. Люк был перед ней как открытая книга. Она же сдерживала свои чувства. С другой стороны, иногда она ловила на себе его взгляд, иногда он слишком долго думал, прежде чем ответить ей, и она почувствовала, что может быть он был слишком…

- Тебе нравится?

Еще немного и слезы покатятся по ее щекам, и она моргнула, чтобы сдержаться.

- Очень. Спасибо.

Люк взял фоторамку из ее рук.

- Я думал, ты можешь поставить ее здесь, на комоде.

Он поставил фоторамку напротив кровати.

- Пока меня не будет, ты можешь смотреть на это.

И думать обо мне. Он не сказал эти слова, но Алисса поняла его. Почему он просит об этом, неужели его это хоть немного волнует? Как она могла ему отказать?

- Хорошо, - пробормотала она, подходя к нему и касаясь рукой его стального бицепса.

Он сжал ее в своих объятиях. Он нежно поцеловал ее в губы, и снова, как и каждый раз, когда Люк касался ее, она растворилась в его объятиях. Он заставлял ее чувствовать себя нежной и слабой, полностью приводил в восторг.

От разочарования, он отстранился.

- Если я сделаю больше, я никуда не улечу. Я пытаюсь объяснить, что могу пропустить первую запись, потому что я никак не могу перестать трахать свою жену.

Она рассмеялась. Она сделала так мало за последние годы. Люк был невероятно сексуальным мужчиной, но жить с ним сейчас… она начинает видеть все стороны его характера и он стал для нее еще более желанным. Каждый день, ее все больше поглощала, такая чертовски опасная, бездна чувств. И все же она не могла остановиться.

- Я не хочу, чтобы меня еще в чем-то упрекали. Итак половина женщин Лафайетта зла на меня. Не нужно втягивать Калифорнийских “шишек” в эту змеиную яму.

Люк слегка улыбнулся, и на его лице снова появилась серьезность.

- Я должен тебе что-то сказать, прежде чем уйду. Питер будет вести себя тихо, он вышел на свободу под залог.

- Я надеюсь, что сейчас отец держит его на коротком поводке!

- Если что-то пугает тебя, не стесняйся и звони мне.

- Ты будешь на расстоянии в две тысячи миль. Я справлюсь. Я уже взрослая девочка.

- Для большой девочки на тебе слишком маленькие трусики.

На его лице появилось хитрое выражение, он запустил руки ей под юбку и сжал ладонями ее голые ягодицы, а затем вздохнул.

- И я знаю, что ты самостоятельная. Фотографы, конечно, раздражали последние несколько дней, но я уверен, что они последуют за мной в Лос-Анджелес, а не останутся здесь, чтобы преследовать тебя. Еще, если у тебя появятся проблемы, звони мне.

- Да, папа, - подразнила она.

- Я могу быть уверен в этом?

Он поморщился.

- Легко.

Он вздохнул.

- Я постараюсь вернуться как можно быстрее. Но … позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится. Или если ты что-нибудь захочешь.

- Я так и сделаю. Со мной и ребенком все будет в порядке. В “Bonheur” и “Сексуальных Сиренах” . . все хорошо. Это ведь только на две недели.

- Правильно.

Он провел руками по ее волосам, остановившись на ее затылке.

- Будешь скучать по мне?

Это просто сумасшествие. Он еще не ушел, а его предстоящее отсутствие уже оставило зияющую дыру в ее сердце. Алисса не доверяла своему голосу, думая, что раскроет слишком многое. Она просто кивнула.

- И я буду скучать по тебе, - прошептал он ей в губы.

Затем, после слишком короткого поцелуя, он ушел. Она осталась, глядя на его невероятный подарок, жгучими от непролитых слез глазами, почти боясь быть счастливой. Что, если это не в последний раз?

***

В среду в четыре утра, она была измотана. Толпа в ” Сексуальных Сиренах” была очень шумной прошлым вечером. Мужчины одаривали ее повышенным вниманием. Но было два плюса: Тайлер никогда не отходил от нее, и Питер, который появился около клуба снова в понедельник и был задержан за вождение в нетрезвом виде в начале этого дня, поэтому он вернулся в округ и был от нее далеко.

Уже возле дома, она медленно вошла через входную дверь. Она не могла хорошо выспаться после отъезда Люка, и ребенок лишал ее сил, ей нужно хорошо выспаться, не меньше восьми часов. Но, черт возьми, было холодно. Ей нужно быстро включить обогреватель.

Когда она повернулась, чтобы отключить сигнализацию, то увидела, что та разбита кувалдой. Там уже нечего было отключать.

Пластиковые части были разбросаны по полу. Провода свисали с панели. В воздухе ее дома чувствовалась опасность, как и когда-то в ее клубе и офисе в “Bonheur”. Почему, черт возьми, она отказалась, чтобы Тайлер, проводил ее до дома?

Она не решилась подняться наверх в одиночку. Нужно скорее выйти из дома. Алисса вышла из дома и достала мобильный телефон. Тайлер ответил после первого гудка.

- Что случилось?

- Кто-то ворвался в мой дом.

Тайлер выругался такими словами, что она вздрогнула.

- Я все еще в своем грузовике. Я буду у тебя меньше чем через пять минут. Вызови полицию. Сейчас же.

Прошептав согласие, она повесила трубку, и задрожала от ноябрьского холода. На ней была слишком легкая короткая юбка, и она жалела, что не надела пальто. У нее было много теплой одежды в шкафу наверху.. но она скорее замерзнет, чем рискнет пойти туда в одиночку.

Диспетчер 911 быстро ответил, и Алисса сказала ему свое имя и адрес, и сообщила о взломе своего дома, по крайней мере то, что она знала об этом. Она должна позвонить Люку сейчас или подождать, до более подходящего времени? Сейчас в Лос-Анджелесе было два часа ночи и съемки начинались рано, он должно быть крепко спал.

Прежде чем она успела решить, Тайлер подъехал на своем грузовике и остановил его на парковке. Он вылез и схватил ее за плечи, притягивая к себе.

- Ты в порядке?

- Потрясена. Но не пострадала.

- И замерзла.

Выругавшись, он полез внутрь грузовика, а затем завернул ее в пальто. Алисса вздохнула, почувствовав тепло, но облегчение было недолгим.

- Покажи мне, что ты нашла, - потребовал Тайлер.

- Разве мы не должны позволить Реми и его парням все осмотреть там в первую очередь?

Честно говоря, она просто не хотела видеть, что еще злоумышленник сделал с ее домом.

- Ты хочешь сохранить место преступления, потому что они такие сказочные следователи?

Его сарказм был острее бритвенного лезвия.

- Я хочу увидеть место преступления раньше, чем они, черт возьми.

- Раньше чем…?

- Да. У меня не будет времени, чтобы осмотреть место происшествия, прежде чем они ввалятся сюда, но я могу посмотреть.

Он вытащил пару кожаных перчаток из грузовика.

- Давай сделаем это быстро.

Внутри Алиссы все дрожало, когда она повела Тайлера обратно в дом. Вопросы о его прошлом могут подождать.

Внутри было темно, и она включила свет в фойе, как сделала, когда впервые вошла в дом. Тайлер смотрел на панель сигнализации, изучая ее, сжав челюсти.

- Черт. Все так же, как ты вошла в дом?

- Я была слишком напугана, чтобы оставаться здесь, пока в доме злоумышленник со своим другом, мистер Хаммер.

- Особенно, если он принес с собой таких друзей, как мистер Нож или Пистолет.

Тайлер угрюмо пробормотал.

- Хорошая девочка.

Из-за пояса, сзади, Тайлер вытащил полуавтоматический пистоле. Алисса смотрела, широко раскрыв глаза.

- Где ты это взял?

- В моем грузовике. Я не скрываю того, что он у меня есть. Держись у меня за спиной, - проинструктировал он, поднимаясь вверх по темной лестнице.

Он плечом открыл первую дверь слева, в комнату для гостей и включил свет.

- Что-нибудь испорчено?

Алисса выглянула из-за его плеча. Все выглядело именно так, как она оставила в тот день. На самом деле, в комнате был спертый воздух, как будто никто не открывал дверь неделю. Тайлер погасил свет и пожал плечами, словно пытаясь успокоиться. Он тихонько пошел в сторону тренажерного зала, вытянув пистолет вперед. Дверь была по-прежнему широко открыта, как это было после того, как она закончила свою утреннюю тренировку.

Он медленно нащупал выключатель. Мгновение спустя мягкий верхний свет осветил пространство. Все было также: боксерская груша, свисающая с потолка, мягкие лестницы, гири. Даже бутылка с недопитой водой стояла там на подоконнике.

- Ничего, - пробормотала она.

- Хорошо.

Он вздохнул, выключил свет, явно пытаясь успокоиться.

- Может быть, когда сработала сигнализация, он разбил ее в отчаяния, а затем сбежал.

Но даже сейчас, когда она произнесла эти слова, она знала, что кто-то побывал здесь. Она чувствовала это и боялась этого.

Тайлер поморщился, как если бы не хотел пугать ее правдой.

Она нервно прикусила нижнюю губу.

- Я не знаю, почему он не предупреждает полицию.

- Я думаю, что этот мудак перерезал провода сигнализации до того, как он ворвался в дом.

Голос Тайлера звучал зловеще.

- Если у тебя нет прибора слежения на окнах, он, вероятно, вырезал отверстие в стекле, и влез в дом.

- Так вот почему так холодно в доме, - она почувствовала подступившую тошноту.

- Точно. Затем он, вероятно, отключил систему звуковой сигнализации на чердаке. Таким образом, независимо от того, что он сделает дальше, он никогда не побеспокоит твоих соседей. Держу пари, что он разбил панель сигнализации, просто ради развлечения.

- Разве простой грабитель сделает все это?

Он покачал головой, а затем пошел по коридору к ее спальне.

- Как правило, они предпочитают что-то попроще. Открытые окна служат приглашением. Но это не значит, что они не сделают все необходимое, чтобы отключить твою фантастическую сигнализацию, если думают, что в доме есть что-то очень ценное.

- Н-но у меня нет ничего столь ценного. У меня нет плоского телевизора. Мой ноутбук в “Bonheur”. Я не держу наличные в доме. У меня не так много ювелирных украшений.

- И на тебе обручальное кольцо с бриллиантом.

Так Тайлер заметил ее кольцо. В его голосе не было восторга. С другой стороны, это ее не удивило.

Тайлер открыл дверь в спальню и остановился.

- Выключатель?

- На стене справа, ближе к ванной комнате.

Он поколебался, а затем покачал головой.

- Слишком далеко в темноте. Так на будущее…

Скользнув в ее спальню, он дошел до ванной комнаты и включил там яркий свет. Лучи света падали на паркет в прихожей и отбрасывали серые тени до дверей комнаты.

- Подожди здесь.

По его тону она поняла, что его приказ не подлежит обсуждению. Страх сжал ее живот. У нее было плохое предчувствие, что ее хотят раздавить, напугать, но она не увидела нигде ножей. Сердце бешено стучало, она сжала губы так, что не могла дышать и предупредить Тайлера о том, что она была прямо за ним.

- Ты не слушаешь мои инструкции.

Алисса не обратила на его слова никакого внимания, пока он не выставил руку перед ней.

- Черт, жди за дверью. И жди моего сигнала.

Неохотно она отошла в сторону, заглядывая в дверь. Мгновение спустя, Тайлер щелкнул выключатель. Она закричала, увидев разгромленную комнату.

Одежда Люка была свалена в середине спальни, разорванная в клочья и залитая красной краской. Постельное белье было сорвано с матраца и разбросанно по полу, разорванное в порыве ярости и залитое красной краской. Красной краской был забрызган ковер и стены ее спальни. Она чувствовала ярость на того, кто сделал это. Это деяние было глубоко личным, его молчаливым актом войны.

- Кто мог это сделать?

Ее голос дрогнул, и она схватилась за живот, боясь, что ее вырвет.

- В первую очередь, я подумала о Питере.

- Прямо сейчас он в округе.

Тайлер нахмурился:

- Примптон?

- Он просто хочет закрыть мой клуб. Для этого ему нужно публично дискредитировать меня, а не пугать. Вторжение в мое личное пространство ни черта ему не поможет.

- Может быть, он просто надеется выгнать тебя из города?

- Я уверена, что он обрадуется, но он должен был лучше узнать меня за те восемнадцать месяцев, как начал портить мне жизнь.

Она покачала головой. Примтон не мог этого сделать.

- Верно … но он единственный подозреваемый, что у нас есть, если ты не вспомнишь о другом клиенте, который может быть зол на тебя.

- Нет.

Алисса продолжала осматривать разгромленную комнату с открытым ртом. Бутылочки с духами были везде, большинство разбиты и в комнате пахло ужасной смесью цветов и химических веществ, вызывая у нее тошноту. Он свалил в кучу ее нижнего белье, по середине ее кровати. Когда она подошла ближе, отвращение появилось на ее лице.

- О, Боже. Эт-это сперма.

Мгновенно, Тайлер подошел к ней, глядя на обильные следы белого эякулята, которые больной урод оставил на ее белье.

Алисса поднесла руку ко рту и отвернулась. Сейчас ее вырвет.

Ее взгляд остановился на чем-то серебряном на ковре, едва торчащим из-под одеяла. Страх и отрицание наполнили ее сердце, она подбежала и протянула руку, чтобы схватить это.

- Нет!

Зарычал Тайлер, потом оттащил ее в сторону, прежде чем она успела схватить этот предмет.

- Ничего не касайся. Позволь мне.

Осторожно большим и указательным пальцами, он достал из-под пушистого одеяла предмет. Худшие опасения Алиссы подтвердились: кто-то уничтожил свадебный подарок Люка. Их свадебная фотография, на которой был запечатлен их поцелуй, был разорван на мелкие кусочки. Мерзкий злоумышленник плеснул красную краску на фоторамку, залив гравировку. Она зарыдала и потянулась к ней.

Тайлер обнял ее, прижав ее руки к бокам.

- Не надо.

- Н-но Люк подарил ее мне.

Ее тело сотрясало от рыданий и она стараясь не смотреть на разруху вокруг. Тайлер прижал ее спину к своей груди, проведя ладонью по ее животу, своими губами коснувшись ее уха.

- Все хорошо. Мы исправим все. Дорогая, не расстраивайся из-за этого. Это плохо в твоем состоянии.

Или ребенка. Она знала это, но шок и страх, а также истощение и отвратительные запахи сломили ее.

- Тсс, - успокаивал он.

Она покачала головой.

- Я не могу.

- Ты должна взять себя в руки. Реми и его парни скоро будут здесь. Пойдем.

Алисса слабо кивнула, и Тайлер поставил ее на ноги. Она еле стояла на ногах.

Тайлер отбросил одеяло немного в сторону от сломанной фоторамки, показывая последний и худший из ужасов. Фотография, на которой она была в подвенечном платье, было вырвано из рамки и на нем злоумышленник оставил ей сообщение, которое заставило ее закричать и потерять сознание.

***

Алисса пропала. Шагая по гостиничному номеру в Лос-Анджелесе, Люк пытался до самого рассвета дозвониться до ее дома, набирая номер ее сотового телефона снова и снова. Никакого ответа, даже от ее голосовой почты. Сэди так и не удалось найти ее в “Bonheur” или в клубе. Реми сообщил ему, что Алисса вызвала службу спасения 911 и что кто-то проник в ее дом. И к тому времени, когда шериф и его заместитель прибыли к ней, ее машина стояла на месте… но ее нигде не было видно.

Неужели ее похитили? Что если кто-то другой, а не Питер оставлял эти записки с угрозами и схватил ее? Термин “холодный пот” приобрел для него совершенно новый смысл, и он запихнул последнюю вещь в свой чемодан.

Час назад он позвонил Джеку Коулу, попросив его найти Алиссу. Джек позвонил несколько минут назад, чтобы сообщить, что до сих пор не нашел никаких следов. И Люк чувствовал себя беспомощным, находясь в Лос-Анджелесе. Если Алисса пропала без вести… Запись шоу конечно важна, но не более, чем найти ее и ребенка.

Единственный человек с которым он еще не разговаривал, был Тайлер. Алисса пойдет к нему; с ним она будет в безопасности. Но что еще он заставлял ее чувствовать? Может, она действительно трахалась с биологическим отцом ребенка, через несколько часов после того, как Люк уехал от нее? Он не знал ответа на этот вопрос, но знал, что Тайлер будет просто счастлив снова увидеть Алиссу в своей постели.

Все-таки ревность сжимала все внутри, но это лучше чем думать, что сумасшедший похитил ее. Но оба варианта вызывали отвращение.

Выругавшись, Люк схватил телефон и снова набрал Джека.

- Ничего нового?

- Прости, парень, - сказал Джека.

- Я проверил больницы. Ничего.

Закрыв глаза, Люк подавил панику, опасаясь, что, так или иначе, он потерял Алиссу.

- Продолжай искать. Пожалуйста. Я еду в аэропорт. Я снова позвоню Сэди, чтобы она нашла Тайлера. Я вылетаю первым рейсом.

Выслушав сочувствующие слова от Джека, он повесил трубку и снова набрал Сэди. Он боялся. Она ответила сразу же.

- Я поговорила в Брэнди, - сказала танцовщица.

- Она ничего не слышала об Алиссе.

Люк пощипал переносицу, стараясь заглушить головную боль, зная, что это от недосыпа. Пока он не узнает, где его жена, он не заснет. Он не успокоится до тех пор, пока не узнает, черт возьми, что происходит.

- А как насчет Тайлера?

- Я звонила ему. Он не отвечает. Я бы съездила к нему…но не знаю, где он живет. Он никогда ни с кем не общался, кроме Алиссы.

Общался? Люк едва сдерживался от ворчания. Если Тайлер общался только с Алиссой, Люк мог держать пари, что мужчина делал что-то более личное для его жены.

Поблагодарив танцовщицу, Люк повесил трубку. Он снова позвонил Джеку, когда уже вызвал такси до аэропорта.

- Сможешь найти адрес одного парня по имени Тайлер Мерфи? Он недавно приехал в Лафайетт.

- Вышибала Алиссы?

- Да.

- Дай мне немного время, я перезвоню.

Удовлетворенный тем, что Джек на его стороне, Люк попытался снова позвонить Алиссе. Нет ответа. Он оставил сообщение своему продюсеру на сотовый телефон, сказав, что его жена пропала, и он возвращается в Луизиану.

В шесть утра не было пробок. Как только Люк попал в аэропорт и прошел контроль, его телефон зазвонил. Его сердце остановилось. Надежда вызывала всплеск адреналина в крови. Пока он не посмотрел на дисплей телефона. Джек.

- Говори.

- Нет ни одной записи о Тайлере Мерфи, живущем в Лафайтте. По крайней мере, ни одного человека, имеющего водительские права, проживающих в городе, в возрасте от двадцати пяти до сорока лет. Проверил также и окрестности.

У Люка кровь застыла в жилах.

- Что это значит?

- Либо г-н Мерфи не обновил лицензию после переезда в город, что он должен был сделать в течение тридцати дней, и как бывший полицейский должен знать об этом.

- Да, он жил там около четырех месяцев. А что “или”?

И Люк боялся, что знает ответ.

- Или он не тот, за кого себя выдает.

Черт! Может быть, это ее приятель Тайлер угрожал ей все это время. Сделать ее беременной было, вероятно, просто его больной причудой.

Когда Люк сел в самолет, он позвонил Алиссе еще раз. Она не брала трубку. Люк не хотел думать об этом… но что он будет делать без нее?

Этот вопрос преследовал его в течение следующих пяти часов полета, вместе с пугающим сожалением. В тот момент, он снедаемый гневом, делал ехидные комментарии, говорил злые слова, все, что заставило ее плакать. Он вспомнил их последнюю ночь в “Сексуальных Сиренах”, прямо перед нападением Питера и спрашивал себя, как, черт возьми, он мог быть таким придурком, пока готовил перед открытием в “Bonheur”. Она была с ним честна, а он относился к ней с презрением. Все потому, что слишком боялся признаться в том, как сильно ее любит. Потому что он боялся привязаться к тому, кто заставит его выбирать между сердцем и мечтой, и он наказал ее за это.

Когда его самолет приземлился в городе Лафайетт, Люку пришлось сдерживать себя, чтобы не вскочить с места и броситься к выходу. Он быстро проверил, есть ли сообщения на ​​мобильном телефоне. Ничего.

Но одна мысль пронзила его. Ни разу во время длительного перелета он не подумал о ребенке. Все его мысли, страхи, и молитвы были об Алиссе.

***

Джек встретил Люка в зоне получения багажа, Хантер был рядом. Холодный пот прошиб его. Они пришли сообщить ему наихудшее?

- Что происходит?

Потребовал Люк.

- Ничего нового, - Джек протянул руку, и Люк пожал ее, дрожа от облегчения.

Алисса может быть и не в безопасности, но по крайней мере она не найдена мертвой.

- Мы по-прежнему ищем, - сказал Хантер.

- Шериф - дурак.

Брат Кимбер выглядел так, словно оттаял по отношению к Люку. Может быть. Люк согласился с его оценкой Реми.

- Мы приехали за тобой, - Джек посмотрел на багажную карусель.

- Получил сумки?

- Да,- сказал он Джеку.

- Вы не должны были приезжать сюда. У меня есть машина.

Джек поднял темную бровь.

- Ты вообще спал последние двадцать четыре часа? Ты способен думать о чем-то еще, кроме Алиссы?

Люк сердито взглянул на него. Черт, нет, и он и Хантер знали это.

- Тогда отвези меня к дому. Я хочу увидеть его.

Мужчины посмотрели друг на друга. Люк мгновенно понял, что они были против этого плана.

- Я не советую, если конечно у тебя не крепкий желудок и ты абсолютно точно не впадешь в ярость, - наконец сказал Джек.

Первое… да. Последнее, нет. Он был уже вне себя от гнева.

- Cкажи мне прямо. Там есть следы борьбы? Реми ни черта не сказал.

- Нет. По крайней мере, я так не думаю. Но на прощание, псих сделал “прощальный выстрел”, который не показался мне теплым и пушистым.

Сердце Люка остановилось.

- “Прощальный выстрел”? Он оставил что-то?

Джек поморщился.

- На свадебной фотографии Алиссы написано красной краской “СМЕРТЬ ШЛЮХЕ”.

Глава 15

В надежде найти Алиссу, Тайлера, или кого-то, кто знал, где они находятся, Люк уговорил Джека довезти его до “Сексуальных Сирен”. Вероятность невелика, но он не мог не проверить.

Как только они подъехали к кирпичному зданию, Люк заметил группу людей, столпившихся снаружи, и застонал.

- Примптон? Черт.

Слова Джека полностью передали состояние Люка. Черт, этот ханжеской ублюдок действительно достал его. Сегодня был не очень хороший день, чтобы испытывать его нервы.

- И он привел с собой прессу.

Выругался Люк.

- Какого черта он хочет?

- Помимо закрытия клуба твоей жены?

Джек констатировал очевидное.

- Внимание, - протянул Хантер.

- Придурок любит прятаться за чужими спинами со своим “Посмотри на меня, посмотри на меня ” я такой умный. Он мальчик в теле мужчины, который хочет быть Богом, когда он вырастет.

Джек кивнул.

- Да, полиция нравов. Ублюдок.

Как только машина остановилась, Люк выскочил из нее. Он хотел обойти вокруг здания, чтобы избежать встречи с Примптоном, но у него не было ключа от запасной двери. Алисса дала ему ключ от двери, открывающий главный вход, и то, чтобы использовать его в чрезвычайных ситуациях. Сейчас, у него было на это право.

Когда он приблизился к клубу, Примптон преградил ему путь, его курчавые седые волосы были влажными. Его щеки дрожали, когда он остановился перед Люком и погрозил пальцем ему в лицо.

- Стоп! Подумайте о своей бессмертной душе, прежде чем войти в это заведение, где работает дьявол. Где правит грех.

Люк стиснул зубы и сдержался, чтобы одним ударом не уложить этого урода на тротуар.

- Подумайте о том, что вы праздношатаетесь, а если вы сделаете еще ​​один шаг, то войдете в частную собственность, и я смогу вас арестовать за незаконное проникновение.

Примптон широко раскрыл свои слезящиеся голубые глаза.

- Чертова шлюха переманила вас на сторону греха и блуда!

- Это не блуд, так как мы женаты.

- Жалкая маска! Светский брак, как ваш, не изменит того, кто она есть.

- Не смей так говорить о моей жене. Она налогоплательщик, бизнес-вумен, которая и пальцем вас не тронула. Что дает вам право судить ее?

Член совета набрал побольше воздуха в свою узкую грудь.

- Это дело всех истинно верующих в Бога, вывести других на путь добродетели.

Бред. У Люка сегодня не было времени на недалеких ослов, ему не хватало терпения.

- Тогда вы будете рады узнать, что Алисса уходит со сцены. Она не будет выступать снова.

Примптон оживился.

- Она закрывает клуба?

- Не является ли ваш брак причиной, по которой ваша жена приняла решение прекратить выступления? - крикнул репортер.

Пресса. Боже, этим пиявкам когда-нибудь надоест травить людей несуществующими историями?

Нет. Но в данном случае, он даст им кусочек правды.

- Да. С моего благословения, она уделяет больше внимания ресторанному бизнесу.

- Мы очень рады, что это новая глава в нашей совместной жизни. Но прошлой ночью кто-то ворвался в наш дом и разгромил его. Терроризировал мою жену. Сейчас она пропала, и мне нужна ваша помощь, чтобы найти ее.

- Вы подозреваете нечестную игру? - кричал другой репортер.

- Это вполне возможно.

Люк старался не думать о том, что он сделает, если это правда и какой-то маньяк действительно убил ее. Это было все, что он мог сделать сейчас, чтобы не потерять самообладания и не начать паниковать.

Пресса задала еще несколько вопросов, и Люк предоставил им подробную информацию о том, где и когда он видел Алиссу в последний раз. Удовлетворенный, что извлек пользу из плохой ситуации, Люк повернулся и пошел к двери. Опять же, член совета преградил ему путь.

Примптон шмыгнул носом и прошептал слова, которые мог слышать только Люк.

- Если кто-то вернул ее к создателю, то это именно то, чего она заслуживает.

Люк сжал его руки. Это было все, что он мог сделать, чтобы не задушить мерзавца. Фраза, выпущенная Примптоном, заставила Люка задуматься, был ли Примптон причастен к исчезновению Алиссы, или это было обычное злорадство.

- Если я узнаю, что ты имеешь какое-либо отношение к исчезновению моей жены и к проникновению в наш дом…

- Я?

Старик был явно шокирован. Но выглядел он, уж слишком возбужденным.

По коже Люка пробежали мурашки.

- Если вы решили, что причинение боли Алиссе поспособствует вашей примитивной стратегии, я знаю, вы бы не постеснялись так поступить. Вы бы провозгласили: “Бог повелел мне сделать это”, или что-то подобное этой ерунде. Если я обнаружу, что вы ответственны за причиненный вред или терроризировали ее, в любом случае, я -

- Что? - самодовольно рявкнул Примптон.

- Что вы со мной сделаете?

Этот придурок хотел, чтобы Люк угрожал ему. Люк отказался поддаваться на его уловку, независимо от того как красочно он хотел сказать ублюдку, что хотел бы разорвать его на части и описать это во всех подробностях. Но он не хотел давать ему оружие против себя, особенно потому что у него могла быть Алисса.

- Я сделаю так, что вы будете наказаны по всей строгости закона. И если я смогу доказать, что вы причастны к этому, то вам, как никогда понадобится Божья помощь, чтобы спасти вас.

Журналисты разошлись, а Джек позвонил одному из своих приятелей последить за Примптоном и узнать, известно ли ему что-то о местонахождении Алиссы. Парень был профи…но кто знает, как много потребуется времени, чтобы все выяснить? Люк старался не падать духом, но постоянное беспокойство скручивало его желудок в тугой узел. А что, если … он не найдет ее живой?

Вскоре после того, как они ушли, Реми позвонил и сказал, они бы выпустили на месте преступления. Расследование шло полным ходом, и Люк мог войти в дом. Джек позвонил и договорился об уборке дома через тридцать минут.

Затем позвонил Дик. Он нашел контакты, которые могли бы помочь им найти Тайлера. Но отказался в подробностях рассказывать об этом, так как ему требовалось время, чтобы все как следует проверить.

Ерзая на пассажирском сиденье, Люк почувствовал, что готов взорваться.

- Я знаю, что ты испытываешь, - тихо сказал Джек.

Люк обвел вокруг своим взглядом.

- Потому что давным-давно, ты трахал мою жену?

Как только слова вылетели из его рта, Люк пожалел, что не может взять их обратно. Все, что было между ними, было очень давно, и Джек очень помог сегодня.

- Не будь тупой задницей, - протянул Хантер с заднего сиденья внедорожника.

- Джек полностью предан Морган.

- Все хорошо, - Джек схватил руль, заметно расслабляясь.

- Алисса, в редких случаях участвовала в шоу.

В основном, но не полностью. Люк не пропустил это различие.

- Мне и в голову не приходило, что ты хоть на секунду будешь беспокоиться о том дерьме, что случилось несколько лет назад. Извини, - сказал Джек.

- Я женат, парень. Ты все знаешь обо мне.

О том, что Джек Коул был известным Доминантом, который мастерски использовал бондаж?

- Да.

- Алисса и я не … подходили друг другу. Мы это выяснили очень быстро, что нам лучше быть друзьями, чем любовниками.

Джек не мог быть более честным, и Люк знал, что не должен переживать о том, что было у Алиссы с другим мужчиной до того, как он встретил ее. Черт, Люк сам пока трахал Кимбер, провел невероятную ночь с Алиссой. Так, что если кто-то и совершил неправильные поступки, то это он сам.

- Спасибо. Прости .

- Я понимаю.

Джек печально улыбнулся.

- Я всегда хочу оторвать яйца любому мужчину, который даже только смотрит на мою жену. Я понимаю, что ты переживаешь за нее. Когда Морган пытались убить, я думал, что умру. Буквально, как будто кто-то пробил дыру в моей груди и вырвал мои кишки.

Люк чувствовал тоже самое. Он провел рукой по лицу. Уже скоро три часа дня, и он опасался, что нет никакой информации. И что теперь? Они вошли в дом, и Люк устремился вверх по лестнице, несмотря на предупреждения Джека. Он увидел разрушенную спальню, красные пятна на стенах и полу. Алисса обнаружила это?

Медленно он бродил по комнате, смотря на все это, и не мог этого понять. Его одежда и простыни были разорваны, но их легко заменить. Повреждения на стенах можно заделать, ковер выбросить. Но остальное… кружевное нижнее белье Алиссы было свалено на кровати и какой-то подонок кончил на него, страх как нож пронзил Люка. Его свадебный подарок был осквернен. Красивое фото Алиссы в свадебном платье, на котором она выглядела элегантно с улыбкой Моны Лизы на губах, было осквернено мерзкой угрозой, написанной ярко-красной краской.

Кто бы это ни совершил, он был опасен. И, возможно, Алисса в его лапах. Люк не знал, этот ли ублюдок писал ей записки с угрозами и прикалывал их ножами несколько недель назад. Возможно, хотя это было намного серьезнее и опаснее. Так или иначе, когда Люк найдет свою жену и того, кто разрушил их дом, он надеялся, что получит десять минут наедине с этим придурком.

- Я не думаю, что ты должен был увидеть это. Ты выглядишь так, как будто готов совершить убийство.

- Бинго.

- Мы найдем Алиссу и этого ублюдка.

Не решаясь заговорить, он просто кивнул Джеку.

Через мгновение раздался звонок в дверь. В течение нескольких минут они показывали службе уборке спальню и велели им выбросить все. Люк не хотел, чтобы что-то напоминало Алиссе о преступлении, когда он привезет ее домой.

- Через два часа вы не увидите никаких следов произошедшего, - уверила его пожилая женщина с обесцвеченными перекисью волосами.

- Кое-где подкрасим, и все будет в порядке. Новые простыни, немного подправим ковры…и все будет как новое.

После того, как он показал им, где найти то, что нужно, Люк стал спускаться с Джеком по лестнице. Хантер ждал их, расхаживая по кухне.

- Я сделал пару телефонных звонков некоторым друзьям, - сказал брат Кимбер.

- Они работают над психологическим портретом преступника. Но, на первый взгляд, я бы сказал, что мы имеем дело с кем-то, кто одержим твоей женой. И ваша свадьба, кажется, привела его в бешенство, так как он активизировался именно после вашего бракосочетания.

Кто-то, как Примптон? Или Тайлер, который имеет реальный повод для ревности?

- Если это тот же парень, который преследовал ее до этого.

Хантер приподнял свои рыжие брови.

- Сколько человек могут преследовать ее?

- Ты когда-нибудь видел мою жену на сцене?

Хантер колебался, а затем поморщился.

- Хороший вопрос.

Отодвинув в сторону мысли, что еще один мужчина мог видеть его жену голой, он сосредоточился на том, что же ему делать дальше.

- Я не могу сидеть здесь. Мне нужно проработать все возможные варианты, и это означает, что нужно найти Тайлера.

Но где же эта сволочь?

В повисшей в комнате тишине зазвонил телефон. Дик.

- Узнал что-нибудь?

- У меня есть приятель, который знает парня, который работает в электрической компании в Лафайетте. Он сделал перекрестные ссылки имени Тайлер Мерфи c началом его службы с мая по июль. У нас есть три кандидата. Мерфи Тейлор, Т. Патрик Мерфи, и Т.С. Мерфи. Я сейчас проверяю по электронной почте список их адресов.

Слава Богу. Может быть, что прояснится. Люк молил Бога скорее найти жену. Он надеялся, что она просто напугана и пошла к близкому человеку, который заставил ее почувствовать себя в безопасности. Он надеялся на это.

Неохотно, да, но…если она просто была потрясена, почему не отвечала на телефонные звонки все эти часы?

Они втроем запрыгнули во внедорожник Джека, направившись к дому Тейлора Мерфи, который жил менее чем в миле отсюда. Люк выскочил из машины, когда они остановились у дома и постучал в дверь. Дверь открыла красивая брюнетка. После того как они представились, она сказала, что ее муж в Великобритании по делам. Ее довольно мягкие карие глаза смотрели на них с сочувствием, она показала им фотографию своего мужа.

Определенно не Тайлер.

Чертыхаясь, они извинились и направились к местожительству Т. Патрику Мерф. Его дом был на северо-западной окраине города.

Снова Люк нетерпеливо постучал в дверь. Через мгновение им открыл молодой человек лет двадцати. Высокий, долговязый и худой. Поблагодарив их за то, что они прервали его сон, мужчины пробормотали свои извинения и ушли.

У Люка все сжалось внутри. Есть еще одна возможность. Люк не хотел думать о том, что он сделает, если и последняя заведет их в тупик. Это почти наверняка означало, что она была похищена. Он не мог думать об Алиссе, дрожащей от страха или страдающей в руках безумца. Или мертвой.

В мрачном молчании трое мужчин направились к юго-западной окраине города, где располагались фешенебельные многоквартирные жилые дома. Все вокруг было новым и блестящим. Они проехали мимо гладкого нового бассейна, который больше походил на тропический оазис, чем на искусственный водоем. Несколько спа, беговая дорожка, Wi-Fi. Тайлер вряд ли мог позволить себе все это на зарплату вышибалы.

Сердце Люка сжалось, и смотря на мрачные лица Джека и Хантера, они думали об этом же. Но все же они решили проверить и постучали в дверь квартиры 314.

Топот шагов и ворчание, и несколько долгих минут спустя дверь открылась. Перед ними стоял Тайлер. Шок читался на его лице.

- Что, черт возьми, вы здесь делаете?

- Ты знаешь, где моя жена?

Тайлер поднял брови, потом улыбнулся.

- Следуй за мной.

Люк почувствовал облегчение.

- Она здесь? С ней все в порядке?

Большой смуглый вышибала бросил взгляд через плечо, на его лице было что-то среднее между смущением и досадой.

- Конечно.

Сдерживая свое нетерпение, Люк шел следом за Тайлером, отмечая, что идет по коридору дизайнерски оформленной квартиры прямо… в спальню.

Дойдя до двери, он остановился, его желудок сжался в тугой комок. Там, на кровати этого мужчины, лежала Алисса, свернувшись калачиком и сжимая руками свою подушку. На ней была одета его футболка, которая собралась вокруг ее талии, выставляя напоказ ее бедра, чуть скрытые стрингами. Она была без сознания.

Действительно ли это все было так, как казалось со стороны?

Что же это еще могло быть, идиот? Если она была просто напугана, почему она не позвонила, почему она не сказала где она и что с ней все в порядке? Зачем ей нужно было раздеваться и ложиться в постель Тайлера?

Он почувствовал, что его предали так остро, что почти не мог дышать. Вид ее спящей и запутавшейся в простыни на кровати другого мужчины сковало его сердце. Но лишь на мгновение, он признал, что лучше ее неверность, чем смерть. Но они женаты уже почти две недели. Что, черт возьми, ему делать?

- Ты выглядишь так, как будто тебя ударили в живот.

Люк хлестнул свирепым взглядом другого мужчину.

- Да что ты? И как же это сработало? Она вернулась к себе, чтобы обнаружить дом разрушенным и позвала тебе, чтобы ты защитил ее, давая тебе прекрасную возможность помочь ей избавиться от одежды? Или же ты проник в дом, чтобы напугать ее, в надежде, что она позвонит тебе, а потом позволит тебе снова ее трахнуть?

- Мужик, ты ничего не понимаешь.

- Как еще это можно понимать, если моя жена, мать его, находится в постели другого мужчины?

Тайлер покачал головой.

- Отвези ее домой и убедитесь, чтобы она, как следует отдохнула. И убирайся с глаз моих.

Его слова были сказаны пренебрежительным тоном, как будто…ну, как если бы Тайлер знал, что он скоро увидит Алиссу и снова поимеет ее. Всякий раз, когда ему вздумается. Люк стиснул зубы

Ему следует оставить ее здесь с любовником. Он был достаточно глуп, чтобы сильно влюбиться в нее и теперь он должен платить за это. Он женился на ней, потому что она вынашивала ребенка этого мужчины. Разве это не причиняет боль?

Но если он женился на Алиссе ради этого ребенка, то, проклятье, он собирался отвезти ее домой ради этого ребенка. Она могла делить свое тело с Тайлером, но Люк планирует найти место в ее сердце и сделать его своим, найти какой-то способ, чтобы каждое ее предательство оставляло раздирающую боль в ее душе.

Сжав зубы, Люк подошел к постели и поднял на руки спящую жену. Она едва шевелилась.

- Что, черт побери, ты с ней сделал?

- Ничего необычного. Она просто устала.

Намеревался ли Тайлер трахнуть ее, находящейся почти в коматозном состоянии? Этот ублюдок пытался разозлить его.

Люк притянул Алиссу ближе к своей груди. Но он не мог лгать себе - даже зная, что она сделала, он был рад, что теперь с ней было все в порядке, и что сейчас она находилась в безопасности.

- Держись подальше от моей жены.

- Оставив ее одну, ты мог бы попросить кого-нибудь позаботиться о ней. И о ее потребностях.

Фигня. Люк любил ее яростно, отчаянно, утром он уехал в Лос-Анджелес. Неужели она действительно нуждалась так сильно в сексе, и ей так сильно не хватало этого в течение трех дней, что она пошла к другому мужчине? Или у нее такие сильные чувства к Тайлеру, что отъезд Люка заставил ее прыгнуть к нему в постель, потому что он оказался рядом?

Он больше не мог оставаться здесь и слушать Тайлера, иначе потеря его самоконтроля может привести к убийству этого мужчины. Люк почувствовал закипающую внутри него ярость. Насколько бы Люк ненавидел его, Тайлер не стоил того, чтобы за него сидеть в тюрьме.

Опять же, если Алисса добровольно трахалась со своим вышибалой так скоро после их свадьбы, она не одобрит этого.

- Отвали.

Джек и Хантер отступили в сторону, освобождая ему путь; затем они вышли из квартиры Тайлера.

Люк крепко прижал Алиссу к груди, избегая смотреть на мужчин, увидеть жалось в их глазах, когда забрался на заднее сиденье внедорожника. Расположив Алиссу у себя на коленях, он подумал: “теперь, когда он нашел ее, что он собирается делать с ней?”

***

Алисса проснулась с головной болью и стоном. Руки и ноги, казалось, весят тысячу фунтов каждая. Ее рот казался набитым ватой. Связать хотя бы две мысли воедино, ее мозг был не в состоянии.

Она осторожно подняла веки, ошеломленная тем, что оказалась в полностью затененной комнате. Ее комнате. Все внутри нее напряглось. Как она оказалась здесь?

И когда? Боже, это должно было быть… Что? Пять тридцать? Почти шесть? Если Тайлер принес ее обратно, он должен знать, что она должна была быть в “Bonheur” час назад. Задыхаясь, она перевернулась, чтобы взглянуть на часы.

Вместо этого она обнаружила, Люка сидящего на краю кровати, каменно спокойного и неподвижного. Если его внезапное появление здесь не сказало ей, что что-то ужасное произошло, то его лицо выразило это за него.

- Люк?

Одна поднялась, чтобы сесть на край кровати….. и поняла, что на ней до сих пор была одета рубашка Тайлера. Оглянувшись, она поняла, что все изменилось. Когда она видела эту комнату в последний раз, она была почти уничтожена. Теперь же, кровать была застелена новыми простынями и одеялами. Немного пахло краской и исчез беспорядок.

- Что происходит?

Он выглядел мрачным, и она почти ощущала, исходящую от него ярость.

- Думаю, это я должен был задать тебе этот вопрос. Кто-то ворвался в дом, а ты даже не соизволила набрать мой номер телефона. Ты позвонила в 911 и Тайлеру, после чего исчезла почти на двенадцать часов. Ты не позвонила мне, даже просто ради того, чтобы сказать, что ты жива, и что с тобой все в порядке. Ты не ответила ни на один мой звонок.

- Я боялась, и… Должно быть я оставила свой телефон в машине Тайлера. Я…

- Я так понимаю, что все это время, ты была с ним.

Точно лазером, он выстрелил в нее этим вопросом. Ее желудок сжался в тугой комок, когда до нее дошло понимание того, что подумал Люк, увидев ее у Тайлера.

- Да. Но…

- За все это время, тебе даже не пришло в голову позвонить мне и просто сказать, что люди, вломившиеся в дом ничего тебе не сделали? Ох, все верно… .

С сарказмом резко произнес он.

-Ты была слишком занята, позволяя Тайлеру трахать твои мозги, чтобы сообщить своему мужу, где черт возьми ты находишься и что ты жива. Я разбудил Джека в безбожно ранний час, отменил запись своего шоу, чтобы прыгнуть в самолет и пролететь через всю страну. Я сообщил прессе, что ты похищена. И где я тебя нахожу, в кровати Тайлера.

Процедил он сквозь зубы, сжимая кулаки.

- Будь ты проклята!

Алисса закрыла глаза. Да, Люк пришел именно к этому выводу. Должно быть, он забрал ее из квартиры Тайлера. Из его постели. Она вздрогнула.

Ну почему он не может понять своей тупой головой, что, несмотря на ее “профессию”, она никогда не изменяла ему?

- Это не то, что ты думаешь. Позволь мне объяснить, - умоляла она. – Я..

- Ты зависима от его члена?

- Нет.

Она вздохнула.

- Люк…

- Ты влюблена в него?

Она побледнела.

- Нет!

- Тогда ты просто получаешь огромное удовольствие обманывая меня и выставляя дураком?

Как он мог верить в это, хотя бы секунду? Вероятно, в нем говорил гнев и страх, но…

Алисса глубоко вздохнула. Потом еще раз. Разве они не говорили об этом прежде, чем Люк уехал из Луизианы, и она обнаружила, что беременна? Да. Он обвинил ее в том, что она жила с Тайлером и трахалась с ним в течение почти двух месяцев. Разве Люк не видит, что она любит его Да, она бы никогда не сказала ни слова, но Боже, она отдалась ему всеми способами, позволив ему войти в свою жизнь, в ее дом. Позволив ему посеять свое семя в ее теле?. Она была рада, что у нее всегда будет частичка Люка. А он просто продолжал настаивать, что она была шлюхой.

Она не могла продолжать так жить. Отодвинувшись от него, Алисса удержалась за край кровати, встала и пошла к двери. Люк посмотрел на нее.

- Куда, черт возьми, ты собралась?

Черт возьми, она хотела задушить его за то, что он разбил ей сердце.

- Пошел ты.

Когда она выскочила за дверь, его рука сомкнулась на ее предплечье и он потащил ее обратно в постель.

- О, ты достала меня. Абсолютно. Ты заставляешь меня уходить и возвращаться столько раз, что в половине случаев я не помню, как меня зовут. Я проникся тобою и повязан так, что стал чертовски зависимым. И знаешь, что печально? Если ты прямо сейчас снимешь со своего великолепного тела футболку другого мужчины, я тупо упаду на колени и буду нелепо благодарить за возможность трахнуть тебя снова.

Его слова причиняли боль. Люк что-то чувствовал к ней, но он так напуган этим, что боится признаться ей. Из-за того, кем она была. Какой она стала. Если бы она рассказала ему, что любит его, он бы обнял ее и сказал ей, что он ее любит или нет? Или просто рассмеялся ей в лицо?

Она была слишком напугана, чтобы узнать об этом.

Слезы покатились из уголков ее глаз, создавая чувство жжения. Она сморгнула их, отказываясь тем самым снова плакать из-за этого мужчины.

- Нет, мне очень печально, что даже женившись на мне, ты продолжаешь верить худшему. Ты никогда не позволишь мне рассказать тебе о том, что произошло сегодня. И теперь это уже не имеет значения. Я согласилась на этот брак, потому что поверила, что у тебя есть тоже чувства по отношению ко мне, и то, что ты так же хочешь этого ребенка, как и я. Боже, какая же я глупая. Вероятно, ты даже думаешь, что этот ребенок от Тайлера.

Его темные глаза, заполненные тоской и яростью, сверлили ее насквозь.

- Разве не так?

Три слова, и она почувствовала, как будто бы он ударил ее кулаком в живот. Это никогда не будет работать. Никогда. Она всегда считала, что смотреть на мир через розовые очки бессмысленно, но когда она согласилась выйти замуж за Люка она их носила.

Ценой собственного сердца.

Она вырвала свою руку из его хватки.

- Как я уже сказала, пошел ты.

Алисса выскочила из дверей спальни и спустилась в зал. Но прежде, чем она дошла до лестницы, Люк схватил ее сзади, и перекинул через свое плечо. Своей горячей ладонью он хлопнул по ее заднице. Огонь пробежался по ее коже, спускаясь к ногам. Почему? Даже когда человек разозлил и оскорбил ее, ее тело так отвечает на него….

- Раз уж ты спросишь так нежно, - процедил он сквозь зубы.

Прежде чем она смогла понять его намерения раздеть ее, он бросил ее на матрас и прямо на ее теле разорвал рубашку Тайлера. Теперь единственное, что разделяло ее и его злую похоть, были ее кружевные стринги. Поскольку Люк всегда сметал барьеры между ними, он также разорвал и их. Стринги упали на пол.

- Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя? - хрипло сказал он.

- Я тверд как никогда.

Он терял над собой контроль. И она знала, что произойдет потом. Она должна остановиться, им нужно поговорить, а не заниматься сексом. Она должна убедить его, что ребенок не от Тайлера. Но по требовательному взгляду Люка она поняла, что он все равно собирается трахнуть ее, любыми способами. И мысли покинули ее и жар разгорелся внизу живота.

Она задыхалась от желания коснуться его.

- Я не хочу этого сейчас.

Ее слова были пронизаны дрожью, так же, как и ее тело. Люк проигнорировал ее слова, проведя двумя пальцами вниз по ее животу и медленно погладил твердый клитор. Она напряглась и попыталась оттолкнуть его руку. Но она не могла противостоять его решительным ласкам.

Его пальцы глубоко вошли ее киску.

- Ты такая мокрая для меня, - прошептал он рядом с ее твердыми сосками.

- Я думаю, что ты лжешь.

Черт возьми, он слишком хорошо знал ее тело. Люк обхватил губами ее сосок и стал двигать пальцами внутри нее, полностью входя и выходя из ее тела. Наслаждение охватило ее и Алиса выгнулась под ним. Она не должна, но….

Это был Люк.

- Нам надо поговорить.

Каждое слово давалось ей с трудом. Но Люк не собирался принимать ее слова всерьез. Он языком провел под ее грудью; его зубы куснули ее за твердый сосок.

- После того, как ты кончишь для меня, я напомню тебе, насколько все горячо между нами.

Как будто она могла забыть об этом. Прежде чем она успела возразить, он погрузил пальцы глубже и нашел ее точку G. В течение нескольких секунд Люк беспощадно гладил ее. О, мой… Да! Отчаянно сжав руками его рубашку, Алисса застонала.

- Вот и все. Почувствуй меня. Ты хочешь большего, не так ли?

Она не должна. Они должны поговорить о его предположение, что она трахалась с Тайлером и забеременела от него. Но, черт побери, Люк ошеломил ее, ее тело было в огне, и она слишком сильно любила Люка, чтобы сказать ” нет”.

- Да…

Люк снова потер точку G, затем погладил клитор.

- Кого ты хочешь?

- Тебя, Люк. Всегда тебя.

Пот струился по ее телу, она тяжело дышала, постанывая от наслаждения в ее животе. Желание горело между ее ног, усиливаясь все сильнее и сильнее. Почему только он мог заставить ее так быстро потерять сдержанность и здравомыслие?

Он быстро скользнул вниз по ее телу и наклонился к ней. Желание Алиссы возросло, когда почувствовала горячее дыхание Люка на своей влажной, набухшей плоти. Да, пожалуйста. Сейчас. Быстрее.

- Только меня?

Потребовал он.

- Только тебя.

Взгляд его темных глаз обжигал ее. Гнев, смешанный с похотью поглотил ее, заставляя задыхаться.

- Заставь меня поверить в это.

Он сосал ее клитор с голодным рычанием, раздвинул плечами ее бедра. Первое касание его языка вознесло ее на вершину удовольствия, которого она еще не испытывала. Его язык безжалостно ласкал ее клитор, вместе с длинными пальцами двигающимися внутри нее. Он довел ее до оргазма жадными движениями языка. Затем Люк сжал клитор губами и начал сосать. Алисса выгнулась, сжав простыни и закричала. Оргазм накрыл ее. Боже, только Люк мог сделать это с ней.

Пока ее сотрясали последние судороги оргазма, он раздвинул ее складки большими пальцами и снова углубился внутрь языком. Она ахнула и шире раздвинула ноги. Люк точно знал, как заставить ее кончить снова. Он снова сжал ее клитор губами, и она забыла обо всем. Он вел ее к новому оргазму, который был неизбежен. Более быстрый, неожиданный, более мучительный.

Ее плоть была очень мокрой. Набухшей, она почувствовала, что ее соски сморщились, складки наполнились кровью. Но на этот раз, Люк держал ее на краю, сердце стучало как бешеное. Она выгибалась, извиваясь, попыталась сделать все, чтобы его порочный язык отправил ее прямо на небеса, но он крепко сжал ее бедра и прижал их к кровати.

- Я скажу когда.

Все внутри нее сжалось. Он нужен ей, она нуждается в нем, сейчас.

- Что ты делаешь со мной?

- Я делаю то, чтобы ты поняла, что твое тело мое и только мое.

Решимость горела в его темных глазах. Она была игрушкой в его руках. Но… желание сломило ее. Наслаждение пронзило ее живот, когда он снова погрузил в нее пальцы. Алисса вскрикнула, когда он подразнил клитор языком. Мужчина хотел, чтобы она сошла с ума. И он собирался добиться успеха. Он заменил пальцы большим пальцем и вошел, пропитанным ее соками пальцем в ее анус. Она сжала его и застонала.

- Ты так чертовски сексуальна.

Сказал Люк одновременно двигая пальцами. Дикие ощущения пронзили ее, и каждое нервное окончание умоляло о кульминации.

Он снова пососал ее клитор, на этот раз сильнее, его пальцы заполняли ее. И это было… О, Боже, безумное удовольствия, которое угрожала взорвать ее. Куда подевалась ее решимость кончить сейчас? Ее воля, чтобы противодействовать ему? Как шторм, желание бушевало внутри нее, подпитывая гнев, страх, любовь, потребность. Каждое его прикосновение молниеносно сжигало ее.

Чистый экстаз пронзил ее. Алисса широко распахнула глаза, ее взгляд встретился с повелительным взглядом Люка. Широкие плечи, настойчивые руки, пристальный взгляд. Моя, говорил его взгляд. Твоя, тихо отвечала ее душа.

Удовольствие хлынуло обильным потоком. Когда верх блаженства настиг ее, голова закружилась, дыхание сбилось. Темные пятна поплыли перед глазами. Она вскрикнула, бедра ее напряглись, лоно пульсировало. То, что Люк творил с ней, было блистательным и бесконечным. И не было абсолютно никаких сомнений, что он владел ею.

Черт бы его побрал.

И как только отпустил ее, отступая, она поняла, что он подарил ей наслаждение, а сам был неудовлетворен. Он встал и разорвал свою рубашку, Алисса знала, что это только начало.

Сейчас, когда необходимость кончить не давлела над ней, она увидела, что он спустил на тормозах их обсуждение и стремился контролировать ее, используя секс. О, черт, нет.

Она схватила простыню и обернула ее вокруг себя.

- Стоп. Мы не будем делать это сейчас. Нам нужно многое обсудить, и будь я проклята, если ты собираешься обвинить меня в том, что я трахалась с Тайлером, а затем снова трахалась.

- Ты хочешь обмануть меня после того, как я только что нашел тебя в постели другого мужчины? - рявкнул он, придавив ее спиной к матрасу.

- Черта с два.

Затем он разорвал футболку Тайлера на длинные полоски, обернув их вокруг ее запястий и надежно связал их.

Какого черта он делает? Он собирается… Нет!

- Люк, дай мне подняться!

Вместе с больным выбросом адреналина, страх промелькнул у нее перед глазами.

- Отпусти меня!

- Ты останешься здесь, со мной, пока не вспомнишь, черт возьми, за кого вышла замужем. Затем мы поговорим, пока я не узнаю всю чертову правду.

Нахмурившись, он схватил хлопковый пояс от ее халата, и притянув ее за запястья, начал привязывать их к металлической спинке кровати.

Он хотел связать ее. Выставить ее на его милость. О, Боже.

- Люк! Не делай этого…..

Ее стала одолевать ледяная паника, и она извивалась и билась под ним. Но он, даже не сдвинулся с места.

- Пожалуйста, не надо!

Он полностью игнорировал ее мольбы. Его тело, было словно якорь, удерживающее ее на матрасе. Он снова потянулся к ее второму запястью и методично пытался привязать его к изголовью. Она отбивалась как могла, но Люк был в сто раз сильнее.

Алисса начала потеть. Холодный страх пронзил ее в живот, и она боялась, что ее сейчас вырвет. Когда он привязал ее второе запястье, обездвижив ее руки, ужас охватил ее.

Алисса била его и кричала: - Люк, пожалуйста! Не делай этого. Нет….

Она пыталась подавить, рвущиеся из груди рыдания, сохранить спокойствие, но с каждой секундой она была неподвижна и в его власти, ужас усиливался.

- Чего не надо? Остаться здесь достаточно долго и быть честной со мной? Ты не можешь провести день с любимым человеком, боишься попросить меня трахнуть тебя. Отказываешься отдать мне свое симпатичное тело, которое сводит меня с ума каждые проклятые дни и ночи.

- Тайлер не мой любовник! Он никогда им не был. Я знаю, что ты не веришь мне, но, пожалуйста….

Кроме страха, она ощутила, как он полностью сломил ее защиту, и на ее сердце образовалась огромная трещина.

- Просто дай мне подняться. Отпусти меня, - она всхлипнула.

- Обратно к Тайлеру? Нет.

Алисса заставила себя взглянуть на его лицо и вздрогнула, когда увидела едва сдерживаемый гнев и мрачную решимость ужесточивших его лицо.

- Мы не можем так жить. Отпусти меня. Пожалуйста.

Ее мольбы не достигла Люка. Его полыхающие глаза остановились на ее лице, затем опустились к груди, задержались на животе. Когда его взгляд вернулся к ее лицу, тот уже кипел собственническим гневом, что заставило ее пульс забиться от ужаса и страха.

- Я не могу, - он обхватил пальцами ее запястья и лег на нее.

- Ты моя жена, черт побери. Это должно что-нибудь значить для тебя.

Что? Он хочет заставить ее заниматься с ним сексом в любое время, когда он только захочет?

- Люк, нет!

Алисса только это и смогла произнести, прежде, чем его рот прижался к ее губам.

Его язык захватил ее рот, его губы сокрушали ее, и она ощутила свой вкус на его губах. Отчаяние, ярость, настойчивое стремление - все закружилось в водовороте его поцелуя. Он хотел ее. Она боялась, что он не воспримет слово ‘нет’ как ответ. Руки Люка сжались на запястьях Алиссы. Захват усилился, когда его поцелуй стал глубже.

Защита, которую она вырабатывала месяцами и годами, чтобы блокировать кошмарные воспоминания, рухнула. Ей будто снова было пятнадцать, когда она была слишком доверчивая. Слишком невинная, чтобы понять, что ее жизнь вот-вот изменится навсегда.

Она задрожала и забилась изо всех сил, пытаясь сделать хоть что-нибудь, чтобы сбросить с себя вес тяжелого мужского тела, душивший ее и причиняющий боль. Она знала, начинается мучение. Боже, как пережить весь тот ужас снова и снова?

Паника охладила ее мозг, Алисса остановила губы Люка. Он отстранился, сжимая рот.

- Нет! Не делай этого. Пожалуйста, Боже, не делай этого. Я не могу —

Это было против ее воли, она зарыдала.

- Не причиняй мне боль.

Ее мольбы разрушили его ярость. Люк мгновенно переменился, похоть исчезла с его лица, сменившись беспокойством.

- Тебе больно, сладкая?

Слезы обожгли ее глаза и потекли по щекам горячими дорожками, когда она повернулась на бок, насколько позволяли связанные запястья, и поджала ноги к груди.

- Пожалуйста, отпусти меня.

Она еще не закончила просить, а пальцы Люка уже развязывали узлы, выпуская оба ее запястья. Она была свободна. Бросив на него обвиняющий взгляд, полный боли, она побежала в ванную.

- Алисса! кричал он, и беспокойство сквозило в его голосе.

Когда она не ответила, то услышала пугающий звук его шагов вслед за собой и продолжила бежать. Наконец, достигнув ванной комнаты, она захлопнула дверь прежде, чем он смог попасть внутрь, и заперла ее за собой. В безопасности… на данный момент.

Что она будет делать, если он не уйдет?

Прислонившись к прохладной двери, она задыхалась, прошлое продолжало мелькать в ее голове, напоминая о боли и ужасе. Но это был другой день, другой мужчина. Неужели Люк действительно причинил бы ей боль? Может она переусердствовала? Она, безусловно, показала ему свое слабое место. И если он этого еще не понял, то ему следовало догадаться, насколько уязвимой она была. Скользнув вдоль двери, пока она не прижалась к ней, Алисса закрыла лицо руками и зарыдала.

Глава 16

Она рыдала, а не просто плакала. Не от чувства вины. Каждое рыдание звучало так, как будто ее сердце вот-вот разорвется, как будто каждая мечта была разрушена навсегда. Желудок Люка опустился вниз.

- Сладкая, - он тихо постучал.

- Открой дверь. Мне так жаль. Я потерял самообладание. Я не хотел тебя пугать.

Никакого ответа, она зарыдала еще сильнее. Ее рыдания наполняли его душу страхом и сожалением. Дверь толщиной два дюйма разделяла их. И он прислонился к двери, чувствуя себя как в аду, что не может прикоснуться к ней и утешить. Как могли несколько дюймов дерева разделить их так сильно, словно бы континент боли и сожаления стоял между ними?

- Поговори со мной, Алисса.

Через щель он увидел, как она прижавшись, сидит на полу, рукой вытирая с лица слезы. Какого черта он сделал?

Образ жизни Джека был не для него. Люк никогда не чувствовал желания связывать женщину, особенно когда был в гневе. Независимо от того, что она, возможно, сделала с Тайлером, Алиссе причинили боль раньше. Изнасиловали. Ужас на ее лице, воспоминания о прошлом были горькими ударами для Люка. Факт, что она даже мысленно могла сравнивать его с мужчиной, причинившим ей боль, вызывал нестерпимую боль в сердце. Он чувствовал себя мерзкой гадиной. Проклятие.

- Сладкая, пожалуйста. Я не причиню тебе вреда. Я тебя не трону. Только выйди и мы поговорим.

Молчание. Он лишь услышал, как она шмыгнула носом и переместилась. Через несколько мгновений, она поднялась на ноги. Его сердце подпрыгнуло в надежде, что она подойдет к двери, откроет и выслушает его.

На этот раз, он бы выслушал ее о времени, проведенном с Тайлером. Даже если это было именно то, о чем он думал, он сомневался, что Алисса хотела причинить ему боль. Она ведь понятия не имела, что он любит ее. Может быть ему стоит признаться ей в этом. Может это сможет решить все их проблемы и спасти их отношения. Вместо того, чтобы убрать барьер между ними, она включила душ.

Он постучал еще раз. Ответа не последовало. Прошло еще несколько долгих минут. Брызги воды стали еще громче….но не настолько, чтобы заглушить ее рыдания, которые продолжали сотрясать воздух и разрывать его сердце.

Он позвал ее снова, но она снова не ответила, все эти рыдания не принесут пользу ни ей ни ребенку. В ее дом злобно вторглись, а она боялась сейчас не злоумышленников, а своего собственного мужа. Ему просто необходимо было сейчас взять себя в руки, и убедить ее, чтобы она позволила ему помочь ей.

И снова громкий всхлип. Боже, она едва могла переводить дыхание. Рыдания все продолжались, и каждое было громче и мучительнее предыдущего. Люк не мог больше этого терпеть. Он поблагодарил Бога, что когда-то Дик настоял на том, чтобы Люк посещал уроки самообороны, в том числе и боевые искусства. Люк собрал всю свою энергию, после чего пнул ногой в дверь ванной. Она с грохотом открылась, и треснула пополам. Алисса спряталась за занавеску, когда дверь накренилась на петлях и врезалась в стену.

Оказавшись внутри, Люк не колебался. Он отдернул занавеску. Алисса сидела на скамейке, сверху, на нее лилась горячая вода, поднимая пар вокруг нее. Она поджала колени к груди, ее зубы злобно стучали. Она взглянула на него своими испуганными голубыми глазами,

тушь для ресниц стекала по ее лицу. Увиденное неприятно поразило его.

Сдерживая свое самообладание, он залез к ней под душ, по-прежнему оставаясь в одежде и обуви. Горячая вода стекала по его волосам, отчего они тут же прилипли к его плечам и шее. Он едва это замечал. Вместо этого он поднял жену на руки. Слава Богу, она не сопротивлялась.

Люк сел на скамейку в душе и усадил Алиссу к себе на колени.

- Мне очень жаль.

Она закрыла глаза и напряглась.

- Когда в четыре утра я приехала домой, я увидела что кто-то проник в мой дом, я вызвала 911 и Тайлера. Я не позвонила тебе лишь потому, что в Лос-Анджелесе было уже два часа ночи. И ты не смог бы ничего сделать.

Ее монотонный голос казался мертвым. Лишь от одного взгляда на нее, у Люка снова сжались все внутренности.

- Я слушаю.

- Тайлер осмотрел место происшествия до приезда Реми. Пока Тайлер осматривался, я потеряла сознание.

- Что? Люк крепче обнял ее.

- Я думаю это от запаха краски, духов и пережитого шока. Когда я пришла в себя, то оказалась в машине Тайлера, он вез меня в больницу. Я сказала ему, что в этом нет необходимости, что мне просто нужно выспаться.

- Но он все равно доставил тебя туда? с надеждой спросил Люк.

Алисса покачала головой.

- Я попросила. Он заставлял меня съесть что-нибудь, и он не умеет готовить. Поэтому мы пошли в кафе не далеко от клуба. После того, как я поела, начались судороги.

- Может ты съела что-нибудь не то? Обычно после еды это занимает больше времени.

- Нет. Как менструальные боли.

Сердце Люка почти остановилось.

- Что?

- Я пошла в дамскую комнату в ресторане.

Она снова зарыдала, на этот раз, не контролируя свои слезы. Он обнял ее и поцеловал в лоб.

- Пожалуйста, вздохни глубоко. Тебе нельзя нервничать.

Наконец, ей удалось глубоко вдохнуть и заглушить свои слезы.

- Я увидела кровь.

О, Иисусе. Его желудок сжался в тугой комок.

- Ты обращалась в отделение неотложной помощи?

Она снова покачала головой.

- Я боялась, что это займет слишком много времени. И позвонила своей новой акушерке. Она согласилась встретиться со мной в своем кабинете, так что Тайлер отвез меня туда, и ждал, когда врач меня осмотрит.

И он пропустил все это. Люк погладил ее по плечу и снова поцеловал ее в лоб. Мало того, что он пропустил все это, так он еще и сам вылил на нее целый ушат грязи. Почему, черт возьми, он не вслушивался в ее слова, а вместо этого позволял своей ревности вмешиваться в их отношения?

- Ты в порядке?

Люк почти боялся задать вопрос.

- Что она сказала?

- То, что это не удивительно при моем ритме жизни, когда я слишком долго нахожусь на ногах, и после пережитого мной стресса.

Без сомнения, Алисса пострадала от этого.

- С ребенком все в порядке. Но она сказала мне, чтобы я отдохнула и поспала. Я не могла приехать сюда, потому как Тайлер хотел, чтобы мы поехали в то место, где он сможет защитить меня. Поэтому он и предложил мне поехать к нему. Но когда мы добрались до его дома, я стала слишком взвинченной и не смогла уснуть. Я не хотела беспокоить тебя. Ты был так далеко. Я была слишком потрясена, чтобы понять, что эта ситуация разозлит и обеспокоит тебя. Я не привыкла к тому, чтобы мне помогали…..

- Сладкая. Неважно где, в любое время, в любом месте, звони мне.

Люк хотел прорычать эти слова. Она была настолько независима и это по всей видимости не давало ей попросить помощи у Тайлера, более или менее знакомого человека в этой части страны.

- Как бы то ни было, Тайлер снова позвонил врачу, и спросил можно ли мне принять какие-нибудь успокоительные. Обычно, она не прописывала беременным такие таблетки, но из-за моего напряжения и усталости, она разрешила мне принять пару таблеток.

- И ты заснула.

В постели Тайлера.

Она кивнула.

- Я знаю, что я должна была позвонить. Все произошло так быстро.

Конечно, она была больше обеспокоена тем. все ли в порядке с ребенком, чем успокаиванием его расшалившихся нервов. Это не ее ошибка, он просто ревнивая, не доверчивая скотина.

- Я так сожалею, что ты прошла через все это без меня. То, что кто-то ворвался в твой дом. То, что повел себя так и испугал тебя.

Он крепко держал ее в своих объятиях. Вода начала остывать, Люк потянулся и выключил ее. Наклонившись, он взял полотенце и обернул его вокруг ее хрупкого тела, прикасаясь им к лицу и стирая тушь, выжимая длинные пряди ее волос в его складки. Она стояла послушно и почти не двигалась. Это было так не похоже на нее, что он разволновался и его грудь снова сдавило.

Он быстро сбросил с себя сырую одежду, бросая ее на пол, после чего потянулся за вторым полотенцем. Он не потрудился вытереть себя, и с его волос текли толстые струи воды, которые спускались вниз, по его плечам и спине. Вместо этого, он обернул полотенце вокруг своей талии и помог ей выбраться из душа.

Алиса не сказала ни слова, пока он нес ее к кровати. По пути он захватил с собой пару халатов с задней стороны двери. Он помог ей завязать пояс, как будто она была ребенком и не могла этого сделать сама, затем оделся сам. В тишине, он еще лучше просушил ее волосы, изучая при это выражение ее лица. Оно ему по прежнему не нравилось. Сказывался пережитый шок, оно было практически белым.

Люк проглотил свое негодование. Что бы с ней ни происходило это было большим, чем простое проникновение чужого человека в дом, даже больше, чем сам факт того, что он был зол настолько, что был готов привязать ее к кровати. Ему нужно заставить ее открыться, отпустить все это. Он притянул ее к себе на колени, и был доволен тем, что она доверчиво подчинилась ему и положила свою голову ему на плечо.

- Алисса, милая. Скажи мне, почему ты испугалась меня.

Ее голова дернулась, встряхнулась, до тех пор пока это движение не стало полноценной дрожью.

- Ничего.

- Пожалуйста.

Он схватил ее крепче, но после заставил себя отпустить, боясь напугать ее снова.

- Кто-то обидел тебя.

Она закрыла глаза. Слеза скатилась по ее щеке. Он чуть не убил его.

- Кто-то тебя изнасиловал. Я сделал что-то, что напомнило тебе об этом, правильно?

- Это было давным-давно. Просто забудь об этом. Я уже забыла.

Люк с трудом разбирал ее шепот, но он знал, что это была ложь. Она еще не оправилась после произошедшего. Слышать подобное сбивчивое признание было невыносимо для него.

- Ты была подростком.

В течение долгого времени Алисса молчала, затем посмотрела на стену справа от него. Наконец, она пробормотала: - Пятнадцать.

Господи Боже. В этом возрасте даже еще нельзя получить водительские права. Тем более, представить девочку и какого-то подонка, заставляющего ее против ее воли отжать свое тело. Изнасилование является одним из ужаснейших преступлений, но если оно еще и совершено по отношению к кому-то столь юному? Все перевернулось в желудке. Люк колебался. Ему необходимо было продолжать задавать вопросы, которые могли бы помочь ей пережить это испытание. Но она была еще не готова раскрыть все свои секреты так сразу.

- Ты была на свидании?

Ее тело напряглось.

- Нет.

Она истерически заплакала.

- Мне не разрешали. Моя мать хотела, чтобы я вышла замуж девственницей.

Он не был уверен, что хочет услышать об этом, по-настоящему. Но он должен. Люк почувствовал, что не зная об этом, он не сможет по-настоящему понять свою жену.

- И ты была девственницей, когда это….?

Он напрягся и сглотнул, надеясь, что она скажет “нет”. Но она кивнула. Люк никогда не чувствовал себя тошнотворно и разгневанным одновременно. Он хотел разнести этому ублюдку голову, и заставить прочувствовать всю ту боль, что пережила Алисса. Но он старался сдерживать себя и свои желания. Никаких резких движений, ни произнесенных ругательств, ни сжатие кулаков. Вместо этого, он погладил ее по волосам.

- Мальчик из школы? наконец, он решился и спросил, и его голос был нежным настолько, насколько мог.

Алисса открыла было рот, но потом закрыла. Колебалась. После чего поднялась на ноги. Люку хотелось и дальше держать ее на своих коленях, дарить ей безопасность и тепло, и успокаивать ее при малейшей дрожи. Но он просто не мог себе позволить снова удерживать ее. Она ходила взад и вперед, до ванной комнаты и обратно.

- Нет…. не совсем так. Это древняя история. И действительно уже неважно.

Люк остановился и медленно, давая ей возможность отойти, подходил ближе. Облегчение прошло сквозь него, когда она не отстранилась и он смог положить ладони ей на плечи.

- Я, как раз думаю, что это очень важно. Если ты не захочешь рассказывать мне, я пойму. Сегодня, я не очень хорошо повел себя и не оправдал твоего доверия. Да и за последние два месяца тоже. Я хочу все знать о тебе, пусть это будет медленно, но главное - это будет с твоей помощью. Пожалуйста, мне нужно знать, что напугало тебя, чтобы не сделать этого снова.

Алисса закусила губу, вздохнула и посмотрела на потолок, как будто молилась, чтобы Бог, дал ей силы.

- Н-не надо связывать. Я не могу…..

Она поежилась, обхватывая себя руками.

- Я просто не могу.

Действительность ударила Люка по лицу. Что говорил Джек? Что они с Алиссой поняли быстро, что были несовместимы. Теперь, до него дошел полный смысл, сказанных им слов.

- Хорошо, это произойдет лишь тогда, когда ты сама будешь готова к этому. И даже, если этот день, никогда не наступит, я не обижусь.

Она отрывисто кивнула.

- Спасибо.

Лаская ее плечи, Люк прижал ее к своему телу. Она хотела забыть всю историю. Ей было пятнадцать, она была невинна на момент изнасилования. Но он чувствовал, что все только начинается.

- Тот кто тебя обидел, не был мальчиком из школы?

Алисса снова обняла себя руками и покачала головой.

- Я-я не знаю, смогу ли я рассказать об этом. Я никому не говорила об этом с той самой ночи, когда все произошло.

Она держала это в себе в течение четырнадцати лет?

- Ты никогда не говорила об этом Джеку? Тайлеру? Психотерапевту?

Прежде чем ответить, на ее лице появилась грустная улыбка.

- Если бы я рассказала Джеку, он бы выследил его, и это последнее, чего я хочу. Тайлер…. Если вдруг, мое прошлое вернется, чтобы преследовать меня, я расскажу ему. А психотерапевт….До сегодняшнего дня, я не могла позволить себе такую роскошь.

Почему, черт возьми, она не хочет, чтобы Джек выследил этого мудака? Сам Люк умирал от желания сделать это. Но она не хотела даже слышать об этом, а он не мог рисковать таким важным разговором, ведь она только начала открываться ему. Он снова прижал ее к груди.

- Кто сделал это с тобой, сладкая?

- Джошуа.

Она вздрогнула, закрыв глаза.

- Он-н мой сводный брат.

Неконтролируемая ярость снова заполнила его. Кто-то, являющийся частью ее семьи, разрушил ее доверие и осквернил ее тело? Даже просто сам факт того, что он это услышал причинял боль, ему нужно узнать всю историю целиком. Но он не знал какие вопросы задавать теперь. Сглотнув, он попросту решил импровизировать.

- Твоя мать снова вышла замуж?

Она медленно кивнула.

- Когда мне было двенадцать.

Пожалуйста, пожалуйста, скажи что эта сволочь не начал использовать тебя.

- С чего же все началось? Прикосновения? Ласки?

- Нет. Сначала он был моим лучшим другом. Когда моя мама снова вышла замуж, за очень богатого мужчину. Мы переехали в более богатую часть города. Поближе к Богатым и Знаменитым. Я начала ходить в новую школу. В ней я никого не знала и была очень застенчива. Мне было очень трудно приспособиться ко всему новому.

И этот ублюдок Джошуа использовал ее неуверенность против нее.

- Таким образом, он сказал, что будет твоим другом?

- Да, и он заверил меня, что все самые крутые личности в школе, будут моими друзьями. Он всегда отваживал от меня других парней. Когда я была еще на первом курсе, один из однокурсников Джошуа поймал меня на вечеринке и чуть не лишил меня невинности. Он воспользовался тем, что я перебрала и затащил меня в ванную комнату. Джошуа со своими друзьями выбили дверь в ванной и он влетел в комнату, словно ураган. Он абсолютно безжалостно избил того парня; после чего отвез меня домой. А в следующий понедельник, он сказал всем, что встречается со мной и чтобы никто не смел ко мне даже прикасаться. Я думала, он сделал это, чтобы защитить меня.

Она недоверчиво хмыкнула.

- Он хотел тебя для себя.

Люк не испытывал никаких затруднений, представляя себе эту ситуацию.

- Да. Его одолевала ярость, когда он видел, что кто-то смотрит в мою сторону или когда подозревал, что мне кто-то нравится. Вскоре, после этого случая, он начал пробираться в мою комнату, - говорил, что хотел убедиться, что я была в безопасности.

Ее горький смех отозвался в его желудке. Безопасность? Этот ублюдок просто хотел ее трахнуть. Как он мог притворяться, что защищает ее?

- Он начал с поцелуев или сразу атаковал?

- О, были поцелуи. Их было огромное количество, а я глупо поощряла его, думая, что он действительно заботился обо мне. Это началось, когда мне было четырнадцать лет.

И этому чертову насильнику было…..сколько? Шестнадцать? Семнадцать? В любом случае, он был достаточно взрослым, чтобы понимать, что она была молоденькой и невинной девушкой.

- Когда он начал прикасаться к тебе?

- Прежде, чем мне исполнилось пятнадцать лет. Именно в то лето.

Она тяжело вздохнула, как-бы говоря тем самым Люку, что нужно сделать паузу. Он тихо стоял позади нее, лаская ее руки. На кончике его языка так и вертелось предложение, остановиться на этом моменте и продолжить разговор позже. Потому как его нервы уже были на пределе, а живот скрутило в тугой комок. Но он понимал, что вернуться к этому разговору будет для нее трудным и болезненным. Лучше, чтобы она выплеснула всю эту боль именно сейчас.

- Когда он стал себе позволять гораздо большее, чем поцелуи?

- Я узнала, что он спал с одной девочкой из его класса по английскому. Я была….столь глупа, и думала, что он когда-нибудь женится на мне. Я верила в сказки, и думала что он ждет только меня. Знаешь, чтобы повзрослеть наш первый раз должен быть совместным. Он сказал мне, что ему приходилось трахать других. Наши родители еще не знали о нас. Они бы спятили, если бы узнали. Поэтому Джошуа сказал, что специально притворяется перед отцом, что у него есть здоровый интерес к женскому полу.

- Подонок, - пробормотал Люк.

На самом деле, это слово было намного мягче, чем то, о котором он думал. Но он тем самым давал ей понять, что он сопереживает ей, а не кипит от ярости, от того, как этот подонок поступил с ней.

- Затем он сказал, что ему тяжело выдержать слишком долгое воздержание от секса, он нуждается в трахе, иначе давление убьет его.

Она усмехнулась.

- Я сказала ему проваливать, что я не хочу больше его видеть. Мы не общались неделями.

- И после этого, он стал проявлять свои насильственные качества?

- Да, сразу после начала второго курса, он пришел ко мне ночью, связал и сказал, что чувствует себя оскорбленным, ведь он прождал так долго, а взамен не получил ничего. А ведь он так хотел быть моим первым. Он даже зашел настолько далеко, что его собственный план был просчитан вплоть до моего шестнадцатилетия - момента, когда он собирался лишить меня невинности.

К горлу Люка подступила тошнота, как же ему хотелось стереть этого мудака с лица земли. Он был не жестоким человеком, но то, что тот сделал с ней, было….Непростительно.

- Мне жаль.

Он хотел сказать намного больше, но в данной ситуации слова ничего не значили. Ущерб уже нанесен. Он только надеялся, что сможет помочь ей пережить это.

- О Боже, как больно!

Ее тело задрожало, она обхватила себя руками.

- О-он взял меня всеми способами, которыми только было возможно.

Джошуа изнасиловал ее анально? Еще один гвоздь в крышку его гроба. Люк обнял ее с обеих сторон за бедра и посмотрел на отражение в зеркале ее склоненной головы. Он искал ее взгляд, суженые глаза, напряжение во всем теле и тонкое лицо.

- Сладкая, мне так жаль.

Он поцеловал ее в затылок. Он не доверял самому себе в этот момент. Слишком много жестоких намерений в отношении этого подонка посещали его мысли.

- К-когда все закончилось, я разрыдалась и у меня открылось кровотечение. Он рассердился и сказал, что его это не волнует. Что для него я была лишь очередной шлюхой.

Сжимая кулаки, она судорожно вздохнула.

- Я….я хотела убить его.

Люк очень хорошо понимал это желание.

- Оглядываясь назад, мне не следовало удивляться поведению Джошуа. Все признаки были налицо.

- Мой Бог, в таком возрасте, ты просто могла не распознать эти признаки. Ты ведь рассказала своим родителям об этом, верно?

Ее тело поникло, как будто она перестала бороться.

- Я рассказала своей матери.

Отмахиваясь от настойчивого желания поторопить ее с ответом, Люк ждал, рассматривая ее лицо с плотно сжатыми веками, ее попытки набраться храбрости перед очередной порцией воспоминаний.

- Она мне не поверила.

- Что за черт? Конечно, она могла видеть….Ведь все свидетельствовало об этом.

Алисса покачала головой.

- Я была глупа. Я запаниковала и привела себя в порядок. Если бы это сейчас произошло со мной, я бы пошла в больницу, чтобы они зафиксировали факт изнасилования, а также заявила в полицию на этого сукиного сына. Но в пятнадцать лет, все, о чем я могла думать, так это о том, чтобы не забеременеть и не быть пойманной. В день, после того, как это произошло, Джошуа очень мерзко отзывался обо мне в школе, он всем рассказывал, что поимел меня. Он назвал мою киску очень удобной для него, и сказал, что ночью снова собирается воспользоваться ею. Я была в ужасе.

Только успев подумать, что этот подонок уже не мог опуститься ниже в своих поступках, Джесса раскрыла новые факты о своем сводном брате. Люк снова загорелся яростью.

- Вот, после обеда, я отвела маму в сторону и рассказала ей о том, что случилось. Она обвинила меня в том, что я пытаюсь разрушить ее жизнь. Она думала, что я всего лишь ревную Джошуа к девушкам его возраста и лгу ей об этом, чтобы омрачить ее счастье, - Алисса фыркнула, плотно сжав губы вместе.

Иметь при себе маму, которая способна ударить в спину на следующий же день после наихудшей физической и эмоциональной травмы в твоей жизни? Люк не мог себе даже представить такое…И то, что Алисса никогда по нормальному не разговаривала об этом с ней. Нет ничего удивительного в том, что смерть этой женщины несколько сбила ее с толку.

- Предательство матери оказалось самым болезненным.

Это был не вопрос; он знал. Она смотрела на мраморную столешницу и кивнула.

- Это не твоя вина, ничто из случившегося не твоя вина. Твоей матери следовало постоять за тебя. Она обязана была тебя защитить. Я понимаю теперь почему ты одновременно и любила и ненавидела ее.

Алисса вскинула взгляд, оглянувшись через плечо, казалось, она была удивлена таким его выводом.

- Да. После замужества с Ричардом она изменилась. Он поглотил ее. Я знаю, он бы ничем не стал помогать. Джошуа не мог поступить неправильно в его глазах. Он бы скорее поаплодировал сыну за такое поведение. Он был заядлым женоненавистником.

А Джошуа пошел по стопам отца. Люк не мог понять ни точку зрения, ни ужасную ошибку родителей. Но он мог сказать, что, судя по поведению, Алисса еще на до конца выговорилась.

- Разговор с матерью произошел поздним вечером. Пора было ложиться спать. Я знала, что Джошуа придет ко мне в комнату снова. Поэтому я попросилась переночевать у подруги, но мама отказала мне. Я собрала сумку, взяла сотню баксов, которую прятала в своем вещевом шкафу и вылезла в окно.

- Милостивый Боже. Куда пошла?

- Сначала к дому подруги, но когда среди ночи позвонила моя мама, разыскивая меня, она сказала, что я убежала из дома и родители моей подруги отвезли меня домой и приказали не возвращаться к ним. Мой приемный отец уже пригрозил им уголовной и административной ответственностью. Он был известным юристом в своих кругах.

- Я вернулась домой в ту ночь. Мама тяжело посмотрела на меня и отправила к себе в комнату. Единственным плюсом было то, что никто не спал и Джошуа не смог бы пробраться ко мне в комнату. На следующий день, вместо похода в школу, я снова убежала. На этот раз я доехала почти до Голливуда.

Ужас накрыл Люка.

- Ты была знакома там с кем-то?

Она покачала головой.

- Голливуд находился всего в паре дюжин миль от дома, но мне казалось, что нас разделяет целый мир.

Пятнадцатилетняя девочка в Голливуде? Одна? За ней должно быть охотились, она была не способна постоять за себя - Люк даже не хотел думать о том как она питалась и нашла крышу над головой.

- Ты искала работу, - догадался он.

В заведения общепита меня бы не взяли, пока мне бы не исполнилось шестнадцать лет, и даже тогда, мне было необходимо получить согласие родителей. До шестнадцати было еще девять месяцев, и даже если бы я попросила своих родителей, они никогда бы не одобрили. Алисса схватилась за стойку крепче.

- Ты можешь догадаться, что произошло дальше.

О, нет. Этого не может быть.

- Сладкая…

Она закусила губу, потом заговорила быстро, без остановок.

- Первые несколько раз было тяжело. Я закрывала глаза и делала вид, что я была где-нибудь в другом месте. Слава Богу, ни один из мужчин не был жутким или опасным. Просто заурядные парни хотели потрахаться

Люк онемел. В пятнадцать опуститься до проституции из-за такой никчемной семьи. Заставив почувствовать себя эгоистичной, семья покинула ее самым бесчеловечным образом. Тысячи вещей встали на свое место: причина почему она так трепетно относилась к тому, что люди считали ее шлюхой, почему она не рассчитывала ни на кого, кроме себя - только если была вынуждена, причина отсутствия у нее стеснения по поводу обнажения на публике. Она рано узнала о том, что ее тело было товаром и что только самообучение может ей помочь. Она также сразу поняла, что чувство ее собственного достоинства не имеет ничего общего с ее работой и внутренним миром.

Глубоко в мыслях, Люк знал, что ее не беспокоит ее профессия…но не показывал этого. Слишком сложно для него. Нет, это не выглядело глупо. Он бы скорее откусил собственный язык, чем дал ей почувствовать, что она не является леди.

- Ты когда-нибудь возвращалась домой? тихо спросил он.

- Я думала над этим. Первое Рождество без семьи было тяжелым. Я провела его в парке с шоколадным батончиком и походным костром, надеясь, что никто не тронет меня во сне. Но за неделю до этого я увидела Джошуа. Он искал меня, показывая всем мою фотографию и рассказывая всем, что моя мама хочет вернуть меня к праздникам. Одна из женщин постарше, всегда защищавшая меня, подумала, что сможет спасти меня от него, умыкнув из-под носа. Я сбежала через три минуты после его появления.

- А так как Джошуа знал, где ты, ты не могла там оставаться.

- Я накопила немного денег. Купила на них автобусный билет, сказала женщине за стойкой, что хочу туда, где тепло. Джошуа всегда смеялся над южанами, называл их тупой деревенщиной. Поэтому я подумала, что уехать на Юг будет хорошей идеей.

Она пожала плечами.

- Я приехала туда. Женщина, с которой я разговаривала какую-то часть поездки, пообещала мне, что стриптиз - прибыльное дело, почти настолько же, как и…

Она резко выдохнула.

- Я получила фальшивое удостоверение личности, чтобы смешаться с горожанами.

- Алисса - не твоё имя?

Она была для него только Алиссой. Он не мог представить, что называет ее другим именем.

- Это мое второе имя. Мое настоящее имя Линдси.

Оно не подходило ей. Линдси было именем для девочки. А эта женщина перед ним была крепкой, вышившей, заслуживающей имени с сексуальной ноткой, такого как Алисса. Она изумляла Люка своей силой, упорством, ее своим наплевательским отношением к смерти. Она прошла через адское пламя, и вышла на другой стороне, женщиной со стальным характером. Настолько же сильно, насколько он сопереживал ей - он гордился ей.

- Ну а потом я постучалась в двери “Сексуальных Сирен”, - сказала она. Тогда это место называлось иначе, но Маркесса, будучи сукой, все таки спасла мне жизнь. Она позволила мне жить в клубе, пока я не встану на ноги, к тому времени, как я не начну учиться и получу свой диплом об общем образовании. Ее парни держали местных подальше от меня. Я типа…выросла здесь.

Она вздрогнула.

- Я не возвращалась домой вплоть до маминых похорон. Я видела Джошуа на расстоянии. Он не заметил меня к счастью. И до сих пор не знает что стало со мной. Если бы он только догадался, я даже не представляю что бы тогда произошло.

Люк уже знал что бы он сделал с этим подонком, но Алиссе сейчас требовалось его понимание и участие, а не ярость. Он достанет этого козла совсем скоро и заставит его пожалеть обо всем, но этот момент предназначался только для его жены.

Чувство вины разрослось в нем, его поведение заставило ее испытать горечь и раскрыть ему свои секреты. С другой стороны, узнать всю историю целиком было лучшим событием, произошедшим с ними.

- Мне так жаль, что я расстроил тебя. Обвинял тебя. Напугал тебя.

И позволить самодовольной морде Тайлера забраться под кожу, когда он открыл дверь. Оглядываясь назад, Люк понимал, что ее телохранитель был влюблен в нее и возможно получал удовольствие от того, как Люк приходил к ложным выводам, мешая тем самым браку Алиссы. Он не мог уважать парня за это…но понимал его.

Она наклонила голову.

- Самое смешное, что ты единственный, кто обвинил меня. До тебя я никогда по настоящему не наслаждалась сексом. Я имею в виду, поначалу меня мучили плохие воспоминания. Когда я повзрослела и поняла, что случившееся не являлось моей ошибкой, а Джошуа был мусором, я попыталась сходить на свидание, заняться сексом. Ну, ты вообще-то знаешь об этом. Но всегда было…неудобно и как-то стыдно.

Она состроила гримаску.

- До тебя я никогда не испытывала оргазма. До тебя я никогда не связывала секс с конкретными людьми.

Она серьезно?! Люк потерял дар речи. Она никогда не получала удовольствия от сочной чувственной близости секса до него? Но как тогда она может хотеть этого с таким багажом ужасных воспоминаний за плечами? И как Тайлер достал ту фотографию? Она спала с ним за деньги? Нет, она бы не стала. Значит, Тайлер был ее экспериментом? Очевидно, она доверяла этому мужчине или приняла снотворное и заснула в его постели. Добился ли он от нее любви? Люк не знал. Все, что он знал это то, что не смотря на ее слова об отсутствии секса с этим мужчиной, Тайлер скорее всего является отцом ее будущего ребенка.

Какой бы не была причина ее отказа, они разберутся с этим позже.

Люк обхватил руками свою жену, которая расслабилась и откинулась на него. В безопасности, такая ценная, его. По крайней мере, хотя бы от части. Хотя бы сейчас.

Ему все еще предстояло выяснить кто запугивал ее. Пока что он думал, что это Тайлер, но…у того уже была тысяча возможностей навредить ей. Вместо этого он доставил ее к доктору, предоставил собственную кровать в ее распоряжение. Он точно не мог называться ее мужем, но все же хотел ее себе, с чего бы?

Питер находился в окружной тюрьме, когда проникли в дом. Кто остается? Примптон? Весь этот пугающий вандализм - его работа? Или тут замешан совсем другой человек?

Сжав руками свою жену, Люк приподнял ее и отнес на кровать, мягко положив на простыни. - Отдыхай.

Она вцепилась в его руки.

- Останься со мной.

У него забрезжила надежда. Она хотела, чтобы он был рядом, хороший знак. Кивнув, Люк растянулся на кровати позади нее и начал поглаживать ее еще влажные волосы. Их взгляды встретились.

Рассказав историю своей жизни, она полностью обнажила свою душу, оставив ее незащищенной. Каждый укол боли и страха все еще проглядывался в ее голубых глазах. Он жаждал избавить ее от страданий.

- Люк?

Вздохнула Алисса, ее платиновые волосы соблазнительно покачивались вокруг плеч. Но видя ее прекрасное овальное лицо, с розовыми щечками, невозможно голубые глаза, чуть припухшими от слез, заставляло его вспомнить ту самую маленькую девочку со шрамами на сердце, прячущуюся внутри этой соблазнительницы.

- Я здесь. Навсегда здесь для тебя, - поклялся он.

- Прикоснись ко мне. Пожалуйста.

Она повела плечами, распахнув халатик.

- Будь со мной.

Ее просьба шокировала его. Он тоже хотел ее, Господь знает. Ее слова наполнили его счастьем, заставили его член исходить нуждой. Но…

- Сладкая, ты слишком много сегодня пережила. Мне не кажется, что сейчас лучшее время…

- Именно сейчас - самое время.

Она сбросила халат, полностью обнажив свою великолепную золотистую кожу.

- Мне нужно заменить воспоминания о Джошуа чем-то замечательным. Тобой.

Как мог он отказать ей в помощи с изгнанием ее плохих воспоминаний? Как он мог бороться с тем чего желал так страстно?

Люк поднялся над ней, опираясь на колени и локти, но предоставляя ей достаточно пространства, чтобы отодвинуться при необходимости. Он поцеловал ее в живот.

- Ты уверена?

Алисса подтянулась, переплетя руки за его шеей и наклонила его рот к себе для долгого отчаянного поцелуя, умоляя его. Излишне. Она уже принадлежала ему после ее слов “Прикоснись ко мне”.

- Полностью уверена.

Люк стянул с себя халат и опустился на нее, устраиваясь в колыбели ее бедер, удерживая их собой. Он обрушил множество поцелуев на ее щеки, шею, выпуклости груди и она размякла в его руках. В течение долгих минут, он проводил руками по ее коже и, наконец, она вздохнула. Нуждаясь в уверенности, в том, что она готова для него, Люк скользнул ладонью между ними и дотронулся до ее клитора. Она потянулась к нему, сладко выдохнув, с дрожью в голосе и это наполнило его беспощадным желанием.

Он взял член в свою руку и выровнял их тела.

- Скажи мне, если я тебя пораню или напугаю. Я никогда так больше не поступлю.

Она сглотнула, серьезный взгляд ее голубых глаз захватил его, Люк почувствовал как боль кольнула его в самое сердце.

- Обещаю, но этого не случится. Просто…будь со мной.

Тот факт, что она хотела быть с ним, сейчас, заставил его почувствовать себя польщенным. Она дарила ему подарок. И он намеревался сохранить его…и ее.

Она соединила их пальцы вместе. Эта связь была, словно электричество, проходящим по его спине. Желание Алиссы сблизиться с ним глубоко тронуло его, забирая его гнев. Ее просьба, ее готовность отдаться ему, были намного дороже, чем простое привязывание ее к кровати подобно пещерному человеку.

Медленно, Люк начал входить в нее. Он остановился, отступил и снова скользнул вглубь, мягко, как в медленном танце. Как всегда, она принимала его. Люк зажмурил глаза, фокусируясь на том, чтобы сделать все нежно и ласково.

С каждым погруженным дюймом своей плоти в ее тугой жар, она иссушала его, особенно, когда Алисса поставила свои пятки на матрас и подалась бедрами наверх, навстречу ему.

- Люк. Да!

Проклятье. Всего двумя словами она практически разрушила его самоконтроль. Она ощущалась настолько здорово, что было больно, кровь кипела. Нужда возросла в нем, он начал покрываться потом. Люк пытался глубоко дышать, чтобы привести в порядок мозги. Но ему нужны были ее прикосновения, не смотря на все, что с ней произошло, она принадлежала ему сейчас.

Люк подался назад, а затем резко толкнулся до упора.

- Ты совершенна для меня. Я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо.

Алисса не ответила, просто прижалась губами к его рту в медленном горячем поцелуе. Он почувствовал вкус ее жажды, признака ее выздоровления. Также трудно было для него слышать ее историю о Джошуа, Люк будет продолжать делать это, если сможет таким образом облегчить ее боль и почувствовать ее ближе к нему. Он отстранился назад, но ее тело удерживало его. Не способный отказать ее сладкому рту, он целовал ее снова, глубже, медленнее, в одном ритме со своим толчками.

Алисса сжала руками его шею. Люк сглотнул, проведя пальцами по ее волосам, его большой палец обвел линию ее челюсти. Ее глаза были закрыты, но она сияла счастьем, она выглядела такой красивой.

-Алиса, - хрипло прошептал он.

Медленно, ее глаза приоткрылись, показав расширенные зрачки и она встретила его устремленный на нее взгляд. Удовольствие билось внутри него. Сейчас он понял, что она отдает себе отчет в том, кто находится глубоко внутри нее. Его сердце подпрыгнуло, возвращаясь в свой постоянный ритм. Она всхлипнула, сжимая свои скользкие стенки вокруг него.

- Спасибо, что доверила мне свою историю, - прошептал он. - Своё тело.

Алисса кивнула, ее взгляд подернулся пеленой слез. Ее доверие и ощущение ее изящного тела, оставляли прорехи в его самообладании. Ему нужно найти в себе силы, сделать все, что потребуется, для ее восстановления, а не для своего собственнического инстинкта. Напугать ее было последней вещью, которую он хотел ей причинить. Опустив свои руки ей на бедра, он сжал ее и толкнулся внутрь. Удовольствие исказило выражение ее лица. Ее глаза и рот приоткрылись.

- Кончи для меня.

- Д-да.

Что-то в ее голосе заставило его погрузиться еще глубже. Он тонул в ее голубых глазах, окруженных темными ресницами. Он даже не моргал, потому что не хотел пропустить ни одного мгновения между ними.

Вдруг ее тело напряглось, и она всхлипнула.

- Люк!

Алисса впилась ногтями в его плечи. Он не замедлил темп, пот покрывал его тело. Секундой позже она откинулась назад и закричала в освобождении. Удовлетворение прошло сквозь него при виде ее наслаждения.

Его удовольствие постепенно усиливалось, выходя за пределы контроля, по мере того, как ее лицо все больше светилось счастьем. И доверием. Она доверила ему заботу о себе. Не было ничего более восхитительного и трогательного, чем это. Он закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями, но чувственная жажда поглотила его разум.

Попытка вернуть самообладание была все лишь пустой тратой времени. И если он и собирался кончить, то только вместе с ней. С этой мыслью на уме он пронзил ее одним неумолимым толчком, затем другим, начав при этом тереть ее клитор.

- Люк!

Она едва могла дышать.

- Я не могу…

- Ты можешь. Для меня.

В следующий момент она снова прижалась к нему, ее вспышка удовольствия отодвинула немного его освобождение. Что-то еще удерживало его от оргазма.

- Кто глубоко внутри тебя, - потребовал он.

- Ты, Люк.

- Это правильно. Всегда.

Ее тело подсказало ему, что она была в нескольких секундах от оргазма.

- Кто заставит тебя кончить?

-Люк!

Она брыкалась и кричала под ним, и он был готов поклясться чем угодно, что так глубоко он в нее еще не входил. Блять, этого все еще было недостаточно. Он был на пределе, тело умоляло о разрядке. Толкнувшись снова в ее припухшую сердцевину настойчивым и сильным ударом, Люк не был в состоянии вспомнить, чувствовал ли он когда-либо себя ближе хоть с одной другой женщиной. Алисса приподнялась, встретив его. Она следила за ним. Ее растущее удовольствие и жажда победили окончательно его самоконтроль.

Пот выступил на его спине, на лбу, пока он погружался в нее снова и снова. Затем она стала громко выкрикивать его имя, кончая так бурно, что он практически не мог сдвинуться с места. Она цеплялась за него всеми возможными способами. Люк глубоко погрузился в нее последний раз перед тем, как его сопротивление было разрушено окончательно. Он взлетел в настолько сильном удовольствии, что оно добралось до сердца и восстановило его, утверждая его любовь к ней.

Их дыхание медленно восстанавливалось, и Люк заключил ее в объятия, переплетаясь своими ногами с ее. В этот момент, он ощутил полное умиротворение. Ведь вместе им уже и так пришлось через многое пройти. И он мог лишь только надеяться на то, что все трудности были уже позади.

- Чувствуешь себя лучше? - мягко спросил он.

Она прикусила губу, раздумывая.

- Скажи, а ты бы женился на мне? Ну я имею в виду, после всего, что я тебе рассказала…..

- Не смей даже думать о том, что я осудил тебя за то, что тебе пришлось совершить ради выживания. Я ненавижу то, что ты пережила, и я невероятно горд тем, кем ты стала.

Ее улыбка была такой же яркой, как рассвет, и сердце Люка вновь сжалось в груди.

- Ты собираешься продать клуб? - прошептал он.

Он даже не закончил вопрос, как она начала мотать головой.

- Слишком много воспоминаний. Слишком много людей, которые делали неприличные вещи под этой крышей. Я отдам управление Сэди, если она захочет. А я буду двигаться вперед по жизни, надеясь, что ресторан поможет мне начать новую жизнь.

Так и будет. Люк об этом позаботится. У него есть талант, связи и влияние. Он поцеловал ее в лоб.

- Закрой глаза.

Она покачала головой.

- Нет ещё. Так как это, кажется, ночь истины, почему бы тебе не рассказать мне свой секрет?


Глава 17

Люк, должно быть, неправильно расслышал ее.

- Что?

- Все, что бы ты ни сказал я уже почувствовала.

Как она могла узнать его секрет? Он покачал головой.

Честность этого момента была настолько явной, что правда чуть не сорвалась с его языка. Но он вовремя остановился. Во-первых, Алисса пережила достаточно за сегодня: дьявольский страх, проблемы с определением отцовства ребенка, были достаточными аргументами, чтобы отложить разговор на другой день. Во-вторых, что ей скажет тот факт, что ребенок, не принадлежавший ему, будет причиной их разрыва?

На задворках мыслей, он бы очень хотел, чтобы существовала вероятность того, что ребенок принадлежал ему. Она продолжала клясться в том, что Тайлер не являлся ее любовником. Теперь Люк понимал свою жену так, как никогда раньше. Алисса не была лгуньей. Что если эта “воображаемая невозможность” на самом деле была очень даже возможной?

Он не узнает ответ на этот вопрос, до тех пор, пока не наведается к доктору и не пройдет кучу оскорбительных тестов. Опять. Он должен сделать это, для нее и для их брака. Но он уже даже не мечтал о чуде, хотя и отчаянно стремился к нему. Наиболее вероятно, что для него все обернется очередным разочарованием.

Хотя, возможно было и другое объяснение ее беременности. Может Питер изнасиловал ее во время нападения, а она заблокировала эти воспоминания, переживая свою травму? Может ее воспоминания о том событии не столь точны из-за полученного сотрясения…

Но пока Люк не получит ответов, он должен избегать подобных тем. Он расскажет ей правду, скоро…когда они станут хоть немного сильнее. Когда он сможет, наконец, произнести слова о том, что он не возражает против того, что другой мужчина заронил в нее свое семя и что он не хочет открутить этому ублюдку голову.

Но сегодня не тот день.

- У нас произошли огромные перемены в жизни, сладкая. Ни один из нас не предвидел женитьбу, мой переезд сюда. Новое шоу и Bonheur добавляют стресс. Ребенок и твое здоровье всегда имеют огромное значение… Если я отвлекся, извини.

Алисса посмотрела на него с сомнением.

- Если есть что-то еще и ты хочешь рассказать об этом, я готова выслушать.

Люк сжал руки вокруг нее.

- Я в порядке. Спи. Я буду здесь, пока я тебе необходим.

Понедельник стал вторником, непривычно шумным будним вечером в Сексуальных сиренах. Праздники всегда были сумасшедшим периодом, особенно если День Благодарения был совсем близко. Погода не благоприятствовала отдыху на природе, поэтому все желающие столпились под ее крышей.

- Все ушли. Двери закрыты, - произнес Тайлер, просовывая голову в ее офис.

- Слава тебе, Господи, что ночь прошла без происшествий.

- Верно подмечено. Я тебе еще нужен? Я просто вымотан в хлам.

- Двигай. Хантер где-то здесь, наверняка с одержимостью проверяет каждую дверь и каждое окно.

Тайлер усмехнулся.

- Люк приставил к тебе настоящих амбалов, но по сравнению с Хантером, они выглядят младенцами. Он отъявленный ублюдок с параноидальными наклонностями.

Она вздрогнула.

- Извини, если он тебе мешает …Просто, будет лучше, если я уступлю Люку в этом. Лучше для меня.

- Возможно. Я не могу винить его за заботу о тебе. Будь я на его месте - сделал бы то же самое.

Алисса смягчилась. У Тайлера были чувства к ней и он не старался скрыть их. Она чувствовала вину из-за того, что не могла ответить на них взаимностью.

Он был хорошим парнем и заслуживал женщину, любящую его до безумия.

- Увидимся завтра, - возвестил Тайлер и дверь закрылась за его спиной.

Моментом позднее, Хантер, казалось, материализовался из тени в углу, запрыгнул на ее стул и хлопнул ее ладонью по груди.

- О, Боже мой…ты до смерти напугал меня. Как долго ты здесь находился?

- Достаточно долго, чтобы с уверенностью тебе сказать, что я проверил все окна и двери. Дважды.

Хантер никогда не показывал эмоций на своем лице, но Алисса, казалось, заметила намек на улыбку.

- Я также чрезвычайно тронут мнением твоего приятеля Тайлера. “Отъявленный ублюдок с параноидальными наклонностями” еще не самое ужасное из описаний, которое мне присваивали люди.

Алисса ни капельки в этом не сомневалась.

- Мне понадобится еще час или около того. Книги в полном беспорядке. Прости, я знаю, что уже поздно.

Он пожал плечами.

- Я остаюсь здесь с тобой.

Да, он станет одной из ее трех теней: Дик, Джек и теперь Хантер. Они будут следить за ней 24 часа в сутки, пока в пятницу вечером не вернется Люк.

Он не хотел оставлять ее и возвращаться к своему шоу, но она настояла на его отъезде. Шоу занимало слишком важную часть его жизни. Он согласился уехать только при условии, что, в его отсутствие, она будет находиться под постоянной охраной.

- Спасибо за понимание.

Хантер просверлил ее взглядом.

- Не надо. Если бы я был на месте Люка, то ты была бы под надзором двойного наряда охранников. Я бы не дал тебе возможности скрыться от меня.

Она подняла бровь.

- Немного параноик.

- Просто осторожный, - поправил он.

- Я думаю, что смогу сама справиться с походом в ванную.

Один из недостатков беременности.

- Я провожу тебя.

Выражение “даже не рыпайся” на его лице подсказало ей, что это не обсуждается.

Алисса вздохнула и проглотила язвительное замечание по поводу его, отпугивающего женщин, поведения. Всего лишь догадка, возможно Хантеру бы понравилась их словесная перепалка. Или он просто пригвоздил бы ее взглядом на месте. В любом случае, сегодня она была не в настроении для этого.

Стук ее каблуков по бетонному полу разносился по затихшему клубу. Она уже привыкла к дрожанию стен, грохоту музыки и завыванию посетителей в этом месте. Нахождение здесь в одиночестве, ну или почти в одиночестве, заставило ее содрогнуться.

- Прогуляйся немного по холлу, пожалуйста, чтобы у меня могла появиться хоть какая-то надежда на то, что ты не слышишь как я писаю.

Опять. Призрачный намек на улыбку.

- Как скажешь.

Но он не сдвинулся с места. Она уже сочувствовала той бедняжке, в которую он однажды влюбится. Он вопьется в нее зубами и никуда не отпустит.

Закатив глаза, она захлопнула скрипучую дверь и занялась своими делами.

Ее голова была занята кучей разных чисел и квитанций, когда она услышала какой-то шум. Моя руки, она поняла, что звуки снаружи стали тише. Она выключила воду и расслышала голос Хантера.

- Тайлер, что за…

Еще удар, какая-то возня.

- Блять!

Звук выстрела. Поражающий, оглушительный и заставляющий сердце подпрыгнуть. Полная тишина.

Дерьмо! Кто-то прошел в клуб с пистолетом. И он, должно быть, застрелил Хантера, в противном случае, тот бы уже ворвался сюда и вытащил ее. И теперь, вероятно, она сама по себе.

Пытаясь подавить страх, она оглянулась в поисках выхода. В ванной не было окон, и, если стрелок еще не знал ее местонахождение, то это не займет у него много времени. А ее мобильник остался лежать на столе. Как глупо!

- Где ты, моя грешная искусительница?

Знакомый голос задел ее чувства, оставляя после себя беспокойный страх. Примптон? С пистолетом?

- Можешь выходить. Оба твоих охранника выведены из строя и не смогут тебя спасти. Я не убил того амбала. Пока что. Но я обязательно это сделаю, если ты не покажешься мне и не заплатишь за свои грехи.

Он собирается, но все еще не убил Тайлера? Значит ли это, что Хантер уже мертв?

Видимо, да, иначе Примптон бы с ней сейчас не разговаривал. О, Боже.

Закусив губу, она сдержала панические слезы. Не было никакого сомнения в том, что этот фанатик убьет Тайлера при любом раскладе, но, возможно, она сможет потянуть время, чтобы Тайлер вытащил их отсюда. Прямо сейчас это было наилучшим выходом. Она не может сбежать, даже если проберется через эту скрипучую дверь, она не оставит Тайлера умирать.

Медленным движением она приоткрыла дверь. И, конечно же, проклятый скрип выдал Примптону ее присутствие. Он оглядывался по сторонам, поворачиваясь вместе с пистолетом.

Член совета находился рядом с задней дверью. Тайлер был распластан на полу в дверном проеме, и лежал неподвижно. Мертв? Примптон стрелял ему в голову? Или накачал его наркотиками?

Не далее, чем в двух футах от него, на полу лежал Хантер, кровь сочилась из раны на его плече. Красная лужа расплылась по полу и запачкала его, обтягивающую широкую грудь, синюю футболку.

Страх поднялся в ней, захватив ее. Милостивый Боже, она всегда знала, что Примптон не в себе, но убийство? Он точно пришел сюда убивать и она значилась первой в его списке.

- Вот ты где, как всегда прекрасно выглядишь. Ты дьявольское отродье, отправленное на землю, искушать мужчин. Я должен остановить тебя. Вынужден признать, что даже я пал жертвой твоей привлекательности, лаская себя и думая о тебе. За это я накажу тебя отдельно. Но сейчас…

Жесть. Картинка, на которой Примптон мастурбировал, фантазируя о ней, практически заставила ее почувствовать себя плохо. Стоп! Может он и был тем самым взломщиком, пробравшимся в ее дом и залившим спермой ее нижнее белье? Скорее всего, но сейчас это неважно. Много ли шагов до двери ее офиса? Могла ли она успеть пересечь это расстояние до того, как он доберется до нее? Что он сделает с Тайлером, если она попытается? И что он сделает с ней, если она не сбежит?

- Сейчас же.

Он вышел вперед.

- Тебя нужно остановить, пока ты не соблазнила еще больше христианских мужчин и не разрушила их семьи.

Алисса сделала небольшой шажок к офисной двери и выставила бедро. Вполне предсказуемо, Примптон проследил за этим движением взглядом. Она перебросила волосы через плечо и скрестила руки на груди, выставляя напоказ соблазнительную ложбинку.

- В смысле?

- Мой богобоязненный помощник, Рэндал, провел слишком много времени здесь, грязно желая тебя, что его жена подала на развод. Ты сбила его с пути истинного.

Рэндал. Тот самый, который покупал самые непристойные приватные танцы на коленях каждый субботний вечер, а по воскресеньям посещал церковь, чтобы отмолить свои грехи?

Приближаясь к офису, она слегка потрясла головой, выражая несогласие.

- Господь дал этим мужчинам право выбора.

- Ты искушение, которому невозможно противостоять. Я не могу позволить тебе и дальше вовлекать их во грех.

Он приподнял дуло пистолета.

- Ты собираешься выстрелить в меня? Здесь? Сейчас?

Она провела рукой вверх по своим бедрам, задирая свою юбку и показывая свои красные подвязки.

Примптон поперхнулся.

- Я не буду прелюбодействовать с тобой, шлюха!

Но его эрекция дала понять ей, что у его убеждений были совсем другие мысли, и она каким-то образом должна была использовать это против него. Она опустила одно плечо и лямка ее топа скользнула вниз по руке, открывая его взгляду бретельку черного лифчика и еще больше соблазнительных изгибов. Спустя мгновение, его взгляд скользнул по ним.

- Я никогда не попрошу тебя пойти против твоих принципов, ведь я тоже теперь замужняя женщина.

- Притворщица! Я поставлю свою жизнь на то, что ты занималась развратом со своим вышибалой, и с этим наверное, тоже.

Он указал пальцем на Хантера. Этот чертов ублюдок Примптон - был просто помешанным, и ей нужно было, как можно быстрее, добраться до своего проклятого телефона. У Хантера была очень большая потеря крови.

Алисса придвинулась еще ближе к двери, стараясь скрыть свои намерения и специально слегка разведя ноги, открыв его взгляду чудесный обзор. Ее выводило из себя то, чем она сейчас занималась, но ей приходилось поступать и хуже во имя выживания.

- Ты выставляешь себя напоказ! он продолжал обвинять ее.

- Я стою на месте и умоляю сохранить мне жизнь, пока ты держишь меня на прицеле.

Он тут же покачал головой.

- Этот клуб нужно уничтожить. Ты должна умереть. Я послан Богом, чтобы исполнить эту миссию. Я его христианский воин.

Он был готов напасть в любую секунду. Алиссе нужно было подвинуться еще чуточку ближе. Она надеялась, что он не сможет быстро среагировать и выстрелить по движущейся мишени.

За его спиной резко хлопнула дверь, открываясь от ветра и ударившись о стену. Примптон повернулся на звук. Используя этот отвлекающий момент, Алисса бросилась в офис, побежав так быстро, как никогда в жизни. Перед тем как захлопнуть дверь и трясущимися руками закрыть задвижку, она услышала крик Примптона.

- Господь проклянет тебя, шлюха, за твою уловку. Он отправит тебя в ад, а я буду карающим мечом, наказывающим тебя весь остаток вечности.

Произнеся свою речь, он выстрелил в дверную ручку. Она дернулась и покачнулась, что-то звякнуло по ту сторону двери. Он разбил ее? Очень осторожно, она подобралась к двери и осмотрела ручку. Она свободно болталась, в оставшуюся дыру от пули пробивался свет.

Затем он выстрелил по задвижке. Она отскочила от двери с неравномерно бьющимся сердцем. Скрежещущий звук достиг ее слуха. Вслед за ним послышался его маниакальный смех. Какого хрена собирался сделать этот псих? Но прежде чем она успела это выяснить, послышались быстрые шаги Примптона, разгуливающего взад и вперед по холлу. Приглушенный всплеск. Жидкость?

Какого…?

Нахмурившись и еще больше испугавшись, она задержала дыхание. Она услышала еще больше всплесков, на этот раз ближе. Затем в нос ударил резкий запах бензина, обжигая легкие.

- Ты сгоришь, шлюха. Прямо сейчас! - закричал Примптон.

В следующий момент она услышала зловещий свист, этот звук означал, что ублюдок зажег огонь. Он хотел сжечь ее заживо. Сердце подпрыгнуло, ускорившись. Она попыталась открыть задвижку до того, как вспышки пламени поднимутся выше. Не сработало. Задвижка была зажата и повреждена. Хоть что-нибудь! Как же ей выбраться отсюда?!

Алисса схватилась за ручку двери, но металл уже успел нагреться, и она отдернула руку. Она старалась не паниковать. 911. Она должна позвонить им. Ее мобильный телефон должен был лежать у нее на столе. И она надеялась, что они успеют добраться до сюда вовремя.

Но повернувшись к своему столу, она увидела, что ее телефона там уже не было.

***

Алисса очнулась от жара, боясь открыть глаза и спровоцировать резкую боль между висками. Она находилась в каком-то месте, где пахло алкоголем для протираний. Все что было на ней надето скрутилось и сморщилось. Кровать, точно не принадлежащая ей, была застелена колючими простынями. Каждый мускул в ее теле ныл. Она глубоко вздохнула, и у нее тут же начался приступ удушающего кашля. Ее легкие горели так, будто за день она выкурила целую упаковку сигарет.

Она рефлекторно открыла глаза.

- Спокойно, - прошептал Тайлер, и потянулся к ней, чтобы взять ее за руку.

- Что… ?

Боже, это карканье было ее голосом?

- Ты находишься в пункте неотложной медицинской помощи. И ты здесь уже несколько часов.

Она нахмурилась, пытаясь разобраться в своих рассеянных воспоминаниях. Они были одним большим нагромождением из паники и тумана.

- Ребенок? - она закашляла.

Черт, ее легкие горели.

- Все хорошо. Доктор сразу осмотрел тебя. С тобой все в порядке. И с ребенком тоже, он растет и развивается как и положено при твоем сроке.

О-о, слава Богу. Испытав облегчение, она расслабилась в постели.

- Что - она закашляла - случилось?

- Ты наглоталась дыма. Помнишь Примптона, пришедшего в клуб?

Теперь все встало на своим места. Клуб. Пистолет. Хантер, лежащий в луже собственной крови. Человек, угрожающий ее убить. Огонь.

- Как Хантер?

- С ним все в порядке. Примптон вывел меня из строя и Хантер нашел меня на полу в дверях. Он наклонился проверить, все ли со мной в порядке, а эта сволочь выстрелила в него из коридора. Поверхностное ранение в плечо. Он потерял много крови, но парамедики добрались до него вовремя. Сейчас за ним ухаживает его сестра.

Она расслабилась на кровати, делая выдох, хотя даже и не подозревала, что задерживала дыхание. Затем появился новый страх.

- Что с клубом?

Боже, пожалуйста…

- Ему конец.

Он с сожалением покачал головой.

- Мне жаль. Пожарники пытались…

Боль пронеслась по ее венам, словно шипучая кислота. Ее клуб, ее убежище, место, воплощающее в себе ее трудное прошлое и лучшее настоящее. А все из-за заблуждений какого-то сумасшедшего фанатика.

Нет, Сексуальные Сирены не сгинули на веки вечные. Пока у нее есть, что сказать по этому поводу, они не исчезнут.

- Ты в порядке?

Он выставил вперед обе ладони, останавливая ее беспокойство.

- Не бери в голову. Когда я открыл дверь, этот козел ударил меня по голове рукояткой пистолета и я вырубился. Когда начался пожар, он выскочил через заднюю дверь. Я пришел в себя и увидел, что Примптона нигде нет, а Хантер, лежал с открытыми глазами, оценивая ситуацию. Я вытащил свой телефон, набрал 911 и передал его Хантеру, одновременно пытаясь поднять его на ноги. И пошел искать тебя, но этот тупой придурок увязался за мной, вместо того, чтобы подождать снаружи.

- К тому моменту это место должно было напоминать ад!

А эти двое остались, чтобы спасти ее?

- Повсюду тлеющая древесина, падающая с потолка…сукин сын протолкнул камень в задвижку на твоей двери, но я смог его вытащить. Я не собирался уходить без тебя.

Слезы заполнили ее глаза, она протянула к нему руку.

- Ты такой замечательный друг.

Боль исказила его черты и он натянуто улыбнулся.

- Да, я такой…настоящий друг.

Она поняла, что ей не следовало этого говорить. Он любил ее и она даже, в определенной степени, жалела, что не могла ответить ему взаимностью. Но давным давно, она отдала свое сердце Люку. С их первой встречи она поняла, что он не из тех мужчин, которые западали на красивую внешность. Он влюбится, только при условии, если узнает женскую душу.

Был ли хоть один шанс того, что Люк влюбился в нее? Все его беспокойство, нежность, постоянные телефонные звонки, помощь по бизнесу, невероятная домашняя еда и все остальное должно быть основано на чем то больше, чем просто на факте ее беременности, ведь так?

- Однажды ты сделаешь какую-нибудь девушку дико счастливой, - пробормотала она Тайлеру.

- Я бы хотел, чтобы это была ты.

Он сжал челюсти, сморщившись от боли.

- Я не та самая, но ты найдешь ее.

Появилась медсестра, проверить ее показатели, спрашивая нужны ли ей еще обезболивающие. Алисса покачала головой. Все чего она хотела, находилось за пределами больницы.

- Кто-нибудь звонил Люку?

Она не хотела, чтобы он волновался, особенно после драмы с ее последним “исчезновением”.

- Кимбер звонила. Он уже на пути сюда. Должен быть здесь через пару часов.

Из всех людей на планете, которые могли сообщить ее мужу об этом, позвонила именно его бывшая любовница. Она поморщилась. Будет ли встреча с Люком волнующей? До его возвращения было всего лишь два дня…

- Ему следовало остаться там.

У Тайлера отвисла челюсть.

- Ты это серьезно? Хотя, буду честным, я хотел бы, чтобы он остался на месте. По крайней мере, я бы мог тогда поспорить с тем, что ему не наплевать на тебя.

Она не хотела, чтобы он возвращался. Он бы чувствовал на себе ответственность за ребенка.

- Полиция поймала Примптона? Алисса преднамеренно сменила тему.

Любой более-менее эмоциональный разговор о Люке, и она, вероятно сломается и заплачет, и это лишний раз докажет, что ей было страшно за то, что муж не любил ее так, как она любила его.

После ее заданного вопроса, Тайлер улыбнулся.

- Полиция арестовала его, спустя пятнадцать минут, после того, как он сбежал. Он был дома с женой, пытаясь изобразить, что всю ночь напролет он провел в своей постели. Но они нашли его одежду и обувь со следами горючего, а также его пистолет.

Улыбка Тайлера сошла на нет.

- Детка, в глубине его кабинета, полиция нашла укромный уголок. Это было похоже на…..храм посвященный тебе. У больного ублюдка были фантазии, в которых ты была его сексуальной рабыней. У него были всевозможные фотографии с тобой в главной роли.

На лице Тайлера промелькнуло что-то, заставляющее ёкнуть ее сердце.

- Фотографии?

Он вздрогнул.

- На некоторых было отчетливо видно, что сделаны они были с помощью Фотошопа. На них была изображена ты, с располосованной спиной от ударов кнута, твои руки были сцеплены наручниками и ты кланялась ему в ноги.

Все внутри нее просто сжалось от испытанного отвращения.

- У него были фотографии с той ночи, когда ты танцевала стриптиз на ежегодном мероприятии.

- Свинья.

- Это он размалевал стены и написал “ШЛЮХА” красными чернилами.

Она содрогнулась при мысли о его мании, и поблагодарила Бога, за то, что его поймали.

- Догадываюсь, что теперь мы знаем, кто написал те записки и забрался в мой дом. Гребаная сволочь.

Тайлер кивнул.

- Это теория полиции. И моя тоже. Они хотят привлечь криминалиста к этому делу.

Скорее всего, это будет лишь формальностью с их стороны. Алисса, понимала, насколько ей повезло. Она никогда не воспринимала Примптона всерьез, не видела его истинной сущности. И эта самая недооценка, могла стоить ей жизни, и жизни ее будущего ребенка. Она благодарила Бога, что рядом с ней, в этот момент, оказались Тайлер и Хантер. И теперь, когда Примптон оказался за решеткой, возможно, она сможет свободно вздохнуть, перестанет оглядываться через плечо, и больше не будет испытывать страх о возможном нападении..

Тайлер постучал ногой о кафельный пол, и она знала этот жест. Обычно он делал так, когда нервничал.

- Что?

- Ты должна знать…..У него также были твои фотографии с Люком, когда вы были в твоей спальне в клубе. Похоже, он запечатлел вас через окно, выходящее в проулок.

У Алиссы перехватило дыхание, шок прошелся холодком по коже и заставил ее побледнеть. - Где мы…

- О-о, да. Посмотри на свое лицо…, - Тайлер отвернулся.

- Люк знает, как сильно ты его любишь?

Она поджала губы. Проклятье, Тайлер был проницательным. Никто не мог обвинить его в хождении вокруг да около.

- Вообще то нет, это что, так очевидно?

Он усмехнулся в ответ.

- То, что ты носишь сердце в своем рукаве? Да.

Замечательно. Она вздохнула.

- Я не знаю, чувствует ли он то же самое.

- Я не знаю, также как и ты. Но он хочет тебя. И это плохо.

Тайлер пожал плечами.

- Я думаю, что он испытывает что-то большее к тебе, но я не специалист по мужским чувствам.

- Привык быть сердцеедом, не убитым горем?

На его губах появилась неуверенная улыбка.

- Что-то вроде этого.

- У меня есть ощущение, что глубоко внутри ты очень плохой мальчик.

- Тук-тук.

Алисса обернулась на звук женского голоса в дверях. Кимбер. Она была очень хорошенькой со своими темно-рыжими волосами, собранными в тугой конский хвост, открывающий ее прекрасное овальное лицо. Бывшая любовница Люка была высокой и обладала легкой худощавостью, которая свидетельствовала о том, что не так давно она была еще ребенком. Кимбер была всем, чего Люк хотел от жизни, и потерял. О да, в их свадебный вечер он сказал Алиссе, что никогда не чувствовал большего ни к одной женщине. Кто знает, может это говорило его сердце или он, со своей стороны, просто пытался заставить их брак работать?

Негодование по отношению к другой женщине вспыхнуло в ней и она заставила себя его проглотить.

- Входи.

Кимбер вплыла в палату, двигаясь настолько непринужденно, будто грация была у нее в крови.

- Мой брат попросил меня проверить твое состояние. Ты в порядке?

И заботливая к тому же. Наверное, она всегда улыбалась, делая минет, держала собственный сад, была девственницей до встречи с мужем и с нетерпением ждала собраний родительского комитета.

Алисса испустила судорожный вздох. Ей не следовало быть такой недоброй только потому, что ее собственная ненадежность подавляла ее. Она выглядела до безумия счастливой со своим мужем Диком и даже не рассматривала Люка в качестве любовника. Алисса осознавала, что корень проблемы крылся в ней самой.

- Прекрасно. Спасибо. Как твой брат?

Она закатила глаза.

- Как всегда “Мачо”. Всего полчаса назад, ему сделали операцию и извлекли пулю, а ему уже не терпится уйти. Идиот. Но с ним все будет хорошо.

- Он пришел, чтобы спасти меня, а ведь мог просто напросто оставить там, и не рисковать своей жизнью, и я всегда буду ему благодарна за это.

- Ха, Преподобный Хантер? Кимбер покачала головой.

- Нет, если где-то есть бесплатная возможность хапнуть адреналина, мой брат прибежит туда. Горит здание? Веселуха!

Очевидный сарказм заставил Алиссу улыбнуться. Она так и представляла себе Хантера, раздумывающего над тем, что вечер в аду был бы гораздо приятнее хип-хоп вечеринки.

- Эй, я тоже поддерживаю это наблюдение! - выступил Тайлер.

- О, да, - парировала Алисса.

- И мы обсудим это позже.

Выражение его лица подсказало ей, что она зря тратила свое время.

Кимбер повернулась к Тайлеру.

- Дашь нам минутку?

Алисса нахмурилась. Что может такого сказать бывшая женщина твоего мужа, чего не должен слышать Тайлер? Ее вышибала посмотрел сначала на одну женщину, потом перевел взгляд на другую, и пожал плечами.

- Конечно. Пойду попробую найти доктора, чтобы он осмотрел тебя, после чего мы смогли бы убраться отсюда.

- Спасибо, - пробормотала она, ее внимание сфокусировалось на Кимбер.

Женщина пересекла комнату и заняла кресло Тайлера, которое тот только что освободил, и крепко сжала руки на коленях.

- Я знаю, что я не очень желанная посетительница, и что это не мое дело, но я хотела бы поблагодарить тебя за то, что ты делаешь для Люка.

Алисса помедлила с ответом, обдумывая слова, только что сказанные Кимбер, и нахмурилась.

- Что я делаю? Не понимаю, что ты имеешь в виду.

- Ты знаешь… Выйти за него замуж и позволить играть в отца твоего ребенка.

- Несколько месяцев назад, он был так раздавлен, когда узнал, что я не беременна….когда он был еще с Диком и со мной. В течение многих лет Люк хотел иметь ребенка, и жил с пониманием того, что с ним такого никогда не случится, и это почти убивало его. Но ты дала ему эту возможность -

- Что?

У Люка не может быть детей? Это не могло быть правдой. Конечно же он не был бесплодным, она служила тому живым доказательством. Но манеры Кимбер заставили ее поверить, что та верит каждому своему слову.

- Это не так.

Кимбер подняла глаза, после чего послала ей улыбку полную жалости.

- Со мной, тебе не нужно притворяться. В течение почти двадцати лет, Люк знал, что у него не может быть детей. И несколько лет искал альтернативные методы, чтобы стать отцом. Именно поэтому он и был связан со мной и Диком. Ты должна знать, что он не любил меня. Он просто надеялся, что между нами тремя…..Ну что я забеременею от Дика, и таким образом, Люк может стать отцом.

Алисса моргнула. Затем еще раз моргнула. Дыхание остановилось. Так значит вот почему он был вовлечен в ménages? Люк искренне думал, что был бесплоден? О-о, мой…. Но можно ли верить Кимбер? Хотя, зачем ей лгать? Это означало, что Люк…”знал”, что она была беременна не от него. Тошнота подступила к горлу, и она защитным жестом положила свою руку на живот.

- Этот ребенок от Люка. Я могу…..

- Все хорошо.

Кимбер улыбнулась.

- Люк рассказал мне, насколько он благодарен тебе, что ты обратилась к нему, вместо того, чтобы пойти к Тайлеру. Я уверена, что легче было бы выйти замуж за настоящего отца ребенка, но Люк так сильно нуждался в этом.

- Он сказал тебе это? - повторила она оцепенело.

Он сказал Кимбер, что считает, что не может иметь детей, но не сообщил об этом своей беременной жене?

Боль ранила ее, словно в грудь воткнули нож. Предательство разрывало ей сердце. Это было так чертовски больно. Как он мог обманывать ее? Скрывать от нее такой колоссальный факт. С самого начала, как только они поженились, она знала, что что-то удерживало его, но даже если бы она спросила его об этом, он бы все равно отказался поделиться с ней. Черт побери! Как он мог жениться на ней, полагая что ребенок от другого мужчины, и так мастерски играть с ней? Как он мог так ошибаться? О Боже, ее сейчас стошнит.

Кимбер кивнула.

- Мы так рады за вас обоих. Сейчас, Люк кажется намного счастливее. Если честно, я чувствовала себя виноватой, когда мы с Диком решили пожениться и создать свою собственную семью. Но знание того, что ты даешь ему все, в чем он нуждается, делает нас безумно счастливыми и значит для нас очень многое. Люк - замечательный парень, и он станет самым лучшим отцом, о котором можно только мечтать. В этом я не сомневаюсь.

Точно. У Алиссы внезапно появились сомнения. Много сомнений. Первое, и самое главное, ему было наплевать на нее. Проклятье, она обнажила перед ним душу, рассказала самые болезненные и интимные вещи в ее жизни, отдала ему каждую частичку себя. А он отплатил ей обманом.

Слезы угрожали политься из глаз и она часто заморгала, стараясь сдержать их. До тех пор пока Кимбер не уйдет, чтобы погоревать в одиночестве.

Джошуа с ее матерью вбили ей в голову, что никому нельзя доверять, не важно насколько у вас тесная связь. Нежность Люка, горячий секс, ревность, его защитный инстинкт - все было ложью. Он это сделал, чтобы ввести ее в заблуждение и переманить на свою сторону.

Чертов ублюдок.

Постучал доктор, Тайлер маячил у него за спиной.

- Упс, теперь моя очередь выходить.

Кимбер вскочила со своего стула.

- Удачи. Позвони мне, если я тебе понадоблюсь. Мы можем обменяться детскими историями.

Хихикая, женщина вышла. Создавалось впечатление, что это не она только что запустила огромную бомбу, пошатнувшую всю жизнь Алиссы. Она знала, что Люк женился на ней только из-за возможности иметь ребенка. Она не имела ни малейшего понятия о том, что он считал, что ребенок принадлежит Тайлеру. Или кому-то другому. Его первая реакция на новость о ее беременности теперь обретала смысл.

И…..ты здесь потому, что это мое? Она слышала тень сомнения в его голосе и ничего не понимала, списывая со счетов тот факт, что она была шлюхой, трахающейся со всеми подряд. Он все еще должно быть верил в это. У него не заняло много времени изменить свое мнение о ней.

Лучший в жизни подарок на день рождения. «Я не хочу, чтобы ты звонила, когда родится ребенок. А я хочу принимать участие в жизни этого малыша. Я хочу проследить за каждым его шагом на пути…»

Она фыркнула. Теперь все обретало смысл. Если он думал, что не может иметь детей, то вполне мог принять чужого, как своего; даже если ценой этому был брак с фальшивыми чувствами к новой жене.

Подкатила новая волна тошноты. С самого начала и до конца этот брак был средством, чтобы убедить ее подарить ему ребенка. Он лгал ей каждым своим словом и прикосновением. А как же ревность? Всего лишь притворство, чтобы она поверила в то, что ему есть до нее дело. Или он просто не хотел, чтобы кто-то трогал женщину, которой он дал свое имя или подвергал опасности ребенка, которому он рассчитывал посвятить всего себя. По жизни ее использовали для разных целей, но еще никто и никогда не пользовался ее способностью производить на свет детей.

И почему-то она чувствовала, что это было худшим оскорблением из всех.


Глава 18

Люк вернулся в Лафайет на заходе солнца, прорвавшись через пробки и практически бросив свой внедорожник на парковке, он помчался через дверь, прямо к лестнице. Ему нужно было срочно увидеть Алиссу, убедиться, что с ней все в порядке.

Когда он получил звонок от Кимбер, его сердце пропустило удар, но затем возобновило свой ритм, угрожая прорвать грудную клетку. Примптон чуть живьем не поджарил ее? Слава Богу, что наконец-то поймали этого, преследующего ее, больного фанатика. Он знал, что тот спятил, но Люк даже не подозревал, что развод одного из последователей подведет другого к мысли об убийстве.

Теперь Алисса в безопасности. Люку нужно было убедиться в том, что ей не причинили ни малейшего вреда. Сказать ей как он любит ее.

В холле он неожиданно наткнулся на что-то, заставившее его споткнуться и чуть не упасть. Он посмотрел вниз. Его чемоданы. Запакованные. Что бы это могло значить?

Его слова канули в пустоту. Холодок прошелся по коже, отпихнув багаж с дороги, он бросился к лестнице.

- Алисса?

Без ответа.

Он пробежался по затемненному холлу и остановился в дверях гостиной. Она была внутри, сидела на кровати с распущенными длинными волосами. На пальце отсутствовало обручальное кольцо. Она была одета в большую серую футболку и смотрела в окно справа от себя. И выглядела такой далекой. Нет, скорее побежденной. Тревожная дрожь прошлась по его коже. Алисса была бойцом. Она выжила после таких потрясений, которых многие бы не вынесли. Она стала сильнее. Эта женщина, мысленно витающая где-то за окном…не была ей.

- Сладкая?

- Ты же умный человек, Люк, - произнесла она, даже не взглянув в его сторону.

- Я не хочу разбирательств. Просто возьми свои вещи и уходи.

Его внутренности скрутило в тугой ком. Дыхание прервалось. Шок от новости о том, что она была заперта в горящем здании и смогла выбраться только благодаря помощи Тайлера и Хантера заставила его так быстро добраться сюда. А она собиралась выгнать его? Сказать, что между ними все кончено?

- Не важно, что тебя расстроило сладкая, мы разберемся с этим. Прости, что не смог защитить тебя. Я приехал, чтобы проверить, что с тобой…Что заставило тебя запаковать мои чемоданы и…

- Я не хочу это обсуждать.

Люк пересек комнату, подошел к противоположной стороне кровати и присел на край, позади нее. Она продолжала смотреть мимо него в окно. Смятение росло, но он отодвинул его, концентрируясь на ней и беря в свои ладони ее руки. Они были холодными.

- Это касается обоих. Давай поговорим, вместо того, чтобы бороться. Ты расскажешь мне, что тебя беспокоит, и я положу этому конец. Если ты расстроена тем, что меня не было здесь в момент нападения на тебя Примптона, то, поверь мне, ничье разочарование не может сравниться по силе с моим.

Она покачала головой, наконец-то оторвавшись от созерцания окна и уткнувшись взглядом в колени.

- Ты выполнял свою работу. Мы обговорили заранее, что тебе нужно быть в Лос - Анджелесе для выполнения своих обязательств.

Тон ее голоса был мертвым. Когда солнечный свет скользнул по ее щекам, он заметил на них дорожки высохших слез. Это разрывало ему сердце. Кроме того, ее покрасневшие нос и глаза также свидетельствовали о том, что она сильно плакала. К настоящему моменту у нее уже не осталось эмоций. Это понимание заставило воздух покинуть его легкие. Отбрасывая страх назад, он сжал ее ладонь.

- На данный момент меня не волнуют мои обязательства по контракту. Меня волнует состояние своей жены.

Алисса зажмурилась и покачала головой, ее платиновые волосы разметались по плечам.

- Ты беспокоишься о ребенке.

- Конечно.

Почему это должно быть плохо?

Наконец, она посмотрела прямо на него. Ее ярость и решительность привели его в смятение, заставив сердце сжаться. Что, черт возьми, произошло после нападения? Каким-то образом Тайлер уговорил ее уйти от него?

- По крайней мере, ты хотя бы честен. Наконец-то, - усмехнулась она.

Какая-то часть его обрадовалась этому проявлению эмоций с ее стороны. Другая часть… Страх примешался к его настороженности. Он мог думать только об одной вещи, в которой он был наименее честен с ней.

О, Боже, пожалуйста, только не это.

- Что ты имеешь в виду?

Он выдавил из себя эти слова, услышав свой собственный дрогнувший голос.

- Я всего лишь говорю о том, что ты беспокоишься за ребенка. Просто раньше я и не подозревала, что твое беспокойство на этом и заканчивается. Ты всегда такой нежный и внимательный.

Она встряхнула головой, усмехнувшись.

- Я была настолько непроходимо глупой, что влюбилась. Продолжила доверять не тому мужчине.

Она только что отнесла его к одной категории с Джошуа? Пошло все нахрен, если это не заставило его желудок сжаться.

- Алисса…

- Мне следовало задавать больше вопросов о причинах твоего стремления жениться на мне.

Ее тон был резким, как удар плетью, и слышать его настолько чертовски близко убивало его.

- Я знала, что ты сделал мне предложение из-за ребенка. Но глубоко внутри, я надеялась, что ты заботился и обо мне тоже…Я даже представить себе не могла, что ты женился на мне, веря в то, что ребенок не может быть твоим.

Люк закрыл глаза, его мир рушился. Кто-то выдал ей его секрет, его позор. Кто-то дал ей эту информацию и позволил придти к наихудшим выводам. Только двое были посвящены в его тайну, но Дик никогда бы не выдал ее… что ж, он точно знал, кто раскрыл правду. С Кимбер он разберется позже. Сейчас ему нужно было убедить Алиссу в том, что его причины вступить в брак, оставаться в браке, касались и ее тоже, не только ребенка.

- Я прошу прощения, что не рассказал тебе… о состоянии своего здоровья. Тот факт, что ребенок наверняка не принадлежит мне, ничего не меняет. Я забочусь о тебе с такой же силой, как и о малыше.

Наконец, она обожгла его взглядом своих вспыхнувших синих глаз.

- Ты собираешься убедить меня в том, что я стала что-то значить для тебе с моменты нашей свадьбы?

Люк взял ее за плечи и пристально посмотрел в глаза.

- Ты имела для меня значение даже до брачной церемонии. Я ликовал, когда ты появилась в универмаге. Я бы готов рухнуть на колени, сказать что угодно, все, чтобы ты только поговорила со мной. Предложить тебе помолвку в ту ночь было большим счастьем, на которое я не смел даже надеяться.

Она закатила глаза.

- Прекрати! Будь честным! Я просто была решением проблемы твоего бесплодия. Вот что имело значение. Женщина, с которой тебе нравилось трахаться, была беременной. Аллилуйя! Я догадываюсь, что тот факт, что ребенок не был твоим, был наименее важной деталью твоего плана. Почему бы не обрушить на нее уйму обожания и не убедить выйти замуж? Почему бы не притвориться ее мужем и заставить ее вывернуть свою душу наизнанку? Она же всего лишь свиноматка.

Люк вздрогнул от такого количества обвинений. Ему нужно ответить ей быстро, чтобы разрешить ситуацию. Совершенно очевидно, он ранил ее сильнее, чем предполагал. Она чувствовала себя использованной. Он никогда не хотел, чтобы это произошло. Твою мать!

- Это не правда. Прости, что я не сказал тебе о своем бесплодии. Сейчас я жалею об этом больше, чем ты. Да, ты появилась в нужный момент, обернувшись решением моей проблемы, но я чувствую к тебе намного больше.

Он придвинулся к ней ближе, стремясь убедить ее в этом.

- Я скучал по тебе, когда мы были порознь. Быть вдали от тебя означало жить с пустотой в груди, которую только ты могла заполнить. Я бы мог только мечтать о том, чтобы ребенок принадлежал мне, но… обстоятельства против меня.

- Тогда скажи мне, Шерлок, чей это ребенок? Тайлера?

Было так легко соврать ей, но это неправильно.

- Я считал так поначалу. Я знаю о его чувствах к тебе. Его прикосновения выглядят интимнее дружеских… как будто он проделывал их тысячу раз. Но ты сказала, что вы не были любовниками и я, наконец, пришел к мысли о том, что ты не лжешь.

- Жаль, что у меня нет такой же уверенности по поводу тебя, - бросила она ему.

- Таким образом, к моменту нашей женитьбы, ты считал Тайлера успешным донором спермы. Но после того, как ты отмел его отцовскую кандидатуру, кому еще ты решил я отдалась? Случайному посетителю клуба?

Он взял ее лицо в ладони.

- Конечно, нет. Возможно, Питер изнасиловал тебя… ты просто не помнишь этого.

- Я помню все в совершенстве. Он не проникал в меня. Это твой ребенок.

- Его нападение было тяжелой травмой для тебя, - уклонился Люк.

Алисса вырвалась из его хватки.

- Я не блокировала эти воспоминания. Если я до сих пор помню запах хлорного отбеливателя на своих простынях и игрушечного мишку, уставившегося мне в лицо, когда Джошуа силой забирал мою девственность, то, я в состоянии запомнить факт совершения Питером изнасилования.

Милостивый Боже. Люк поборол в себе желание прижать ее к себе, его внутренности скручивались от ее слов. Она была так уверенна, что Питер не надругался над ней… Существовал ли реальный шанс того, что это он сделал ее беременной?

- Или? - бросила она.

- Что значит твое “или”?

- Или… доктор ошибся по поводу серьезности моего состояния.

- Кто-нибудь вручите этому человеку приз!

Она спрыгнула с кровати, отходя подальше от него.

Он схватил Алиссу и снова притянул к себе. Она боролась, пытаясь вырваться. Он держал ее твердо, но слишком сильно. Ему хотелось, чтобы она выслушала его, а не боялась.

- Боже, я бы все отдал за то, чтобы мой доктор ошибался. Как бы я был рад, зная, что маленькая жизнь внутри тебя создана нами обоими. Но мне сложно принять это как данность после стольких лет сомнений даже в мнимой возможности подобного.

Ее гнев сменился маской смирения.

- Я понимаю. Если врач говорит, что что-то является невозможным, ты ему веришь. Я бы тоже поверила. И я совсем не виню тебя за это.

Спасибо тебе, Господи. Возможно, они смогут разобраться с этой ситуацией.

Но затем она освободилась из его хватки и начала метаться по комнате, сжав кулачки и выкрикивая сквозь сжатые зубы: - Но я не могу вынести этот проклятый обман!

Ее поведение так и кричало, “Держись от меня подальше!” и Люк уважал это.

Попытки успокоить ее приведут к противоположному результату, а он хотел, чтобы она выпустила свой гнев. У нее определенно было на это право. Теперь он начал сомневаться в правильности принятых решений. Умалчивание правды свидетельствовало о его желании сохранить мир или о банальной трусости?

- Я могу только сказать, что новость о твоей беременности заставила меня захотеть тебя и этого ребенка настолько сильно, что я не могу даже подобрать слов, чтобы объяснить свое состояние. Каждый нерв в моем теле просто кричал от желания, сделать тебя моей навсегда. Я и подумать даже не мог, что раскрытие позорной правды сможет послужить чему-то еще, кроме того, чтобы разлучить нас.

- Правда разлучает нас.

С напряжением на лице она покачала головой. Слезы угрожали выступить на глазах, и Люк ненавидел то, что заставил ее почувствовать это.

- Когда мы поженились, для меня было достаточно осознания того факта, что ты отец моего ребенка. Моей любви хватало на двоих, и я надеялась, что когда-нибудь ты тоже меня полюбишь.

Она любила его? Всплеск бурной радости, которую он успел почувствовать, мгновенно исчез, заменившись чувством страха. Алисса говорила в прошедшем времени.

- Тебе не нужно надеяться, сладкая. Я люблю тебя. Я…

- Подходящее время, чтобы наконец-то это сказать. Ты серьезно думаешь, что тремя словами можно улучшить ситуацию?

Люк поднялся на ноги, проглатывая свой страх.

- Нет, я не поэтому их произнес. Я знаю, что должен доказать тебе свою любовь. Мне понадобится время. Но это правда и я счастлив, что высказал тебе, что я чувствую.

Алисса повернулась к нему спиной.

- Мне предполагается сразу тебе поверить?

У него не было простого ответа на это, кроме доверия - единственной хрупкой вещи между ними.

- Пожалуйста… клянусь. Я говорю тебе правду.

- Такая же правда, как та, что ты скормил мне, заставив меня поверить, что ты считаешь малыша своим?

Она усмехнулась.

- Это просто слова и они нихрена не значат.

- Не говори чепухи! С моей точки зрения они значат все.

Люк пропустил пальцы сквозь ее волосы. Как заставить ее увидеть то, что его чувства глубоки, широки и вечны?

- Мы поженились, потому что ты забеременела. И ты все еще беременна, а я все еще хочу быть мужем и отцом. Это мог бы быть обычный брак по расчету… но мы влюбились. Любовь, сладкая. Это слишком ценная вещь, чтобы просто ее выбросить. Мы должны объединиться и разобраться с нашим недопониманием, даже если это займет какое-то время.

- Это не просто недопонимание. Это ложь. Ты не можешь использовать эти три маленьких слова, в качестве чертова пластыря, чтобы прикрыть тот факт, что ты настолько мало меня уважаешь, что даже не считал ребенка своим. Ты скрыл важную информацию от меня, соблазнив своей заботой.

- Проклятье! Я забочусь о тебе! Ты вообще слышала меня? Я. Люблю. Тебя. Я даже никогда не знал, что значит это слово до встречи с тобой.

Алисса стрельнула в него недоверчивым взглядом.

- Ты любишь меня настолько сильно, скрыв от меня правду и даже не удосужившись поинтересоваться, не ошибся ли доктор с диагнозом и не мог ли ребенок принадлежать тебе?

- Вообще-то я записался на прием в пятницу в клинике Лос-Анджелеса для проведения повторных тестов. И я очень надеюсь, что малыш - мой.

- Этот новый доктор сообщит тебе уже известную для меня новость. У тебя могут быть дети. Я ни разу не сомневаюсь в том, что ты станешь невероятным отцом, и я никогда не отниму у тебя твоего ребенка. Он или она наполовину твой. Он будет знать кто его отец. Но остальное дерьмо не имеет значения. Для нас твоего внезапного признания “я тебя люблю” слишком мало. Слишком поздно. Прощай, Люк.

****

На следующий день после Дня Благодарения, Люк пялился на серое небо в окно, находясь в Техасе - родине ветров. Он полагал, ему было, за что быть благодарным. Невозможное чувство, когда он был неспособен ни на что, ужасная пустота внутри… пустота, которая могла быть заполнена только его женой. Но Алисса не разговаривала с ним. Совсем.

Он покинул их дом в Лафайете после их разговора, чтобы дать ей свободное пространство и время. В следующие двенадцать часов она поменяла все замки в доме и ресторане, также как и свои домашний и сотовые номера. На следующую ночь он ждал ее, притаившись рядом с Bonheur, как какой-то гребаный преследователь, пытаясь перехватить ее и проводить домой. Урвать хоть несколько минут с ней наедине, чтобы снова объяснить, как он любит ее и как сожалеет о случившемся.

Вместо этого, Тайлер проводил ее до машины, приобняв ее защитным жестом в тот момент, когда они заметили его рядом с ее машиной. Тайлер оттеснил его достаточно далеко, чтобы Алисса успела сбежать. Этот ублюдок получал за это деньги, несмотря на то, что у него был неважный удар справа. Но было уже слишком поздно обмениваться с женой парой слов.

Следующей ночью она позвонила ему из ресторана, чтобы повторить свою просьбу. Прежде, чем он успел сказать ей о том, как ему жаль, и как он любит ее, она повесила трубку.

Это произошло восемь длинных несчастливых дней назад. За неделю до этого он вернулся в Лос-Анджелес и закончил свою запись. Действуя на автопилоте, он и понятия не имел о том, какими вышли те эпизоды. Без сомнения его попросят их переснять.

А вчера он, наверняка испортил Дику и Кимбер День Благодарения. Им было, за что испытывать благодарность, они пригласили к себе всю семью Кимбер. Люк пытался затеряться в толпе, но Хантер следил за ним всезнающим взглядом, затем потряс головой и пробормотал, - Тупой придурок.

Его младший брат, Логан, был с ним согласен.

- Что-нибудь слышно от Алиссы? Кимбер подкралась к нему, выглядя настолько виноватой, что он не мог на нее сердиться. Она, наверное, считала, что раз Алисса является его женой, то он, к тому моменту, уже должен был признаться ей в своем состоянии.

- Нет.

- Мне так…

- Я знаю.

Люк больше не мог слушать ее извинения. Это только напоминало ему о своем неправильном поведение, и она ни черта не могла помочь ему. Он прижал задние части ладоней к своим глазам.

- Почему я ничему не научился с первого раза? Будучи моим кузеном, Дик, кроме того, является еще и лучшим другом. Я тоже скрывал от него правду. Это чуть не стоило нам дружбы. И я до сих пор, блять, ничему не научился. Я так хотел ее и этого ребенка…

Он вздохнул.

- И где я только научился манерам.

- Но ты же тоже подозревал ее во лжи? По поводу отцовства ребенка?

- О, да. И в свое время я сильно пожалел о своем обмане. Но… черт возьми, злом зла не поправишь.

- Верно.

Кимбер вздохнула.

- И что ты намерен делать? Я еще никогда не видела тебя таким несчастным.

- Знаешь, осталось еще несколько вещей, способных привести меня в восторг. Год назад я и помыслить не мог, что шоу, о котором я мечтал, станет реальностью моей жизни. Это все, для чего я работал, ради чего я часами готовил одно и то же блюдо по десять раз на дню, меняя один единственный ингредиент, чтобы проверить смогу ли я улучшить рецепт. Это одна из причин, почему я так гнул свою спину над собственным имиджем и откладывал наиболее удачные кулинарные книги. Я хотел получить эту возможность, чтобы поделиться с утонченными гурманами своей изощренной южной стряпней.

- Я уверена, шоу будет замечательным. Твоя индивидуальность завоюет зрителей. Я просто знаю это.

Он пожал плечами.

- Может быть. Фишка в том, что я не уверен, что мне еще есть до этого дело.

Кимбер сжала его ладони.

- Ты просто расстроен. Боже, если бы я только знала заранее, чем все обернется.

- Не вини себя в моем проступке. Если бы я не женился на ней, имея в запасе такой секрет, я бы не попал в такую ситуацию.

- Я знаю, тебе сейчас больно, но ведь остались еще на свете вещи, за которые стоит быть благодарным. Ты снова полюбишь свое шоу, когда эмоции поутихнут. У тебя есть семья и друзья, замечательный дом и огромный талант. И ты здоров.

Здоровье. Люк горько усмехнулся. Когда-то у него было больше, чем это.

- Доктор Кимджин позвонил мне сегодня утром.

В комнату вошел Дик, встав за стулом своей жены, он привычным движением положил ей на плечо руку.

- Это тот самый доктор, который проверял тебя на прошлой неделе в Лос-Анджелесе?

Люк кивнул. Слова доктора все еще звучали в его ушах.

- И?

- По его словам, возможность Алиссы забеременеть от меня не являлась полностью невозможной. Он назвал ее маловероятной. Очевидно, что за прошедшие 9 лет, мое тело немного излечилось, и активность семени возросла, увеличив шансы на оплодотворение. Хотя он и был удивлен тем, что у нас получилось зачать ребенка без помощи специальных препаратов или хирургического вмешательства. Он подтвердил мои догадки: Вполне возможно, что ребенок мой. В действительности я и сам уже в этом уверен.

- Это же круто, мужик! - отозвался Дик.

- Просто ВАУ.

- Доктор Кимджин сказал, что, не доведя до меня информацию о том, что я могу излечиться, мой лечащий врач, оказал мне медвежью услугу.

- И, если я правильно понимаю, он тебе ничего не сказал? - спросил кузен.

- Ни единого слова. Я чертовски жалею о том, что не проверялся у другого доктора.

- Но теперь ты знаешь об этом.

Выражение лица Кимбер смягчилось.

- Собираешься рассказать Алиссе?

Люк хмыкнул.

- Как? Она поменяла все замки и телефонные номера. Даже аккаунт своей электронной почты. Она не увидит меня и не поговорит со мной. Будучи преданной самым страшным образом в столь юном возрасте и пережив это, я не удивлен, что она не хочет иметь ничего общего с человеком, в котором видит предателя.

- Но ты любишь ее, - заспорила Кимбер.

Да, он любит. Настолько, что осознает, что никогда не будет цельным без нее. Но его чувства ни черта не изменят.

И тут раздался звонок в дверь, Кимбер вскочила.

- Я открою.

Воспользовавшись ее отсутствием, Дик произнес.

- Мужик, ты должен все исправить. Иди к ней. Чем дольше ты держишься в отдалении, тем проще ей убедить себя в своей правоте и во всем произошедшем с вами дерьме.

Люк резко встал на ноги.

- Какого хрена ты хочешь от меня? Последний раз, когда я был здесь, мне пришло практически преследовать ее, чтобы взглянуть ей в лицо. Я даже не смог поговорить с ней.

Дик почесал заднюю сторону шеи.

- А ты пробовал отправлять ей цветы?

Принимая во внимание тот факт, что он из вежливости подарил ей цветы после одной проведенной вместе ночи, в которую предполагалось разделить ее с Диком?

- Она воспримет это, как пинок под зад, а не как романтический жест. Кроме того, я объяснился ей в любви. Я не уверен, что она сомневается в ней также же сильно, как в том, что я люблю ее больше, чем нашего малыша.

- Ты сделал что?

Брови Дика взмыли вверх, без слов выражая его шок.

Люк кивнул без колебаний.

- Последние несколько лет, я чувствовал, что в моей жизни чего-то не хватает, но никак не мог понять чего именно. Потом я понял, что мне не хватает радости отцовства… единственной вещи, которую я не смогу испытать. После звонка доктору Кимджину, я пытался понять, почему не был более благодарным, более свободным. Все эти годы я провел, считая, что возможность отцовства сделает меня цельным. Это заложено в человеческой природе: желать то, что невозможно получить.

- Но в итоге, ты все-таки понял, что тебе не хватает кого-то важного рядом, того, с кем можно разделить свою жизнь.

Дик не спрашивал, он знал.

- Ага, представляешь, каким непроходимо тупым я могу быть? Отцовство будет замечательным, и я всегда буду любить этого малыша всем своим сердцем. Но его мать я буду любить до самой смерти, и меня просто убивает то, что я не могу увидеть ее хотя бы еще один раз, чтобы сказать, что она все для меня. Человек, которого я искал всю свою жизнь, но просто не знал об этом.

- Люк, кое-кто ждет тебя у двери…, - мягко произнесла Кимбер и закусила губу.

- Я пыталась сказать им, что ты занят, но…они настаивают на разговоре с тобой.

- Репортер?

Она отвела взгляд в сторону.

- Нет.

Люк чувствовал беспокойство, покидая кухню и направляясь к входной двери. Казалось, преодолеть это небольшое расстояние заняло целую вечность, он боялся того, что ждало его в конце. Если бы это было простой доставкой, Кимбер бы прекрасно справилась сама. Проклятье, она бы встретила его взгляд, когда он посмотрел на нее.

Добравшись до двери, его движения ощутимо замедлились, хотя сердце работало на полную катушку, словно вместо него у Люка был турбодвигатель. Наконец, он распахнул дверь и уставился на чисто выбритого мужчину, лет под сорок, в деловом костюме. Выражение на лице мужчины было чем-то средним между деловитостью и мрачностью.

Люк сглотнул.

- Вы Люк Траверсон? спросил мужчина.

Люк смог только кивнуть, не найдя слов.

- Я принес вам кое-какие документы. Пожалуйста, распишитесь здесь. Он протянул Люку дощечку для росписи.

Документы. Зловеще. Он боялся, что знал, о каких документах идет речь. Боже, он даже не мог думать о них, не то, что принять их.

Тряхнув головой, Люк отступил назад.

- Какие документы?

- Я не владею данной информацией, сэр. Моя работа состоит в том, чтобы доставить их.

- Нет.

Люк не хотел знать, что было внутри толстого белого конверта, который был зажат в руке мужчины.

- Сэр, вы должны взять документы.

Люк не мог установить контроль над своим дыханием. Его сердце неслось, запинаясь. Он потряс головой. Дик подошел к нему сзади и хлопнул по плечу.

- Распишись, друг. Мы справимся, что бы это ни было. Я обещаю.

Сможет ли Дик исполнить свое обещание? Люк не был уверен, что он с этим справится.

- Сэр, пожалуйста.

Посыльный вновь протянул в его сторону дощечку для росписи.

- Все в порядке, - прошептал Дик ему на ухо.

Нет, не в порядке. Но от того, что он спрячет голову в песок, проблема не решится. Черт возьми. Онемевшими пальцами, он схватил доску и ручку

- Распишитесь здесь.

Указал мужчина.

Сердце Люка упало, когда он расписался и принял большой белый конверт. Каким-то образом он понимал, что его жизнь кончена. Он едва мог слышать, как Дик пробормотал что-то вежливое и закрыл дверь. Дик схватил его за локоть и рывком поднял вверх.

- Давай вернемся на кухню и присядем.

Люк был слишком ошеломлен, чтобы понять, что он стоял на коленях. В буквальном смысле.

Когда он вновь встал на ноги, Дик повел его обратно в кресло.

Угол конверта порезал его ладонь, и чувство, что он все потерял, прошло через его кровь, как яд. Жалость на лице Кимбер была как стрела в грудь. Они все знали, что он знал. Люк закрыл глаза, боль уничтожала его по кусочку раз за разом.

Наконец, он покачнулся в своем кресле. Дик встал рядом с ним.

- Открой.

- Нет. Это может причинить чертовски много боли.

- Это может быть что-то из сети.

Люк потряс головой.

- Сначала они бы связались с моим агентом.

- Может быть, это письменный отчет от доктора Кимджина.

- Он только сегодня утром получил результаты. Кроме того, почему бы не отправить их по факсу?

- Ты все еще должен открыть его, - скрипучий голос Дика раздражал его мозг.

- Черт, а ты бы открыл его, если бы был на моем месте? Если ты был уверен, что в конверте конец твоего брака и счастья, ты действительно просто заглянешь в него, как в любую другую почту?

Дик бросил взгляд на свою жену. Лицо его кузена было наполнено любовью, и Люку было почти больно видеть их такими счастливыми. Он хотел лучшего для них, но если даже, чертов Дик понял, как много Кимбер значит для него и он хочет разделить жизнь с ней, то Люк хотел знать, почему, черт возьми, он не понял раньше, что он мечтал о том же самом с Алиссой. То, что он хотел всего этого с ней.

- Я, наверное, опрокинул бы бутылку Джека сначала, но посмотрел бы в лицо реальности. Люк, которого я знаю, тоже.

Люк усмехнулся, стараясь сдержать слезы страха. Это ему не удалось. Капельки собрались в задней части глаз. Его горло сжалось.

- Я ненавижу Джек Дэниелс.

- Ну, так как ты давно здесь не бывал, то мы не держали твое любимое Каберне Совиньон под рукой. Либо Джек, либо трезвый.

- Черт. Он судорожно вздохнул и схватил конверт.

- Трезвый.

С ужасом в сердце, Люк поддел пальцами запечатанный лоскут на толстом конверте и разорвал его. Его пальцы дрожали, когда он достал толстые документа изнутри. Огромные слова рукописного шрифта бросились в глаза, нанося удар ему в сердце. Это было окончанием его надежд на счастье навсегда.

- Что там сказано? - прошептала Кимбер.

Он сглотнул, но его голос оставался скрипучим и нечетким, когда он прочитал.

- Заявление на расторжение брака.


Глава 19

С усталым вздохом Алисса зашла домой, избегая смотреть на безымянный палец, свободный от обручального кольца, и мыслей о том, что это означало. Она взглянула на часы. Почти час ночи, к этому времени Люк уже должен был получить бумаги по аннулированию их брака, скорее всего, так и произошло несколько часов назад.

Сегодня вечером, она ожидала, что он позвонит в Bonheur, и потребует от нее, чтобы она поговорила с ним. Но никто не позвонил. И не ждал ее на дороге по пути домой. Никто.

Грызя уже потрепанный ноготь, она удивлялась тому, что бы это могло значить. Он появится на бракоразводном процессе и дарует ей свободу, сделав вид, будто его никогда и не существовало? Она надеялась, что именно так все и будет. Ну, или что-то вроде того. Ведь это именно то, что она должна была хотеть. Он обманул ее, и, возможно не заботился о ней так, как она заботилась о нем.

Одаряя ее своим “отсутствием заботы” Люк заставлял ее почувствовать себя особенной, но у нее не было совершенно никакой возможности проверить, была ли его нежность притворством. Она не хотела слепо верить ему, а потом в один прекрасный день проснуться и слишком поздно выяснить, что доверилась человеку, который разрушит ее мир и ударит ножом в сердце. Кто-то, как Джошуа.

Рассказать Люку о своем прошлом было своего рода очищением. Несмотря на все сложности, это только сблизило их еще больше. Тот факт, что она недооценила ситуацию, только еще сильнее убедило ее в том, что нужно со всем заканчивать. Если она останется, то будет погружаться все глубже, а такая ошибка могла оказаться катастрофической. Хоть это и было чертовски больно, но это был лучший выбор. Ну, или когда-нибудь точно так и будет.

Но сейчас, дышать, и передвигать ноги было настоящим адом. Алисса давно уже нормально не питалась, все те крошки, которые ей удавалось проглотить, предназначались ребенку. А сон… она не могла спать без Люка за спиной, такого горячего и всегда защищающего. Алисса понимала, что совсем не жалеет свои силы, пытаясь одновременно поднять ресторан, договориться со страховыми агентами и подрядчиками, для восстановления Сексуальных Сирен… все это время стараясь не думать о Люке. Но жизнь внутри нее, служила постоянным напоминанием о ее муже. Даже без малыша, она вряд ли смогла бы когда-нибудь забыть о нем.

Заперев входную дверь, она включила лампу, освещающую лестницу. Стук ее каблуков по твердому деревянному покрытию раздавался в затемненной прихожей. Она внезапно вспомнила, что когда вошла в дом, не сработала сигнализация. Неужели она забыла установить ее утром? И дверь ее спальни была закрыта. Алисса нахмурилась. Отсутствие сна и питания, должно быть, аукнулись на ней. Ведь не зря другие женщины рассказывали ей, что беременность делает их рассеянными и забывчивыми. И, тем не менее, она никогда не закрывала дверь спальни, когда уходила. Потому как всегда хотела знать, что или кто ждет ее в своей комнате, прежде чем она входила в дом. Ситуация с Джошуа научила ее поступать таким образом.

Может быть, Люк ждал ее за дверью? Только он обладал способностью плавить ее защиту своими сюрпризами.

Подобная возможность взволновала ее. Их браку пришел конец, но она солжет сама себе, если не признается в том, что скучает по нему каждую минуту. Она не была уверена в том, как он смог бы попасть в дом. Она сменила все замки. Но, с другой стороны, она знала Джека и Хантера, уж они то, смогли бы пробраться даже в зону 51, находящуюся в Форт Ноксе, окруженную Белым Домом.

С тяжелым вздохом и тугим узлом в животе, Алисса толкнула дверь спальни, в надежде увидеть, что Люк украсил ее, как для фантастического медового месяца. Но нет. Вместо этого к столбикам кровати в каждом углу были привязаны веревки с петлями на концах, предназначенные для запястий и лодыжек. У нее перехватило дыхание, желчь подступила к горлу.

Моргнув и вдохнув немного воздуха в легкие, Алисса в ужасе уставилась на произошедшие изменения в ее спальне. Какого черта? Люк, как никто другой, знал, что она не выносит связывание. Какого хрена он хочет заставить ее пройти через это? Доказать, что она может ему доверять? Если он хотел перемирия, то угроза привязывания ее к постели не была тем самым способом, благодаря которому она могла бы дать их браку второй шанс.

Внутри нее зарождалась ярость. Где этот сукин сын? В ванной? Уборной? Спрятался, потому что знал, что она живьем снимет с него шкуру за все это дерьмо?

Когда она повернулась в сторону ванной, кислота почти капала с ее языка. А потом, она увидела того, кто ждал ее. Человек, прислонившийся к стене, без пиджака и с ослабленным галстуком, порочно улыбнулся. Это был не Люк.

Она закричала.

****

Люк остановился перед домом, в котором он жил с Алиссой. Припарковался. Пристально посмотрел в окно. В гостиной мерцал слабый свет лампы. Проклятье. Откроет ли она дверь такой поздней ночью?

Всю дорогу он спрашивал себя тысячу раз, его мысли бесконечно вращались по спирали и всегда возвращались к одному и тому же выводу: Он должен поговорить с ней лицом к лицу, попытаться заключить перемирие. Он не отпустит Алиссу без борьбы. Каким-то образом ему нужно было убедить ее поверить в его любовь и в то, что он никогда не предаст ее снова. Вооруженный этим убеждением, он заглушил машину и вышел в холодную ветреную ноябрьскую ночь. Подойдя к двери, он почувствовал, как вспотели его ладони.

Слабый женский крик ужаса прорезал ночь. Этот звук обжег его, спустившись по спине. Точно не из телевизора. Крик была настоящим, человеческим… и знакомым.

Алисса!

Подбежав к двери, он ухватился за ручку и потянул за нее. Но она была заперта.

- Блять!

Окна? Другая дверь? Он знал, что все заперто. Джек хорошо оборудовал ее дом. В таком случае напрашивался вопрос: Кто добрался до нее и как они пробрались внутрь? Позже. Сейчас нет времени беспокоиться о деталях. Люку тоже нужно было каким-то образом попасть внутрь. Ему нужно принять решение. Быстро. Или Алисса может погибнуть.

Вызов 911 был первым логическим выходом… не принимая в расчет то, что Реми недостаточно хорошо выполнял свою работу и не имел нужного оборудования, для взлома. Звонок Тайлеру был более подходящей идеей. Отстегивая телефон от пояса, он сделал быстрый набор, чувствуя облегчение от того, что скопировал с телефона Алиссы все номера.

Тайлер ответил сразу после второго гудка.

- Что?

- Это Алисса. Кто-то в ее доме. Я слышал ее крики, но не могу попасть внутрь, так как она поменяла замки.

- Не пытайся обмануть меня, чтобы увидеть ее снова.

- Клянусь Богом.

Затем Алисса вновь громко закричала.

- Вот дерьмо! - выругался ее телохранитель, его поведение изменилось.

- Самое ближайшее, я смогу приехать только через десять минут. Попади в дом и разберись со всем до моего прихода. Встретимся внутри.

- Как?

Они теряли время. С каждой потерянной секундой у Алиссы оставалось меньше шансов избежать повреждений.

- Пройди в ворота с другой стороны дома. На заднем дворе, есть дверь, ведущая в гараж. Справа от нее ты увидишь куст падуба. За ним должна быть небольшая жестяная банка. Она наполовину закопана.

Люк обежал вокруг дома и оказался прямо под окном Алиссы. Он слова услышал ее крик, звук пробрал его до костей, наполнив страхом. Почему он просто не может снести к чертям эту гребаную дверь и спасти ее? Проклятье, он нуждался в ее присутствии в своей жизни.

- Чертовски темно, чтобы что-то разглядеть.

Опасность все возрастала, он бегом вернулся к машине и вытащил оттуда запасной фонарь. Затем достал полуавтоматический пистолет и заправил его за пояс джинсов. Небольшая предосторожность… на всякий случай. Секунды возвращения к задней двери, казалось, тянулись вечность, но он быстро нашел жестянку, достал ключ и вставил в замок.

- Я в гараже.

Спертый воздух был пыльным, с намеком на слабый запах злаков. Люк не осмеливался включить свет, но он и так знал здесь каждый угол.

- Закрой и запри дверь за собой, на случай, если противник работает не один. Нам не нужно, чтобы о твоем присутствии кто-то догадался. Пока что. Они могут убить ее прежде, чем ты успеешь ее спасти.

- Понял, - ответил он, выполняя инструкции.

Обойдя по краю оборудование для стрижки лужайки и ее маленький автомобиль с откидным верхом, он незаметно подошел к двери, ведущей в логово.

- Стою перед дверью в дом.

- Ты не можешь ее использовать. Она должна быть заперта, и я не знаю, где Алисса хранит ключи. Если ты ее откроешь, то сработает сигнализация и предупредит злоумышленников. Тебе нужно пробраться через чердак.

Люк скользнул обратно, обойдя машину Алиссы, и забрался на чердак по веревочной лестнице, свисающей с потолка. По мере своего продвижения наверх, он освещал себе путь фонариком. Попав внутрь, он нашел коробку с рождественскими игрушками, пачку тщательно собранных налоговых квитанций, сложенных в хронологическом порядке и больше ничего. Пусто. Нетерпение и страх подгоняли него.

- Я вижу две маленьких двери. Они ведут к полупроходным техническим каналам?

- Именно. Никогда не думал, что помощь с починкой кабеля когда-нибудь может пригодиться. Тайлер пытался пошутить, но шутка вышла неважная.

- Кажется, одна из них проходит прямо над гостиной.

- Точно. Тебе нужна та, что справа. Когда попадешь в проход, он постепенно расширится. Выход только в конце, в коридоре, сразу за ее спальней.

- Я знаю, где он.

Он заметил его однажды, пересекая прихожую.

Люк пробрался через дверь, и передвигаясь на четвереньках, стал карабкаться по стропилам дома.

- Это займет всего несколько минут. Проход длинный и узкий, но зато твое появление окажется для них сюрпризом.

Каждая секунда, отделяющая ее от Люка раздражала его, но он был согласен с тем, что это был лучший план, имеющийся у них в наличии.

- Есть какие-нибудь идеи, с кем, черт возьми, мы имеем дело? спросил Тайлер.

- Понятия не имею.

- Питер был экстрадирован в штат Флорида. И сейчас он ожидает решение суда за попытку изнасилования, так что это не он. Но, блять, Примтон вышел под залог.

- Ты думаешь, что он настолько глуп?

- Он слишком приставучий. И у него не все в порядке с головой.

Люк не мог не согласиться с этим.

Тайлер вздохнул.

- Мне следует сказать тебе кое-что еще, на случай если этот ублюдок станет нашей проблемой. Ты, наверное, уже догадался, что я не телохранитель по найму.

- Да.

Все внутренности Люка сжались. О чем, черт возьми, говорил этот человек?

- Я родом из Калифорнии, из родного штата Алиссы.

Дерьмо. Люку это не понравилось.

- Чем ты, блять, раньше занимался?

- Раньше, я был заместителем уголовной полиции в Лос-Анджелесе. Теперь я частный детектив. В конце августа, я был нанят одним богатым мерзавцем, чтобы найти Алиссу. Он дал мне ее детскую фотографию, и сказал, что она скрывается где-то в Лафайетте. И тот гад, сказал мне, что это была его сестра.

По телу Люка пробежал холодок.

- Джошуа.

- Да, он.

- Почему ты раньше не рассказал мне об этом? Или ей?

- Чтобы она полностью вычеркнула меня из своей жизни? Нет. Я думал, что ситуация была под контролем.

- Так ты думаешь, что Джошуа может быть внутри?

- Я не знаю.

Он вздохнул.

- Как только я нашел ему Алиссу, он перевел на мой счет кругленькую сумму. Я прилетел в Лос-Анджелес, чтобы предоставить ему полную информацию и доказательства в виде фотографий. И этот сукин сын начал задавать мне кучу вопросов: есть ли у нее муж или любовник, трахал ли я ее, или может быть был в курсе, кто мог ее трахать. Этот человек был просто одержим.

Кишки Люка завязались в один тугой узел.

- Черт возьми, а мы все думали, что Примптон был угрозой.

- Член совета, конечно, будет расстроен, но я не думаю, что он жаждет увеличить себе срок подобной выходкой. Ты уже почти выбрался?

- Тут тесно, но я уже близко.

- Я через пять минут подъеду.

Да, сейчас бы присутствие Тайлера было огромным облегчением.

- И после того, как ты выяснил, каким ублюдком был Джошуа, ты остался в Лафайетте, чтобы защитить Алиссу?

- Да, я не мог нарушить конфиденциальность своего клиента и рассказать ей правду, не рискуя лицензией. Все, что я знал, это то, что он всего лишь хотел выяснить ее местонахождение и дрочить на ее фотки каждую ночь. Когда дела разыгрались не на шутку, и кто-то начал запугивать и преследовать Алиссу, я начал звонить своим приятелям, чтобы проверить и убедиться в том, что ублюдок все еще в Лос-Анджелесе. Я сделал все, что от меня зависело, чтобы не спускать с нее глаз. Было бы чертовски проще защитить ее, если бы я стал ее любовником. Защита 24 на 7.

Ревность ударила в Люка.

- Ведь это не единственная твоя причина.

- О, черт, нет. Я был влюблен в твою жену почти с самого первого дня, как только увидел ее.

Он вздохнул.

- Но ее сердце было занято тобой. У меня никогда не было шанса.

- Ты не однажды заставил меня поверить в то, что ты трахал ее.

- Своими действиями я пытался вывести тебя из себя, чтобы ты ушел и дал мне шанс. Но ты был слишком упорным, черт побери.

Таким образом, правда всплыла на поверхность. Тайлер еще ни разу не спал с его женой. Алисса не обманывала его. Люк стиснул зубы. Он был так чертовски глуп, когда позволил своей ревности выйти из-под контроля.

- Это не значит, что я отпущу ее сейчас, - поклялся он.

- Выходное отверстие находится прямо передо мной. Оно спускается с потолка. Мне просто толкнуть его и спрыгнуть на лестницу?

- Ага, но тебе нужно действовать очень тихо. Деревянные ступеньки громко заскрипят, если ты не будешь осторожен.

Алисса снова закричала, на этот раз раздался четкий, жалобный вопль.

- Нет! Не прикасайся ко мне!

- Ты слышишь это? - проворчал Люк вполголоса.

- У меня нет времени на промедление.

- У тебя нет выбора. Три часа назад мне позвонил мой старый приятель и сообщил, что Джошуа покинул Лос-Анджелес еще несколько недель назад.

- Несколько недель?

Тайлер вздохнул.

- Я не думал, что после стольких месяцев тишины он вдруг сдвинется с места. Я давно не проверял его… Мой косяк, знаю. В любом случае, Джошуа сказал своей жене, что уехал по делам в Лондон, но в Управлении Транспортной Безопасности сообщили, что он никогда не покидал страну… Если это он находится в спальне Алисы, то захочет “повеселиться” на славу. У него больше десяти лет, стоял на Алиссу. Если он захочет убить ее, то не станет делать это быстро. Вдохни поглубже, и постарайся найти хоть немного гребаного терпения.

Слова Тайлера мучили его. Тревога разрывала его на части. Но он постарался справиться с ней, потому как частный детектив был прав.

- У тебя есть хоть что-нибудь, чтобы справиться с ним? Какое-нибудь оружие? спросил Тайлер.

- У меня есть лицензия на ношение оружия в штате Техас, поэтому я всегда вожу его в своей машине. И именно сейчас, он заткнут за мой пояс.

- Это не совсем законно, Трэверсон.

- У меня на уме кое-что похуже, чем технические особенности оружия.

- Заметано. Сейчас мы должны закончить этот разговор. Потому как тебе понадобятся обе руки, чтобы опустить лестницу, и будь очень внимателен, как только ты откроешь люк, он может услышать тебя.

- Да.

Люк схватился за телефон, пытаясь успокоить свое сбивчивое дыхание, и бешено бьющееся сердце. И он должен сделать это. Он должен спасти Алиссу, иначе он просто не сможет жить без нее.

Дик сделал многое для того, чтобы Люк был в отличной физической форме. Рукопашный бой, каратэ, стрельба по мишеням….. Но факт оставался фактом, Люк был всего лишь шеф-поваром, и, кроме как помочь Тайлеру разоружить Питера в офисе Алиссы, Люку никогда не приходилось участвовать в чем-либо подобном и спасать кого-то, особенно того, кого он безумно любил и в ком нуждался настолько, что без этого человека его следующий вдох не имел для него значения.

- Ты сможешь сделать это, - уверенно сказал Тайлер.

- Веди себя спокойно и тихо. Используй элемент неожиданности, если сможешь. Если нет, то просто ударь этого ублюдка по голове. Сейчас я звоню Реми. Подмога будет у тебя, менее чем через пять минут. Делай все возможное, чтобы сохранить ей жизнь, а об остальном мы позаботимся.

- Спасибо.

Люк мог быть не настолько тренированным как Тайлер, но будь он проклят, если позволит, кому бы то ни было убить свою жену. И если это будет Джошуа… Люк будет, блять, просто счастлив изгнать этого демона…для нее, ради лучшего будущего.

****

Алисса моргнула. И еще раз моргнула. Ее худший кошмар снова вернулся в ее жизнь - и теперь стоял в ее спальне.

- Привет, Линдси. Хотя сейчас, я думаю, мне стоит называть тебя “шлюха”.

Бежать! Ее мозг не мог заставить повиноваться ее тело, потому как находился в состоянии шока. Она отступила на шаг назад, и когда она закричала, страх сковал ее легкие.

- Заткнись немедленно. Я и так потратил кучу времени, чтобы найти тебя. Почти десять лет. И теперь, когда у меня это получилось, время напомнить тебе, кому ты принадлежишь. И да, веревки я приготовил для тебя. Вспомним старые добрые времена.

Ее тело било дрожью. Но когда она увидел нож с черной рукояткой в его руке, выглядящий так, будто бы он был способен отнять все, что ей принадлежит, ее мир рухнул.

- Ты преследовал меня? Не Примптон?

В его глазах искрилось зло.

- Мне нравилось пугать тебя всеми этими записками. А разгромив твою спальню, я испытал огромное удовольствие. Но ты не была напугана настолько сильно, как мне того хотелось. И честно сказать, сейчас, я немного смущен и расстроен, что ты уже не та скромная девственница, Линдси.

Нет, она больше не невинна. Но в тот момент, она снова почувствовала себя пятнадцатилетней девочкой, чей лучший друг стал ее худшим кошмаром, причиной огромной боли, насильно лишая ее невинности с каждым последующим грубым проникновением.

- Не делай этого, Джошуа, - умоляюще произнесла она, готовая на все, чтобы сохранить жизнь своему еще не родившемуся ребенку.

- Ах, так ты еще помнишь, как меня зовут. Просто прекрасно, что ты не забыла имя своего первого любовника. Давай посмотрим, что еще ты помнишь.

- Ты собираешься убить меня.

Это был не вопрос. Она уже знала ответ.

Он ответил без колебаний.

- Я подумаю. Возможно, я сохраню тебе жизнь, но мне не нравится идея делить тебя с шеф-поваром, за которого ты вышла замуж. И, кроме того, моя жена ненавидит мои… маленькие игрушки.

Его жена? Она вздрогнула. То, что он задумал, уже само по себе было ужасным, но предать свадебные клятвы? Было не похоже, чтобы он делал это впервые.

Глаза Джошуа загорелись обещанием причинить боль, когда он шагнул к ней с ехидной улыбкой на лице. Она попятилась.

- Оставь меня в покое.

- Я не могу этого сделать. После того, как ты исчезла, я стал посмешищем среди своих друзей. Они высмеивали меня, говорили, что ты настолько сильно не хотела трахаться со мной, что убежала из дома.

Так и было! Но с ее стороны было бы неразумно, подтверждать произнесенные им слова.

- Я задавался вопросом, были ли правы мои друзья. Возможно сначала, тебе было немного больно, ведь ты была девственницей, но согласись, что трахался я хорошо.

Неужели он думал, что в мучениях и анальный кровотечениях не было ничего плохого?

- Это все в прошлом. Теперь между нами ничего нет, Джошуа.

- Я, тот, кто решает - есть между нами что-то или нет. Когда ты уехала, ты не спросила моего разрешения. Ты отдавала свое тело другим мужчинам. Вышла замуж.

Он плотно сжал губы.

- Это было очень неблагоразумно с твоей стороны, но к счастью, это временно.

Он намекал на угрозу, и ее гнев вырвался на поверхность, отодвигая в сторону страх.

- Не смей трогать Люка!

- Он следующий на повестке дня. Теперь будь хорошей стриптизершей, кем ты собственно и являешься, и снимай свою одежду.

Время для разговоров вышло. Приняв решение однажды, Джошуа ни перед чем не остановится. Он мог быть методичным и терпеливым, если считал, что игра стоит свеч. В остальное время он был жадным ублюдком, требуя желаемого.

Алисса не хотела играть в его игры. Она должна найти способ защитить себя и оказаться по ту сторону двери. Но если она развернется и побежит, он поймает ее. Ведь на ней были туфли на шпильке, а он был звездой по легкой атлетике в школе. Не вариант. По сравнении с ним, ее шансы выбраться отсюда, были равны нулю.

Пятясь назад по направлению к двери, она рискнула кинуть взгляд через плечо. Первая вещь, попавшая в поле ее зрения, была блестящей и серебряной, она по собственному опыту знала, что та была еще и тяжелой. Спасибо тебе, Люк, за свадебный подарок.

Повернувшись обратно к Джошуа, она сделала резкий выпад, хватая рамку для фотографий. Как и ожидалось, Джошуа бросился к ней. Но она была к этому готова, поэтому ударила со всей силы подскочившего Джошуа в лицо тяжелой фоторамкой.

Схватившись за правый глаз, он, пошатываясь, отступил назад к стене.

- Сучка! Ты, блять, заплатишь за это. Ты и понятия не имеешь о том, как много я узнал о великолепном искусстве причинения адской боли за прошедшие четырнадцать лет. Но я с превеликим удовольствие тебе его продемонстрирую.

Алисса не стала дослушивать его отвратительную тираду. Она сбросила туфли и кинулась к двери в спальню. Но остановилась, когда Джошуа зажал несколько прядей ее волос в кулаке. Он резким движением дернул ее назад.

Если у него получится затянуть ее в спальню, то с тем же успехом она могла бы быть уже мертва. Она может умереть в любом случае, но, твою мать, она не сдастся без борьбы. Повернув свою голову в одном направлении, она со всей силы дернулась в другую сторону. Боль разлилась по коже, вместе с вырванными прядками, но зато она высвободилась из захвата. Зная, что она опережает его всего лишь на секунду или даже меньше, она бросилась к двери, ведущей в затемненный коридор, но с кем-то столкнулась.

У нее перехватило дыхание. Милостивый Боже, Джошуа пришел не один?

- Шшш, - прошептал он.

Люк!

Она хотела задать тысячу вопросов, но у них не было времени. По деревянному полу послышались шаги Джошуа. Люк толкнул ее себе за спину и прижался к стене, стараясь не попасться Джошуа на пути. Алисса молилась о том, чтобы он не заметил их в темноте.

Прижатая к спине Люка, Алисса не только была рада видеть его, но и очень сильно беспокоилась. Джошуа хотел убить его, и Алисса ничуть не сомневалась в решительности его намерений.

Люк затащил ее поглубже в тень при виде медленно приближающегося Джошуа. Она почти кожей ощущала его методичный взгляд, ощупывающий темный коридор и задержала дыхание, молясь о том, чтобы выбраться отсюда живыми. Не важно, каким образом. Что-то тяжелое и холодное упиралось ей в живот. Она просунула между ними руку и отыскала источник странных ощущений. У Люка был пистолет!

Он напрягся, когда она дотронулась до оружия, и едва заметно покачал головой. Алисса нахмурилась, но отступила. Она не любила огнестрельное оружие, но, Слава Богу, у Люка был план. Удивляясь, какого черта могло значить то, что он прижал ее к стене, Алисса с трудом вдохнула, ее сердце отбивало ритм стаккато настолько громко, что, казалось, люди из соседней страны могли услышать его.

Джошуа прошел мимо них, затем остановился на самом верху лестницы, когда послышался вой сирены.

Полиция едет! Слава Богу.

Услышав этот звук, Джошуа поднял голову, после чего зарычал.

- Проклятая сука! Где ты? Я слышал, как ты побежала вниз по лестнице. И теперь сюда хотят нагрянуть гребаные полицейские. Кто-то прервал мою забаву, черт побери, и поверь, я собираюсь закончить с тобой прежде, чем они доберутся сюда, чтобы спасти тебя.

Без предупреждения, он включил свет в прихожей. И только тут она увидела в его руках пистолет, направленный прямо в грудь Люка. Джошуа выглядел удивленным, когда увидел ее мужа, после чего улыбнулся.

- Отлично, поговорим о возможности убить двух зайцев одним выстрелом.

Алисса не могла дышать. Пистолет Люка до сих пор находился у него за спиной. Он ни за что не успеет его вытащить и застрелить Джошуа. А тем временем, ее сводный брат положил палец на курок. Она не сомневалась в том, что он убьет Люка без тени раскаяния. Проклятье, да он, возможно, даже посмеется над этим. Этого не могло произойти. Если она потеряет Люка, то сломается, рассыплется на кусочки… умрет.

Она наклонилась через левое плеча Люка и пристально посмотрела на Джошуа.

- Оставь его в покое. Это меня ты хочешь. Я сяду с тобой в машину. Ты можешь увезти меня, куда угодно, делать со мной все, что пожелаешь, но только не трогай его.

- Нет! - выругался Люк.

- Ни в коем случае.

На секунду промелькнула надежда. Возможно… Но потом она все вспомнила. Его беспокойство было направлено не на нее, а на ее текущее состояние беременности.

- Я знаю, ты волнуешься за малыша. Но у тебя скоро появится другая, она родит тебе ребенка. Я знаю, ты сможешь.

- Детка? закричал Джошуа, делая угрожающий шаг вперед.

- Ты позволила ему трахать тебя и обрюхатить?

Будучи спокойным внешне, Люк следил взглядом за пистолетом.

- Сейчас меня мало волнует ребенок. Я беспокоюсь о тебе. Если ты пойдешь с ним, то я никогда больше не увижу тебя живой. Для меня не существует никого, кого бы я мог полюбить даже наполовину так сильно, как я люблю тебя.

Его слова согревали ее, словно выливая на ее дрожащую кожу расплавленный шоколад. Возможно, это был их последний момент, когда они были вместе -

Алисса надеялась, что он говорит правду. Что она занимает отдельное от ребенка место в его сердце, что она что-то значит для Люка. Черт возьми, почему она только сейчас допустила возможность того, что ее чувства взаимны, как раз тогда, когда их время подходит к концу?

Нет. Однажды, Джошуа уже взял от нее все, что только было возможно. И она больше не будет жертвой этого придурка. Поэтому на сей раз, кто и должен уйти, так это он. У Люка был пистолет, у нее здравый смысл. Пришло время использовать и то, и другое.

- Меня сейчас стошнит, - фыркнул Джошуа, и начал приближаться, все ближе и ближе, пока не прижался дулом пистолета в лоб Люка.

- Пора заканчивать эту милую идиллию.

Сердце Алиссы остановилось.

Вой сирен приближался с каждой секундой. Она увидела следы паники на лице своего сводного брата. Он был в полушаге от того, чтобы вытворить что-нибудь опрометчивое, например застрелить Люка… насмерть. Не было ни малейшего шанса на то, что ее муж успеет достать пистолет и выстрелить достаточно быстро. Однако она могла бы использовать элемент неожиданности.

- Ты.

Джошуа указал револьвером на Люка, и махнул рукой влево.

- Линдси моя. И всегда была моей. Ты посмел прикоснуться к ней, поэтому сейчас, ты умрешь.

- Я - Алисса, идиот, - она усмехнулась.

- И я тебя ненавижу. Гнить тебе в аду!

Пока он пялился на нее с всевозрастающей яростью, она выхватила пистолет у Люка и оттолкнула того в сторону. Она услышала, как он споткнулся. Внимание Джошуа было отвлечено в достаточной степени, чтобы успеть сжать такой не привычный по ощущениям пистолет, прицелиться, и…

Выстрел!

Звук резанул по ушам, Джошуа прижал руку к груди и попятился. Когда он оторвал пальцы от своей белой рубашки, то они оказались красными. Темно-красное пятно начало расползаться по ткани.

- Сука! пробормотал Джошуа и пошатнулся.

Алисса ужаснулась, когда он выпрямился и снова направил на них пистолет.

Люк подскочил к ней и выхватил из ее рук пистолет. Прежде, чем она могла возразить, он загородил ее своим телом, нацелился, и выстрелил. Громкий выстрел эхом пронесся через небольшое пространство, в ушах зазвенело.

Голова Джошуа резко дернулась назад. Когда он упал на колени, из раны, прямо между его глаз, медленно сочилась кровь. Алисса отскочила, когда его тело с грохотом упало на ее паркет. Пистолет выпал из его ослабленных рук и отлетел в сторону. Люк отшвырнул его ногой, как можно дальше от тела Джошуа. И не сводя глаз с ее сводного брата, он вновь возвел курок своего револьвера и направил его на больного ублюдка.

Алисса сделала шаг к Джошуа и нагнулась.

- Нет! - настаивал Люк.

- Это может быть уловка.

- Тогда прикрой меня.

Она сглотнула.

- Мне это необходимо.

Твою мать, она даже не дрожала при мысли о своем соучастии в убийстве сводного брата. В действительности, ее дыхание было ровным, а сама она - невозмутимой. А если это было не так, то она просто охренительно хорошая актриса.

Снизу послышалось движение, входная дверь хлопнула, ударившись о стену. В тот самый момент, когда Алисса поднесла пальцы к Джошуа и проверила его сонную артерию, в доме послышались шаги, поднимающиеся по лестнице

- Ну что? - спросил Люк.

- Вы в порядке, мисс Деверо? - спросил Реми, стоя на лестнице прямо за Джошуа.

- Миссис Трэверсон, - сухо поправил Люк Реми, затем вновь обернулся к ней.

- Сладкая?

Она стояла и улыбалась - действительно улыбалась - впервые за четырнадцать лет.

- Сукин сын мертв.


Глава 20

Горячий ясный пятничный вечер ворвался в Лафайетте. Алисса смотрела в окно гостиной, в ожидании меряя шагами комнату. Полчаса назад, ей нужно было быть на приеме у гинеколога. Люк попросил ее позволить ему сопровождать ее. С тех пор от него не было никаких вестей.

Она вздохнула. Что не так с этим мужчиной?

- У тебя на лице то самое “я думаю о Люке” выражение, - поддразнила ее Сэди.

Алисса закатила глаза от нелепости данного высказывания. Она первая предприняла шаги к прекращению их брака и все еще не могла перестать думать о нем. Этим утром, она долго, с томительной лаской, смотрела на обручальное кольцо, безумно желая надеть его на палец, чтобы почувствовать себя хоть немного ближе к нему.

- Я не понимаю Люка, - призналась она.

- Прошла почти целая неделя с тех пор, как был убит Джошуа.

- Эта сволочь заслуживала сыграть в ящик как никто другой из тех, кого я встречала.

Сэди сжала ее руку.

- Милая, почему ты никому из нас не рассказала о своем прошлом?

Потому что это было ее позором, она безжалостно похоронила его, используя только для того, чтобы закалить свое железное сердце и никогда больше снова ни с кем не сближаться. Люк расплавил ее защиту и заполнил душу. И теперь, без него, она чувствовала себя неполноценной.

«Для меня не существует никого, кого я мог бы полюбить даже наполовину так сильно, как я люблю тебя».

Эти слова звучали в ее голове, пока она обкусывала ноготь.

Люк действительно так думал, или возможность смерти ее и ребенка подтолкнули его к поспешному высказыванию?

- Я просто хотела оставить это позади себя, - наконец сказала Алисса.

- И кроме того, я никогда бы не подумала, что Джошуа увидит меня на похоронах моей матери и узнает, и уж, тем более наймет кого-то, чтобы выследить меня…

- Ты сердишься на Тайлера?

Она постоянно прокручивала этот вопрос в своей голове.

- Я не в обиде на него. Он выполнял свою работу. Тайлер сказал, что Джошуа не был таким одержимым и зловещим, пока он не рассказал ему о моем местонахождении и не передал ему мои фотографии и прочую информацию. Он фактически приостановил свою жизнь, на какой-то момент, чтобы защитить меня, потому как опасался худшего.

- И еще потому, что он надеялся, что ты обратишь на него внимание.

Алисса скривилась.

- И это, тоже.

- Он сказал, что собирается теперь делать?

В понедельник, после закрытия ресторана, он настоял на том, чтобы проводить ее до дома, и удостовериться, что с ней все хорошо, и что она в безопасности, так как Люк уехал…. А что ты ожидала от мужчины, которому, с помощью курьера, отправила бумаги на расторжение брака? Что он должен был сделать? Остаться, чтобы ты бросила его более креативным способом?

- Он хочет остаться в Лафайетте. Говорит, что ему здесь понравилось, и, что в Лос-Анджелесе у него не осталось никаких реальных связей. Джек и Дик предложили ему работу. Ведь, если бы Тайлер не согласился, им пришлось бы оставить свой бизнес, потому как остались в меньшинстве. Дик хочет проводить больше времени с Кимбер, поскольку у них вот-вот должен родиться ребенок.

- И у тебя тоже, подруга. Тебе во сколько на прием? Разве ты не должна была уже уехать?

Желудок Алиссы сжался, она взглянула на часы и поморщилась.

- Я дам Люку еще пять минут, а затем, если ты все еще готова….

- Безусловно, я пойду с тобой. В такие моменты, девушки нуждаются в моральной поддержке, - сказала Сэди, после чего печально улыбнулась.

- Хотя я понимаю, что ты предпочла бы, чтобы с тобой пошел Люк.

Алисса не могла это опровергнуть. После нападения Джошуа, неделю назад, и после того как они ответили на все вопросы Реми, она ожидала что он останется, будет сопротивляться расторжению их брака. По крайней мере, хотя бы выскажет свое мнение. Но он всего лишь украл поцелуй, сказал, что любит и попросил разрешения пойти с ней на прием ко врачу, после чего уехал в Техас. К середине недели любопытство захватило ее почти полностью и она позвонила Люку, чтобы задать ему кучу вопросов, крутившихся в ее голове. Но он снова сказал, что любит ее и в пятницу приедет, чтобы проводить ее к доктору. Она старалась выбросить его из своих мыслей и сконцентрироваться на длинном списке необходимых к выполнению дел, но не тут то было!

Сэди взглянула на часы.

- Почему бы тебе не собрать свою сумку? Я подожду тебя в машине. Я припарковалась напротив.

Алисса пыталась подавить свое разочарование от отсутствия Люка и улыбнулась подруге.

- Конечно. Спасибо.

Как только дверь за Сэди захлопнулась, Алисса почувствовала как слезы досады покатились по лицу. Проклятье, ей нужно было увидеть доктора и посоветоваться по поводу ребенка. Если Люк вдруг внезапно решил принять аннулирование брака без лишних слов… что ж, наверное, это к лучшему. Во всяком случае, она пыталась себя в этом убедить. Проведя последнюю неделю без него, она осознала, что не будет счастлива и полноценна в его отсутствие. Но так же она понимала, что не сможет выйти замуж за человека, которого так пылко любила, зная, что тот остается с ней, только из за мечты иметь ребенка. Без взаимной любви, общий дом, постель и фамилия ничего не значат. В конечном счете, они только отдалятся друг от друга. Если он не любит ее, то ей лучше узнать об этом сейчас, чем после того, как ребенка придется кормить по ночам… или когда он или она пойдет в детский сад, или когда впервые займется спортом, получит травму, первый раз разочаруется… в итоге Люк найдет, наконец, женщину, которой отдаст свое сердце, оставив надоевшую жену пустой сломанной оболочкой.

Даже не смотря на то, что она подготовила себя к этой потере, все равно было чертовски больно осознавать, что он уйдет от нее.

Глотая слезы, она схватила свою сумочку, включила новую сигнализацию, и тщательно закрыла за собой дверь. После, она повернулась, чтобы направиться к автомобилю Сэди, который та припарковала на обочине. Только никакой машины там не было. Какого дьявола? Покачав головой, она пошла по тропинке, ведущей к дороге.

Там стоял Люк, глядя на свои часы. У нее перехватило дыхание. Ее сердце замерло. Он сделал это. Почему?

Мысли проносились в ее голове с неимоверной скоростью, она сделала несколько робких шагов вперед. В это время, Люк поднял свой взгляд, увидел ее, и тут же метнулся в ее сторону. Он обхватил ладонями ее щеки, нежно поцеловал в губы и тут же произнес.

- Привет, сладкая. Я скучал по тебе.

Его шоколадные глаза были такими серьезными, такими честными. Боже, почему он делал это с ней? Если он по-прежнему хотел ее, почему он не мог просто сказать ей, что не хочет расторгать их брак? Или, может быть, он именно этого и хотел? Она была в замешательстве…

- Привет. Спасибо, что согласился поехать со мной к врачу.

- Ни за что бы это не пропустил.

Он открыл пассажирскую дверь, и держал ее до тех пор, пока она не скользнула внутрь. Интересно, его привязанность к ней была только как к матери его ребенка?

Когда он занял водительское сидение, она взглянула на него и заметила то, чего раньше не видела на его лице. Там все еще был жар. Без сомнений, он хотел ее. Это выражение на его лице словно говорило о том, что он хотел проглотить ее сейчас, и заниматься этим в течение нескольких последующих часов. Это осознание отозвалось в ней теплом, сладким медом, тающем в солнечных лучах. Ощущалась… привязанность. Даже промелькнула надежда.

Его улыбка говорила ей, что нет никого, с кем бы он хотел быть, кроме как с ней. Какая часть этих чувств предназначалась ребенку?

Он сжал ее руку и дал задний ход, выводя Ягуар на дорогу. Она знала, что ей следует отпустить его… но просто не нашла в себе сил.

- Реми и его ребята просили тебя ответить на дополнительные вопросы или дать больше информации о нападении Джошуа? - спросил он.

- Нет, с тех пор как Реми освободил нас от уголовной ответственности за совершение убийства, я просто не хочу об этом больше говорить.

- Должно быть ты рада, что Джошуа мертв. Твое прошлое уже не сможет вернуться и захватить тебя снова, - он аккуратно пожал ее ладонь.

Она почерпнула силы в его заботе… Она не собиралась ни с кем обсуждать эту тему… кроме как с ним. Он знал ее как никто другой. И она была благодарна ему за это.

- Я все еще жалею о том, что не успела помириться с мамой, хотя возможно, этого бы и не случилось. Она не хотела мне верить, потому что мои признания осложняли ей жизнь. Я не могу уважать ее за это.

- То, что с тобой сделал Джошуа, было ужасно. Трагично. Но она поступила еще хуже, - теплый взгляд Люка укрыл ее, как мягкое покрывало, даруя комфорт.

Было так легко ему поверить… и забыться. Но позже станет в тысячу раз больнее, лишившись этого тепла.

- Я стараюсь простить ее. Каждый день.

- Все произошедшее, сделало тебя такой, какая ты есть сейчас: сильная, независимая, здравомыслящая, прагматичная. Я бы не стал ничего в тебе менять. Ты та женщина, которую я люблю.

Ее сердце сжалось от его слов. Как чертовски сильно она хотела ему верить.

- Люк…

- Шшш, - он подъехал к больничному комплексу.

- Давай сначала встретимся с доктором, а потом мы обсудим все, что тебя волнует.

Проклятье, она не хотела откладывать этот разговор. У Алиссы плохо получалось не думать о неприятных вещах. Почему нельзя просто покончить с этим? Хотя вряд ли они станут обсуждать свои брачные вопросы в комнате ожидания. Она вздохнула.

В течение каких-то нескольких минут, медсестра позвала их, и она поприветствовала приятную женщину лет сорока.

Пока та обследовала ее, Люк держал ее за руку, сидя на стуле позади нее.

- Вы хотите услышать сердцебиение ребенка?

- Пожалуйста.

Она улыбнулась.

- Очень.

Алисса не могла видеть лица Люка, но слышала искренность в его голосе.

Доктор намазала ее живот холодным гелем, затем взяла пластиковую палочку и …

Тук, тук, тук. Стук маленького сердечка. Звук заполнил комнату, молодой, нежный, но такой невероятно сильный. Настоящее чудо. Ее глаза наполнились слезами.

- О, мой Бог.

Люк сжал сильнее ее ладонь.

- Я никогда не слышал ничего более прекраснее, чем этот звук.

Она слышала слезы и в его голосе тоже.

- Очень сильное и здоровое, - пообещала доктор.

- Такой неторопливый ритм, характерен для мальчиков, но мы узнаем пол наверняка, когда сделаем ультразвук на двадцатой неделе.

Мальчик? Сердце Алиссы сжалось, но затем забилось с удвоенной скоростью. Она бы хотела мальчика. Или девочку. Она полюбит этого ребенка, неважно какого пола он будет. И неважно, что произойдет дальше, она будет любить его, потому что он - частичка Люка.

Наконец, медсестра измерила ее живот, рассказала немного о том, что ожидать в следующие месяцы, и после, проводила их из кабинета. Заполнив карточку в регистратуре, и выйдя из здания, Люк схватил ее за руку. Дойдя до его машины, он остановил ее и развернул к себе лицом.

- Спасибо тебе за то, что позволила мне разделить этот момент с тобой. Я всегда буду благодарен за это, независимо от того, что случится в будущем. Удели мне еще 15 минут своего времени, пожалуйста. Если после ты захочешь продолжить бракоразводный процесс, я не стану протестовать.

Страх и отрицание тут же охватили ее, но она постаралась заблокировать их. Ведь, в конечном счете, развод был лучшим выходом из положения, не так ли? Тогда почему все внутри нее восстает от одной только мысли, что он перестанет за нее бороться? Она так чертовски сильно его любила.

- Хорошо.

Ее голос дрожал.

В молчании они вернулись к ней домой, она провела его в гостиную и села на диван на расстоянии двух футов. Забавно, что их отношения начались на этом же диване. Прошлым летом, когда он приехал со своим кузеном Диком, чтобы сделать ей соблазнительное предложение на троих. И как быстро, после ухода Дика, все трансформировалось во взрывной парный секс. Итак… эти отношения закончатся тоже здесь?

- Ты хочешь что-нибудь выпить?

Интересно, о чем он думал. Хотелось бы узнать…. и ей становилось страшно от ее предположений.

- Нет, спасибо.

Он вытащил толстый, сложенный документ из кармана пиджака, и протянул его ей.

- Это тебе, независимо от того, что сейчас между нами происходит.

От серьезного тона в его голосе, ее желудок сжался. Она сделала несколько глубоких вдохов, и трясущимися руками развернула листы с отсканированными документами.

- Это….

Она моргнула раз, второй. Неужели все, что сейчас происходит, происходит с ней на самом деле?

- Документы об опеке? Ты передаешь мне единоличную опеку?

- Если ты решишь продолжить развод, то я буду претендовать только на одну неделю в году, День Благодарения или Рождество. Я думаю, что каждому ребенку важно знать кто его отец. В пакете также прилагается договор финансового обеспечения. Я взял предполагаемую сумму за год и добавил пятьдесят процентов. Я надеюсь, тебе покажется это честным, но мы можем это обсудить, если тебе нужно больше. Я никогда не буду вмешиваться в процесс твоего воспитания. Я не попрошу тебя о еще одном ребенке и не побеспокою случайным телефонным звонком.

Слезы вернулись. Не просто слезы, а рыдания. Основа всей ее жизни рушилась под ней, боль от происходящего была парализующей. Люк отпускал ее и передавал контроль над маленькой жизнью, созданной ими обоими, над малышом, которого, как она знала, он хотел больше всего на свете.

- Почему? у нее получилось наконец-то выговорить.

Он закрыл свои глаза, сжал челюсть, словно старался сдержать собственные слезы.

- Потому, что я люблю тебя, и я хочу, чтобы ты знала, что для меня не будет никого важнее тебя, даже наш ребенок.

- Но ты хотел ребенка долгие годы и…

- Да, это так, я грязно манипулировал людьми, которых люблю, обманывал их, даже не задумываясь над последствиями своих действий. Я так об этом сожалею. Я никогда не хотел заставить тебя поверить, что предложил тебе замужество только из-за ребенка. Я был так глуп, когда не сказал тебе, что не считал малыша своим. Все, что я могу сказать в свое оправдание, это только “прости”. Теперь я понимаю больше.

Он вздохнул.

- Я наконец-то понял, что нуждался не в ребенке, а в ком-то, с кем мог бы разделить свою жизнь. В ком-то поразительном и сильном, амбициозном и замечательном. В своей половинке.

Всхлипы Алиссы стали громче. Он подразумевал ее? Он хотел, чтобы она была рядом сильнее, чем хотел ребенка?

Люк соскользнул с дивана, вставая на одно колено у ее ног.

- Ты нужна мне.

- И ты готов передать мне опеку над малышом, чтобы доказать это?

Он кивнул, и агония на его лице отдалась в ней болью.

- Без каких-либо условий. Я очень хочу сохранить наш брак и стать семьей в полном смысле этого слова, но этого не произойдет, если ты продолжишь сомневаться в своей значимости для меня.

О. Боже. Мой. Она ни за что на свете не ожидала, что он откажется от ребенка, которого так долго ждал и планировал. И он сделал это для нее.

- Подумай над этим, - мягко скомандовал он.

- Если я не получу от тебя вестей до того, как через несколько месяцев процесс аннулирования брака завершится, то сегодня может быть последний раз, когда мы с тобой видимся. Я буду чертовски сильно скучать по тебе. Я буду любить тебя. Вечно.

Он нежно поцеловал ее в губы. Поцелуй длился всего одно мгновение и ощущался шелковым дыханием, но он заставил ее сердце колотиться в груди. После этого Люк ушел.

****

Ломая руки, Алисса вышагивала по своей гостиной. С минуты на минуту….

После отъезда Люка в пятницу ночью, она боролась с желанием позвонить ему немедленно. Напуганная девочка внутри нее кричала что-то о благоразумии и осторожности. Проснувшись поздним утром, она целиком прочитала соглашение о передаче единоличной опеки, подписанное его рукой и оставленное ей. Будучи до крайности щедрым, он оставил себе минимальные права, сохранив лишь те, в которых значится ее преждевременная смерть. Он также добавил пункт по возвращению ей опеки над их общим ребенком в случае ее повторного, но неудачного брака.

Тот факт, что он позаботился о ней подобным образом, тронул ее сердце.

Она провела бессонную ночь пятницы, зная, что у нее есть только два выбора: расторгнуть брак и растить ребенка в одиночестве, удивляясь своей глупости из-за которой она оставила любимого мужчину, или принять будущее и сделать все, что в ее силах, чтобы сделать их брак крепким и надежным.

Люк сказал, что любит ее. Получив от него документы о передаче опеки, Алисса наконец не просто понадеялась, она поверила в то, что он говорит правду. Каждый день, прожитый без него, был невыносимым для нее. А ночи стали еще более ужасными.

Но все же, опыт прожитой жизни, призывал ее к осторожности. Она потратила всю субботу на обдумывание обоих вариантов… но возвращалась к одному и тому же выводу. Насколько мрачным окажется ее будущее без Люка? Он не мог извиниться, сокрушаясь еще больше, и выразиться еще красноречивее. Да этого было и не нужно. Она тоже, в конце концов, не всегда была безупречной.

Кроме того, она вступила в брак, будучи неуверенной и осторожной. Чтобы прожить всю жизнь вместе и выполнить брачное обязательство нужно отдать друг другу и сердце и душу. Она этого не сделала. Да, Люк скрыл от нее свое бесплодие, но и она не рассказывала ему о своем прошлом с Джошуа. Если бы Люк случайно не напугал ее, открыла бы она ему свой секрет?

Она поморщилась. Наверное, нет.

Разве она не обязана после всего дать этому браку шанс на жизнь, и избавиться от прошлого?

Она позвонила ему ранним утром, в это воскресенье, и попросила вернуться в Лафайетте. Он не задавал вопросов, а она, не стала объяснять по какой причине хочет увидеть его. Они оба знали, что разговор между ними должен состояться с глазу на глаз.

Звук дверного звонка прервал ее размышления. Она провела рукой вниз по своей черной обтягивающей блузке, задержав ладонь на животе, стараясь успокоить внутренности. Сделав глубокий вдох, она открыла дверь. С задумчивым выражением на лице, на пороге стоял Люк.

- Я рад, что ты позвонила.

Алисса кивнула, пытаясь успокоить свое сумасшедшее сердцебиение.

- Входи.

Она отступила назад, и он вошел. Не отрывая от нее своего взгляда, он словно пытался прочесть на ее лице, к какому решению она пришла. Она отвела взгляд в сторону и пошла в гостиную. Люк последовал за ней. Алисса чувствовала, что он находится у нее за спиной, так невыносимо близко, и в то же время так далеко. Пожалуйста, Господи, пусть все сложится хорошо.

Подойдя к столу, на котором лежали два документа, она взяла их в руки.

- Я прочитала твой договор об опеке.

Он поколебался секунду, затем выражение на его лице сменилось разочарованием. Он сжал челюсти и, наконец, кивнул.

- У тебя есть возражения?

- Ты читал бумаги по аннулированию брака?

- Да.

Его тон заронил в нее надежду.

- Ты выплюнул это слово, будто оно значит что-то плохое.

Люк притянул ее к себе, и приобнял рукой за талию. Они почти коснулись телами…. но не совсем.

Тяжело дыша, он провел пальцем по ее лицу.

- Знай. Расторжение нашего брака - это последнее, чего я хочу.

Сделав глубокий вдох, он отступил назад.

- Но я уважаю твое решение, каким бы оно не было.

Он оставил последнее слово за ней, отдал власть в ее руки. Если бы он заботился только о себе и о своей возможности стать отцом, он бы никогда этого не сделал. Он подталкивал и принуждал, запугивал, упрашивал… делал все, чтобы она приняла окончательное решение.

- Я люблю тебя, - прошептала она.

Следующая секунда молчания, показалась ей самой долгой в ее жизни, особенно, когда на его лице смешались надежда и разочарование. О чем он думал?

- Я, тоже, люблю тебя. Я так сильно…..

Люк вздохнул и взял ее лицо в свои ладони.

- Я пуст без тебя.

Для других, может быть, это звучало как поздравительная открытка, но она то, точно знала, что он имел в виду. Он помог исцелить раны ее прошлого, и заполнил ее будущее. Люк помог ей выздороветь. И она была бы счастлива, сделать для него, то же самое, и быть рядом с ним, до конца своих дней.

- Расторжение нашего брака - последнее чего бы я хотела, - призналась она.

В доказательство своим словам, она схватила документ по расторжению брака и договор по опеке, и, разорвав их на части, бросила на пол между ними. Люк взглянул на порванные документы, затем перевел глаза на нее. Его взгляд вспыхнул, разгораясь все неистовей, когда он схватил ее и поцеловал так, будто ничего, кроме них не существовало в этот момент.

Не открыться ему было невозможно, и он глубоко погрузился в ее рот, жар между ними стал для него новой формой одержимости. Хотя прошло меньше месяца с тех пор, как Люк и Алисса делили постель, боль пробежавшая по ее телу, заставила Алиссу почувствовать, что у них не было близости целую вечность. Она нуждалась в ней, нуждалась в нем.

Слезы обожгли ее глаза, когда его губы прикоснулись к ней, в поклонении. В их жизни будет множество важных событий, включая появление их будущего ребенка и, возможно, не только его одного. Но глубоко внутри Алисса знала, что ничего в ее жизни не будет иметь большего значения, чем этот момент и их любовь.

Когда он поднял голову, она посмотрела на него и растаяла.

- Ты нужна мне, - хрипло признался он.

- Я хочу заняться с тобой любовью. Мне нужно почувствовать, что ты принадлежишь мне. Пожалуйста, скажи, что ты тоже этого хочешь.

Алисса кивнула.

- Я хочу.

Лаская его щеку, она прижалась к его губам, скользнув ему в рот. Когда он вознаградил ее медленным, полным преданности, поцелуем, она задрожала.

Даже не поднимая головы, он положил ее спиной на диван, накрыв сверху своим телом и обхватив руками. Она почувствовала себя в безопасности, любимой. Желание всколыхнулось в них, когда она вздохнула. Он притянул ее к себе, ища ее прикосновений: к своему лицу, шее, напряженным плечам и спине.

Мягкое требование наполнило его следующий поцелуй, казалось, пробираясь внутрь нее и соединяя сломанные части. Люк осветил все самые темные уголки ее души, оставшиеся после нападения Джошуа. Он снова сделал ее цельной.

Его следующий поцелуй начался с невесомого прикосновения, но перешел в пылкий, с каждым движением губ, каждым вращением языка, до тех пор, пока не превратился в глубокий, жесткий и обжигающий.

Алисса не могла дышать, не могла думать ни о чем, кроме Люка и молчаливой клятве преданности друг другу. Она открылась ему и отдала все, что у нее было, уверенная в том, что между ними не осталось больше секретов.

Утопая в его поцелуях, она дрожала, когда он медленно снимал с нее топ, джинсы, кружевное белье, рассыпая поцелуи по всему ее телу. Он пососал ее ноющие соски, положив ладонь на бедро и погладив ее, нуждающийся в прикосновении, клитор. Она горела. Люк всегда так на нее действовал.

С момента их первой встречи, Люк влиял на нее так, как ни один другой мужчина. И Алиссе отчаянно хотелось оказывать на него тот же самый эффект.

Мягким толчком, она заставила Люка перевернуться на спину. Без единого слова, она сняла с него туфли, рубашку, брюки и белье. После чего пристально начала рассматривать его обнаженное тело, мужественные плечи, рельефный пресс, внушительный член. Она вздрогнула, ее рот наполнился слюной при виде его.

Встав на колени перед ним, она перебросила волосы через плечо и наклонилась к нему. Люк напрягся. Кружа языком по его члену, она почувствовала его вкус, соленый, резкий и горячий, такой мужественный. Затем со стоном она взяла его глубже.

- Да, сладкая, - прошипел он, запутываясь пальцами в ее волосах, дотрагиваясь до кожи.

- Проклятье, ты невероятна.

Такая же, как и он.

Алисса смаковала его вкус, заново знакомясь с его телом и этим невероятно приятным ощущением его твердости во рту. Он приподнял бедра, погружая свою напряженную плоть глубже. Она с радостью приняла в себя каждый дюйм, наслаждаясь тем фактом, что заставляет сходить его с ума от желания.

Секунды стекались в долгие минуты. Его жажда росла, он начал врываться в ее рот глубокими, быстрыми ударами, стеная и нуждаясь. Он пульсировал на ее языке.

Потом, он внезапно выругался и остановился.

- Нет.

Он резко поднял ее на ноги, выражение на его лице подсказало ей, что он отказывается получить удовольствие, не разделив его с ней.

- Я хочу быть внутри тебя, сладкая.

Да. Чем скорее, тем лучше.

Когда он встал на колени и положил ее на спину, она с готовностью и без промедления раздвинула перед ним бедра Люк зарычал и накрыл ее собой, возвышаясь над ней. Но она резко заволновалась, останавливая его и прижимая ладонь к его груди.

Между ними осталась одна недосказанность…

- Подожди. Я-я тебе доверяю.

Ее голос дрожал. В то время, как его мрачный взгляд ласкал ее с благодарностью и любовью.

- Мне бы хотелось, чтобы так было всегда.

Когда он попытался снова окутать ее своими объятиями, она опять остановила его.

- Люк. Я доверяю тебе все, что раньше пугало меня. Вылечи меня. Замени все это, чем-то лучшим.

На мгновение, он задумался; и тут его осенило, он понял, чего она хочет.

- Милая, ты уверена? Мы можем не делать этого сейчас, или когда-либо, если ты не хочешь.

- Я хочу. Пожалуйста…., - без колебаний ответила Алисса.

Люк потянулся за своим ремнем и вытащил его из петель. Он обернул его вокруг ее запястий и потуже затянул, затем наклонил ее тело ниже, чтобы привязать другой конец ремня к ножке кровати..

У нее перехватило дыхание. Удержание было более символичным, чем связывание для нее. Но на первый раз этого было достаточно.

- Тебе страшно? - спросил он.

Она послала ему трепетную улыбку.

- Не с тобой.

- Я так давно люблю тебя. Я никогда тебя не обижу. Никогда.

Прошептанная им клятва, заставила ее сердце биться сильнее.

- Я думаю, что влюбилась в тебя еще с первой ночи, после того, как Дик ушел и ты занимался со мной любовью… Я знала, что в тебе есть что-то особенное.

Его губы прошлись по ее щекам, губам.

- Я, наверное, тоже влюбился в тебя, в тот самый вечер. Я просто, черт возьми, был слишком напуган, чтобы признаться в этом. Я так рад, что ты заставила меня жить в соответствии с моими обязательствами, что я отказался от своего номера в отеле, и что ты соблазнила меня. Я так рад, что это чудо случилось с нами.

Лаская ее немного округлившийся животик, он улыбнулся.

- Я тоже.

В следующий момент, Люк разместился в колыбели ее бедер и начал погружаться внутрь, медленно, глубоко. Она была мокрой, жаждущая принять каждый его твердый дюйм. Но он продвигался постепенно, сводя с ума своим промедлением. Она задыхалась, пока его член скользил по каждой ее чувствительной точке, и наконец, не погрузился до упора.

Было невозможно чувствовать его настолько глубоко, и не испытывать такого экстремального наслаждения. То, что происходило между ними сейчас, было больше, чем просто захватывающая дух своей честностью нежная страсть. Он разжег настоящий пожар своими медленными толчками, заставив ее задыхаться и сжиматься вокруг него. Люк коснулся ее губ своими губами, сплавляя вместе их рты. Каким то образом, то, что ее запястья были привязаны, оставляло чувство свободы и полной беззащитности перед прикосновениями Люка. Она никогда не чувствовала себя более живой.

Алисса не просто ощущала страсть Люка, она чувствовала его молчаливое обещание быть самым лучшим мужем. Это исходило из его души, пока он толкался в нее рассчитанными, неустанными ударами, заставляющими ее быстро подойти к грани слепящего и захватывающего оргазма, ее ноги сжались вокруг него, а она заметалась, крича под ним от наслаждения. С ее именем на губах, он последовал за ней, растворяясь в удовольствии.

- Пожалуйста, не покидай меня снова, - он тяжело вздохнул у ее губ.

Никогда.

- Что бы ни случилось в будущем, мы все решим. Я тебе обещаю.

Люк освободил ее запястья и взял ее за руку.

- Спасибо, что доверилась мне.

- Спасибо, что исцелил меня.

Он переплел свои пальцы с ее, и посмотрев на ее руку, нахмурился.

- А где твое обручальное кольцо?

Его взгляд подсказал ей, что сам он не снимал свое кольцо. Она прикусила губу, затем соскользнула на пол в поисках своих джинсов. Обнаружив их, она заглянула в карман и вытащила оттуда кольцо с большим сверкающим бриллиантом.

Он взял в свои руки один из ее трясущихся пальцев и улыбнулся.

- Миссис Треверсон, окажете ли вы мне честь остаться моей женой?

Пока он вновь надевал кольцо ей на палец, слезы радости полились по ее щекам.

- Я согласна. Навсегда.


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
    Взято из Флибусты, flibusta.net